Бесплатный фрагмент - Наследие эллидора

И с дерева всё началось…

Время — это нить, связывающая эмоциональные воспоминания в жизнь.

Произведение посвящается тому, кто учится думать и жить

Любовь к тебе рождает в моём сердце свет. Дочери.

Старый особняк

Леин опаздывала, безжалостно опаздывала, несмотря на тщетные попытки успеть к положенному сроку. По её подсчетам, праздник, вечер в честь помолвки отца, давно начался. Известие о скорой женитьбе застало Леин врасплох: она не желала знакомиться с новой «мамой», её жизнь с отцом давно устоялась, и ей не хотелось нарушать привычный порядок вещей. Но неделю назад отец сообщил потрясающую новость — он женится! За него она, конечно, рада, а вот за себя…

Проворно соскочив со ступенек поезда и выбежав из вокзала на улицу, Леин чуть не столкнулась с дворником, который, заканчивая рабочий день, обстоятельно осматривался по сторонам. Она извинилась, поспешно пересекла привокзальную площадь и побежала к пристани. Издали заметив, что речной трамвайчик собирается отчалить, Леин, словно ветер, промчалась по причалу и в последнюю минуту запрыгнула на палубу.

— Сейчас, — порывшись в кармане сумки, Леин извлекла на свет деньги и протянула их жилистому мужчине-кондуктору, одетому в серую униформу. — Плата за проезд.

Пока трамвайчик мчался к набережной, преодолевая быстрое течение реки Илги, Леин стояла на носу судна и всматривалась вдаль.

Радостный на удивление тёплый осенний вечер заставлял сердце тоскливо поднывать, предчувствуя скорое расставание. Мягко пламенеющее, уже угасающее солнце прятали за блеклыми полупрозрачными боками небольшие тучки, но светилу они не были помехой. Ровным тёплым светом лучи рассекали преграды и золотили землю. «Колонны», тянувшиеся от корней деревьев, постепенно удлинялись и превращались в неимоверных гигантов. Тут на помощь тучам пришёл сумрак. Подчиняясь его натиску, лучи медленно потускнели и угасали. Ветер к вечеру стих, притаился в ветвях деревьев и изредка напоминал о себе, шелестя желтеющей листвой. Напоенный солнцем воздух нехотя остывал. Мир погружался в страну теней.

Леин предвкушала события праздничного вечера. От переполнявшего её радостного возбуждения разыгралось воображение. Вспомнив книгу с живописными иллюстрациями бала, она представила дам в воздушных платьях и кавалеров в элегантных костюмах. Кавалеры, изящно кланяясь, приглашали дам на танец, и те, присев в лёгком реверансе, охотно соглашались. Кружась в стремительном вальсе, пары скользили по паркету. Яркие картинки сменяли одна другую и не давали опомниться. Живой ум без труда воссоздавал необходимые образы. Леин ощущала аромат духов, слышала музыку и звон бокалов, чувствовала общее воодушевление и невольно заражалась им.

Сама Леин, девушка семнадцати лет, отличалась весёлым задорным нравом. Улыбка редко сходила с её лица: всё вокруг она находила интересным и забавным, увлекательным и необычным. Искренность, с которой она наслаждалась жизнью, приводила окружающих в неподдельный восторг и заставляла безоговорочно верить в ее добродушие.

Ещё одной отличительной чертой девушки была, пожалуй, любознательность. Не проходило ни дня, чтобы она не сунула куда-нибудь свой любопытный нос. Но живой азарт, с которым она подходила к делу, подкупал, а врождённое упрямство, которое унаследовала от предков, помогало добиваться успеха в любых начинаниях.

Хотелось бы упомянуть, что при всей правильности черт, была в Леин какая-то особенность, изюминка, которая выделяла её среди прочих девушек и запоминалась надолго.

Внимание окружающих привлекал игривый блеск синих глаз. Известно, что в зависимости от выражения глаз меняется выражение лица. Если на подтянутом, стремящемся к моложавости лице сидят тусклые, умудрённые опытом глаза, оно не кажется свежим и живым. Выражение лица, несмотря на усилия обладателя, остается невзрачным и блёклым. И наоборот, если на неприметном лице блестят игривые глаза, оно становится живым и привлекательным. Вот и выходило, что помимо воли, окружающих привлекал озорной взгляд Леин. Длинные дугообразные брови невзначай подчеркивали его и говорили о мечтательной, чувствительной натуре, о добром характере и хорошем интеллекте. Тонкий нос, вместе с высокоподнятой головой, заражал уверенностью. Мягкие рыжие волосы, разделённые пробором, слегка вились и разлетались в стороны из-за резвой ходьбы.

Следуя тенденциям моды, Леин одевалась со вкусом, но делала это с лёгкой небрежностью: пылкость натуры не позволяла часами придирчиво осматривать себя в зеркале. Она быстро выбирала приглянувшийся наряд и, как правило, приобретала его после первой примерки.

Последнее веяние моды, брюки для женщин, она одобрила: те были удобны в практическом использовании: прыгай, бегай, веселись, не задумываясь о правильности позы. При выборе ботинок и туфель у девушки, ведущей активный образ жизни, был один критерий — удобство.

Вот и сейчас на ней были надеты туфли без каблуков: они и в походе не подведут, и на праздничном вечере, прикрытые длинным платьем, сгодятся.

Как только трамвайчик коснулся берега, Леин спрыгнула на землю и поспешила на улицу Огюр.

Ивин Огюр считался главным архитектором города Я́лоса. Пиком его искусства называли здание академии, в котором училась Леин. Жители поговаривали, что мастер вложил в строение душу. Любой прохожий мог застыть с раскрытым ртом, завороженный величием здания.

Миновав дом №7, Леин свернула в переулок, прошла вдоль череды старинных зданий и оказалась на Парковой улице — самой живописной и широкой улице города. Жилых домов там не было, в основном располагались магазины, офисы и административные здания.

Пробежав сто метров, Леин свернула в аллею, которая вывела её из черты города и подвела к воротам особняка.

Старое здание, выложенное из красного кирпича, светилось изнутри. Это тёплый свет люстр и свечей создавали сказочный эффект. Красивый и ухоженный дом, кое-где обросший плющом, манил. Высокие колонны подъезда выделялись на фоне стены и напоминали строгих стражей. Широкие ступени вели к распахнутым дверям.

Пройдя по дорожке, усыпанной гравием, Леин остановилась: войти через главный вход нельзя — отец узнает, что она опоздала, все узнают, что она опоздала. В дом следует проникнуть незаметно, а, если спросят, где была, сказать, что осматривалась и потому осталась незамеченной. Превосходный план!

Леин изучила фасад здания и обстановку. Лазейки, позволяющей незаметно проникнуть в дом, не было. Окна закрыты, а в дверях стоял подозрительно строгий тип.

Леин знала, что стоит перед старинным особняком какого-то древнего семейства, но бывать в этом удаленном от города месте ей не приходилось. Она недоумевала, почему отец устроил праздник в чужом доме. Он говорил что-то по поводу большого количества гостей, которые должны были собраться в этот знаменательный вечер, но это звучало скорее, как оправдание. «Неужели он хочет поразить новую знакомую? — предположила Леин, но сразу отмела эту мысль. — Он скоро женится на „новой знакомой“! — подколола себя за то, что не заметила перемен в отце. — К тому же, он не из тех, кто покоряет людей эффектными поступками. Ясно одно, у него есть причина устраивать праздник в этом месте».

В поисках альтернативного «входа» Леин обошла фасад здания, проверила, хорошо ли заперты окна на первом этаже, и, убедившись, что прислуга отменно справляется с обязанностями, приуныла. Она остановилась на газоне под большим балконом, придирчиво осмотрела стены, потом похлопала молодой крепкий дуб по стволу: «Ты — мой спаситель!» — хитро улыбнулась и начала подъём.

Леин поставила ногу на выступ, зацепилась руками за ствол, подтянулась, ухватилась за ветку, следом за балясину балкона, потом повисла на руках. В голову пришла мысль: «Хорошо, что заранее не переоделась, а то это восхождение походило бы на сцену из смешной сказки». Дальше труднее: из положения болтающегося каната нужно уцепиться ногой за основание балкона и подтянуться. Одно дело думать, другое — делать. Она хорошенько раскачалась, забросила ногу и постаралась упрочить положение с помощью ступни, но та предательски соскользнула. Тело резко дернулось и обмякло. От падения спасли крепко сплетенные пальцы. С каждой секундой мышцы слабели, но сдаваться не хотелось — цель близка. Забавным оказалось то, что Лени не могла расцепить пальцы, те словно вросли в балясину. Она кое-как ослабила хватку и полетела на землю. «Ай-яй-яй! — Леин встала, отряхнулась и растёрла ушибленное место. — Нет, не сдамся». Решительность бурлила в ней. Она повторила попытку «восхождения», но на полпути, представив себя ползущей по дереву на помолвку к отцу, улыбнулась. Веселье не лучший помощник в подобный момент. Однако, картинки подъёма были столь забавными, что девушка не удержалась и рассмеялась. Живот откликнулся режущей болью, в глазах потемнело. Смех испарился, а его место заняло отчаянье. «Умела бы я, как маги, появляться и пропадать», — подумала она. Неожиданно крепкие руки схватили её и подняли на балкон. Теперь она прочно стояла на каменном основании, единственное, что отделяло её от человека, стоящего рядом — перила.

Леин подняла глаза и встретилась взглядом со спасителем. Первое, что увидела — умные, глубокие карие глаза. Чтобы скрыть нарастающее смущение, она отодвинулась от незнакомца и, поставив ногу на перила, ловко, подобно сноровистой обезьянке, запрыгнула на балкон.

Леин и предположить не могла, что сегодня её ждёт приятное знакомство. Её глаза радостно заблестели, на лице появилась лучезарная улыбка, а на щеках — еле заметный румянец. Трудно было упрекнуть её в проявлении подобной слабости: молодой человек был высок, статен и хорош собой. Его умное лицо располагало к беседе, открытый взгляд был дружелюбным. Копна тёмно-русых волос бережно забрана назад. Длинные прямые брови удивленно приподняты. Прямой широкий нос с хорошо выделенной переносицей дышал ровно и размеренно. Дыхание, пока он поднимал Леин, не сбилось. В отличие от девушки, гость был одет по-праздничному: белая рубашка, бледно-коричневые брюки и жилет. Правда, пиджак юноша снял, тот небрежно лежал на скамейке возле окна, а верхние пуговицы рубашки, устав от духоты, расстегнул. Но эта вольность в наряде ничуть не портила благостного впечатления, которое он производил.

Леин не знала, как начать разговор, потому продолжала улыбаться, а юноша терпеливо ждал, пока она объяснит своё своеобразное появление. Наконец опомнившись, она достала приглашение.

— Опоздания у папы не в почёте, вот — пришлось схитрить. — Леин приложила немало усилий, чтобы голос остался ровным и не изменил ей.

— Ваш отец…

— Кристер Лэрой. Не стоит заставлять его ждать, это чревато неприятностями. — Леин сняла с плеча сумку, извлекла длинное вечернее платье, встряхнула его и бросила на перила. — Обожаю немнущиеся ткани.

— Вы собираетесь надеть его? — Молодой человек удивленно вскинул брови.

— Именно для этой цели я его достала.

— Здесь?

— Предлагаете надеть его там? — Девушка кивнула в сторону зала. — Вы будете весьма любезны, если позволите мне исполнить задуманное.

Юноша отошёл в сторону, отвернулся и принялся изучать пейзаж, открывавшийся с балкона.

Леин встала за небольшой выступ в стене, торопливо скинула плащ, взяла коралловое платье с длинными рукавами и надела поверх тонкой красной кофты, потом аккуратно, не поднимая юбку, опустила брюки и переступила через них. Почти готова. Дело за прической. Она вытащила из кармана сумки заколку, помотала головой в разные стороны, причудливо закрутила волосы на затылке и прихватила их. Последний штрих — две прядки свободно выпущены по бокам. Леин покидала вещи в сумку и предусмотрительно спрятала её в углу. Вот теперь всё!

— Добрый вечер! — Она присела перед новым знакомым в легком реверансе.

— Я бы сказал незабываемый. — Юношу поразила её смелость.

Балконная дверь распахнулась, и в её проеме показался Кристер Лэрой — высокий стройный мужчина лет сорока. Его русые волнистые волосы с лёгкой проседью были зачёсаны назад и открывали большой лоб. Тонкий прямой нос упирался в усы. Борода, обнимая вытянутое лицо, делала его чуть шире. Увидев Леин, мужчина ласково улыбнулся. В его серо-зелёных глазах, цвета зрелой листвы, блеснули лукавые огоньки.

— Вот ты где! — Он подошёл к дочери. — Я везде тебя ищу. Почему не подошла поздороваться?

— Извини, папуль. — Девушка с чувством обняла отца. — Я разговорилась с новым знакомым и потеряла счёт времени, — обернувшись, она приставила палец к губам.

— Вы знакомы? — ожидая объяснений, мужчина посмотрел на молодого человека.

