Бесплатный фрагмент - Альтаир

Альтаир

Часть 1.

Глава 1. Альтаир

3018 год со дня создания магических стен

Мимо моего лица пронёсся меч, но мне удалось увернуться. Годы тренировок, как никак. Было бы стыдно получить рану от не самого сильного врага. Но их было больше. Гораздо больше. Нас же было четверо: я, брат, Даяна и Ксандр.

Мы были на границе наших царств и должны были пройти проверочное задание. Наше обучение подходило к концу. Но никто не ожидал, что здесь будет столько антихостейцев. Нас теснили.

— Альтаир, используй силу, -крикнул Ксандр. Что ж в нём хоть нет ненужного упрямства и нелюбви к магии.

— Нет, -крикнул Тристан, -Мы отобьёмся, -а вот в моём старшем брате хоть отбавляй.

Он считает себя героем, и что зазорно использовать воину магию. Но дела и правда плохи. Я начал призывать силу. В груди потеплело, тело будто попадало в бурный поток.

— Отойдите, -предупредил я. Я ещё плохо умел контролировать её. Моя магия, как и всякая другая, не разбирала кто друг, а кто враг. Когда я убедился, что друзья отошли на нужное расстояние, то отпустил поводок, и она вырвалась. Яркая, красивая, стремительная. Зелёные тени направились к антихостецам и, окутав их, перекрыли кислород. Несколько мгновений агонии, и они упали замертво. Антихостейцы наши враги со времён создания магических стен, мне нисколько не было их жаль. К тому же, я спасал родных.

Ко мне подошёл брат и похлопал по плечу.

— Что ж, и от тебя есть польза с твоей магией.

Тристан, конечно, так шутил, но это всегда неприятно кололо мне сердце, заставляя магию вскипать. Но сейчас вскипать было нечему, я истратил почти всё. Хотя моя магия росла с каждым днём, надолго её ещё недоставало.

Мы возвращались домой, во дворец. Я и мой брат — царевичи Арнема. Остальные двое наши друзья и соратники. Ксандр ещё приходится троюродным братом.

Наше царство расположено в центре Большого Острова и почти со всех сотрон окружено врагами, поэтому мы должны быть готовыми к войне. Хотя очень навряд ли

кто-либо осмелиться на нас напасть. Мы — самое сильное царство, мы — боги, правящие людьми. Но отец всегда говорит: «В войне побеждает тот, кто к ней готов».

Как я уже сказал, мы боги и потомки богов. В нас больше всего силы предков, потому мы живём дольше и гораздо сильнее. Чем более ты низкого рода, тем более в дальнем родстве состоишь с первобогами. Но каждый правитель заботится о своих слабых слугах.

А вообще когда-то был Хаос, но в нём появились наши предки — Одетта — небо и Крон — океан. Они жили вместе, пока Хаос их не разлучил, потому что позавидовал их любви. Океан так безутешно плакал, что стал солёным и с тех пор почти не бывает спокойным, за то и прозвали его Бурными Водами. Одетта же проливала свои слёзы дождём.

Но вскоре их океана вышла земля, на которой стали жить их дети. Это были самые разные существа, но потом родились два брата-бога: Огрон и Орей. У Огрона тоже было два сына: мой отец и мой дядя Брутон. У Орея родился один сын -Триам, а у него уже Ксандр.

У меня к этой истории есть много вопросов. Я задавал их учителям, но они ответить не смогли. Я перестал задавать вопросы после того, как меня высекли розгами.

Мне нравится учиться ратному делу, мечом я владею отлично, но больше мне нравятся уроки магии с мамой и чтение. Вообще, маги в нашей стране в опале, они много бед принесли, но я-то царевич, а это совсем дургое дело. Однако, магию мне разрешено использовать только на уроках и в исключительных случаях.

Дар ко мне перешёл от мамы. Она родом из светлого царства Тариса. Там магией владеют почти все, но она у них не сильна. Они могут сделать что-то стоящее, лишь собравшись все вместе. В основном же они используют её в целительстве.

Мама тоже умеет исцелять, а ещё может создавать иллюзии, чему и меня научила. Признаюсь, я пользуюсь этим в своих целях, особенно чтобы подшутить над братом. Но, в отличие от мамы, я ещё много что могу. Моя магия вообще может принимать разные формы. Мама считает это благословением предков. У Тристана вот магии нет, только большая физическая сила и добрый, хотя и вспыльчивый, нрав.

Отец и дядя мои занятия не поощряют, но матери не перечат. Дядя Брутон обладает даром пророчества, но на пророков гонений не было. Говорят, что всего существует в нашем мире три пророка: дядя, Тариан и ведунья Сибилла в Тарисе. Настолько это редкий дар. Правда, пророчества последней никто не понимает. Возможно, она просто сумасшедшая.

Ко дворцу мы добрались только, когда солнце стало уходить за горизонт. Нас ждал ужин. Обычно он был на четверых, но иногда присоединялись Брутон и Триам с Ксандром.

За столом Тристан стал красочно описывать сражение. Только выходило так, будто это он всех перебил. Отец довольно улыбался. Мама смотрела недоверчиво.

— Это так, Альтаир?, -спросила она.

— Тристан немного преувеличивает. Их было больше и нам пришлось отступать. Я использовал магию, чтобы их остановить.

Мама улыбнулась, отец почему-то нахмурился.

Глава 2. Онор

3018 год со дня создания магических стен

— Какие вести ты мне принёс, брат?, -спросил я Брутона. Он поклонился, как требовал этикет.

— Тариан лишь потвердил, что видел я. Грядёт тьма и падение нашего мира близится.

— Он сказал как это предотвратить?

— Убить того, кто приведёт за собой гибель мира. Тариан сказал, что это ведьминский сын.

Я закрыл глаза. Это то, чего я опасался.

— Брат, это может быть он. Я вижу в мальчике тьму, и руны мне говорят об этом.

— Ты всегда недолюбливал его. Этим кем-то может быть любой отпрыск ведьмы.

— Ведьмы убивают младенцев мужского пола. Ты знаешь это не хуже меня. Мала вероятность, что кто-то выжил, сохранённый матерью.

— Пока мы ничего не знаем наверняка. Отправь гонца к ведунье, послушаем, что скажет она.

— Мы можем упустить момент.

— Что ты предлагаешь, Брутон?, -я разозлился на него, -Предлагаешь убить его, чтобы узнать верна ли догадка? Лучше, чтобы он был при нас. Мы будем за ним присматривать. В конце концов, он мой сын.

— Он не…

— Довольно!, -я поднял ладонь, останавливая брата, -Можешь возвращаться к себе.

Брутон поклонился и вышел из тронного зала. Я остался один на один с тяжёлыми мыслями.

Глава 3. Альтаир

3020 год со дня создания магических стен

Во дворце устраивали бал. Я не особо любил подобные мероприятия, но обязан был присутствовать. Я зашёл в большую залу, Тристан уже был там. Ксандра нигде не было видно. Брат расправлялся с едой, я рассматривал гостей. В основном, наши приблежённые, я их всех знал. Но гвоздями программы были гости из Аполлинерии. Они не были нам врагами, но отношения с ними были натянутыми. Данный бал — место переговоров.

Из солнечного царства прибыли старшая дочь правителя Рамона и её брат Адонис с женой Иолантой. То, что оба здесь означает, что Аполлинерия оказывает нам большие честь и доверие. Адонис- будущий правитель царства.

Они с сестрой были красивы. Он светловолосый и кареглазый, она с огненными волосами и голубыми глазами. Иоланта тоже красива, но выглядит уставшей и опечаленной, что сводит на нет всю красоту. У неё чёрные прямые волосы и серые, почти прозрачные, глаза. Недавно она родила дочь.

Я оторвал Тристана от еды и повёл к гостям. Они говорили с нашими родителями. По этикету мы обязаны подойти, невежливо проходить мимо. Да и родители за такое по головке не погладят.

— Приветсвуем наследников Аполлинерии, -сказал я. Вместе с братом мы отвесили галантные поклоны. Тристан, по крайней мере, попытался.

Брат с сестрой впились в нас глазами. Смотрели они как-то хищно.

— Кто из вас младший?, -спросила Рамона.

— Я, госпожа.

