Бесплатный фрагмент - Госпожа ледяного камня

Колдунья из легенд

В одном древнем лесу есть покосившаяся избушка, где хранится слишком много секретов, которые ещё никто не смог рассказать. Тьма окутала это место, а болота закрыли путь добрым людям.

Поговаривают лишь о том, что когда-то, очень давно, жила здесь одна колдунья. Красотой она славилась, оттого воровала и приносила в жертву этой красоте маленьких детей, зверят и фей, а их больше потом никто не видел. Долгими годами местные жители пытались выследить ведьму, а она проклинала их землю и урожаи. Плодородная земля высыхала и превращалась в болота, а деревья мгновенно погибали в ядовитых топях. В темноте стояли эти мертвые деревья, похожие на крючковатые руки скелетов, а при приближении коряги оживали, набрасывались на путника и сразу топили его в болоте, защищая обитель ведьмы. Поэтому в лесу всегда было тихо: птицы облетали эти земли стороной.

Лишь однажды чудесным образом злую ведьму смогли победить, объединившись, все волшебные существа леса, животные и люди. Это было слишком давно, и никто даже не помнит теперь имени колдуньи, но ходить на болота все равно опасаются. Всегда были смельчаки, что пытались собирать клюкву и целебные травы для смертельных ран, но не все возвращались назад. Возможно, сходили с ума. А может, болота поглощали их тела или ядовитые пары чемерицы навсегда усыпляли несчастных. Но феи чаще других заглядывали сюда в поисках трав. Им не страшны были болота, ведь они могли летать, и относились к этому месту, как к страшилке, которой можно пугать непослушных детей. Но, как известно, рано или поздно любопытство приводит к опасности. И люди не могут знать наверняка того, чего не видели своими глазами. Так легенда оказалась правдой.

Луна серебрилась диском над тёмным лесом. Ведьма расчесывала слипшиеся и запутанные волосы, а кривоватый гребень из большущей рыбной кости выдирал клочки седых волос. Восседая в старом скрипучем кресле, она смотрела в зеркало с восхищением: в отражении напротив сидела прекрасная дева, а её длинные волосы украшала тиара с огромным сверкающим камнем.

Отложив гребень, довольная ведьма продолжала с кряхтением размешивать порошок в маленьких баночках. Перекладывая и подсыпая сухие травы, она непрестанно мешала зловонную жижу. И вот, когда эликсир был закончен, ведьма уродливым ногтем начала втирать в морщинистое лицо голубую жижу.

Часто она доставала из шкафа старинные платья с драгоценными каменьями и любуясь собой, пританцовывала. Но в этот раз её ритуал прервал стук в стекло. Маленький эльф, звеня крылышками, стучал кулачками по банке изнутри, в попытках сдвинуть её со стола или разбить, чтобы высвободиться. Наконец, он в отчаянии закричал:

— Посмотри на меня!

Зловеще и хрипло рассмеявшись от его тщетных усилий, ведьма закашлялась и постучала кривым ногтем по банке.

— Ты никуда не уйдёшь! Скоро наступит твоя очередь.

Перестав стучать, мальчик прислонился к стеклу и неожиданно спокойно посмотрел в темную бездну её пугающих глаз.

Пронзительный щебет птиц, запертых в клетке, отвлёк внимание ведьмы. Позабыв про мальчишку, она принялась щипать у них перья и украшать свою шляпу, напевая странную мелодию и ковыряясь в гнилом зубе крючковатым ногтем. В её избушке было много пленников. Некоторые пытались сбежать, а кто-то тихо сидел, забившись от страха в угол и замерев, как статуя.

В такой же стеклянной банке, напротив эльфа, сидели светлячки — ведьма использовала их для освещения комнаты. Тех светлячков, что со временем погибали, она заменяла новыми. Лягушки тихо сидели, выпучив глаза, и больше не квакали. Здесь же обитали разноцветные бабочки, которые боялись расправлять свои крылышки, ведь злобная ведьма беспощадно отрывала их ради потехи или добавляла в эликсир молодости. Больше всего дрожали от страха маленькие лесные зверюшки. Запертые в клетках, каждый раз они прислушивались и съёживались, когда ведьма подходила к ним, чтобы сварить из них суп — так же, как из тех, чьи шкурки висели рядом с сушёными вениками трав.

Иногда в полночь она отправлялась на охоту за новыми несчастными созданиями, что попадали в её заколдованные ловушки. Протискиваясь горбатой спиной в низкий проём двери, ведьма пристально озиралась на своих пленников и вылетала прочь во тьму леса на своей метле.

Рождение героя

Эльф слышал мысли пленников и понимал, что они чувствуют. Видел, как исчезали зверушки, и не мог поверить своим глазам. С ним же ведьма забавлялась, как с игрушкой, заставляя его выплясывать при помощи колдовства. Достанет нитки, пришьёт к тряпичной кукле, начнёт дёргать — а эльф под действием чар танцует, вторя движениям марионетки.

