Элиз Вюрм «Икар» (El Abandonado)
«- Она — странно… напоминает мне о картинах Брейгеля Старшего.
— Почему?!
— Его картины интересны тем, что на них всегда что-то происходит, — Икар упал в море, а пахарю нет до этой трагедии никакого дела. Охотники вернулись ни с чем, а жизнь продолжается!»
Вечной памяти М.В
Глава 1
Он вошёл в комнату, и Тейт замер, увидев его, — все замерли.
Он был ослепителен как восход солнца.
И зазвучало имя:
— Икер!
Были рукопожатия, объятия, поцелуи.
Тейт ощутил, как его любят.
А потом Икер Арая подошёл к нему, и дружелюбно улыбаясь, протянул руку:
— Привет!
Тейт растерялся:
— Здравствуйте!
— Меня зовут Икер…
Глава 2
Он вдруг спросил, пристально посмотрев на Тейта:
— Как вы?!
— Я?
У Тейта что-то оборвалось внутри.
— Хорошо!
В нём чувствовалась сила воли, жёсткость даже — непростой человек!
Тейт пожал его руку, большую руку, тёплую.
Он смотрел, Икер, не сводил глаз, — смотрел.
— Мне рассказывали о вас…
— Да? — Удивился Тейт. — Что?
Неловко рассмеялся, рассмеялся потерянно:
— Надеюсь, хорошее?!
Икер изучал, следил, наблюдал, оценивал — изучал.
Полуулыбка, полуусмешка:
— Вы всегда такой?
— Какой?! — Спросил Тейт, защищаясь.
— Чувствительный.
Взгляд, глаза — в глаза.
— Вам не хватает спокойствия…
Глава 3
Его поразило это чувство, чувство бездны, — земля уходит из-под ног!
— Я — актёр, — Возбуждённо сказал Тейт, Икеру. — Я чувствую Трагедию, как никто!
— «Трагедию»? — Заинтересовался мужчина, который, казалось, проглотил само Солнце.
— Да… Жизнь — это…
Задохнулся от волнения.
— Пешки и короли падают в одну коробку!
Икер внимательно посмотрел на него.
— А вы пешка, или король?
— Я — игрушка в руках Судьбы!
Глава 4
«Полуувядших лилий аромат
Мои мечтанья легкие туманит.
Мне лилии о смерти говорят,
О времени, когда меня не станет.
Мир — успокоенной душе моей.
Ничто её не радует, не ранит.
Не забывай моих последних дней,
Пойми меня, когда меня не станет.
Я знаю, друг, дорога не длинна,
И скоро тело бедное устанет.
Но ведаю: любовь, как смерть, сильна.
Люби меня, когда меня не станет.
Мне чудится таинственный обет…
И, ведаю, он сердца не обманет, —
Забвения тебе в разлуке нет!
Иди за мной, когда меня не станет»
Он отошёл от него, — шарахнулся, не понял… себя.
Что за странное, шокирующее почти, чувство?!
Поднял голову; «Синдром Стендаля» на экране телевизора. Без звука. Просто Азия Ардженто — Анна…
Подошла Анемона, и предложила бокал шампанского:
— Как дела? Ты не ответил…
— Хорошо.
У него всегда всё хорошо. Не любит говорить о себе — и не говорит.
— Я забыла, какой ты сложный…
Анемона посмотрела ему в глаза.
— Тебе самому от этого тяжело!
Ему захотелось сказать ей; я не сложный — я несчастный!
Улыбнулся:
— Wer hat Wahl, hat auch Qual…
Протянул руку, ласково прикоснулся к плечу.
— У кого есть выбор, у того есть мучение…
Глава 5
Тейт наблюдал; вот он разговаривает с Анемоной…
Лицо с античной монеты, крупные чеканные черты — и спасительная мягкость губ.
Он — знаменит, очень, некогда театральный актёр, а теперь звезда сериала, выстрелившего на стриминговой платформе.
Ему — странно, захотелось увидеть этого человека… до — до того, как он стал знаменитым.
Тейт понял: Икер ему интересен…
Глава 6
Он был… Каким он был? Лист осенний? Белое крыло? Земля после дождя? А может, он был как стихи, что превращают ночь в день…
Икер вспомнил «- Что такое «сознание»?
— Смерть в разговоре.
— Какое преимущество у смерти?
— Больше не умереть.
— Что превращает ночь в день?
— Стихи».
Он его заметил, странно — он обычно никого не замечает. Молодой человек по имени Тейт. Юноша с фаюмского портрета, только блондин.
Massive Attack в зале ресторана «Angel»:
Ты… мой ангел… Приди ко мне с небес,
Принеси мне любовь
Её глаза… Она на стороне тьмы… Обездвиживают… (Всех мужчин в поле зрения)
Всех мужчин в поле зрения…
Анна на экране телевизора, опустошение, напряжение — и кровь… Чего боится Анна Манни?!