— Ах, я так и подумала. Младшим всегда достаётся вся красота. Мой брат тому потверждение. Но вы совсем не похожи.

Мы лишь вежливо улыбнулись. Стоит признаться, Рамону не зря называют красивейшей женщиной во всех восьми царствах, но она совершенно не в моём вкусе. Ещё и одета в зелёное платье. Говорят, это любимый цвет ведьм. Куда больше мне нравится, как выглядит моя мама. Для меня она куда красивее. Со светлыми белокурыми волосами в бежевом платье, высокая и стройная, с ласковой улыбкой. Я давно твёрдо решил, что моя супруга будет похожей на неё.

Иоланта лишь смущённо улыбалась нам.

Двери во вторую залу открыли. Именно там и будут танцы

— Я не наелся, -шепнул Тристан мне на ухо. Я тихо посмеялся.

Все прошли в большую залу. Здесь сияли сотни свечей, освещая всё вокруг. Я бы предпочёл просто запустить несколько световых сфер. Народ начал разбиваться на пары, а я уже был рядом с мамой.

— Разрешите пригласить вас на танец, госпожа, -мама улыбнулась, кладя свою ладонь в мою. Я повёл её к центру зала. Мы откроем сегодняшний бал.

Заиграла музыка, и все закружились в танце. Только слуги стояли у стен, да отец сидел на троне.

— Завтра у нас занятия магией, ты не забыл?, -спросила мама.

— Конечно нет, это мои любимые уроки.

Пришло время меняться парами, и я оказался рядом с Рамоной. Она кокетливо улыбнулась.

— Дорогой принц, я боялась, что не успею потанцевать с Вами, -она встала слишком близко, я чувствовал запах её ароматических масел, от которых зачесался нос, -Вы превосходный танцор, так уверенно ведёте, -её рука скользнула по моей, -Сколько вам лет?

— Сто двадцать, госпожа.

— Ах, вы ещё так молоды, -пропела аполлинерийка, -Мне гораздо больше, но у женщин не спрашивают о возрасте, верно?

— Вы прекрасны, госпожа, -я почти не соврал. Моё личное предубеждение к ней никак не касалось её превосходной внешности. Она посмеялась, огненные кудри запрыгали вверх-вниз. Я перехватил взгляд Адониса, танцующего с мамой. Такого гневного и злого взгляда я ещё не видел. Что я сделал? Его сестре нельзя смеяться?

Мы вновь поменялись, и я вздохнул с облегчением. Я оказался в паре с Иолантой. Она оказалась сильно ниже меня, хотя я ещё не до конца вытянулся.

— Поздравляю госпожу с рождением дочери…

Иоланта не успела ответить, как двери в зал распахнулись. На пороге стоял взволнованный Ксандр. Его тёмно-рыжие волосы взбились от бега.

— Нападение!, -громко объявил он, -Антихостецы проникли в королевскую сокровищницу.

Отец тут ж вскочил на ноги.

— Не дать им уйти. Схватить и допросить, -отдал приказ отец.

Вокруг воцарилась тишина, музыканты не играли, гости застыли. Антихостейцы давно не позволяли себе столь серьёзные вылазки. Они оказались в самом сердце дворца. Они так и не смирились с поданством Арнему. Но им явно кто-то помог.

Я, Тристан и отец покинули бальный зал, оставив на матери обязанность царицы всех уверить, что всё хорошо, и продолжить празднество.

Втроём мы спустились в сокровищницу. Я уже догадался, что могло понадобиться антихостейцам, а вот Тристан явно нет. Но в нём кипел гнев. Он был готов сейчас же надеть доспехи и ринуться в бой.

Почти все антихостейцы были убиты, только один, связанный, стоял на коленях перед Триамом, начальником королевской стражи. У дверей застыли стражники.

— Мне даже не нужно спрашивать тебя, отродье, чтобы понять, что вы пытались вернуть меч. Но должен напомнить, он теперь военный трофей.

— Это реликвия нашего народа, -сказал антихостеец, гневно сверкая глазами.

— Как ты смеешь дерзить своему правителю, -Тристан было ринулся на него с кулаками, но был остановлен жестом отца.

— Меня интересует только имя того, кто помог вам открыть портал сюда. Антихостеец усмехнулся и посмотрел на меня.

— Взгляни на того, кто стоит рядом с тобой.

Я застыл поражённый. Все взгляды теперь были направлены на меня. Мне вдруг стало смешно, что за глупости он говорит?

— Он открыл нам портал.

Отец посмотрел на меня с разочарованием.

— Стража, отведите принца Альтаира в его покои. Он не смеет их покидать до выяснения всех обстоятельств.

— Отец, это не я! Неужели ты веришь этому антихостейцу? Во дворце, кроме меня, есть ещё маги, я же был с вами на балу.

— Именно поэтому я приказываю отвести тебя в покои, а не в темницу.

Двое стражников схватили меня под руки. Тристан кинулся ко мне, но отец отдал ему приказ остановиться.

Я отдёрнул руки.

— Я сам, -вместе с стражниками я дошёл до покоев. Они остались снаружи охранять двери.

Я сидел на кровати, размышляя и произошедшем. Я и подозревать не мог, что кто-то может так нагло врать. Впрочем, что ожидать от антихостейцев.

Спустя некоторое время пришли мать и брат. Они тут же обняли меня, и мне было тепло и спокойно в этих объятьях. Мама тихонько заплакала.

— Зачем ты плачешь, мама, -сказал я, утирая её слёзы, -Я ни в чём не виноват, и скоро отец поймёт это.

— Альтаир, отец вызвал к себе всех магов, что были во дворце. Никто из них даже рядом не появлялся с сокровищницей, -сказал Тристан. Я ещё ни разу не видел его таким серьёзным, -И из них только пятеро умеют открывать порталы.

Я уже чётко понимал, что всё было хорошо спланировано. Подозрения и правда падали на меня.

— Но вы же верите мне?, -для меня главное, чтобы моя семья была на моей стороне, и вместе мы со всем разберёмся.

— Конечно, -убедительно заверил брат, -Кто бы это ни был мы найдём предателей.

— Альтаир, вы с Тристаном пришли на бал вместе?, -спросила мать.

— Нет, я пришёл позже. Моя прислуга замешкала с подготовкой одежды. Мать пождала губы, я знал это выражение её тихого недовольства.

— Отец сказал, что до суда мы не должны с тобой видеться, поэтому, сынок, не делай никаких глупостей и не пытайся покинуть покои.

— Какой суд?

Мать потупила взгляд.

— На тебе серьёзное обвинение. Когда во дворец прибудут все советники и Брутон, то тебя будут судить. Сынок, если… если это и вправду ты, то прошу покайся во всём.

Отец смягчит приговор. Он сошлёт тебя из дворца, но потом ты сможешь вернуться. Я отпрянул от матери. Ей слова больно жгли мне сердце.

— Я не виноват! Я не знаю кто это сделал, но не я. Неужели отец сможет отправить невиновного на суд, меня, родного сына?!, -я начал задыхаться. Негодование сдавило мне грудь, -Вы же сказали, что верите мне. Я не виноват, вы слышите?

Мать уже не сдерживала слёзы, Тристан стоял, опустив глаза в пол.

— Просто расскажи на суде правду, и отец во всём разберётся, -он положил руку мне на плечо, -Я с тобой, брат.

Ненамного, но мне стало легче.

Глава 4. Альтаир

3020 год со дня создания магических стен

Пару дней я провёл, не выходя из покоев, видя только слуг. Мне очень хотелось повидать родных. Когда мне приносили ужин, я неизменно думал, что сейчас меня не хватает за столом. Вечером мы всегда принимали пищу вместе.

Затем ко мне пришла стража во главе с Триамом.

— Ваше Высочество, я должен провести вас на суд.

— Хорошо, Триам.

— Кандалы я одевать не буду.

— Спасибо, -Триам нарушал правила, но хоть кто-то подумал о моём достоинстве. Хотя благодаря магии я мог легко от них избавиться в любой момент.

Мы зашли в просторный зал с высоким потолком, белый, с лепниной на стенах. Я был здесь впервые. И в качестве осуждённого. Судом заведывало пятеро старейшин.

Самым главным был Орей — отец Триама и, следовательно, мой двоюродный дед. Однако, отец мог оспорить вынесенное судом решенеи как глава государства.