Леин не дала ему ответить. Радость встречи с папой и предстоящий вечер будоражили. Ею овладело смутное беспокойство — в ней что-то неминуемо менялось, в сердце творился сумбур. В хаосе эмоций на первый план выступал нежный трепет и ожидание чего-то незабываемого, таинственного и прекрасного. Пребывая во власти смешанных чувств, Леин была невнимательна к другим.

— Мы уже познакомились. — Она понимала, что от внимания ускользает нечто важное, но обилие чувств возымело верх над разумом.

— Вот и отлично. Пойдем, представлю тебе Эстер. — Кристер подал дочери руку. Вместе они вошли в помещение.

Зал встретил их легкой, приятной музыкой, создающей праздничную атмосферу, и ярким светом больших люстр, ослепляющих после вечернего сумрака. Прохладный голубой цвет стен успокаивал, большие узкие зеркала, расположенные в простенках, отражали собравшихся гостей и зрительно увеличивали пространство, превращая обычный зал в волшебный зеркальный дворец, где вот-вот могло произойти нечто чудесное.

Леин приветливо всем улыбалась. Отец провел её сквозь дивный мир, наполненный оживлением, праздничной суетой и весёлыми голосами. Вскоре он остановился у небольшого столика.

— Куда же она делась? — Кристер осмотрелся по сторонам, он казался немного уставшим. — Загоняли вы меня сегодня, девочки. Стой здесь, я найду Эстер, — попросил он дочь и направился в соседнюю комнату.

Леин пробежала глазами по залу в поисках знакомых лиц. В стороне у камина стоял дядя Тори и общался с какой-то неизвестной худощавой маленькой дамой в тёмно-синем платье. Кончик её носа провисал, а в глазах мелькали едкие иголки. Дядя Тори её уколов не замечал, его полное лицо весело улыбалось, а пузо выдавалось далеко вперёд, и для бокала ему не нужен был столик.

Чуть правее кузина Элидия усердно строила глазки кузену Мариусу. Он от вежливых уклонов весь выдохся и позеленел, бедняжка. В углу слева, на мягком диване с кремовой обивкой, воркующая парочка — тётя Лаиса и её возлюбленный, имя которого Леин никак не могла запомнить: то ли Илларидиан, то ли Ирралидион. В конце концов, это не так важно.

Внезапно порывистый ветер ворвался в помещение. Подчиняясь силам природы, входные двери с шумом распахнулись. В дверном проёме появилась высокая пожилая дама. Открытый узкий лоб и орлиный нос делали её похожей на хищную птицу, чётко знающую своё дело. Чёрные, аж в синеву, волосы были взбиты и уложены в строгую причёску и только пепельно-белые прядки контрастно выделялись на фоне вороной копны. Длинное чёрное платье с красной отделкой подчеркивало её худобу. В ней самой и в её неторопливых движениях угадывалась порода, но высоко задранный подбородок и острый испытующий взгляд придавали лицу отталкивающее высокомерное выражение. В мгновение ока она привлекла к своей персоне всеобщее внимание. Чуть заметно склонив голову, дама поприветствовала гостей. Сила и мощь, подобная грозному валу, исходила от неё.

Леин поняла, эта женщина — маг. Она машинально провела рукой по голове, снимая статическое электричество. Заинтересованно посмотрев на старуху, отметила про себя: «Много незнакомых персон для семейного торжества».

— Ты Леин?

Девушка обернулась. Перед ней стояла потрясающе красивая женщина. Волнистые каштановые волосы были аккуратно сплетены в изящную прическу. Длинное тёмно-синее платье с жёлтыми вставками и широкими манжетами в цвет глаз придавало владелице грациозность и в тоже время мягкость. И её взгляд! Он пленял добротой и материнской нежностью. Женщина светилась счастьем. На вид ей нельзя было дать больше тридцати пяти лет, но Леин знала, Эстер — ровесница отца. Девушка думала, что когда встретит папину избранницу, обязательно скажет какую-нибудь гадость, или что-нибудь глупое, ну или что-нибудь несуразное, но сейчас она стояла прямо перед ней и хотела сказать лишь одно:

— Приятно познакомиться с вами, Эстер.

— И мне приятно. — Женщина обняла Леин так естественно, что та и не подумала сопротивляться. — Я хочу, чтобы мы стали семьей, дружной семьей. Ты меня поддержишь?

Теперь Леин и сказать ничего не могла: ком подступил к горлу. Не в силах разомкнуть пересохшие от волнения губы, она только приветливо кивала. В этот момент она думала об одном: как бы ей хотелось, чтобы её мама хоть отдаленно напоминала эту очаровательную женщину.

К смеси радостных чувств, которые в данный момент владели ею, прибавилась тоска. Мысли о маме всегда отдавали горечью и обидой; с самого детства Леин воспитывал отец. От обилия переживаний закружилась голова. Отгоняя на задний план тревожные мысли, Леин несколько раз энергично махнула ею, следом восхищенно воззрилась на Эстер, а потом, уловив неясное тепло, исходящее от её стройного тела, заворожено, не без доли опаски и страха, спросила:

— Эстер, вы маг?

Женщина, не ожидав подобного вопроса, поначалу смутилась, но, взяв себя в руки, твёрдо сказала:

— Да, маг, причем тёмный. Тебя это смущает?

Как и гости, собравшиеся в зале, Леин знала, что тёмных магов сослали в подземный город неспроста. Их изоляция была вынужденной мерой предосторожности. Только так люди могли защитить, отгородить себя и своих близких от тёмных сил, от магов, способных причинить вред. Подземный Тэу стал тюрьмой тёмных магов после ужасающих событий десятилетней давности, и никто не сомневался в правильности подобного решения. С тех пор о тёмных магах не говорили и тем, связанных с магией, не касались. Светлых магов не сослали, но им не разрешали переходить границы установленных территорий.

«Что происходит?» — Леин поняла, помолвка отца не единственный сюрприз, ожидавший её сегодня. В это время, отец сказал Эстер:

— Дорогая, она опомниться не может, ты сразу на неё всё вывалила. — Он нежно заглянул женщине в глаза.

— Я считаю, не следует скрывать от неё что-либо. Пусть она услышит всё от меня, нежели от кого-то ещё.

— Согласен, но у неё сегодня трудный день. Дай ей привыкнуть.

— Хорошо, завтра ты сам ей всё расскажешь. Договорились?

— Договорились. — Отец перевёл взгляд с будущей супруги на дочь. — Я счастлив! — сказал он и обнял обеих.

Леин впала в оцепенение, ей стало дурно, снова голова пошла кругом — слишком стремительно развивались события. Она видела и слышала всё словно сквозь туман.

Отец увлечённо беседовал с Эстер, а Леин медленно направилась в сторону балкона — ей необходим свежий воздух. Прежде чем добраться до места, она столкнулась в зале с царственной старухой.

— Юная мисс, вы невнимательны! — едкий взгляд пронизывал насквозь.

— Простите, я не нарочно, — по-прежнему стремясь к намеченной цели, пробормотала Леин.

— Вы дочь Кристера Лэроя? — цепкий взгляд старухи неприятно щекотал нервы.

— Да, — не в силах сопротивляться внезапному натиску, вяло выдохнула Леин.

— Вы-то мне и нужны. — Старуха схватила её за запястье и потащила за собой в холл.

Леин не сопротивлялась: «Это, конечно, не балкон, но тоже сойдет». Дорогу она видела так: лестница, ковёр, паркет, плитка, земля. «О, — подумала она, — мы вышли на улицу». Свежий воздух, опьяняя, ударил в лицо. Старуха остановилась и посмотрела на спутницу.

— Я отдам тебе силу и запущу процесс преобразования. Прости меня, девочка, нет времени объяснять. Предупреждаю, будет больно. — Старуха схватила спутницу за запястья.

Последнее, что видела Леин — её глаза. В них читались мудрость, сила, власть, а ещё усталость. Дальше — темнота…

Гости в доме радовались встрече и пили за здоровье будущих супругов, когда ночь разорвал страшный крик. Затем наступила тишина.

Леин открыла глаза и осмотрелась. Она лежала в зале на кушетке, и вокруг было много пар глаз. Она даже не сразу сообразила, какие глаза кому принадлежат.

— Ваши лица неестественно напряжены. — Она приняла наиболее удобное положение. — Что-то случилось?

— Мы слышали крик, а потом нашли тебя в саду. — Отец заботливо осмотрел её, пытаясь отыскать следы страшной трагедии. — У тебя всё хорошо?

— Всё в порядке. — Леин не врала, чувствовала она себя отлично.

— Ты встретила кого-нибудь на улице? — не унимался отец.

— Я хотела насладиться вечерней прохладой: нехорошо себя почувствовала — вот и…

В этот момент в помещение вошла старуха. Увидев её, Леин привстала от изумления: чёрные, как смоль, волосы гостьи стали пепельно-белыми, и только две вороные прядки выделялись на фоне голубой седины. Но, кроме неё, на изменения в образе старухи никто не обратил внимания. Та властно и громко произнесла:

— Месяц назад Совет снял блокаду с Магического Круга, и теперь все мы, наконец-то, равны. Пользуйтесь силой с умом. — Она внимательно посмотрела на Леин, после чего вышла.

Новость взбудоражила присутствующих. Леин видела, как дядя Тори поперхнулся и опрокинул бокал, как кузина Элидия закатила глаза, предполагая скорый обморок, как заботливо обнял возлюбленный тётю Лаису, как отец сжал руку Эстер, и как та ответила ему долгим взглядом. «С меня хватит!» — Леин порывисто встала и поспешила на балкон.

— Ты куда? — окликнул её отец.

— Домой.

— Постой, — начал он, но Эстер покачала головой.

— Ты сказал — не всё сразу, — прошептала она. — Пусть отдохнет, она вымотана.

— Хорошо, иди, — согласился отец. — Я попрошу, чтобы тебя проводил…

— Пап, я сама. Ладно?

Отец кивнул. Леин быстро прошла на балкон, взяла сумку и бросила её вниз; нельзя, чтобы узнали об её маленькой уловке. Потом, направляясь к выходу, стремительно пересекла зал. Лестница, паркет, плитка кажутся знакомыми. Наконец сад. Леин подняла сумку. Теперь домой.

Она вскинула голову и посмотрела на балкон. «Интересно, кто он? — вспомнила молодого человека. — Тоже маг? Блокада снята, тёмные маги наравне с людьми, поэтому Эстер здесь. Но как с ней познакомился отец? Слишком много вопросов для одного вечера. Сначала надо переварить встречу с Эстер. А старуха, меняющая цвет волос?» Леин вспомнила слова отца: «Мы слышали страшный крик, а потом нашли тебя в саду». «Нашли меня в саду? — Она медленно прошла вперёд, кинула сумку на землю и стала чесать запястья. — Почему я ничего не помню? Папа сказал, кто-то кричал, а потом нашли меня. Если кто-то кричал, я должна была видеть — кто. Или же кричала я?» — по спине пробежали мурашки. Леин подхватила сумку и поспешила домой.

Чуть погодя из-за дерева вышла старуха. Она долго смотрела вслед удаляющейся фигуре.

— Я сделала, как ты просил, — сказала она, повернув голову в сторону аллеи.

Там, в тени деревьев, за мощным стволом стоял кто-то. Он не вышел, только слегка повернул голову.

— Спасибо, Мэвэрлин.

— Что теперь будешь делать? — криво усмехнулась старуха. — Ты прекрасно знаешь, чем ей это грозит.

Юноша отвернулся и сжал губы, но старуха этого не видела, потому, не дождавшись ответа, продолжила:

— В любом случае, с этой минуты мы в расчёте, так что, если понадобится помощь, придумай, что сможешь предложить взамен. — Она развернулась и пошла прочь.

Юноша устало откинул голову и медленно сполз по стволу. Он долго смотрел в небо на всё чётче проявляющиеся звёзды и старался ни о чём не думать. С тех пор, как он очнулся, события сменяли друг друга с такой интенсивностью, что голова шла кругом. Сегодняшний день выдался особенно тяжёлым. Тело после утомительного дня болело, ноги, прошедшие за день километров двадцать, гудели, желудок, давно не получавший пищи, ныл, глаза слипались… Но здесь спать нельзя! Юноша поднялся и медленно пошёл вниз по аллее. Вскоре его силуэт пропал в вечернем сумраке.

Перемены

Леин заставила себя вылезти из постели. Несмотря на стремительную череду событий, вносящих сумбур в жизнь, нынче пятница, обычный будний день, и её ждёт академия. Она надела форму — длинную серую юбку в пол и белую блузу с широкими рукавами, собранными у манжеток. После подошла к зеркалу и придирчиво оглядела себя.

— Да здравствует институт благородных девиц. «Спасибо, мадам Брэдерри, за замечательный вклад в образ студентов», — процитировала выступление миссис Трэвэрди — Главы правления. — Как на спортивные состязания, так шортики. — Она подняла юбку до колен. — А как обычный день, так «мы следим за нравственным воспитанием подрастающего поколения», — опустила юбку и покачала головой.

Леин расчесала волосы и оставила их распущенными, благо правила позволяли. Неожиданно почувствовав лёгкий зуд в области левого запястья, она нервно растёрла зудящее место: «Манжета натирает?»

Леин прошла в кухню и с аппетитом позавтракала горячей запеканкой, которую запила чаем.