Глава 7
Тейт подошёл к нему, — себя не узнал — подошёл.
— Простите… Вы так побледнели!
Он и сам задохнулся — снова, — опять, рядом с эти человеком…
Взял, почти отобрал у него бокал.
Совсем вблизи он был как остаток дня; что уходя, плачет…
Он вдруг увидел его, — по-другому, как не увидел вначале: загорелый, сухой, массивный — и глаза, бурные неласковые бездны.
Он схватился за него, — не мог дышать тоже, сжал ткань куртки.
Тейт понял: у Икера паническая атака.
Глава 8
Она вновь предстала перед ним, Семильянта, демон Дня.
Он забыл, как это, ужас и внезапно вспомнил, и стало нечем дышать.
Он испугался за него, Тейт, синие глаза темнели как небо в грозу.
— Удивительные глаза, — Подумал Икер. — Как сапфир…
Тейт накрыл его руку, рукой, сжал:
— Дышите!
Икер удивился; такая светлая внешность и эта чудовищная настойчивость…
Было в нём что-то… Он напомнил ему Роя Бэтти, что «больше человек, чем сам человек» — жаден до жизни! Он понял, что его так оттолкнуло от этого парня: он очень сострадателен и чувственен…
Икер дышал, — как тяжело… сражаться с собой…
— Воды?! — Спросил Тейт, видя, что Икер задышал.
— Нет… Я пил вино, — оно здесь очень вкусное, молодое, резковатое, но ароматное!
Тейт удивился: гурман? Сибарит? Или таки эпикуреец?
— Любите вино?! — Спросил глупо, волнуясь, ощущая, как сильно бьётся сердце в груди.
— Иногда.
— Когда?!
Спрашивал, — чтобы говорить, не молчать — говорить! Он — странно, почувствовал себя деревом, что раскинуло «руки» над Икером, — да, «ты думал, тебе снится, будто ты — человек, который прячется в саду. А на самом деле тебе снилось, будто ты — сад, в котором прячется человек»! И он спрятал его, спрятал… в своём сердце.
Глава 9
Он почувствовал… тепло и силу руки Тейта. В этом было что-то спасительное. В этом было… что-то убийственное. Он понял то, чего не осознавал до этого момента: без прикосновений невозможно жить…
— Мне лучше, — Сказал Икер, Тейту.
И вновь это чувство… Уйти, отойти — подальше!
— Спасибо! — Добавил, отталкивая руку, освобождаясь.
Он — странно, задыхался рядом с этим парнем, и не понимал, почему!
Тейт изменился в лице, — понял, понял, что от него избавляются. Побледнел.
— Простите!
И это виноватое — и испуганное «простите!».
— Вы — простите! — Поспешно сказал Икер, пожалев его.
И быстро ушёл.
Глава 10
Он позвонил ей, — обычно она звонит ему:
— Привет!
— Привет, мой милый!
— Как дела?!
— Хорошо. А у тебя?!
— Хорошо. Как ты, Гоар?! Как наш сын?!
— Мы в порядке, Икер!
Он закурил, ощущая напряжение.
— Что-то случилось? — Проникновенно спросила она.
— Панические атаки, — Горько сказал Икер. — Вернулись…
Гоар задумалась:
— Тебя что-то растревожило…
Вопрос в её голосе.
Не стала настаивать:
— Это всегда так, когда… страшно!
— «Страшно»? — Удивился он.
— Я говорила Тебе… Панические атаки — это ужасание души!
— «Ужасание»?!
— «Ужасание»… это словно ушло вместе с великими проповедниками, — оно значит: перемена… Судьбы!
Глава 11
«Жизнь свою он прожил, она давно кончилась, а он всё же жил…»
Шокированный он сел в кресло, и уставился на постер фильма «Снега Килиманджаро» — Грегори Пек, Сьюзен Хейуорд, Ава Гарднер.
Такие разные женщины одного мужчины — Элен и Синтия…
Не может жить с одной — а без другой умирает!
Просто писатель и две его женщины, одна есть, а другой нет, но она всё равно есть.
Тейт подумал оглушённый смятением, — Почему ты меня оттолкнул? Отторг?!
Он привык быть отверженным, привык к боли отвержения, — она стала затянувшейся раной с воспалением внутри, эта боль! Прославившись, он об этой ране забыл, не лечил её, не разбирался с ней, просто — забыл, хотел жить дальше! И теперь… Теперь заболело вновь, — Душа, ядовитый демон не дающий успокоиться сердцу.
С годами он понял: у всего своя жизнь, — у души и сердца, тела, разума — и их не подружить! Все алчут своё, рвут тебя на части, спорят — и нет им покоя.