Помимо старейшин, советников и стражи в зале были мать, отец, Тристан и Ксандр. Последний мне ободряюще улыбнулся. Спасибо ему. Несмотря на то, что я нёс свою невиновность, как щит, мне было не по себе среди присутствующих, и я чувствовал как страх всё же подкрался ко мне.

Я встал у трибуны.

— Альтаир, сын Онора и Ариции, царя и царицы Арнема, ты клянёшься говорить только правду?

— Клянусь, -я сказал это уверенно. Чего мне бояться, если я невиновен?

— Нарушал ли ты хоть раз закон Арнема?

— Нет.

— Вступал ли ты в сговор с врагом?

— Нет, -я оставался всё так же твёрд.

— Ты открыл портал?

— Нет, старейшина.

Орей посмотрел на меня выжидательно, я не отвёл взгляд.

— Введите, антихостийца.

Его ввели, он был избит. «Допрос» прошёл.

— Расскажи, что знаешь, -сказал ему Орей.

— Царевич вступил в сговор с нашим повелителем Калидором. Подробности мне неизвестны, но я знаю, что взамен меча, наше царство должно было оказать содействие царевичу при захвате трона Арнема.

Меня прошиб холодный пот. Я даже не знал имени того, кто на меня клеветал.

— Это наглая ложь. Я никогда бы не пошёл против отца, -ни против отца, ни против брата. Тристан, как старший сын, был наследником престола. Всю жизнь я готовился к тому, что стану советником подле него, как Брутон подле Онора.

— Обвинения серьёзны, Ваше Высочество. Нет никого, кто подвердил бы ваши слова.

— Допросите слуг, они подтвердят, что я задержался в покоях. Или стражников сокровищницы, я там не появлялся.

— К сожалению, слово слуги не много весит. Ты мог их запугать или подкупить. А стражники убиты. К тому же…, -Орей помедлил, -Учитывая твои способности, ты мог оказаться в сокровищнице незамеченным. Даже при помощи того же портала.

Обвинения камнями падали мне на голову. Я пытался оправдаться, но мне не верили.

— Приговор таков: антихостиец будет казнён, Его Высочество отныне должен носить запирающие магию браслеты без права снять их, а так же он должен быть заперт в темнице до отдельного приказа суда или повелителя в случае, если будет доказана невиновность.

Я не мог поверить в это. Я посмотрел на родных. Никто из них и слова не сказал против приговора. Мне стало ужасно больно от предательства. И потом, я помыслить не мог, что могу когда-нибудь оказаться без магии. Для меня это было бы страшнее смерти.

Время будто замедлилось. Я посмотрел на лица, окружающие меня, и ни на одном не прочёл ни капли сочувствия или хотя бы сомнения в справедливости приговора.

И тут я сорвался с месте и побежал. Я выскочил из зала суда. Сзади раздавались крики, стражники ринулись за мной. А я всё бежал. По щекам скатились слёзы, и взгляд затуманился, но я нёсся вперёд, как ветер.

По пути я сталкивался с проходившими мимо слугами и придворными, слышал их недовольные и удивлённые крики. Несколько раз я чуть не упал на скольском блестящем полу. На лестнице перепрыгивал через несколько ступеней, рискуя переломать ноги.

Я добрался до конюшен, схватил под узду первого попавшегося коня, и, вскочив в седло, ринулся прочь. Народ на улицах отпрыгивал в стороны, чтобы бы не попасть под копыта. Я знал, что погоня близка. Я бросил назад несколько задерживающих заклинаний, а на одной из улиц создал паутину, в которой преследователи застрянут. Им придётся искать другую дорогу или прорубать путь мечами.

Я же мчался к дяде. Он оставался моей единственной надеждой. На суде его не было, и я надеялся, что он не согласен с приговором. Он жил недалеко от дворца, в усадьбе на вершине холма, у самой кромки леса.

Я влетел во двор. На удачу, дядя оказался там, собирая лекарственные растения в своём саду. Я натянул удила.

— Ты сбежал из дворца?, -голос Брутона был холоден, кажется, он нисколько не удивился. Я спрыгнул с коня.

— Дядя, у меня на Вас одна надежда. Я не виновен, объясните это отцу и старейшинам. Я надеюсь на Вашу защиту.

Брутон посмотрел на меня, и в его взгляде я смог прочесть презрение и злость на меня. Чем я заслужил эти эмоции? Мы никогда не были с дядей так близки, как мне бы того хотелось, но он относился ко мне хорошо. По крайней мере, мне так всегда казалось.

— Я говорил Онору, что ты станешь гибелью мира, что ты опасен. Он не послушал. И вот ты приводишь в Арнем наших злейших врагов. Предсказание Тариана сбудется, если ты не остановишься, ведьмин сын.

У меня голова закружилась. Я всё слышал, но не понимал, что говорит Брутон. Всё разом навалилось на меня. Я уже слышал погоню, они скакали вверх по холму.

Брутон бросил в мою сторону какой-то белый порошок. Всё вокруг заволокло туманом, а глаза ужасно защипало. У меня пошли слёзы. Когда я вздохнул, то чуть не задохнулся, туман был ужасно едким и забился в лёгкие. Я ринулся куда-то в сторону, пытаясь выйти из него. Но я только потерял ориентацию.

И мне вдруг стало всё предельно ясно. Брутон пытается задержать меня, пока стража меня не схватит и не наденет на руки кандалы из эльфийского металла.

Единственного, что мог лишить мага возможности пользоваться своими способностями.

Всё во мне запротестовало против этого. Магия, я считал, бесценный дар и редкий. Она моя серцевина, моя сила, моя суть. И я решился.

Во что бы то ни стало я отыщу предателя, предавшему позору моё имя, но сейчас, если я останусь в Арнеме, меня будет ждать только темница. Я открыл портал. Это дело тратит очень много сил и за раз получается открыть один или два, в зависимости от расстояния. Я шагнул в открывшееся пространство, оставляя позади погоню, дом, семью.

Глава 5. Онор.

3020 год со дня создания магических стен

В тронном зале кроме меня никого не было. Я стоял у одного из огромных окон и смотрел на мой город. Было темно и везде светили лишь огни. Ариция только что ушла. Она не согласна с моим решением. Знаю, сейчас она проливает слёзы в своих покоях. Я и сам не знал какое решение верное и кому верить.

Я не планировал держать его в темнице слишком долго, ведь и вправду не был уверен в виновности. Но он сбежал. Сбежал, а значит ему было чего бояться. Я отправил своих следопытов найти его. Пусть ищут, пока я снова не увижу его. Мне хочется посмотреть в его глаза. Неужели Брутон прав, и я пригрел на груди змею?

Глава 6. Альтаир

3020 год со дня создания магических стен

Я вывалился из портала без сил. Мой внутренний источник был пуст. Сейчас я даже не смог бы зажечь крошечный огонёк. Всё потому, что я открыл портал очень далеко.

Стремясь оказаться вне Арнема, где меня будут искать, я перешёл через магическую стену в другое царство. Понять бы в какое, ведь везде разные народы, природа, магия.

Я огляделся. Это был серый, почти пустой и каменистый мир. Я быстро понял, что это Вельмар. Вельмарийцы похожи на нас, но имеют серую кожу под стать их царству, удлинённые уши, которые достались от гоблинов, и обладают способностью двигать камни и чуят где сокрыты драгоценные металлы. Вельмарийцы — потомки гоблинов и эльфов, которых они брали в плен во время войн или просто похищали.

Среди них попадаются маги и даже целители, подарок от крови эльфов, которые высоко ценятся. Некоторые даже умеют открывать порталы. Вообще расой, полностью лишённой способности к открытию порталов, были только антихостийцы.

Я стал лихорадочно вспоминать, что я помню про Каракала, царя Вельмара. Торговали мы с ним не особо сильно. Он нам драгоценные камни, мы им лес, которого у них почти нет. Каракал же был магом средних сил.

Я совершенно не знал куда податься, но идти к царю у меня не было никакого желания. Я о нём слишком мало знал, а потому не доверял. Да и оставаться в этом неприглядном месте у меня не было никакого желания.