Отца дома не было. Она знала это по отсутствующему на столе бокалу: он всегда оставлял его, когда собирался на работу. Сейчас бокала не было, значит, с праздника он не возвращался.

Леин подошла к окну и распахнула створки — в помещение ворвался прохладный утренний воздух, а с ним запах свежевыпеченного хлеба: дальше по улице, за углом, стояла пекарня. У Леин была традиция открывать по утрам окно и наслаждаться запахом молодого хлеба, а после, по дороге в академию, покупать булочки для себя и подруги Милины. Она не собиралась изменять правилам, потому закрыла окно, сбегала в комнату за сумкой и поспешила в сторону пекарни. После того, как купила булочки с корицей, направилась прямиком в академию.

Дорога занимала около получаса. А слово «около» появилось потому, что длительность пути зависела от того, по какой улице и в каком настроении шла студентка.

Когда та спешила, то выбирала короткую дорогу наискосок, по кривым узким улочкам города. Когда имела небольшой запас времени, шла вдоль реки по набережной, а потом сворачивала в сторону академии. То же касалось и настроения. Если на душе было радостно, студентка неспешно шла по дороге, рассматривая окрестности, а если грустно — стремительно шла вперёд, ни на что не обращая внимания.

Сегодня было нечто среднее. Леин шла в размеренном темпе по любимой дороге вдоль набережной и любовалась резвящимися под ногами солнечными бликами.

Ей оставался последний рывок: свернуть за угол и — вот она, академия. Леин любила этот виток дороги, момент, когда сквозь густую листву постепенно проступало белое, похожее на дворец здание. Она сознательно замедлила шаг.

Первым из укрытия выплыл огромный, похожий на верхушку воздушного шара стеклянный купол. Следом появились высокие колоны парадного подъезда. Их стройные ряды приветствовали студентов. Вскоре здание открылось целиком. Видны были лепнина на фасаде и причудливые окна в виде распускающихся бутонов неизвестных цветов. Леин непроизвольно вспомнила о просторных аудиториях, больших холлах и длинных коридорах. Все эти помещения, созданные Ивином Огюром, были наполнены воздухом и светом.

Спустя семь минут студентка прошла огромный круглый холл и направилась в парк, разбитый на территории академии. Там на скамейке, возле трёх молодых берёз, Леин встречалась с друзьями. Она увидела их ещё издали. Друзья сидели за деревянным столом и что-то возбужденно обсуждали.

— Ты слышала новость? — к ней подбежала худощавая девушка с тёмно-каштановыми, закрученными на затылке волосами и с красивыми кофейными глазами.

— Какую новость? — вместе они подошли к столу.

— Говорят, Совет снял блокаду с Магического Круга, и теперь тёмные маги будут учиться вместе с нами, на тех же правах! — в пылу эмоций Милина активно жестикулировала.

— Эту новость я слышала, — перед глазами Леин возник зал, оформленный в голубых и тёмно-синих тонах.

— Ты так спокойно об этом говоришь! — возмутился Атрио — длинный, костлявый молодой человек с угловатыми чертами лица, строгими прямоугольными очками на носу и упрямым, напористым взглядом. Копна его каштановых волос развевалась на ветру и лезла в глаза. Раз за разом он терпеливо убирал непослушные пряди за уши, но они всё равно выскакивали из укрытия и продолжали своеобразный танец.

— Толку оттого, что мы будем возмущаться, Атрио. — Леин села за стол. — Может, прошение в Совет подашь о пересмотре решения?

Атрио поджал губы и отвернулся.

— Да уж, права ты тут, подружка, — усмехнулся Сэил, красивый брюнет с карими глазами. — Ничего мы с этим поделать не можем, надо смириться. И если это для тебя не новость, позволь поделиться другой. Я случайно подслушал разговор новых членов правления. Говорят, к нам на обучение переводят самого опасного тёмного мага.

— Что?! — одновременно воскликнули ребята.

— Слышал, при его появлении земля дрожит, огонь пылает, воздух замирает. Он жесток и беспощаден, его род древнейший, восходит корнями к элли́дорам — промагам. Ведь именно смесь крови эллидора и человека породила магов.

Общее напряжение рождало звенящую тишину.

— Хватит девчонок пугать! На них лица нет! — вспылил Атрио.

— Так я и не пугаю, а говорю, что слышал. — Сэил был доволен тем, что ему удалось овладеть вниманием друзей.

— Кто-нибудь знает, как выглядит этот пресловутый маг? — почему-то шёпотом спросила Милина.

— Привет, девушка-обезьянка! У вас чересчур сумрачная обстановка. Не из-за нас ли, тёмных магов, переполох?

Леин обернулась — это был он, тот самый молодой человек, которого она встретила накануне. Чтобы не выдать нахлынувших чувств, она скорчила гримасу. На самом деле, она предвкушала момент новой встречи и с нетерпением ждала его, но и помыслить не могла, что он произойдёт так скоро, а потому смутилась и растерялась.

— Да, из-за вас. Говорят, с нами будет учиться самый опасный тёмный маг. Ты случайно не знаешь…

— Вы знакомы? — перебил её Сэил. Он выглядел недовольным.

— Познакомились на балу в честь помолвки отца. Это… — Леин собралась представить нового знакомого, но сама не знала, как его зовут. — Это… Прости, мне совестно, но я не помню твоего имени.

— Наверно, потому что я не представился. — Маг слегка склонил голову. — Э́лэстер Лью’Э́ллерби.

— Переполох из-за вас? — переспросил Атрио. — Какие силы в твоём магическом арсенале?

Элэстер собирался ответить, но Сэил жестом остановил его и указал рукой в сторону академии.

— К нам гости.

И действительно, к ним быстро и уверенно шёл незнакомый маг. То, что это был не человек, Леин догадалась сразу. Было в его взгляде, манере двигаться что-то необъяснимо завораживающее. Его тело, казалось, излучало уверенность и энергию. От стремительной ходьбы чёрные кудрявые волосы непослушно разлетались в стороны. Длинные, прямые, заостренные к концам чёрные брови немного хмурились. Светло-карие глаза, в недрах которых горел озорной огонёк, испытующе смотрели на друзей. Ноздри тонкого, ровного, прямого носа от усиленного дыхания раздувались. Высокие скулы указывали на решительность и бесстрашие, а большой красивый лоб выдавал умение думать.

Неожиданно в сознании Леин всплыл образ властной старухи, которую она видела на балу, и образ Эстер, от которой исходило необъяснимое тепло. Леин тут же поняла, что силы магов разнятся. И если сила старухи походила на грозный роковой вал, а сила Эстер, которая тогда обняла Леин, на зарождающееся, но ещё не разгоревшееся пламя, то силу шагающего к ним навстречу мага можно было сравнить с холодным, вольным, иногда беспощадным ветром. От мага веяло свободой.

— Привет, Элэстер! — Голос у незнакомца был приятным, но сейчас в тоне угадывались стальные нотки.

— Привет, Кэрэл, — вежливо, но сдержанно ответил Элэстер, из чего следовало, что тесной дружбы между магами нет.

— Вы знаете, с кем разговариваете? Элэстер Лью’Эллерби — самый опасный тёмный маг! — в карих глазах Кэрэла горел хитрый, выжидающий огонёк.

— Считаешь себя остроумным? — Элэстер не хотел связываться с этим неординарным типом, но подобное поведение с его стороны раздражало.

— Весьма! Посмотри на их лица, — усмехнулся тот. — При одном упоминании о тёмном маге они дар речи потеряли. Интересно, что будет, когда они увидят его воочию?

— Я бы посмотрел на твоё лицо. — Элэстер попытался пресечь выпад мага.

— Любуйся на здоровье. — Кэрэл равнодушно пожал плечами.

— Я тоже полюбуюсь, особенно если оно будет выглядеть так же по-идиотски, как сейчас, — поспешно вставил Атрио.

Небольшое движение руки Кэрэла — Атрио тряхнуло и с силой отбросило назад. Молодой человек очнулся на земле в трёх метрах от места, где стоял. Между Кэрэлом и Атрио без промедления встал Элэстер. Оценив сложившуюся ситуацию, Кэрэл усмехнулся, а Элэстер вспылил:

— Да что с тобой?! Мы первый день в академии, а ты драку затеваешь?! В Тэу захотел?

— Ты меня Тэу пугаешь? — искренне удивился маг.

После этих слов Леин передернула плечами. Ей стало как-то не по себе, появилось ощущение забытого прошлого. Она придирчиво оглядела Кэрэла. Грубое поведение мага пришлось ей не по вкусу. Да и сам он, если хорошенько подумать, не внушал доверия. Неожиданно их взгляды встретились, и на секунду Леин показалось, что маг удивился.

— Тебя напугаешь, — усмехнулся Элэстер. — Только к чему выкрутасы?!

Кэрэл ничего не ответил, отступил назад, чуть заметно склонил голову, развернулся и ушёл. Элэстер прошёл вперёд и подал Атрио руку.

— Он извинился, — сказал он, глядя в глаза молодому человеку.

— Мне от его извинений… — поднимаясь и отряхивая штаны, проворчал Атрио.

— Для мага это много значит, поверь. — Элэстер слегка склонил голову, развернулся и хотел уже идти, но остановился. — Леин, ты знаешь, Эстер — моя мама. С этого дня мы дружной семьей будем жить в особняке.

— Что??? — от изумления та встала.

Элэстер пожал плечами и ушёл.

— Поздравляю, Леин! — съязвил Сэил. — Ты теперь в гуще магических событий.

Та молчала. Ей было обидно — отец ничего ей не сказал. Не сказал, что Эстер тёмный маг, что у неё есть сын, что этот сын тоже тёмный маг, что снята блокада, что они переезжают, что жизнь её изменилась окончательно и бесповоротно! Он ничего не сказал ей!

— Я пойду, — не дожидаясь ответа, она побрела в сторону академии.

Сэил хотел догнать её и уверить, что всё образуется, но Милина придержала его за руку и покачала головой: подруге необходимо побыть одной и успокоиться.

Во время занятий Леин сидела в глубокой задумчивости. Преподавателям не удавалось призвать её к вниманию. После очередного замечания она послушно кивала, но уже через пару секунд опять погружалась в свои мысли. Единственное, что постоянно отвлекало её — это зуд в области запястий.

Как только дали последний звонок, Леин, никого не дожидаясь, пошла к дому, который находился в черте города на берегу И́лги, притока полноводной Sэi’tэ (Сэитэ). Небольшое здание с четырьмя комнатами вполне устраивало её, и переезжать в чей-то родовой особняк с неимоверным количеством закоулков ей не хотелось.

Леин долго стояла на набережной и наблюдала, как мальчишки играли в мяч. Тот то и дело улетал в воду. Дружной толпой любители приключений собирались у берега и вылавливали его палками.

Наконец, Леин медленно поднялась к себе в комнату, села на кровать, обняла подушку и просидела так до вечера.

— Леин, ты дома? — неожиданно Кристер появился на пороге и вскоре сел рядом. — Надо поговорить.

— Скажи, с каких пор мы стали так далеки, что все новости я узнаю от посторонних? — задумчиво спросила дочь.

— Ты о чём? — насторожился отец.

— О том, что Эстер тёмный маг, и её сын, о котором ты даже не упомянул, тоже, о том, что снята блокада с Магического Круга, о том, что мы переезжаем в особняк! О чём я ещё не знаю, пап?

— Послушай, Леин… — Кристер устало склонился и провёл рукой по бороде. — Я знаю, в последнее время мы мало общались, и я, действительно, кое-что тебе не говорил, но поверь, у меня были на это веские причины.

— Значит, если у меня будут на то веские причины, я тоже могу тебе кое-что не говорить? — Леин с интересом ждала ответа. Ей казак5е лось, она умело поддела отца.

— Ты о вчерашнем опоздании? — уточнил он.

— Ты знал?! — изумлению Леин не было предела.

— Конечно. Ты была главным гостем, я не мог не заметить твоего отсутствия.

— А каким гостем была Эстер? — резко спросила дочь. Её задели слова отца о том, что она была лишь гостьей.

— Леин! — Кристер укоризненно покачал головой. — Эстер была хозяйкой на празднике. Особняк Лью’Эллерби, в котором ты вчера была, дом Эстер… — Он запнулся и поправился. — Наш дом. Я хочу, чтоб ты стала его неотъемлемой частью. Тебе ведь понравилась Эстер. Я видел это. Что касается её сына… — отец пожал плечами. — Я хотел представить вас, но ты сказала, что вы знакомы. Не было смысла знакомить вас дважды.

— Я познакомилась с ним, как с человеком… как с магом, а не как с сыном Эстер! — в чувствах выпалила Леин.

— Я же не знал. — Отец развёл руки в стороны.

— Скажи, — наседала Леин, — ты причастен к снятию блокады? — в ответ Кристер утвердительно кивнул, и дочь задала следующий вопрос. — Из-за Эстер?

— Ты считаешь, мы вправе вершить судьбы? — с нажимом в голосе спросил он. — Ты знаешь, что это за место, место блокады? Тэу — город вечной тьмы. Не думаю, что кто-то достоин подобной участи.

— Но тёмных магов сослали туда не просто так! — Леин так часто от других слышала эту фразу, что та легко слетела с уст. И это был хороший довод.