Однажды вечером он дождался, когда ведьма уснёт, раскачал банку и покатил её к краю стола. Банка вдребезги разлетелась. Эльф наконец-то вырвался наружу.

Разбуженная колдунья мгновенно бросилась вдогонку. Мальчик постарался укрыться там, где она не смогла бы его достать, высоко взлетев над потолком. Та только сильнее разозлилась. Зашипела, замахала руками, неспособная поймать ловкого мальчишку. И ведь она никак не могла позволить ему сбежать! Внезапно ей на ум пришла идея. Тут же ухмыльнувшись своей блестящей задумке, она взяла клетку с бабочками, что-то прошептала им и открыла дверцу.

— Посмотрим, как ты справишься с моими прелестницами, — прошипела старуха, а из её рта выпал гнилой зуб.

В безумстве сотни сияющих бабочек заметались под потолком и полетели в погоню за эльфом, зловеще хлопая крыльями. Он пытался лететь быстро, но заметил, что слишком много бабочек окружило его, поэтому спустился и побежал — но, оглянувшись на мгновение, тут же споткнулся. Теперь ведьма хохотала от его нелепых попыток сбежать.

Эльф поднялся и на свою удачу заметил разбросанные вокруг него цветки чертополоха. Призвав магию, он оживил их. Те начали подниматься и выстраиваться, окружая мальчика, прикрывая его и отделяя от безумных бабочек, норовящих разорвать его в клочья. Чертополох всё плотнее защищал от хлопающих крыльев, но бабочки продолжали неистово пожирать растение, не обращая никакого внимания на острые иглы, которые должны были их отпугнуть.

Тогда эльф использовал крепкие ветки хвороста неподалеку и из последних сил стянул всех бабочек в необычную клетку. На помощь ему пришел паук и склеил ветки паутиной, надежно запечатав заколдованных бабочек, пока те наконец не успокоились и, уставшие, вовсе не замолкли. Паук помог мальчику спрятаться в укромном углу от погони ведьмы.

— Спасибо, друг! — поблагодарил его эльф. И услышал мысли паука — тот ответил ему:

— Совсем недавно ведьма растоптала мою семью, оттого что ненавидит нас. Мы вызываем у неё злобу и отвращение своим пугающим уродливым видом. Наконец-то у меня появился долгожданный шанс помешать ей. Уходи же через эту трещину в стене, спасайся.

— Я должен ещё вернуться и помочь тем, кто страдает здесь, — ответил мальчик.

— Тебе лучше держаться от ведьмы подальше. Да и я, к сожалению, не могу пойти с тобой и оставить свой дом.

— Тогда помоги мне хотя бы освободить других пленников, — попросил он паука.

Ведьме, упустившей беглеца, оставалось только бесчинствовать от злости и крушить всё вокруг.

Ровно в полночь паук с эльфом дождались, когда ведьма наконец ушла в темноту леса, пробрались к клеткам и открыли их. Птицы и зверята тихо устремились к открытому окну, вдыхая свежесть ночи и запах свободы. Пленников в банках паук и эльф решили освободить в последнюю очередь, ведь стеклянные тюрьмы предстояло ещё и разбить. Большинство сосудов были пусты, лишь в последней банке горел слабый свет и сидел единственный выживший светлячок — но тот, казалось, уже никуда не хотел улетать.

Они приготовились к шуму разбивающейся склянки, поэтому, когда светлячок всё-таки вылетел из горы осколков, паук и эльф сразу поспешили в безопасное место. Но острый слух ведьмы почуял неладное, и она мгновенно вернулась в дом, обнаружив беглецов.

— Да как ты, наглец, посмел трогать моё?! — рассвирепела колдунья, пытаясь прихлопнуть паука, но тот успел скрыться из виду. — Что ж, я и тебе покажу, чего ты стоишь! — обратилась она к эльфу в бессильной попытке его схватить.

Гремя склянками, колдунья нащупала пузырек и открыла, высыпав на ладонь чёрную светящуюся пыльцу. Громко расхохотавшись, подула в сторону неуловимого мальчика. Одежда его испачкалась в чёрных сгорающих искрах. Где-то рядом под его ногами зашевелилась и закряхтела тень — его собственная — затем начала выползать и расти, теперь надвигалась на него.

От неожиданности эльф не мог вымолвить ни слова. Всё ближе и ближе ползла тень. Схватив подвернувшуюся палку, мальчик замахнулся. Его тень, отскочив в сторону, замахнулась палкой в ответ. Сколько бы он ни пытался ударить палкой — никак не мог попасть по пугающей тени. В конце концов, запнувшись о разбитый фонарь, мальчик упал и ударил тень по ноге. Однако сам вскричал от боли.

— Ты думал, что меня можно победить? — рассмеялась тень. — Я — это ты! Тёмная сторона, которая всегда будет с тобой. И тебе никогда не избавиться от этого, — смех тени перешёл в шёпот. — Ты считаешь себя лучше, потому что добрый. Хотя на самом деле жалкий, никчёмный и слабый. И у тебя ничего не получится. Я всегда буду сильнее.