Грозовые тучи нависли над землёй, и я побрёл куда глаза глядят. Сейчас бы найти место, где можно укрыться от скорого дождя. Я шёл, а каменная крошка хрустела под моими ногами.

— А ну стой, -окликнули меня. Отряд из пятерых вельмарийцев вышел со стороны ближайших валунов. Я восхитился их способностью к маскировке. Выходит у Каракала есть пограничные отряды. Неплохо.

— Кто такой?, -спросил другой вельмариец. И я стал быстро придумывать себе легенду. Как назло, в голову ничего не шло. Признаваться, что я царевич точно не стоило. Либо выдадут отцу, либо будут держать в качестве заложника, требуя что-нибудь от Арнема. Интересно, какой за меня могли бы попросить выкуп? Или насколько снизить пошлину за товары?

Прикинуться своим тоже не выйдет, не та у меня, слава прародителям, внешность. И тут я очень пожалел, что мой источник магии пуст. Было бы хоть немного, и я бы смог наложить на себя заклинание иллюзии, сказал бы, что просто заблудился, а живу в соседней деревне. Это послужило для меня большим уроком: никогда не допускай, чтобы источник магии оказался пуст.

Я решил отделаться полуправдой:

— Я из Арнема и попал сюда случайно, -я действительно не соврал. Я не знал, что окажусь именно в Вельмаре. К тому же бывают случаи, когда кто-то переходит из царство в царство, попав в трещины в магических стенах.

Однако, мои слова нисколько не убедили вельмарийцев. Они быстро скрутили мне руки и крепко связали их верёвкой. Я никак не мог защититься: магии нет, оружия никакого, бежать глупо, меня убьют первой же стрелой. Я подчинился и решил действовать по обстоятельствам.

Они привели меня к небольшой крепости, что явно служила пограничной сторожевой точкой. Меня завели в пустую комнату и усадили на стул. Начался допрос.

Глава 7. Альтаир.

3020 год со дня создания магических стен

Я очнулся от холодной воды, что плеснули мне в лицо. Я стоял на своём: я никто, звать меня никак, я здесь случайно. Я настаивал на выдуманной истории, пока меня избивали. Вельмарийцы то ли не верили, то ли просто делали так с каждым. Здесь они были царями и сами устанавливали порядок.

Тело болело, они сильно меня отделали и угрожали сделать ещё больнее. Только я знал, стоит признаться кто я и будет хуже. Меня бросили в темницу спустя несколько дней. Наигрались.

Магия почти вернулась, но вельмарийцы оказались предусмотрительными. Они надели на меня кандалы из эльфийского металла. Я не видел других узников.

Так потекли мои дни в тёмной сырой темнице. В моей камере не было даже окошка. Я не видел даже кусочка неба. Почти всё время я проводил в темноте. Только, когда приносили еду, один раз в день, давали огарок свечи. И я смотрел на маленький огонёк, такой же маленький, какой оставалась моя надежда. Кормили из рук вон плохо. Первое время я даже не мог этого есть, но голод и привычка взяли своё. Давали воду с привкусом земли и похлёбку, в которой плавали огрызки овощей.

Всё время я был предоставлен сам себе, и мысли стали одолевать меня. В моё сердце росли ненависть и отчаяние. Я не мог смириться с предательством родных, но ужасно хотел их увидеть. Я слишком сильно скучал, и это разрывало в клочья моё самооблдаание. Я прокручивал в голове прошлое, вспоминал обстановку, разговоры, каждый взгляд и пытался понять, кто так возненавидел меня, что решил подставить в измене.

Я быстро потерял счёт времени. Мне нечем было делать зарубки: столовых приборов не выдавали, есть приходилось руками. Да и в темноте я всё равно не мог бы ничего увидеть. Я пробовал считать дни, ориентируясь на выдачу еды, но сбился. Знал сколько прошло дней лишь приблизительно. Потом они переросли в недели и месяцы.

На ногах и руках всегда были кандалы. Они натёрли кожу, но я с этим свыкся. Больше я не мог сделать полный шаг и приходилось семенить, когда я прогуливался по своей камере.

Всё больше меня охватывало чувство полной бесспомощности, а отчаяние тянуло ко мне свои жуткие щупальца. В одну из таких ночей я впервые увидел его. Мне тогда казалось, что я пролетел тысячи километров сквозь всю темноту космоса, пока не оказался в месте, покрытом туманом. Здесь цвели бледные цветы.

— Здравствуй, внучёк, -послышался голос до жути похожий на мой собственный. Я резко обернулся. Передо мной стоял мужчина с чёрными волосами и светло-зелёными глазами. Он был красив, только черты лица слишком острые. Я не мог не видеть нашей схожести.

— Кто вы? Где я?

— Меня зовут Аллофан, а это место наше общее сознание. Иначе общаться мы не можем, и поэтому ты слышишь мой голос.

— Твоё имя мне ничего не говорит.

— Конечно, ведь оно было вычеркнуто из истории мира. Я — брат Огрона и Орея. Я расскажу о себе в другие наши встречи. Магия, которой я соединил наши разумы, слишком сильна, а я не хочу, чтобы ты пострадал. Хорошего понемножку, -он усмехнулся, -Я утолю твою жажду знаний.

— Как вы соединили сознания? На мне кандалы из эльфийской стали.

— Они помеха физическому телу. Я научу тебя делать, как я, но пока твоё сознание очень слабо. В тебе так и плещется магия, но если ты не возмёшь её под контроль, она сожжёт тебя до тла.

Мне было сложно, но я всё же спросил.

— Вы назвали меня внуком.

— Так и есть.

Слёзы обожгли мне глаза.

— Семья, в которой ты вырос, никогда не была тебе родной. Я расскажу тебе о твоих родителях. Ты был важным трофеем для Онора.

Нет, этого я вынести не мог. Отец, мать, брат — как сильно я их любил. И всё у нас было хорошо, а теперь мне говорят, что всё было ложью. Впрочем, Брутон тоже мне так сказал, только тогда я этого не понял.

— Возвращайся назад. Мы скоро увидимся.

Я вновь промчался сквозь гущу сияющих звёзд, а когда открыл глаза мне предстала всё так же темнота. Я снова ощутил холодный камень стены и подстилку из сена под собой. Мне казалось, что в окружающей меня тьме продолжают вспыхивать звёзды.

Глава 8. Альтаир.

3020 год со дня создания магических стен

Я не знал сколько времени провёл в своей темнице. Знал только, что долго. Аллофан тоже не мог мне сказать сколько времени прошло с нашей первой встречи. Он обитал в Кадавре — царстве мёртвых. Время там не шло, чтобы умершие вечно жили в моменте наибольшей агонии, в которой их настигла смерть. Мне же становилось всё сложнее. Я носил кандалы, а значит моя магия не могла вырваться наружу. Она копилась во мне, и я чуствовал, что мне всё хуже. В особо тяжёлые дни мне казалось, что по венам будто течёт расплавленное железо. Я знал, не будь на мне оков, от этого проклятого места уже не осталось бы камня на камне.

Аллофан же многое мне рассказал, и многому научил. Но в сознании невозможно было использовать магию, зато теорию я усвоил хорошо. Всё больше я жаждал выбраться на свет, наконец-то использовать свою мощь и наказать всех виновных в моём заключении.

Я чувствовал, что сроднился с тьмой. Она казалась почти живой.

Аллофан рассказал мне, кто он. Он один из первых богов нашего мира, брат Огрона и Орея, вычеркнутый ими из истории. Его тьмы боялись, хотя он даровал миру покой, прекратив войну между мирами, создав магические стены. Я удивлялся его силе.

Чтобы создать такое нужно колоссальное количество магии. А ещё я сочувствовал ему и понимал его. Оба преданные, мы быстро друг друга поняли. Я увидел в нём своего наставника, которого мне всегда так не хватало. Он отвечал на все мои вопросы, уталяя жажду знаний, которой я так долго страдал. В Арнеме я прочёл почти всю библиотеку, но этого мне было мало. Там не было ничего о магии. Теперь я понимал, что всё специально подчистили.

— Почему в Арнеме так не любят магов?, -спросил я однажды у Аллофана.

— Они нас бояться, мы угроза власти, -он усмехнулся, -Нас истребляли столько лет, обвиняли во всех бедах, но когда требуется серьёзная помощь, зовут нас. Много ли в Арнеме магов сейчас?