— Сослали всех за проступок одного, — ответ отца тоже получился ёмким.

— Проступок?! — вспылила дочь. Ей непременно хотелось выиграть спор и хоть в чем-то обойти отца. — По слухам, сотни человек погибли!

— Не спеши судить — это проще всего, — задумчиво протянул Кристер. — К тому же, ты прекрасно знаешь, что тогда погибли не только люди, но и маги.

Отец с дочерью надолго замолчали. Привычный образ жизни Леин рушился. Ей трудно было с этим смириться, принять как данность. К тому же, всплыли новые факты, над которыми стоило поразмыслить.

— Леин, я думал сохранить это в тайне, но события разворачиваются неожиданным образом, — собираясь с мыслями, отец некоторое время молчал. — Твоя мама Лея была магом, — в комнате повисла гробовая тишина, тянувшаяся, казалось, целую вечность. — Мне удалось скрыть тот факт, что ты являешься носителем эллидорского гена. Спасло тебя и то, что ты родилась человеком.

Леин смотрела на стремящееся к закату солнце, и ей почему-то казалось, что между ней и отцом пролегает пласт воды. Слова звучали приглушённо. В памяти всплыли слова Сэила: «Ты теперь в гуще магических событий». «Ты прав, — думала Леин, — теперь я в гуще магических событий и при этом ничего не знаю о магах, которые, оказывается, приходятся мне родственниками!».

— Сегодня мы переезжаем. — Отец встал. — Собери вещи. Выходим через три часа. Об остальном поговорим в нашем новом доме.

— Почему мы переезжаем к ним? Почему вы не купили новый дом? — Леин уже понимала, что спор не выиграть, но не желала сдаваться.

— Родовые поместья не продают. С этого дня особняк Лью’Эллерби — наш дом. — Кристер похлопал дочь по плечу и вышел.

Через три с половиной часа Леин с отцом стояли на пороге особняка. Дверь им открыл незнакомый худой мужчина средних лет. У него было длинное лицо, длинный нос и длинные, схваченные в хвост, каштановые волосы. Одет он был в тёмно-зелёный дорогой костюм тройку. Вид имел слегка отрешённый, словно происходящее вокруг его не касалось. Взгляд незнакомца обволакивала пелена: он вроде смотрел прямо на пришедших, а вроде вовсе их не видел. Зелёные глаза имели странный мутный болотистый оттенок. Леин подумала, что если долго смотреть в них, можно увязнуть, как в настоящей трясине.

— Добрый вечер, Ларго! — переступив порог, приветствовал его отец.

— Добро пожаловать домой, — забасил незнакомец.

Леин вошла следом. Незнакомый дом она восприняла по-другому. Теперь он должен стать и её домом, поэтому в глаза бросились многочисленные детали, которые остались незамеченными накануне.

Натёртый до блеска рисунок паркета напоминал цветы. Потёртый временем ковёр, по которому проходила вчера и на котором стояла сейчас, по-прежнему сохранял тёплый красно-охряной цвет. На стенах висели разнообразные пейзажи. Здесь можно было увидеть и песчаный берег, и ручей, пробегающий по ущелью, и заброшенный пруд, и тенистую дубраву, освещенную заходящим солнцем. Под картинами, с правой и левой стороны от входа, располагались обтянутые жаккардом резные диванчики. Их серо-голубая полосатая обивка хорошо контрастировала с деревянными панелями стен. По бокам картин, как стройные конвоиры, висели бра. Огромная люстра с многочисленными лампочками-свечами находилась прямо над головой и освещала помещение ровным, мягким светом. Ещё в глаза бросились узорные перила лестницы: видна была искусная работа мастера. Ступени, поручни и опорные столбы были выполнены из тёмных пород дерева, а занимающие место балясин природные узоры — из светлых. Эта полярность делала большую лестницу лёгкой, невесомой.

Пока Леин озиралась по сторонам, отец прошёл дальше. Недолго думая, она поспешила следом.

Комната, в которую они попали, оказалась гостиной. Леин была здесь впервые, и это место сразу понравилось ей. Высокий белый потолок, украшенный по периметру лепниной, делал комнату нарядной. Светло-серые стены зрительно расширяли пространство и наполняли его светом. Красивый камин, состоящий из светло-серого и тёмно-серого гранита, расположился по центру у противоположной стены. Леин всегда поражало, как в каминах сочетались практичность и художественность: они и согревали, и позволяли насладиться видом огня. Тёмный деревянный пол с красивым светлым узором, выложенным из нескольких пород дерева, неминуемо притягивал взор. Уют в гостиной создавала тёмно-красная мебель: два дивана, два кресла и расположенный ближе к окну пате. Квадратный стеклянный стол с выступающими по краям «ушами» был окаймлен тёмной деревянной рейкой и занимал в гостиной центральное место. В настоящий момент на нём красовалась большая кобальтовая ваза с белыми цветами. Грамотно скомбинированные цветастые и тёмно-серые однотонные шторы были кем-то искусно уложены. Высокая белая двустворчатая дверь в соседнюю комнату была открыта. В её проёме стоял Элэстер.

— Где мама? — весело спросил Кристер.

— Где-то здесь, — обозначил руками пространство тот.

— А остальные?

— Остальные… — задумчиво повторил Элэстер, — ещё не приехали. Вы первые.

Леин не знала, кто такие остальные, а спрашивать не хотела. Опять все в курсе событий, а она узнает о них последней.

— Тогда будем ждать, — сказал отец и сел на один из диванов, так, чтобы Элэстер и Леин были в поле зрения.

Леин продолжала стоять, чувствуя себя, как в гостях. Элэстер же, наоборот, чувствовал себя совершенно свободно. Он прошёл к столику с напитками, взял бокал и налил вино.

— Я могу убрать всё это, не вынуждай меня, — услышала Леин повелительные нотки в голосе отца. — Я понимаю, что ты считаешь себя взрослым, но вчерашнего вечера, думаю, было достаточно.

— Это родовой особняк Лью’Э́ллерби. Я без проблем найду подвал, — по всей видимости, Элэстер умел спорить и не собирался сдаваться.

— Ты решил проверить меня на изобретательность? — брови Кристера грозно сдвинулись. Он знал, маг ещё не привык к их скорому родству, и к тому, что Кристер имеет право делать замечания, но рано или поздно ему придётся принять этот факт.

Маг прошёл в центр комнаты и с шумом поставил бокал на столик. Затем, скрестив руки на груди, встал рядом с Леин.

— Ну, что ты, папуль, — елейно пропел он, — спорить не будем! — Элэстеру нравился Кристер, но он сопротивлялся их союзу с мамой. Боялся, что мужчина займет место отца.

— Вот и отлично. — Кристер размял затёкшую от напряжения шею и устало откинул голову.

— Ты меня сдал?! — неожиданно выпалила Леин.

— Делать больше нечего?! — Маг нахмурился.

— Тогда, как он узнал, что я опоздала? — Леин перевела взгляд с мага на отца и обратно.

— Он весь вечер ждал тебя. Нетрудно заметить отсутствие дочери, если за ней пристально наблюдаешь, — высказал предположение Элэстер.

— То есть, ты тоже за мной пристально наблюдал? — брови Леин сдвинулись, образуя на лбу грозную складку.

— Кхм, — поперхнулся Элэстер.

— Чего ты ожидал? Это же моя дочь! — весело рассмеялся Кристер.

— Да, одного тебя мне было мало, — не удержался от язвительного замечания маг.

— Элэстер! Прекращай! — мягкий голос Эстер прозвучал властно. Она вошла в комнату и села рядом с Кристером. Сегодня на ней было длинное зелёное платье с большим чёрным воротником и чёрными манжетами. — Леин, не стой там, ты дома. Присаживайся. Ты проголодалась?

— Никак не привыкну, что это мой дом. И, нет, спасибо, не проголодалась, — сглотнув слюну, соврала Леин, потом села на диван напротив отца и Эстер.

Элэстер расположился на подлокотнике кресла.

— Позднее Ларго покажет тебе комнату. Она на втором этаже в правом крыле, — не зная, как скрыть волнение, Эстер крепко сжала руки.

— Я заблужусь в этом доме. — Леин потёрла предплечья.

— Это поначалу дом кажется большим, а потом станет привычно маленьким. — Эстер искренне надеялась, что Леин быстро привыкнет к новому месту.

— Если всё же заблудишься, разведи сигнальный костер, мы тебя сразу найдем, — вставил Элэстер.

— Тушить костёр и устранять последствия пожара будешь ты. — Эстер серьёзно посмотрела на сына, откинулась на спинку дивана, потом снова села. Было видно — она нервничает. Женщина взяла со стола бокал, залпом выпила его содержимое, потом порывисто встала и вышла.

— Мы скоро вернёмся. — Кристер вышел следом.

Леин подошла к столику со спиртными напитками, схватила первый попавшийся стакан, налила в него жидкость из первой попавшейся бутылки и осушила. По горлу, обжигая стенки, прокатилась горячая волна. Леин закашлялась, но, недолго думая, повторила действие и уже приготовилась осушить третий стакан, но перед ней возник Элэстер и придержал за руку.

— Хватит.

— Мне нехорошо, и я имею право делать то, что хочу! Здесь, кажется, все так поступают! — Она попыталась схватить бутылку, но Элэстер помешал ей. Тогда она с силой оттолкнула его.

— Делай что хочешь! — разозлился он. — Я тебе не папочка, чтобы нотации читать.

Леин поставила бутылку, сползла на пол и разрыдалась. Элэстер опустился рядом.

— Мы все слегка на взводе. — Он положил руки ей на плечи. — Ладно, не реви, — сказал весело.

Ещё пару раз Леин громко всхлипнула, вытерла глаза рукавом платья и притихла. Шум в голове и отчаянный зуд в области запястий мешали ей сосредоточиться. Она всё сильней растирала руки.

— Что ты делаешь? — насторожился Элэстер.

— Целый день запястья зудят. Спасу нет! — пожаловалась Леин.

Маг порывистым движением схватил её руки, повернул их ладонями вверх и расстегнул пуговицы на рукавах блузки. Места, где Леин чесала руки, горели ярче пламени. Элэстер принялся внимательно осматривать небольшие ранки у основания ладоней.

— Давно чешутся? — поинтересовался он.

— С утра. — Леин вспомнила, как впервые ощутила неприятный зуд.

— Мам! Кристер! — отпуская руки Леин, крикнул маг. — В нашем дружном семействе — большие проблемы!

Сначала в гостиную влетела Эстер. Она мгновенно оценила обстановку и, сообразив, что ничего сверхъестественного не происходит, облегчённо вздохнула и вопросительно взглянула на сына.

— Тебе стоит взглянуть на её руки. — Элэстер задал направление её мыслям.

Эстер последовала его совету, но не увидела ничего необычного.

— Руки как руки, — заключила она.

— Переверни их, — посоветовал сын.

Плечи женщины дрогнули, она тихо переспросила.

— Перевернуть? — и, не дожидаясь ответа, исполнила просьбу.

В комнату вошёл Кристер. Он увидел, как Эстер осмотрела руки дочери, и как она после испуганно замерла. Какое-то время он стоял неподвижно, потом бросился к Леин. Заметив небольшие ранки на её запястьях, он опустился на пол и от бессилия опустил голову. Эстер же порывисто встала и, схватившись за голову, заметалась по комнате.

— Ты можешь ей помочь? — Кристер с надеждой посмотрел на Элэстера.

— Просветите меня, что происходит? — вмешалась в разговор Леин.

Отец молчал. Эстер опустилась на колени рядом с остальными и с силой сжала губы, из чего следовало, что она тоже не намерена отвечать. Леин требовательно посмотрела на Элэстера.

— Ты заражена, — тихо сказал он.

— Вирус какой-то? — Леин провела указательным пальцем по порезам.

— У тебя активирован эллидорский ген. Для человека это чужеродный объект, почти вирус или хуже.

— Что это значит? — в сердце Леин зародился страх.

— Значит, в ближайшее время ты или станешь магом, или… — Элэстер запнулся.

— Или? — Леин поймала его взгляд.

— Умрёшь… — Элэстер смотрел в глаза, и это почему-то успокаивало.

— От чего это зависит? — Леин казалось, она говорит не о себе, а о ком-то постороннем.

— Если в твоём организме победит кровь мага, ты им станешь…

— Если человека — умру, — закончила она. — Но почему?

— Потому что кровь мага нельзя искоренить. Она так и будет блуждать в поисках выхода. Рано или поздно организм не выдержит постоянной борьбы и тогда — всё.

— Когда станет известно, какая кровь победит? — с замиранием сердца спросила Леин.

— Если магическая кровь в тебе с утра, то ещё два дня. — Элэстер плотно сжал губы. В этот момент он понял, как себя чувствуют целители, предрекающие людям и магам скорую смерть.

— Но почему чешутся именно запястья? — не желая думать о смерти, Леин увела разговор в другое русло.

— Ты магов прежде видела? — последовал встречный вопрос. Леин коротко кивнула. — Как они силу воспроизводят, знаешь?

Леин казалось смешным рассказывать магу о том, как он воспроизводит силу, но она поняла, Элэстер наводит её на какую-то мысль, поэтому и выдала:

— Они используют руки, трясут и машут ими.