Тейт вновь подумал, недовольный собой, — По гамбургскому счёту… я всё тот же!? Парень, которого никто никогда не замечал…
Глава 12
Он думал о словах Гоар — «перемена судьбы»!..
Если это так, то почему сейчас? Сейчас, когда он немного успокоился!
— Или мне так казалось?! — Подумал Икер. — Что успокоился…
Он хотел жить дальше, с Гоар и Златаном (их сыном), хотел просто жить, даже если жить непросто!
Заметил Тейта — сидит в кресле с таким видом, словно случилось что-то страшное… и его надо спасать.
Отвернулся. К чёрту! Ему никто здесь неинтересен.
Икеру захотелось… Уехать обратно. Как приехал, так и уехать! Бросить всё, никто его за это не убьёт…
Глава 13
Тейту захотелось напиться. Ему нельзя, но сейчас можно.
Вновь это неспокойствие, смятение, боль!
Всё вернулось к нему — неуверенность в себе…
А он думал, он это перерос!
Тейт подошёл к стойке бара, и попросил узо — и не разбавлять…
Встретил взгляд Икера.
Спросил с вызовом:
— Что?!
— Вы должны быть уверены в себе, чтобы хлестать этот напиток без разбора.
Икер кивнул на стакан, который бармен поставил перед Тейтом.
— Я уверен!
— Да неужели…
Тейт услышал голос Икера, глухой голос, голос с металлической нотой.
— Я уверен!
Икер посмотрел на него с недоумением.
А потом:
— Вы всегда вредите себе?!
Глава 14
— Хороший вопрос, — Подумал Тейт. — Всегда ли…
Он ответил если бы смог, если бы это было уместно; с самого детства!
Он тогда возненавидел себя… за слабость, за слабость тела, — он никуда не годился…
Тейт посмотрел в стакан с узо, — Икер прав; он себя убивает…
— Но кому не всё равно! — Подумал он. — У всех своя жизнь, в которой меня нет!
Странное чувство охватило его; счастье — и тоска, тоска, от которой пусто в груди и не хочется жить, отупляющая тоска…
Глава 15
— Давайте прогуляемся! — Сказал Икер.
— Что?
Тейт тупо уставился на него.
— Я сказал; давайте пройдёмся…
Тейт смотрел на него, смотрел так, словно не понимал, что он ему говорит.
— Вы и я?
— Можем позвать кого-нибудь ещё…
— Нет! Нормально…
— Уверены?
— Да. Да, конечно!
Глаза Тейта вспыхнули такой радостью, что Икера это поразило.
Они вышли на улицу — Икер закурил.
Спросил со смятением:
— Расскажите о себе!
— Например?
— Родители, девушка…
— Всё как у всех…
Тейт пожал плечами.
— Мы довольно дружная семья!
Икер остро посмотрел на Тейта.
— А вы? — Спросил Тейт. — Женаты? Дети?..
— Да.
Икер не хотел ничего объяснять.
— Вы всегда такой закрытый? — Вдруг спросил Тейт.
Задумался, и скомкано добавил:
— Держитесь на дистанции…
Странно Икер почувствовал себя… Он кого-то до безумия ему напомнил, этот светленький молодой человек!
Глава 16
«Между тем как несло меня вниз по теченью,
Краснокожие кинулись к бичевщикам,
Всех, раздев догола, забавлялись мишенью,
Пригвоздили их намертво к пёстрым столбам.
Я остался один без матросской ватаги.
В трюме хлопок промок, и затлело зерно.
Казнь окончилась. К настежь распахнутой влаге
Понесло меня дальше, — куда, все равно…»
И захотелось сказать, то ли оправдаться, то ли покаяться:
— «Бог мостов не строит»…
— Что?
Тейт изумлённо посмотрел Икера.
— Их строит человек… при должной на то смелости!
Тейт остановился, и посмотрел на Икера.
— Вы… сознаётесь в трусости?
Икер посмотрел на него, остановившись тоже, посмотрел в глаза.
— Да.
— И как это?
— Что?
— Бояться чего-то больше, чем… не жизни!
— «Не жизни»?
— Страх унижает… Вы не знали?! А ещё он обескровливает, так как страх — это вампир Вирека…
— «Nox et solitudo plenae sunt diabolo»! — Заулыбался Икер.
— Не смейтесь! — Рассмеялся Тейт.
А потом:
— Что значит эта фраза?!
— Ночь и [тишина] … [вампирами] полны!
Странно Тейт посмотрел на Икера.
— Вы говорите об одиночестве?
Глава 17
С каким интересом он спросил, — Тейт… «Что значит эта фраза?!».
Бесплатный фрагмент закончился.
Купите книгу, чтобы продолжить чтение.