— Только на службе у царя. Если и есть ещё, то скрывают дар. Аллофан невесело улыбнулся.

— Всё хуже и хуже, но конец миров грядёт, и ещё вспомнят о магах. Но к тому времени нас будет уже так мало, что мы не сможем и не захотим что-то изменить.

Аллофан рассказал мне о матери, своей дочери. Мне сложно было это принять. Я разрывался между двумя женщинами: той, что я помнил с детства, что воспитала меня, учила, озаряла каждый мой день, и той, что я ещё не знал, но которая дала мне жизнь и наделила даром.

— Моя дочь Кристания — ведьма. Она обладает таким сильным даром, что он передался всем её детям, тем более мальчикам. Обычно ведьмы рождают одну дочь, если появляется вторая, то она не обладает, как правило, силой. Всю жизнь она будет прислугой у ведьм.

Если же рождается мальчик, то он редко наследует дар матери. А даже если и наследует, ведьмы убивают их. Ведьмы не пускают к себе мужчин.

Аллофан вздохнул.

— Онор должен был жениться на Кристании, но когда узнал, что она магичка, то в ярости намеревался убить ее. Она сбежала и нашла приют в Антихости, где встретила твоего отца — сказал Аллофан.

— Калидор! Он не может быть моим отцом!, -это было уже слишком для меня. Антихостийцы всегда были врагами арнемцев.

— Может, Альтаир, -усмехнулся Аллофан, -Правду иногда сложно принять. Но вскоре после твоего рождения Онор напал на Антихости. Кристания снова бежала, уже к своим сёстрам-ведьмам в Гильгалоу. У неё не было возможности взять тебя с собой. Ты бы не пережил перемещения сквозь стену. Калидор же не стал тебя защищать.

Онор узнал чей ты сын и забрал с собой. Думаю, он хотел сделать тебя политическим

заложником, чтобы оказывать влияние на Антихости, но план не выгорел. Калидору было всё равно, у него и без того есть два старших сына. Ты не являлся наследником, к тому же ты незаконорождённый. Онор решил воспитать тебя, думаю, в память о Кристании. Я не знаю, когда он узнал, что ты маг и как хотел это использовать.

Я стёр слёзы. Выходит, я всего лишь военный трофей, бастард ведьмы и антихостийца. Что ж, на свою «семью» я не был похож. Все они светловолосые и голубоглазые, я же черноволосый с зелёными глазами, черты лица у меня острее, чем у них. Вопросы должны были возникнуть у меня раньше. Но каждое слово Аллофана вбивало в моё сердце и плоть гвозди печали и ненависти.

— Откуда ты всё это знаешь?

— В Кадавру постоянно приходят новые мёртвые, а с ними и новые известия. Я долго искал тебя, Альтаир, -сказал он, -Кристания и вовсе считает, что ты погиб. Не вини её, что не искала.

— Свяжись с ней через сознание.

— Не могу. Она в Гильгалоу, который окружён самой сильной и крепкой магической стеной, мною же созданной. Мне через неё не пробиться, я всё-таки мёртв. К тому же её разум уже не так податлив, как твой, и она его охраняет от вторжений.

Тебя тоже не чувствовал пока ты не оказался здесь. Твой разум пострадал от горя, а Вельмар ближе к Кадавре, чем Арнем.

Я хотел бы увидеть её, увидеть своих брата и сестру, но я ничего не мог, пока я в темнице. И я не знал выберусь ли я когда-нибудь из неё.

Глава 9. Альтаир.

3034 год со дня создания магических стен

Иногда я слышал, как стражники вели по коридору очередного упирающегося заключённого. Они сопротивлялись как могли, но, ослабшие, не могли дать отпор. До меня долетали крики, когда их мучили. Может быть, хотели что-то разузнать, может быть, просто развлекались.

Однажды пришли и за мной. Вспомнили. Меня поволокли по коридору. Отвыкшему от света, мне даже огонь факелов казался нестерпимым. Одежды мои давно превратились в лохмотья, босые ноги волочились по холодному полу. Сапоги у меня отобрали ещё в первый день.

Меня привели в одну из многочисленных комнат. Привязав верёвки за кандалы, мне вздёрнули руки вверх и подвесили над полом. Избивать меня деревянными палками

им скоро надоело, и они взяли дубины с короткими острыми шипами. Такие не могли сильно повредить, но оставляли после себя множественные болезненные ранки.

Их было трое. Они даже не задавали вопросов, просто избивали, смеясь. Я стиснул зубы, не позволяя крикам вырваться наружу. Но внутри я кричал так, что ушные перепонки готовы были лопнуть. Мой дух кричал, а сердце кровоточило. Мне бы позвать кого-то на помощь, но некого. Я один здесь среди врагов.

Им не понравилось, что я не кричу. Я не мог доставить им такой радости. Всё, что мне оставалось — это быть сильным, сохраняя самоуважение. Тогда они отвели меня

куда-то, где было полно воды и оставили там. Вокруг были лишь гладкие стены, зацепиться не за что. Одну ногу приковали к кольцу на дне. Руки не освободили, и я не мог бы держаться на плаву. Оставалось только стоять, запрокинув голову. Опусти я её, и вода залилась бы мне в нос. Очень быстро мыщцы шеи и плеч свело, но я всё так же держал голову высоко. Я цеплялся за свою жизнь. В какой-то момент мне показалось, что я потеряю сознание. Тогда ко мне явился Аллофан. Он протягивал руку, окружённый туманом, и улыбался.

— Терпи, Альтаир. Не смей сдаваться. Не доставь им такого удовольствия. Впереди ждут великие дела, -сказал он.

И я держался.

Я простоял в воде трое суток. У меня была масса времени, чтобы всё обдумать. Думаю, тогда-то я воспылал сильнейшей ненавистью к миру. Всходы ненависти, что я копил всё это время в темнице, зацвели буйным цветом. Я отчаялся. Мне ещё никогда не хотелось так умереть, как тогда.

После вельмарийцы пришли за мной. Может быть, я показался им скучной добычей, или они сочли моё упрямство чем-то достойным, но они не продолжили побои, а бросили меня обратно в камеру.

Итак слабый от скудной еды и невозможности двигаться в кандалах, я ослаб ещё больше. Следующие дни я пролежал в полузабытье и лихорадке. Не знаю сколько точно прошло времени, но тогда я подумал, что и вправду умру. Умру не в бою, не в своей постели, а в чужой стране, в темнице и кандалах, пленником.

Потом мне стало лучше, и я почувствовал, что болезнь отступила.

Я нутром почувствовал, что что-то изменилось в крепости, даже прежде, чем услышал как вельмарийцы забегали по коридорам. Где-то захлопали двери. Так продолжалось некоторое время, прежде чем пришли ко мне.

Лязгнула железная дверь, темницу осветил фонарь. Мне пришлось прищуриться. Он зашёл в сопровождении двух стражей. Его плащ касался грязного пола, на ногах тяжёлые сапоги. Он подошёл ко мне и, взяв моё лицо за подбородок, вздёрнул его. С силой он раскрыл мне веко, внимательно смотря. Я пытался вырваться, даже слабый свет слепил, и мне совершенно не нравилось, когда ко мне прикасались чужие.

— И как долго ты здесь?, -спросил незнакомец.

— Я не знаю.

— Четырнадцать лет, господин, -ответил один из стражников.

— Надо же, столько же сколько прошло с пропажи младшего царевича Арнема. Я внутренне напрягся. Незнакомец выпрямился.

— Несмотря на то, что ты в оковах из эльфийского металла, вся твоя коморка пропитана магией. Обычные существа этого не ощущают, но маги чувствуют другого мага сразу,

— незнакомец ухмыльнулся. Я уже понял, что он явно занимает высокое положение.

— Принесите новые оковы, -приказал он, и один из стражников тут же побежал выполнять приказ.

— Зачем?, -я сам не узнал свой голос. После долгого молчания он звучал как у старика.