Эстер улыбнулась, Кристер потёр пальцем висок, а маг подсел к ней и засучил рукав рубашки.

— Это, — указал он на три небольших пореза у основания ладони, — магические поры. Через них в ладонь мага поступает сила, а потом он использует её на своё усмотрение. Обычно правая рука воспроизводит силу, а левая нейтрализует последствия её воздействия.

В ладонь Элэстера скользнули три небольшие струйки воды. Он поменял положение руки, и струйки, как ленты, закрутились в причудливые узоры. Затем Элэстер сделал собирательное движение, и всё исчезло. Леин взглянула на запястья; теперь она знала, это место магических пор.

— Откуда берётся вода? — Она с интересом разглядывала поры.

— Леин, тебе стоит отдохнуть, — подал голос отец.

— Элэстер, откуда вода? — настойчивее повторила она. Элэстер был единственным, кто отвечал на вопросы. Сейчас она не хотела говорить ни с отцом, ни с Эстер — слишком многое они скрывали от неё, слишком оберегали, а полезная информация была просто необходима.

— Маг может самостоятельно воспроизвести некоторое количество природной силы, — ответил Элэстер.

— От чего зависит количество?

— От уровня мага.

— Бывают уровни? Сколько?

— Двадцать первый — самый большой. Это — высший маг. — Элэстер странно чувствовал себя, объясняя очевидные вещи.

— Значит, самый опасный тёмный маг обладает именно такой силой? — Леин нравилось то спокойствие, которое исходило от мага. К тому же обилие вопросов помогало отвлечься от надоедливой мысли о скорой смерти.

— Самый опасный маг не тот, кто обладает высшими силами, а тот, кто использует их во зло. — Элэстер произнёс это с некоторым нажимом, и Леин поняла, для магов это различие значимо.

Некоторое время она рассматривала покрасневшие запястья, потом вопросительно вскинула брови, вернула на место рукава блузы и, состроив забавную гримасу, посмотрела на Элэстера.

— Объясните мне, как маги используют силу, если одежда откровенно мешает им? — Она указала на манжету, закрывающую поры.

— О, это просто, дорогая. — Эстер с воодушевлением начала объяснять. — Для этого маги используют различные виды рукавов: с манжетами, расклешённые, окантованные кожей. В любом случае, магические поры либо изначально свободны, либо легко открываются. Если будешь наблюдать за магами, обратишь внимание на предпочтения в их одежде.

— Давайте пересядем на диван. — Кристер протянул руку Эстер и кивнул Элэстеру, чтобы он помог подняться Леин.

— Нет. Хочу в свою комнату. — Леин отстранилась и встала сама.

— Я провожу, — приняв помощь Кристера, Эстер быстро поднялась.

— Нет, — продолжала протестовать Леин. — Он проводит. — Она кивнула в сторону Элэстера. — Ты знаешь, где подвал, значит, знаешь, где правое крыло.

— Пойдём, — согласно кивнул Элэстер.

Они поднялись по центральной лестнице, несколько раз повернули и очутились в коридоре, в конце которого виднелось окно. Освещение было мягкое, приглушённое, вечернее. Леин это понравилось. Элэстер провёл её в конец крыла.

— Тут. — Он указал на дверь справа.

В комнате было темно. Леин переступила порог и остановилась.

— Я могу умереть в любой из этих дней или только по истечении отведенных трёх?

— По истечении, не раньше. Магом можешь стать через три дня, а умирать можешь в течение месяца или года — всё зависит от сил поражённого организма.

— Спасибо, что рассказал мне… про магов. — Леин прошла в комнату.

— Про костёр помнишь? — улыбнулся Элэстер. — Будет больно, смело разводи.

Прежде, чем Леин успела что-то ответить, он закрыл дверь.

Темнота и покой. Леин только сейчас сообразила, как устала. Она заползла на мягкую кровать, потянулась за подушкой и уснула.

Чуть погодя дверь тихо приоткрылась, в комнату вошёл Элэстер. Он подошёл к кровати, уложил Леин, как положено, сел на край и задумался, потом повернул руки девушки запястьями вверх, и сверху положил свои.

— Больно не будет, — тихо сказал он. — По крайней мере, не сегодня.

Леин спала крепко, его слов она не слышала.

— Что можно сделать? — спросил Кристер, как только Элэстер вернулся в гостиную.

— У нас примерно год, чтобы восстановить Храм Судьбы, который лет сто не работает, или оживить Эллиандровое дерево, которое…

— …неизвестно, где растёт, — закончила Эстер.

— Какого уровня был заразивший её маг? — пальцами Кристер тёр лоб.

— Не знаю, но это был мощный маг. — Элэстер устало опустился на диван. — Есть ещё кое-что, — добавил он.

— Как будто этого мало. — Эстер ходила взад-вперёд.

— Леин носитель — это необходимо учитывать. Я не знаю, как её организм отреагирует на заражение.

— Год, говоришь. — Кристер опустился на диван.

— Примерно год, — поправила Эстер и тоже села.

Каждый из троицы думал о чём-то своём, в тоже время их мысли объединял один человек — Леин. Воцарилось молчание, которое нарушила Эстер.

— Сегодня никто не приедет. Итэр задержал наших гостей, — поделилась она информацией.

— Это было ожидаемо. — Кристер положил ладонь ей на руку. — У меня появилось срочное дело, мне до завтра необходимо уйти. — Он пристально посмотрел в глаза Эстер, потом шепнул. — Помни — ты обещала его принять.

— Всё в лучшем виде, не сомневайся. — Эстер устало улыбнулась, поцеловала мужчину в щёку и потрепала по волосам.

Остальные

С самого утра ярко светило солнце. Ещё тёплое, оно согревало всё, чего касалось. Его лучи проникали даже в самые удаленные уголки комнаты.

Леин проснулась и недовольно поморщилась от света, бьющего в глаза. Она зажмурилась и повернулась на другой бок, потом сообразила, где находится, и подскочила на кровати. «Жива!» — она коснулась своих плеч, облегчённо вздохнула и внимательно осмотрелась.

Первое, что увидела — большое окно с выходом на балкон. Его закрывал лёгкий тюль и плотные тёмно-красные бархатные шторы. Леин слезла с кровати, подошла к окну, отдернула тюль и распахнула балконные двери.

Позолоченную листву трепал крепкий ветер, ветки деревьев послушно гнулись и качались: «До весны, до весны, до весны» — прощались они с перелетными птицами. «Что поделаешь, — подумала Леин, закрывая двери, — лето закончилось, осень имеет полное право назначать свои порядки». Она развернулась и изучила обстановку.

В ярком свете, комната выглядела совершенно иначе, нежели накануне. Леин обошла её по кругу дважды, примечая каждую деталь. Кровать, шкаф, кресло, небольшой столик, серую салфетку с красными цветами, вазу, резной деревянный комод, картину над ним: пруд в облаке тумана. Леин замерла. В этот миг ей казалось, что она стоит на том берегу и полной грудью вдыхает аромат прохлады: в воздухе чувствовалась влага, от земли исходил запах сырости и вечерней свежести. Она тряхнула головой, освобождаясь от наваждения. Справа от комода находилась дверь, которая вела в ванную комнату. Всё очень удобно и красиво, каждая вещь на своём месте. «Это моя комната, — по лицу Леин скользнула довольная улыбка, сменившаяся задумчивым выражением. — Надолго ли?».

Леин заправила кровать, умылась тёплой водой, причесалась и переоделась. Хорошо, что сумки и чемодан стояли у шкафа. Видимо, их вчера принёс кто-то. Вещи она разбирать не стала, решила спуститься вниз и разузнать, что творится в доме.

Когда Леин вышла в коридор, то услышала высокий женский голос, который весело пел на эллидорском языке. «Где-то включили проигрыватель», — подумала она, немного постояла, пытаясь вспомнить, куда идти, потом обречённо махнула рукой и пошла вперёд — рано или поздно куда-нибудь выйдет.

Узкий коридор, поворот, широкий коридор с выходом к центральной лестнице — не всё так сложно. У основания лестницы стоял длиннолицый, тот самый, который накануне вечером встретил их с отцом. Его имени девушка не помнила, но, к счастью, оно не понадобилось. Длиннолицый сам обратился к ней, как только они поравнялись.

— Завтрак на столе. Пройдите, пожалуйста, в столовую. — Он жестом задал направление.

Леин согласно кивнула и удалилась: безэмоциональное лицо мужчины озадачивало и нервировало. Завернув за угол и пройдя арку, она попала в оранжерею.

Что за чудо предстало перед взором! Первое, что бросилось в глаза — высокие частые окна, переходящие в потолок, на котором выделялись деревянные узоры. Из окон открывалась шикарная панорама: искусно подстриженные кусты, бассейн, а вдалеке — океан. Обилие зелени и света создавали неповторимую атмосферу единения с природой. Куда не посмотри, всюду кусты, деревья, растения и цветы. Они были столь разнообразны по видам и оттенкам, что посетителю оранжереи казалось, будто он очутился в сказочном саду. Посреди буйства зелени и цвета стояли три стула, круглый белый стол и диван, на котором в данный момент лежала кем-то оставленная газета. Чувствуя себя лесной нимфой, Леин легко опустилась на стул и зажмурилась от удовольствия. Упоение, нега, блаженство — именно эти слова вертелись на языке, но произносить их вслух было боязно: вдруг собственный голос разрушит магию. Через пару минут она нехотя разомкнула веки и отправилась искать столовую.

Путь в другое помещение преграждала высокая деревянная двухстворчатая дверь. Леин взялась за красивые резные ручки и потянула их на себя.

Вытянутая прямоугольная комната с высоким потолком, деревянными стенами и узорным паркетным полом приглянулась ей не меньше оранжереи. Длинный деревянный стол, покрытый кремовой скатертью, манил запахами и умелым оформлением. Десять резных стульев с высокими спинками, как верные стражи, окружали его. Леин неспешно пошла к столу, продолжая разглядывать обстановку. Слева, у глухой стены, расположился камин. Чёрный мрамор с золотыми прожилками идеально вписывался в пространство. Два тяжёлых канделябра в семь свечей стояли по краям и, как возведённые к небу руки, указывали на картину, что висела над камином: то был пейзаж — лес, горящий огнём осенних листьев. Высокие узкие зеркала в резных деревянных рамах умножали свет и создав в помещении перспективу. К тому же, «растворив» стены, они выделяли камин, как самостоятельную единицу. Витые деревянные пилястры придавали комнате торжественность. Три высоких окна и три люстры хорошо освещали комнату, в которой стоял запах ванили.

Элэстер сидел за столом один и с аппетитом завтракал.

— Доброе утро! — Леин с наслаждением потянула носом.

— Доброе утро! — отозвался он, проглотив очередной кусок непонятной массы. — Присаживайся, — указал Элэстер на стоящий рядом прибор.

— Длиннолицый неразговорчив.

Леин села и принялась с интересом разглядывать содержимое тарелки — что-то желтоватое и воздушное. Она подхватила вилкой кусочек и попробовала. Омлет растаял во рту, оставляя приятный лимонно-ванильный вкус.

— Ты про Ларго? — Элэстер вскинул брови.

— Он маг? — Леин подхватила ещё один кусочек.

— И мой дядя.

— Вам прислуживает дядя? — брови девушки поползли вверх.

— Не прислуживает, а работает. Это его желание.

— То есть, все, кто здесь работают — маги? — подвела Леин итог.

— Нет. Все, кто здесь работают — люди, кроме дяди. Кухарка, садовник, дочки кухарки, может кто-то ещё. Пока я видел только тех, кого перечислил.

Леин немного нервничала, оставаясь с Элэстером наедине: трудно было признаться даже самой себе, что маг всё больше ей нравился.

— Покажешь мне дом? — Она старалась вести себя естественно и беззаботно.

— Начнём с подвала: он славится…

— Крысами? — пошутила Леин.

— Тогда с чердака, там…

— …летучие мыши, — продолжила острить она.

— Зачем тебе экскурсия? Ты отлично ориентируешься. К тому же, по просьбе мамы, мне надо встретить гостей.

— Остальные… — прошептала Леин, вспомнив вчерашний разговор.

— Одного уже встретил. Советую с ним не разговаривать.

— Почему?

— Потому, дорогой друг, что вышеизложенные обстоятельства, позволяющие судить о необходимости межмагического сотрудничества с целью обогащения и стабилизации взаимоотношений…

— Я поняла, — улыбнулась Леин. — Этот разговорчивый господин, тоже твой родственник?

— Мисс, своими сверхъестественными способностями к неугадыванию вы ввергаете меня в уныние. Неужели, ваш покорный слуга, изъясняясь столь изысканным образом, спровоцировал ваш ум на неправильный вывод?

— Раз не дядя, то кто, что здесь делает, и кто они — остальные?

— Старинный друг дяди Кристера, профессор каких-то важных исторических наук, от которых у него явно снесло крышу. Сейчас воспроизведу название его последней работы. — Элэстер нахмурился и потёр переносицу. — «Влияние субъективной оценки индивида, полученной путем психологического становления личности, на формирование исторических данных». Что-то в этом роде. Боюсь, дословно не повторю.

— Друг дяди папы? — Леин закатила глаза, пытаясь сообразить, о ком идёт речь, но, так и не вспомнив, сдалась. — Он человек?