— Зачем?, -незнакомец улыбнулся, -В Арнеме мало говорят о магии, верно?, -его голос был приятным не смотря ни на что, да и внешность у него была стоящая, не смотря на серуюю кожу и заострённые уши. У него были каштановые кудри и правильные черты лица. Высокого роста и прекрасного телосложения, -Иногда я проверяю, что делается в моих землях и наведываюсь в крепости. В каждой есть заключённые и у всех них кандалы. Если я встречаю кого-то достойного, то обмениваю его старые кандалы на новые. Старые беру с собой. Тебе известно, что оружие, выкованное из эльфийского металла, напитавшегося магией, получается просто невероятным?

Я поверить не мог, что передо мной повелитель Вельмара, Каракал.

— У меня уже есть доспехи, что не пробить ни одной стрелой и ни одним мечом. Сейчас же я хочу выковать подходящий меч. Твои кандалы станут его частью. И признаться, я не встречал более одарённого мага, чем ты. Будь я на месте Онора, я бы тебя от себя не отпускал.

Мне казалось, что меня и мою силу просто нагло используют. С другой стороны, какая разница какие кандалы носить?

— Зато ты станешь для меня отличным источником, -продолжил Каракал. Я похолодел, страх сдавил мне горло. Прародители, неужели такая уготована мне участь?

Когда один маг делал другого своим источником, то забирал его магию. Если делать так долго и много, то маг мог и лишиться всей своей магии и мог даже умереть. Тот же, кто забирал магию станет сильнее. Я не мог представить себе что-то более ужасное, чем это.

Принесли кандалы. Я знал, что сейчас у меня последний шанс. Чтобы забрать магию им придётся оставить меня без кандалов на это время.

Как только вельмариец открыл кандалы на моих ногах, я вскочил и бросился к двери. Что ж это было отчаянно и глупо. Я успел ударить кандалами на руках того стражника, что стоял у двери с фонарём, но я был слишком слаб. У меня закружилась голова и потемнело в глазах. Я не успел выскочить в коридор как врезался в прозрачную стену. Каракал остановил меня магией.

— Усадите его обратно, -сказал он.

Вельмарийцы посадили меня на пол и надели новые кандалы на ноги и на руки. Я мог лишь слабо трепыхаться.

— Это было забавно. Я ожидал, что ты выкинешь нечто подобное, -сказал Каракал и ласково погладил меня по волосам, -Ты не пугайся. Процесс, конечно, неприятный, но не ужасный. Подумай, чьим сосудом ты станешь. Какая это честь.

Он разрезал ладони кинжалом мне и себе и соединил их. Я тут же почувствовал как магия покидает моё тело. Это была тупая тянущая боль. Мне становилось то холодно, то жарко, меня затрясло. Всё закончилось довольно быстро, но так ужасно я себя ещё не чувствовал. Будто я лишился самой жизненной силы.

— Вот видишь, мы уже и закончили, -Каракал улыбнулся, -Я помню добро, мне оказанное, поэтому тебе выделят здесь хорошие покои и станут лучше кормить, -он потрепал меня по щеке. Кажется, ему было всё равно, что я грязен и давно не мыт, -Но ты попытался убежать от меня и, боюсь, ещё попытаешься, поэтому мы это предотвратим.

Я не понимал, что он имеет ввиду, пока он снова не достал кинжал.

Я пытался вырватья из рук стражников в конец обессиливший, пока Каракал резал сухожилия на щиколотках. Ступни залило кровью. Я ещё не испытывал такую боль. Я кричал, и крик отражался эхом от стен, возвращаясь ко мне.

— Скоро больно не будет, -сказал Каракал, вытирая кинжал и убирая его, -Когда снова наполнишься магией, я приду. До встречи, царевич.

Стражники подхватили меня под руки и куда-то потащили. Я уже плохо, что понимал. Ноги волочились по полу, и я чувствовал боль, но пошевелить ступнями не мог.

Глава 10. Альтаир.

3034 год со дня создания магических стен

Я пришёл в себя, когда уже был в обещанной царём комнате. Щиколотки были перевязаны чистыми белыми бинтами. Рядом я увидел стопку чистой одежды. Ко мне зашли два стражника. Прежде я их не видел. Ничего мне не говоря и ничего не спрашивая, они отнесли меня в соседнюю комнату, где стояла лохань с водой. Они

сорвали с меня лохмотья, грубо умыли лицо и тело. Я не сопротивлялся, сил у меня всё равно не было. Я уже забыл какого это быть чистым.

Когда они притащили меня обратно, я надел приготовленную одежду. Бинты мне поменяли. Отросшие волосы мне постригли и сбрили бороду. Что ж спасибо и на этом. Еда, которую мне приносили и вправду была лучше похлёбки. Я надеялся хоть немного набраться сил, но как сбежать, если не можешь управлять собственными ногами, я не знал.

Все дни я был предоставлен сам себе. Никаких развлечений у меня не было, и я лишь тупо смотрел в потолок, лежа в постели. Только иногда я был в видениях с Аллофаном.

С каждым днём во мне росла ненависть ко всем, кто заставил меня проходить через это, но также и росло отчаяние. Я думал, что застрял здесь до конца своей долгой жизни. Мы — Боги живём не одну тысячу лет.

Я сполз с постели, оказавшись на полу, сел у стены и, собравшись с духом, ударился головой об стену. Это было больно, но не достаточно, и я продолжил биться об стену. Когда я почувствовал, как кровь из разбитой головы потекла по лицу, забежал стражник. Видимо, услышал непонятный звук. Он тут же схватил меня, ударил по лицу и бросил на постель. Я засмеялся. Я настолько похудел, что со мной можно было справиться вот так просто.

Стражник позвал других. Мне перебинтовали голову, а кровь вытерли. Какая забота.

Они решили привязать меня к кровати. Будто животное. Спасибо, что не в клетку посадили. Хотя чем эта комната отличается от клетки?

Теперь я не мог сползти с кровати. Только лежать или сидеть. Верёвка обвила меня за пояс, я же пытался придумать другие способы закончить своё жалкое существование.

В комнате стояла только эта кровать и небольшой столик, на котором оставляли еду. Никаких подручных средств. И тогда я начал зубами разгрызать кожу на запястьях. Это было больно, но я старался продвигаться не так быстро. На правой руке я сумел пустить себе кровь, но мне не хватило времени. Кровь я потерял, но не так много, чтобы умереть, но чтобы ослабнуть ещё больше да.

Вельмарийцы не только перевязали запястья, но и связали руки. Теперь я не мог поднять их. Я только ухудшил своё положение, не приблизившись к цели.

Беспомощный, всё равно что полностью без рук и ног, я тупо пялился на потолок или стены.

Тогда я начал кричать и браниться. Я придумывал ругательства сам, вспоминал когда-то услышанное. Я кричал на своих тюремщиков, пока не выдыхался. Так я заодно пытался себя развлечь. Тоже не долго.

Они засунули мне в рот кляп. Вынимали его только, когда приходили кормить.

Я стал отказываться от еды. Но они не позволили мне заморить себя голодом и кормили насильно.

У меня не осталось сил ни физических, ни моральных. Моё сердце будто стало не живым. Мне казалось, оно скукожилось в груди и перестало биться.

Я сдался и перестал бороться.

Глава 11. Ронан.

3034 год со дня создания магических стен

Я мышью проскользнул перед открытой дверью. В прямом смысле мышью. Я сменил обличье, ведь я анимаг. Мышей и крыс полно в этой крепости, на меня никто не обратит внимания.

Я всегда гордился своей способностью. Анимагов не так-то и много. С самого детства я учился превращаться в разных тварей, чем доставлял проблем матери и всему ковену.

Вчера днём я пересёк границу между Гильгалоу и Вельмаром. Ночью в видении ко мне пришёл Аллофан. Я разговаривал с ним пару раз за свою жизнь и всегда, когда пересекал границу Гильгалоу. Матери, правда, не очень нравится наше общение. Он сообщил мне будто в крепости находится мой брат, к тому же сильный маг. Я пока не решил как относится к этой новости. Мать никогда не рассказывала мне о брате. Всю жизнь у меня была только сестра. Но сейчас я искал именно его, пытаясь нащупать хотя бы дуновение чужой магии. Ничего.

Вообще я люблю такие вылазки. Чувствуется в них азарт и близкая опасность. Моя задача иногда наведываться к вельмарийцам и узнавать их планы и новости. Иногда, если в темницах есть хороший маг, я забираю его с собой. Нам в Гильгалоу нужны такие. Поэтому моя способность так цениться. Кто заметит муху на потолке или мышь в тёмном углу?