— Он маг. Профессор Сэриэль Гэст — высший маг воздуха. Ещё он обладает силой воды четвёртого уровня и огня шестнадцатого.

— Откуда столько подробностей? — Леин изумила осведомленность мага.

— Он сам так сказал, — пояснил Элэстер. — Но позволь я не буду повторять это в его манере.

— Выходит, профессор любит пооткровенничать?

— Да. Словоохотливый малый с чересчур богатым синонимичным рядом.

Леин сразу догадалась, почему не знает человека-мага с богатым си-но-ни-мич-ным рядом (еле шевеля губами, она повторила это длинное слово по слогам).

В этот момент раздался звонок. Оставив завтрак, Элэстер поспешил в прихожую. Леин, быстро проглотив последний кусок омлета и запив его какао, побежала следом: ей не терпелось узнать, кто они — остальные. Когда она вбежала в прихожую, Ларго уже открыл дверь, а Элэстер приветственно склонил голову.

На пороге стояла «дама в голубом» — так охарактеризовала её Леин.

Высокая костлявая женщина примерно пятидесяти лет была одета в необычное длинное платье. Серебристо-белый бисер, которым его расшили, блестел, переливался и, словно нити прохладного ручья, стремился вниз. Длинные рукава, расходящиеся к низу, казались воздушными. Длинная бело-голубая юбка походила на водопад. На голове гостьи кокетливо сидела шляпка с белым цветком. Русо-бело-голубые волосы, которые шли неровными прядями, женщина сплела в аккуратную причёску.

Леин с нескрываемым любопытством рассматривала незнакомку: в ней гармонично сочетались элегантность, легкая надменность и стать. Несомненно, перед ней высший маг воды.

— А́истель, — с изяществом представилась гостья, и склонила голову набок. — Прошу прощенья, что опоздала. Совет устроил дополнительную проверку тёмных магов в Йоливе, меня просили присутствовать. Полагаю, вы знаете, Главе Совета, И́тэру Ха’Иль’Инэ́су, отказать невозможно.

— Добро пожаловать! — Ларго поклонился.

Переступив порог, женщина внимательно осмотрелась. Взгляд у неё был оценивающим. Казалось, в этот момент она решала, что в вестибюле стоит оставить, а что — незамедлительно выкинуть.

— Прошу следовать за мной. — Ларго указал в сторону лестницы.

— Кристер не поприветствует меня? — в голосе гостьи проскользнули капризные нотки, а бледные брови удивленно поползли вверх.

— Он будет позднее, — невозмутимо отрапортовал Ларго. — Сейчас, позвольте, показать вам комнату.

— Хорошо. — Дама сделала великое одолжение и медленно пошла вперёд.

Элэстер проводил гостью долгим взглядом, после поспешил обратно в столовую.

— Элэстер, она ведь высший маг воды? — почему-то шёпотом спросила Леин, следуя за ним по пятам.

— Да. Ещё маг земли восьмого уровня и тьмы второго.

— Откуда знаешь? Она ничего таково не говорила, — удивилась та.

— Аистель Этисс прославилась, как художница «Небесной» стихии.

— Небесной? — переспросила Леин.

— Да. Так звучит красивее. Аистель любит красивости. Она относится к тем личностям, которые стараются произвести на окружающих незабываемое и яркое впечатление.

— Ладно, — в голове Леин произвела подсчёт, — с профессором я знакома заочно, Аистель видела сама, но у меня есть смутная догадка, что это не все гости. Элэстер, кто ещё приедет, и почему мы принимает этих магов в доме?

— Откуда я знаю. — Элэстер пожал плечами.

— Но, вчера вечером, когда ты сказал «остальные», я осмелилась предположить, что ты знаешь, кто приедет.

— Понятия не имею.

— Но…

— Леин, — перебил её Элэстер, — я, так же как ты, всё узнаю в процессе.

Очередной громкий звонок заставил его остановиться. Леин не успела среагировать и налетела на него.

— Тень моя всегда со мной, — пошутил он, развернулся и пошёл в обратном направлении. Леин поплелась следом.

Приехала Эстер с ещё одной гостьей — маленькой, худенькой девочкой лет десяти. Маленькая гостья с пшеничными волнистыми волосами, торчащими из-под выцветшего, когда-то оранжевого берета, большими голубыми глаза, дугообразными бровями и курносым носиком походила на ангела. Личико, хоть и было насупившимся, притягивало взор и располагало к себе. Одета девочка была в серый потрёпанный джемпер и старую расклешённую коричневую юбку. Вошедший в помещение ангел легко мог бы воспарить над миром, но, надетые на ноги старые высокие ботинки со шнуровкой прочно держали воздушное создание на ковре. От волнения девочка покусывала нижнюю губу и мяла в руках объёмную тёмно-серую сумку. Контраст с предыдущей дамой бросался в глаза.

— Это Айя Та́идрэ, — представила гостью Эстер. — Она потеряла маму во время магического бунта, и с этого дня будет жить с нами. Айя ни с кем не разговаривает, но будем надеяться, что рано или поздно у неё возникнет желание поговорить. Наша гостья — маг света восемнадцатого уровня. В будущем малышка может стать отличным целителем магических повреждений, но пока у неё в этой области мало опыта. Зато царапины и ссадины заживляет отменно.

— Маг света восемнадцатого уровня в её-то возрасте? — Элэстер озадаченно посмотрел на девочку. — Ты ведь обладаешь и другой силой? — в его голосе прозвучал напор.

Айя поджала губы и нехотя кивнула.

— Тьма? — Элэстер вытянул вверх указательный палец.

Девочка кивнула и показала три пальца, что означало уровень магии.

— Земля? — Элэстер изобразил двойку.

Айя повторила утвердительный жест.

— Огонь?

В этот раз малышка отрицательно покачала головой. Выходило, Элэстер ошибся.

— Вода? — тогда спросил он.

Айя утвердительно кивнула и показала десять пальцев, а потом ещё четыре.

Эта манера счёта позволила ей ответить на все вопросы с помощью жестов. Леин поразилась тому, как быстро Элэстер нашёл способ общения с ней.

— Мам, в отличие от остальных гостей, она — светлый маг. Вода и свет превалируют в ней. Почему она здесь?

— Айя помогала Кристеру налаживать контакт с Тэу. Орден «Сестёр Света» — целителей, — пояснила Эстер для Леин, — активно участвовал в поддержке заключенных. Так мы с ней и познакомились.

— Целительницы грехи замаливали, а ты участвовала в этом? — Элэстер разозлился.

— Сынок, послушай…

— Они нас предали! Именно благодаря помощи светлых магов, в том числе и целителей, мы попали в кромешный ад! — Сын гневно свёл брови.

Малышка Айя попятилась и спряталась за Эстер.

— Не все светлые маги участвовали в образовании Магического Круга! — Эстер повысила голос. — Айе одиннадцати ещё нет. В чём её вина? К тому же, если ты собираешься жить на воле, тебе придётся смириться с соседством светлых магов. Согласись, и у них особого выбора тогда не было. Не знаю, как ты, лично я буду искать пути к примирению, а месть к таковым не относится.

Элэстер шумно выдохнул — он знал, мама права. Он посмотрел на Айю, та исподлобья на него. Их взгляды встретились — внимательный, пронзительный Элэстера и напряжённый Айи. В полной тишине маги смотрели друг на друга и не торопились разрывать молчаливый диалог. Чуть погодя взгляд Элэстера смягчился.

— Добро пожаловать! — Он слегка склонил голову, Айя коротко кивнула в ответ.

Леин давно заметила, маги приветственно кивают друг другу, но зачем и какой смысл нёс кивок, не знала, а спросить стеснялась — не хотела глупо выглядеть.

— Осталось двое. — Эстер подхватила чемодан, стоявший на пороге, положила его на диван, раскрыла и стала что-то искать. Раздался очередной звонок. — Наконец! — женщина поспешно выпрямилась.

На этот раз сюрприз ждал и Элэстера, и Леин. На пороге стояли два молодых мага.

Первый — высокий, худой и бледный был Леин незнаком. Он, по всей видимости, привык следить за внешним видом и уделял этому немало времени. На нём отлично сидел светло-бежевый костюм, из-под которого виднелась белая рубашка. Светлые волосы гостя были аккуратно причёсаны, голубые глаза смотрели настороженно, словно от окружающих он ждал только неприятностей, широкие брови временами хмурились, губы были поджаты, а руки убраны в карманы. И, если его знал только Элэстер, второго знали оба.

— Мам? — Сын вопросительно вытянул вперёд руку, указывая на магов. — Только не говори, что…

— Да, дорогой, Хэил и Кэрэл будут жить с нами.

— Объяснишь?.. — недоумению Элэстера не было предела.

— Мальчикам негде жить, они потеряли родных, мы с Кристером оформили опеку.

— Вы оформили что?.. — одновременно спросили Леин с Элэстером, потом переглянулись.

— Пока всем вам не исполнится двадцать один год, мы — одна семья, привыкайте. К тому же Хэил твой дальний родственник. Кстати, у него забавное увлечение, — говорила Эстер, продолжая поиски, — он любит всё живое — природу, цветы, животных, рыб, интересуется разными видами растений. Например, он сказал, что Эллиандрового дерева давно не существует, есть сухой экземпляр, и он «растёт»… — Она нервно хмыкнула и поправилась. — Стоит на территории академии. Хэил, как ты знаешь, высший маг земли. Ещё в его арсенале есть силы воды, воздуха и тени.

— Допустим, Хэил, но Кэрэл?

— А что Кэрэл? Замечательный маг. Кстати, в отличие от меня, он искусно владеет высшей магией огня и у него, как оказалось, тоже весьма интересное увлечение — он изучает архитектуру.

— Поэтому я должен его терпеть?

— Ты не слушаешь меня, сынок. Всё уже решено — смирись. — Эстер продолжила вынимать вещи. — Я не договорила про увлечение Кэрэла — это история древних сооружений. Например, он знает, что все Храмы Судьбы разрушены, а легендарный замок Воэлин находится у подножья водопада и окружен со всех сторон водой. Попасть в него может только искусный маг.

Элэстера всегда поражало умение матери вытаскивать из собеседников необходимую информацию, но его смущало количество счастливых совпадений. Он обречённо развёл руками.

— Земля и огонь — Магический Круг замкнут. Добро пожаловать в семью! — Элэстер кивнул чересчур театрально.

Маги переглянулись, переступили порог и в знак приветствия тоже склонили головы.

— Рад встрече безмерно, — сдержанно и сухо отозвался Хэил.

Кэрэр весело улыбнулся, но его взгляд остался сосредоточенным.

И внешний вид мага, и его поведение разительно отличались от тех, что Леин видела накануне.

Строгий серый костюм академии маг сменил на белую блузу с широкими рукавами и строгим воротником, чёрные строгие брюки и длинную, необычную по крою светло-серую безрукавку с чёрной серединой. Вещи были необычными и дорогими. Это чувствовалось по качеству и выделке ткани, а также по вышивке.

— Я немного пошалил в академии — скучно было. Ты не дуешься на меня, умничка Элэстер? — в этот момент в глубине глаз Кэрэла загорелись хитрые огоньки.

«Умничка Элэстер» — повторила про себя Леин и непроизвольно улыбнулась прозвищу, которое, как ей показалось, подходило магу.

— Что ты, Кэрэл, на дураков не обижаются. — Элэстер был самой почтительностью.

Леин полагала, что сейчас последует бурная ссора, подобная той, которую она видела накануне в академии, но она ошиблась.

— Правильно, на них обижаться не стоит. Всегда следует начинать с себя, — охотно согласился Кэрэл.

Элэстер собирался продолжить словесную перепалку, но в это время Эстер нашла то, что искала, и с шумом захлопнула чемодан.

— Немедленно разойтись по комнатам, осмотреться и обустроиться, — скомандовала она. — Ваш багаж, который прибыл накануне, Ларго разнёс по комнатам. Сейчас брат покажет вам дом и жилое крыло, а через три часа прошу всех собраться в столовой — нам есть, что обсудить.

Не успела она закончить, как входная дверь открылась, и в вестибюль вошёл Кристер. Он не сразу заметил гостей, только после громкого приветствия Эстер.

— Доброе утро, дорогой!

— Утро… доброе… — Кристер поднял глаза, пробежал взглядом по гостям, внимательно и настороженно посмотрел на Кэрэла, потом улыбнулся — вышло официально.

— Ларго, покажи детям дом. — Эстер быстро переключила внимание собравшихся на себя, после поднялась по лестнице и скрылась за поворотом.

Ларго подождал, пока все соберутся, потом неспешно провёл гостей по дому, а после развёл по комнатам.

Хэил расположился по соседству с Элэстером, Айю поселили рядом с Леин, а вот Кэрэл наотрез отказался занять предложенную комнату. Он долго ходил по особняку и вскоре остановился возле лестницы, ведущей на чердак.

— Подойдёт. — Он медленно и уверенно провёл рукой по старым перилам.

Чердак занимал целое крыло и не походил на обычные чердаки. Его отличали высокие потолки, слуховые двускатные окна и большое пространство. Но имел чердак и схожесть со своими «братьями» — это был хлам, скопившийся за долгие годы и не позволяющий поселиться в помещении сразу. Так что, на первых порах, Кэрэлу пришлось довольствоваться изначально выделенной комнатой.

Спустя три часа, как и планировалось, все собрались в столовой. Кристер сел во главе стола, справа от него расположилась Эстер, слева — малышка Айя, дальше Элэстер и Леин, напротив Хэил и Кэрэл, следом Ларго и Аистель. Наконец, во главе стола с другой стороны — профессор.

Кристер представил присутствующих друг другу, поблагодарил профессора и Аистель за то, что они некоторое время поживут в доме, и закончил речь словами: «Добро пожаловать!». После опустился на место.

Неизвестно откуда зазвучала тихая лёгкая мелодия. Она приглушала звон столовых приборов. Собравшиеся проголодались: это было заметно по тому, как они сосредоточенно и с аппетитом ели.

Леин посмотрела в тарелку и увидела желто-белый сливочный суп. Он вкусно пах мясным бульоном и кукурузой. Она зачерпнула его и убедилась, что нос не подвёл: в ложке плавали кукурузинки. Солоновато-сладкий вкус приятно удивил, и Леин смело заработала ложкой. Второе блюдо предстало в виде лапши с грибами, овощами и мясом. Леин оценила и его. Она предположила, что это блюда магов, так как раньше ничего подобного не ела.

— Надеюсь, академия вам понравилась? — обратился Кристер к Хэилу и Кэрэлу.

— Не могу пока сказать, — сдержанно ответил Хэил. — Мало информации.

— Не понравилась, — смело заявил Кэрэл. — Много ненужных правил. Серый костюмчик, как форму, стерпеть можно, но бантик на шее — издевательство.

Элэстер невольно улыбнулся. Он недолюбливал Кэрэла, но в данном случае с ним трудно было не согласиться.

— Я слышал, — продолжил Кэрэл, — что цвет рубашек студентов меняется. От чего это зависит? — Он вопросительно посмотрел на Леин.

Та не дожевала кусок, потому ответила не сразу. Хэил внёс своё предположение:

— Если тёмный маг — чёрная, светлый — белая, человек — голубая…

— Нет, нет, нет. — Леин поспешила его поправить. — Если обычные будни — белая, если праздник — красная, экзамены — голубая, а если общий сбор по какому-либо поводу — чёрная.

— Всеобщий сбор — это траур с бантиком на шее, — веселился Кэрэл. Он перевёл взгляд на Кристера. — Кстати, недавно я узнал, что Совет в середине года устроит ещё одну проверку на определение магического статуса.

— Ещё одну? — глухо спросил Кристер и о чём-то задумался.

— Они же проверили нас, когда мы покидали подземелье. Плюс вчерашняя внезапная инспекция… — Эстер была взволнована.

— Видимо, этого мало, — предположил Кэрэл. — Вдруг кто-то повысит магический статус. Что скажешь, Элэстер?

— Появится возможность переубедить окружающих в том, что я самый опасный тёмный маг.

За столом притихли. Кристер и Эстер недоуменно переглянулись, потом вопросительно посмотрели на Элэстера.

— Благодаря стараниям Кэрэла учащиеся академии уверены в этом, — внёс он ясность.

— Кэрэл, объяснишь? — строго спросил Кристер.

— Я пошутил, — невозмутимо произнёс тот.

— Пошутил? — Эстер забарабанила пальцами по столу. — Ты дал повод терроризировать наш дом с утра до вечера.

— Я же не знал, что буду жить с вами, — улыбнулся тот.

— Теперь знаешь. — Кристер отпил несколько глотков из стакана, чтобы успокоиться. Он не знал, чего ждать от этого мага, потому слегка нервничал, общаясь с ним, но показать слабость не мог. — В следующий раз обходись с шутками осторожнее, — полностью овладев собой, строго сказал он.

В разговор вмешался Хэил.

— Триада правления знает, кто из учащихся самый опасный маг, им нет смысла терроризировать этот дом. Я прав?

Элэстер посмотрел на мать. Та отреагировала мгновенно.

— Надеюсь, знают, а то с подобными шутками хлопот не оберёшься.

В наступившей паузе у Леин появилась возможность задать давно мучавший вопрос.

— Кто он, этот маг? Случайно не тот, благодаря которому тёмных магов сослали В Тэу?

— Нет. Тот маг заключён в другом месте. Высшего тёмного мага боятся, как возможного провокатора очередного бунта. Ходили слухи, что в Тэу жил такой маг, но Тэу — огромный город. — Кристер развёл руки в стороны. — Угадать, кто из жителей самый опасный маг — проблема, тем более он себя никак не проявлял.

— За исключением случая с пожаром, — вступила в разговор Аистель, понизив голос до таинственного шепота.

— С пожаром? — Леин поёжилась.

— Как-то ночью, года два назад, в Тэу вспыхнул огонь. — Аистель запнулась. — Для подземного города это катастрофа. Пожар распространялся быстро, и нельзя было толком понять, что горит. Когда пламя подступило к жилым зданиям, его кто-то утихомирил. Тогда по городу ходили слухи, что пожар потушил именно «тот» тёмный маг.

— Если прежде сам его не учинил, — высказал предположение Хэил, разглаживая пальцем край салфетки.

— Доподлинно неизвестно, кто за этим стоит. — Профессор аккуратно сложил столовые приборы. — Однако, по словам очевидцев, показания коих были взяты спустя некоторое время, в завесе едкого дыма они видели силуэт женщины.

— Силы небесные! — Эстер растёрла виски. — До сих пор чувствую запах гари. — Она устало уронила голову на руку.

— Хотите сказать, что этого мага никто никогда не видел? Никто не знает, есть ли он вообще? — Леин нахмурилась.

— И действительно, может, кто-то просто пустил слух о подобном маге, чтобы не выпускать нас из-под земли? — предположил Хэил.

— Не исключено, — согласился Элэстер. — Весьма эффективный способ давить на сознание людей, запугивая их несуществующим фантомом.

— Плюс, — добавила Эстер, — это возможность внести раздор в наши круги. Пока мы будем вычислять самого опасного мага, способного нас спровоцировать, нас вновь упекут в Тэу за неизвестно чью проделку.

— Ещё один повод прекратить шутить! — повысил голос Кристер и пристально посмотрел на Кэрэла, тот примиряюще поднял ладони. — Мы должны держаться вместе, иначе…

Наступила тишина.

— Стоп! — Леин выпрямилась и подалась вперёд. — Если Триада знает о тёмном маге, значит, он всё же существует, или это просто слух, который кто-то пустил специально. В любом случае, нам доподлинно неизвестно, вымысел он или нет. Так?

— Леин, я правильно назвал ваше имя, мисс? — зазвучал размеренный голос профессора. — Выбрав из потока информации нужное звено, вы, двигаясь по цепочке рассуждений, сделали своевременный и правильный вывод. — Сэриэль встал и, обведя окружающих взглядом, довольно улыбнулся. — Значит, мы можем разойтись по комнатам, в надежде провести вечерние часы в спокойном уединенном пространстве этого прочного здания здоровых взаимоотношений, — слегка поклонившись, он вышел.

— Он всегда так разговаривает? — Кэрэл проводил профессора озадаченным взглядом.

Все, кто был за столом, весело рассмеялись. Только два мага за время обеда не проронили ни слова, и их лица ни разу не поменяли выражения — это Айя, которая исподлобья за всеми наблюдала, и Ларго.

После обеда Леин вышла на улицу и с интересом осмотрела сад. Её поразило количество разнообразных растений, высаженных в определённые композиции. Клумбы, расположенные ближе к дому, выглядели более строгими и классическими, а те, что находились в центре, были насыщенными, пышными и сезонными, то есть раскрывали красоту царившего времени года.

Леин долго бродила по окрестностям особняка, наслаждаясь пейзажами. Она то и дело останавливалась, подолгу осматривала приглянувшийся ей кусок природы, незаметно для себя впадала в задумчивость, в воображении рисовала иные варианты оформления участка, потом вспоминала, где находится, и шла дальше.

Когда Леин опомнилась, солнце уже спешило к горизонту. Она направилась в особняк: необходимо было разобрать чемоданы.

После ужина Леин устало опустилась в кресло. Тишина и покой, владевшие комнатой, радовали, но вот мысли, постоянно приходившие на ум, не давали расслабиться. Они словно говорили: «Обрати внимание, что-то изменилось». Точно! Леин осмотрела руки. Запястья не чесались. На них виднелись три небольших ровных царапины, и всё. Никакого покраснения, синевы, припухлости — ничего.

Леин свела брови и нервно прошлась по комнате. Внезапно ей стало страшно. Как она не старалась — мысль о скорой смерти не давала покоя, кажущееся спокойствие таяло, как туман. Она сцепила руки в замок, пытаясь успокоиться, но страх постепенно овладел ею, по телу пробежал озноб. Выбежав из комнаты, она помчалась по коридорам особняка в поисках живого существа. Ей было всё равно, кого встретить, главное — не оставаться одной.

Коридор пуст, зал пуст, лестница пуста. «Где ты, Ларго?» — Леин, чувствовала, что к глазам подступают слёзы, оттого в отчаянии зажмурилась. «Надо двигаться, иначе разревусь». Она поспешила в гостиную — никого. Опять холл, оранжерея, столовая — пусто. За окном сгущались сумерки. У Леин участилось сердцебиение, в висках бешено пульсировала кровь, перед глазами потемнело, дыхание сбилось, не хватало воздуха. Всё.

— Что ты делаешь? — громкий голос вернул её в реальность. Леин открыла глаза. В дверном проёме стоял Элэстер.

— Умирать не хочу. — Она зажмурилась, так как боялась, что слёзы непослушно потекут, но не выдержала и открыла глаза.

Незаметно Элэстер подошел совсем близко и их взгляды встретились. Маг громко хлопнул в ладони перед носом Леин, та непроизвольно моргнула, и внешний мир обрёл запах и цвет.

— Пойдём на свежий воздух, там поговорим. — Элэстер взял девушку за руку, в следующую секунду резко дёрнулся, тут же поймал озадаченный взгляд спутницы, растерянно улыбнулся и продолжил путь.

Леин послушно поплелась следом. «Тепло человеческой руки согревает лучше любого костра, — думала она. — Хотя почему человеческой? Магической».

Они вышли в сад. Элэстер провёл её по тропинке вдоль дома, потом наискосок в сторону небольшой аллеи. Пройдя по ней немного вперёд, они свернули в сторону и спустились вниз с холма к большому неухоженному пруду, у берега которого стояла старая лавочка.

Влажная от осевшей росы трава смачивала подол платья. От воды шла прохлада. Над прудом лёгкой дымкой висел туман. Запоздалая пташка надрывалась перед ночной тишиной. Элэстер остановился возле лавочки.

— Здесь нас никто не услышит, — сказал он. — Слушай внимательно, не перебивай. Я приостановил заражение. По всем внешним признакам, ты становишься магом, но лучше подстраховаться.

— Значит, не умру, — саму себя успокоила Леин.

— Не должна. Проблема в другом… — Элэстер замолчал, собираясь с мыслями. — Когда ты преобразуешься в мага — тебе будет нелегко совладать с силой. Ты ничего не знаешь о магии, не знаешь законов магических проявлений, не умеешь использовать силу. Новая необыкновенная мощь захлестнёт тебя. Эмоции, ощущения, эйфория — всё это одурманивает. В один прекрасный момент ты можешь отключиться и отдать всё под контроль чувств, а это — конец. В случае, когда маг перестает контролировать силы, они контролируют его. Сила белого света — абсолютное ничто, вне времени и пространства в нашем понимании.

— Значит, маг света двадцать первого уровня настолько силен?

— Леин, ты меня не слушаешь. — Элэстер взял её за плечи, но тут же по непонятной причине убрал руки. — Маг света двадцать первого уровня без контроля — конец.

«Конец, конец, конец», — отчаянно вторила запоздалая птаха.

— Какой уровень света будет у меня? — спросила она.

— Не знаю. — Элэстер отвернулся. — Больше восемнадцатого, полагаю. Послушай, — продолжил он, взяв Леин за руку и тут же выпустив её. — Маг света высшего уровня, не способный контролировать силы, может спокойно существовать только в одном случае…

— Значит, всё-таки может, — перебила Леин.

— …если одновременно будет обладать любой тёмной силой. Своего рода равновесие. Наделить тебя такой силой может…

— Тот тёмный маг? — предположила Леин.

— Нет. Уравновесить силы способен Храм Судьбы или цветок Эллиандрового дерева. Они обладают необычными магическими свойствами.

— Значит, в ближайшее время я должна посетить Храм?

— Проблема в том, что все Храмы разрушены, а единственное известное нам Эллиандровое дерево — сухая деревяшка в парке академии.

— Замечательно! — Леин нервно улыбнулась, прошлась взад-вперёд вдоль пруда и, наконец, опустилась на старую лавочку. — Либо умру, либо всех переубиваю — хорошая альтернатива! Начинаю думать, что умереть по истечении трех дней — неплохая идея. Зачем ты приостановил заражение?