Я сновал по тёмным коридорам, освещённах только факелами. Перебираясь с лестницы на лестницу, из коридора в коридор я учуял тонкий след магии. Почти прозрачный, он повис в воздухе. До этого я не встречался с такой магией. Она была совершенно особенна и, кажется, умела всё. Я хорошо считываю магию любого существа, видя её направленность и цвет. Эта была такая зелёная, почти изумрудная, и очень подвижная. Я точно почувствовал огонь и тонкий запах иллюзий.

Я двинулся по следу, который привёл меня к одной из дверей. Я превратился в муху и прополз под ней. В комнате никого лишнего, только я и тот, чью магию я почувствовал. Я принял истинный облик и увидел его. Сначала моё сердце сжалось от жалости к нему, а затем от страха, так мы с ним были похожи.

Он лежал с закрытыми глазами, с кляпом во рту, связанный по рукам и ногам. Я достал кляп, а потом кинжалом принялся разрезать верёвки. Он распахнул глаза.

— Не бойся, я тебе помогу. Как тебя зовут?

— Альтаир, -его голос был хриплым, он явно давно не говорил.

— Меня зовут Ронан, а твоё имя я слышал. Ты случаем не пропавший арнемский царевич?

— Да.

— Мне приятно, что ты не скрываешься.

— Зачем помогаешь мне?

— Я спас бы любого мага, оказавшегося на твоём месте. Альтаир с трудом сел.

— Я не могу идти, -сказал он, -Мне повредили ноги.

— Когда приходят стражники?

— Ещё не скоро.

— Они тебя так? Ты не в камере, -заметил я.

Альтаир замялся на секунду, но будто отринул все чувства и безжизненно сказал.

— Каракал. Он забрал у меня магию, но я не могу сказать как давно это было. Я не мог не сочувствовать собрату.

— Я вижу на тебе эльфийский металл, но вот в чём дело, я нашёл тебя по магическому следу, хоть и слабому. Ты силён, твоя магия велика раз просачивается.

У Альтаира появился слабый огонёк в глазах.

— Сможешь снять кандалы с меня? Я разрушу это место до основания.

— Месть? Мне это нравится, но мы можем уйти по-тихому. Я уменьшу тебя и возьму с тобой. Я так уже делал с другими. Незамеченными мы покинем это место.

— Когда обнаружат, что меня нет, сразу пошлют весть Каракалу. Я же никого не оставлю в живых, весть об этом ещё не скоро распространится.

— Я тебя понимаю, я бы сделал так же.

И я принялся за дело Мы в Гильгалоу уже научились открывать эти оковы. Слишком много к нам попадало магов, которых не принимают. Я начертил руны и окропил их своей кровью. Любая магия требует цены. Мгновенье и металл треснул.

— Ты свободен, -радостно провозгласил я.

— Ещё нет, -ответил Альтаир.

Мне стало жаль его. Я чувствовал, что не это его истинный характер, что это результат его пребывания здесь и, возможно, того, что его сюда привело.

— Выпей это.

— Что это?, -Альтаир насторожился.

— Неужели думаешь, что я хочу отравить тебя?, -я постарался ободряюще улыбнуться,

— Зелёный бутылёк сделает тебя маленьким, и я смогу взять тебя с собой, а потом выпьешь красный и вернёшься к прежним прекрасным размерам.

— Что ж, терять мне всё равно нечего.

— Тоже верно.

Альтаир выпил всё одним глотком и стал стремительно уменьшаться.

— Почему нельзя было уменьшить меня сразу, и оковы бы спали сами собой?, -спросил Альтаир, но его голос теперь был таким тихим, что мне пришлось поднести его на ладони к самому уху. Отвечал я как можно тише.

— Тот, кто создал эти оковы был слишком умён. Они бы прсто уменьшились вместе с тобой, оставаясь на том же месте.

— Ясно.

Я аккуратно положил Альтаира в мешочек и прошмыгнул в коридор. Там было пусто. Быстро отыскав окно, перевоплотился в ворона, одно из моих любимых обличий, и, держа мешочек в клюве, вылетел из башни.

Я отыскал место за большими камнями, где перевоплотился сам и Альтаир, выпив зелье, принял прежний облик. Я никак не мог удержаться от жалости, видя как он сидит на холодных камнях Вельмара, не в силах подняться. Я присел перед ним.

— Знаешь, ты не позволяй отчаянию завладеть тобой, никогда не позволяй. Тебе помогут в Гильгалоу, там мы и ни такое вылечиваем. Ты же со мной?

— У меня нет выбора. Отправиться с тобой, нечем не хуже чем отправиться в любую другую сторону. Да и идти я не могу.

— В Гильгалоу почти все владеют магией, там ты будешь среди своих. К тому же, у тебя есть такой друг, как я.

— Мы уже успели стать друзьями?

— Ты мне нравишься, я нравлюсь тебе, зачем тянуть? На губах Альтаира заиграла слабая улыбка.

— Ладно, друг, помоги мне сесть на тот камень, мне нужно видеть башню.

Башня предстала нашим глазам. В ней было тихо, почти умиротворённо. Отсюда не было слышно криков и стонов заключённых. Альтаир закрыл глаза, прислушиваясь к возвращённой магии, и воздел руки к серому небу.

— Как твоя магия?

— Так много, что делает мне больно.

Он распахнул глаза, у его пальцев, словно змеи, заскользили зелёные всполохи. Более большие появились у башни и обвили её. Альтаир сжал пальцы, магия повиновалась и сжала башню. Я чувствовал как чужая магия проникает во все трещины и расширяет их. Башня задрожала и рухнула, похоронив всех, кто был в ней и поблизости.

— Впечатляет, -сказал я, — Такого я ещё не видел. Альтаир опустил руки.

— Как ты?

— Нормально. Куда нам теперь? Я могу перенести нас.

— Ну перенос лучше всего работает, когда знаешь местность, а не бьёшь наугад. Так что, я снова сделаю тебя маленьким и понесу. Я хорошо знаю дорогу.

— Как пройдёшь через магическую стену?

— Меня будут ждать и откроют проход. Мне нравится, что ты пытаешься влиться.

— Должен же я знать, что ты собираешься делать.

Мы отправились в путь. Я летел, держа мешочек в клюве и осматривая местность, но ничего необычного не увидел.

Глава 12. Альтаир.

3034 год со дня создания магических стен

Всё путешествие до стены я проспал, несмотря на то, что меня трясло. Но я был слишком ослаблен и ещё не особо верил, что действительно выбрался, что это не игра моего воображения. Ронан дал мне зелье и, я принял прежний размер.

— Переходить стену не в своей истинной форме всегда опасно, так что дальше я тебя понесу.

— Спасибо. За всё.

Ронан только махнул рукой.

— Мы — маги, а значит братья. Я не мог бы не помочь тебе.

Стена была похожа на плотный туман, но пройти её было невозможно. Но сейчас туман перед нами расступился, пропуская вперёд. Вскоре мы увидели две женские фигуры. Ронан усадил меня на землю. Я не противился. Мне было всё равно.

— Подожди здесь, -сказал Ронан и подбежал к женщинам, крепко обнимая их, -Вот я и вернулся, и не один.

Женщины посмотрели на меня. Праотцы, как же все четверо мы были похожи. Старшая женщины направилась ко мне. Она была одного возраста с моей Арицией, но и была её полной противоположностью. Её иссиня-чёрные волосы доходили до поясницы и спадали волнами. Черты лица немного острые, а глаза, почти как у меня. Только чуть более светлые. Она присела рядом со мной и взяла моё лицо в свои ладони.

— Ведунья сказала, что однажды мне вернётся давно утраченное и не обманула, -по её щеке покатилась одинокая слеза, -С возвращением, сынок.

Я застыл и совсем не знал, что мне делать и что сказать. В груди было до того пусто, что я не особо ощущал какие-либо эмоции. Скорее, я испытывал любопытство.

— Мы просто очень похожи, госпожа, -сказал я. В ответ она лишь покачала головой.

— Я чувствую твою магию, и я слишком долго ждала твоего возвращения. Прародители и сама Ткачиха миров сжалились надо мной и перестали вплетать в мою канву жизни плохие нитки, -она вздохнула, -Вижу с Ронаном ты знаком, а это Марика,

сестра-близнец Ронана и твоя сестра.

Я посмотрел на девушку. Да, они с Ронаном были как одно и тоже, только в женской и мужской ипостаси. Глаза у обоих серые, как сталь.

— Пойдёмте домой, у нас будет время поговорить, -сказала женщина, — Меня зовут Кристания, можешь звать меня так.

Ронан снова поднял меня на спину и понёс. Марика и Кристания вышагивали по обе стороны от нас, иногда придерживая.

— Что с твоими ногами?, -спросила Марика, -Извини меня за бестактный вопрос, но я должна знать, чтобы вылечить их.

— Перерезаны сухожилия, -глухо ответил я.

— Давно?

— Давно.

— Мы сможем помочь, -Марика посмотрела мне прямо в глаза, и я поверил.

— Вы дочь Аллофана и хозяйка этих мест, -сказал я Кристании. Она вздрогнула.

— Откуда знаешь?

— Сам Аллофан сказал мне это.

Кристания пристально посмотрела на меня.

— Я ложь чувствую сразу. Ты не врёшь. Почему дух моего отца связался с тобой?

— У него не хватает сил, чтобы проникнуть сквозь магическую стену, а я, возможно, больше всех нуждался в нём.

Ведьма невесело усмехнулась.

— Не смог преодолеть свою же преграду.

— Он смог дотянуться до меня, но только тогда, когда я покинул Арнем. У меня только один вопрос, как он сохранил сознание в Царстве духов?

— Он был сильнейшим магом своего времени, братья убили его только объединившись, но он практиковал Тёмный путь. Это и позволило ему сохранить сознание, хотя его тело давно уничтожено, а дух летает над полями Царства мёртвых.

Я задумался, и дальше мы шли в тишине. У меня было всё больше и больше вопросов, хотя картина уже выкладывалась в моей голове. Оставалось только заполнить некоторые отсутствующие пазлы. Я решил во чтобы то ни стало учиться магии у хозяйки Гильгалоу и верховной ведьмы. К тому же они принимали меня с распростёртыми объятиями. Я же пока не мог назвать этих незнакомцев семьёй, даже если в нас текла одна кровь. Но они были магами, как я, и не скрывали этого. Я понимал, что они могут научить меня всему, что им известно.

В сердце же у меня разрослась и укоренилась ненависть, и я решил, что все, кто предал меня и кто презирал магию, самую мою суть, поплатятся за это.

Глава 13. Альтаир.

3034 год со дня создания магических стен

Я с удивлением двигал ступнями, они слушались меня как раньше. Попробовал встать, Ронан поддержал меня. Неуверенно я сделал первый шаг, потом второй.

— Придётся учиться почти заново, -сказала Марика. Я посмотрел на неё с благодарностью.

— Спасибо тебе.

— Это моя работа.

Марика была ненамного младше меня, но я с удвилением видел, что она более искусна, чем все врачеватели в Арнеме. Со своей магией она могла не просто срастить сухожилия, но восстановить тело по кусочкам, сделать лучшие отвары от любых болезней. Всё, что угодно, только не могла оживить. Вернуть дух из Царства мёртвых было никому не под силу.

Ронан помогал мне идти, мыщцы ног ослабли.

— Мне нужны тренировки.

— Вижу, будешь тренироваться. Никто против ничего не скажет, -ответил мне Ронан, -Я тебе уже говорил, мы помогаем магам, и тебе поможем. К тому же, ты сын верховной ведьмы.

— Приступим сегодня же.

Ронан посмотрел на меня с удивлением, но согласился.

— Только потом не жалуйся, на ногах еле стоишь.

— Если хочешь, я тоже могу тебя учить, -сказала Марика, -Дара целительства у тебя нет, но ты можешь научиться варить отвары и зелья, узнаешь лечебные и ядовитые растения, заклинания.

Я не мог не оценить попыток новоявленных родственников сблизиться и ответил тем же.

— Я хочу узнать всё.

— Кстати, в ядах отлично разбирается мама, -сказал Ронан, -А ещё умеет рапознавать ложь.

— Ценный дар, -будь у меня такой, я бы ещё с рождения знал, что мне лгут самые близкие.

— Что умеешь ты?, -поинтересовалась Марика.

— Могу создать иллюзии и огонь, умею открывать порталы.

— Он скромничает, -вмешался Ронан, -Он умеем управлять потоком магии, он так разрушил башню вельмарийцев.

Марика не смогла скрыть своего удивления.

— У него она, кстати, зелёная. У меня синяя, у Марики фиолетовая.

— Как это, видеть цвет магии каждого?, -спросил я.

— Мир выглядит более ярким, -усмехнулся Ронан, -Но я могу это контролировать, так что вижу мир, как все.

Мы покинули лечебницу. Так назывался дом, в котором Марика и другие целители принимали тех, кто нуждался в их помощи. Ронан всё так же поддерживал меня. Мы пошли по деревне.

— Можешь отдохнёшь?, -спросил Ронан.

— Нет, -мне хотелось идти на своих ногах, как бы тяжело не было.

Я успел выяснить, что народ Гильгалоу весьма разнообразен, хотя основу составляли ведьмы. Они создавали деревни и каждый жил, где хотел. Мы же были в главной деревне, хотя правильнее это было бы назвать небольшим городком. Улицы иногда петляли, иногда шли ровно. По краям стояли небольшие аккуратные деревянные дома. Мне это было непривычно после камня Арнема, однако жить в таком домике мне понравилось. Жил я теперь с «семьёй», в одной комнате с Ронаном, в соседней была Марика. Было тесновато, но мне даже нравилось это. Как будто это делало нас ближе. В моих же просторных покоях в Арнеме мне часто было холодно, а перед сном не с кем было поговорить, как мы теперь делали с Ронаном.

— Аллофан говорил мне, что младенцев мужского пола убивают, -спросил я однажды Ронана.

— Так было раньше, но мать запретила это делать. Потому я и жив. Хотя в отдалённых деревнях это ещё практикуется. Мы пытаемся бороться с этим.

Шли дни я узнавал всё больше о магии, читал книги, тренировался с Ронаном, знакомился с местными жителями, среди которых встречались пикси, гномы, бежавшие вельмарийцы, фейри, гоблины и даже аполлинерийцы, арнемцы и эльфы, все у кого в жилах вместе с кровью текла магия; все, кого не приняли в их родных краях. Среди ведьм магичек было не так много, в основном, они справлялись отварами, заклинаниями и умением воевать. Всему этому учили с детства.

По вечерам я, Ронан, Марика и Кристания встречались за столом и вместе ужинали. Я больше слушал, но со временем стал говорить и сам. Я видел, как Кристания хотела назвать меня другим именем, как хотела бы обнять, но я пока принять этого не мог. Я больше говорил с Марикой и Ронаном, с ними мне было проще.

Одним вечером Кристания сказала:

— Через неделю будет совет ведьм. Один из вопросов ты, Альтаир. Я признаю тебя сыном, но они пока сомневаются. Я хочу, чтобы ни у кого больше не осталось сомнений. Я не настаиваю, но мы можем провести ритуал крови. Он покажет наше родство.

Я и сам хотел убедиться в этом, поэтому легко согласился.

— Если тебя признают наследником, как меня и Марику, то у тебя появятся обязанности,

— сказал Ронан.

— Я буду им только рад, -ответил я, -Я хочу отплатить добром за добро.

— А обряд инициации?, -спросила Марика.

— Что за обряд?

— Мы проходим его все, когда нам исполняется сто лет. В одиночку мы уходим вглубь леса и должны убить магическое существо. Неразумное, конечно же. Магию зверя собирают в сосуд, который и служит доказательством совершённого, -пояснил Ронан,

— Сосуды мы используем для поддержания магии стены, со временем она слабеет, и в ней появляются дыры.

— Ясно, я готов пройти то, что все проходят.

— Но мы учимся этому с детства, ты же у нас совсем недавно, -заметила Марика.

— Альтаир, я бы не советовала тебе рисковать, -вмешалась Кристания, -Совет захочет, чтобы ты показал себя после ритуала крови, но мы можем отложить это на следующий год.