— Ещё способен помочь эллидорский амулет…

— Который неизвестно где находится. — Леин рассердилась. — Хватит! Я устала, ничего не хочу слышать. — Она обхватила голову руками и замотала ею в разные стороны. Про себя подумала: «Я надеялась, ты скажешь что-нибудь хорошее, а ты, ты…». — Ты жесток, — произнесла она вслух.

Элэстер сжал губы. Леин поставила ноги на лавочку, обняла коленки и упёрла в них подбородок. Сколько бы она ни злилась, всё равно понимала — Элэстер прав. «Прав, прав, прав» — смиренно пела запоздалая птаха. Элэстер достал цепочку, которая висела у него на шее и протянул Леин.

— Первая часть амулета. — Он надел цепочку Леин на шею. — Вторая находится в призрачном Эссиле, третья — в межоблачном Адамаре, четвёртая — в легендарном замке Воэлин на краю водопада, пятая — в здание Совета, шестая…

— Издеваешься? — Леин нервно хмыкнула.

— Шестая на шее у Кэрэла, — всё же договорил Элэстер. Леин удивленно вскинула брови. — У нас примерно год, чтобы собрать амулет. За это время ты постепенно преобразуешься в мага, — видя состояние собеседницы, Элэстер захотел обнять её, но сдержался.

Наступила тишина. Внезапно Элэстер снова хлопнул в ладоши в самого носа Леин, та вздрогнула и, как прежде, моргнула — разговор таял в памяти, как наваждение. Леин отчетливо слышала, как одиноко свистит запоздалая пташка, как легонько шуршит трава, как устало воет ветер, а вот о чём они с Элэстером только что разговаривали, не помнила: звук его голоса постепенно затихал.

— Правильно, нечего сидеть на холоде, пойдём домой. — Элэстер помог Леин встать и снова отдёрнул руку, словно его ударило током.

Маг пристально посмотрел на спутницу, прочел на ее лице недоумение, вновь уверенно взял её за руку, сжал от боли зубы и повёл в сторону дома. Леин обернулась и посмотрела назад. Пруд, лавочка, мокрая трава, внезапно притихшая птаха, сгущающаяся темнота. Что она тут вообще делала?

На пороге их встретила Эстер. Она неспешно ходила взад-вперёд по вестибюлю, сжимала губы и потирала плечи.

— Всё нормально? — спросила она детей, когда те появились на пороге.

— Да, — отозвался Элэстер. — Я показал Леин пруд. По-моему, он ей понравился.

— Там красиво и грустно. — Леин поднялась по лестнице и вскоре скрылась из виду.

Эстер упёрла руки в боки и, ожидая объяснений, пристально посмотрела на сына. По ауре, окружавшей Леин, она догадалась, что сын использовал силу тени.

— Чуть позже она всё вспомнит, — сказал маг. — Сейчас ей необходимо отдохнуть.

— Она-то вспомнит, но вот простит ли? — в голосе Эстер звучал упрёк.

— Ей решать. — Элэстер пересёк вестибюль и поднялся на второй этаж

— Ты отдал ей деталь амулета? — Эстер нагнала сына и придержала за руку.

Утвердительный кивок в ответ и встречный вопрос:

— Надеюсь, ты не поэтому приютила Айю?

— Нет, конечно! Я совершенно случайно нашла амулет, когда помогала малышке собирать вещи. Он валялся среди ненужного барахла. Не могла же я его там оставить!

— Как он вообще к ним в семью попал? Это не та вещь, которую можно найти, где попало.

— Не знаю, меня больше интересует, почему ещё один лепесток висит на шее у Кэрэла. — Эстер понизила голос до шёпота.

— Может, он как-то с ним связан?

— С эллидорским амулетом? Вряд ли. Эта вещь принадлежала промагам.

— Ты Кэрэла из-за амулета в дом пригласила?

— Да нет же! — рассердилась Эстер, притворно замахнувшись на сына: ей было совершенно не по вкусу слушать нелестное о себе мнение. — Это просьба Кристера.

Элэстер удивился. Он понимал — необходимо узнать, почему деталь амулета находится у Кэрэла, но сегодня он слишком устал, чтобы общаться с этим неординарным магом. Сейчас он думал об одном, как добраться до кровати, но Эстер по-прежнему держала его.

— Постарайся не использовать высшую магию впредь. Совет не должен догадаться о тех силах, которыми ты обладаешь. Отныне любой наш поступок под пристальным наблюдением. Мы не можем…

Элэстер внимательно посмотрел на маму. Его взгляд был усталым и грустным, но твёрдым. Эстер поняла, что наставления сыну не нужны.

— Иди, — коротко шепнула она и отпустила руку.

Завтрак следующего дня начался довольно мирно. Из приоткрытой двери кухни доносился приятный аромат кофе. Кристер тихо беседовал с Эстер: рассказывал ей о создании нового правления Магического Круга. В Совете уже ходили слухи, что маги не позволят людям вмешиваться в процесс назначения на должность верховных сэттеров, глав магических городов. «Сэттеры избираются магами» — таким был заголовок вновь вышедшей магической газеты «Stэs’» («Весть»).

Аистель эмоционально и специально громко, чтобы все слышали, рассказывала профессору о своем визите в Дорсэль — город, где она видела необычайный по красоте замок Доридэль, когда-то принадлежавший Высшему правителю людей Дэ’Илю.

— Насколько я помню, Дэ’Иль изначально поручил проект замка архитектору Аскалю Пюрэ… — Аистель легко подхватила вилку и, как волшебной палочкой, изящно взмахнула ей.

— Пьюрэ, — осторожно поправил профессор.

Аистель кивнула и продолжила:

— …специализирующемуся по барокко…

— Рококо, — тихо поправил подругу Сэриэль Гэст.

Аистель нахмурилась, но продолжила говорить также уверенно.

— Когда Аскаль показал набросок, а вместе с ним смету, Высший засомневался — сумма была баснословной. Хоть Дэ’Иль славился умением вести дела, казна не резиновая. Поэтому, поблагодарив мастера, естественно в денежном эквиваленте, он пригласил другого — Артэсса Бомса…

Профессор с силой сжал губы, чтобы сдержаться, но не смог: как можно промолчать, когда все фамилии перевраны!

— Бромса, — поправил он и мельком взглянул на Кэрэла. От Эстер он узнал, что тот увлекается архитектурой. Маг не мог не знать этого имени. В ответ Кэрэл утвердительно кивнул.

— Бросма… Бронсма… Босма, — поджав губы, недовольно перечислила фамилии Аистель, но, не вспомнив правильного варианта, сдалась и продолжила разглагольствовать. — Его излюбленным стилем был классицизм. Со сметой, на сей раз, было всё в порядке, она не превышала допустимых норм, но вот проект замка Высший не оценил. Он показался ему слишком простым.

— Если рассматривать период правления Дэ’Иля, как Высшего представителя людей, он, несомненно, занимает значимое место среди…

— Сэриэль! — воскликнула Аистель. — Ты сбиваешь меня с мысли!

— Да, да, да, да, да, — забубнил профессор, показывая Аистель, что она должна немедленно продолжать рассказ.

— Наконец, перебрав бесчисленное количество присланных чертежей, Дэ’Иль остановился на варианте Огустэса Блэсса и не ошибся. Замок великолепен во всех отношениях! За исключением, пожалуй, правого крыла. Не понимаю, почему его до сих пор не восстановили?

— Насколько я знаю, — тут же отозвался профессор, — его не восстановили по просьбе законного владельца. Это немое напоминание магам об их сокрушительных способностях. В исторических очерках я читал о необычной силе сына Дэ’Иля. Если верить статье Бэсса Дэ, именно он за считанные секунды превратил правое крыло в руины. Слава Силам, в тот раз никто не пострадал. Замок в то время достраивали, и правое крыло было нежилым. Ходили слухи, что после инцидента Дэ’Иль отправил наследника на континент.

— Мне всегда казалось странным, что наш полуостров с красивым названием Mai’rэ (Маи’рэ), что в переводе с эллидорского… — Эстер нахмурилась, пытаясь вспомнить значение слова.

— Отблеск, — тихо произнес Кэрэл.

— Точно! — Эстер щелкнула пальцами. — Наш Маи’рэ находится в статусе острова. Мы словно оторваны от остального мира, мы словно в резервации.

— По сути, так и есть, — отозвался Кристер. — Чтобы предотвратить распространение магии на континент, Маи’рэ был изолирован. Только сейчас мы налаживаем взаимосвязь с властями Уорэас, города, граничащего с нашим полуостровом.

— Однако, исключения были всегда, — не преминул заметить Хэил. — Иногда состоятельные жители полуострова отправлялись на континент.

— Да, — важно отозвался со своего места профессор, — но не будем забывать о том, что на путешественников накладывались определённые ограничения. Доподлинно известно, что жителям Маи’рэ не разрешалось заключать союзы с людьми, живущими на континенте.

— Мы отклонились от темы, — в голосе Аистель послышались капризные нотки. Ей нравилось быть в центре внимания. — Доридэль в лучах заходящего солнца — великолепен! Я не успела сделать наброски — была пленена его величием.

— Мне он по вкусу в лучах рассвета. — Кэрэл говорил тихо, толком ни к кому не обращаясь. — Отражаясь в водах озера Сэс, он выглядит более располагающим.

— Вот именно! — Аистель кокетливо дёрнула головой. — Любой, кто видел замок, пленялся его красотой. Дэ’Иль бесспорно заслужил похвалу.

— Но без упреков строительство всё же не обошлось. Нашлись те, кто был против возведения замка в Дорсэле. — Профессор не удержался от замечания. — Судачили, что выбранный Высшим стиль соответствовал вкусам его любимой женщины, которая, по слухам, была магом, но, если верить записям в книге «Сто секретов Маи’рэ», она являлась… — Профессор заметил, как Аистель гневно свела брови, и смолк.

— Способен ли правитель прожить без слухов! — возмутилась художница. — Всегда найдутся те, кто осудит даже самое святое начинание. В любом случае, когда я увидела Доридэль, была им околдована. Я потратила три дня, чтобы просто осмотреть его. Башни, арки, окна — всё подчинено единству. Возвышенный стиль. Маги назвали его…

— Готическим, а у эллидоров он обозначен, как Viэ́stэ (Виэстэ), что в переводе — стремящийся в высь, — тихо вставил Сэриэль Гэст, опасливо косясь на подругу, а Кэрэл, чтобы никто не заметил улыбку на его лице, аккуратно прикрыл рот ладонью.

— Да, да, — одобрительно подхватила Аистель — Viэ… — Она хотела повторить название стиля на эллидорском так же легко, как профессор, но начисто забыла его. — Viэ… Viэ… — Аистель надеялась, что Сэриэль придёт ей на помощь, но профессор с чувством выполненного долга, он вовремя и с присущей ему ненавязчивой деликатностью исправил все ошибки, увлёкся едой и не замечал потуг подруги. Аистель хмыкнула и продолжила. — Этот стиль делает большой замок лёгким, наполняет его светом, объёмом. Прочные конструкции не воспринимаются, как что-то основательное и тяжёлое, скорее… — Она остановилась, делая вид, что подбирает слово, но на самом деле наслаждаясь тем, что ей удалось-таки привлечь всеобщее внимание к своей персоне. Глубоко вдохнув, она намеревалась продолжить рассказ, но он был грубо прерван.

— Что это здесь делает? — в столовую вошёл Элэстер и протянул вперёд руки, на которых, подобно паутине, висели водоросли непонятного сине-коричневого цвета. — Эта «Прелесть», которую я нашел в оранжерее, разновидность домашних цветочков?

— Забыл убрать, — из-за стола вышел Хэил.

Эстер вытянулась, рассматривая, что держит в руках сын. Элэстер подошёл к Хэилу и вытянул вперёд руки, предлагая забрать растения. Хэил аккуратно, кончиками пальцев, снял водоросли с рук мага.

— Эти водоросли полезны в медицине, их используют для приготовления целебных мазей. Ты же знаешь, они весьма опасны, руками лучше не трогать. Тебе повезло — они подсохли, ещё минута, и они впились бы в магические поры, высасывая тёмную силу.

— Избавь меня от лекций в области медицины. Лучше убери травку…

— Ципе́лиус, — перебил Хэил, приподнимая руки, — исцеляет от повреждений, нанесенных тёмным магом. Поэтому он тебе не нравится?

— Проверим их в действии, Хэил? — Элэстер расплылся в язвительной улыбке, которая тут же уступила место хладнокровному спокойствию. — Полагаю, они и тебе не понравятся.

— Элэстер! — Эстер повысила голос. Последовала секундная тишина.

— Держи их у себя в ванной, — продолжил Элэстер. — Там свойства полезной травки пригодятся, когда разойдешься, как сейчас.

— Я здесь недавно, могу комнатой ошибиться. — Хэил подошёл к Элэстеру вплотную. — Растение быстро высасывает жизненные силы тёмного мага, блокируя любые попытки к сопротивлению. Говорят, это больно! Недаром ципелиус использовали в Тэу. Если пролежать с ним в ванной дольше получаса, силы покинут мага на неопределенное время: месяц, полгода, год — точно неизвестно: никто не желает испытывать на себе свойства травы. Будешь добровольцем?

— Хэил! Что вы творите? — Эстер порывисто встала. — Вместо того чтобы укрепить наши связи, вы разрушаете их на корню!

— Я знаю, что может поспособствовать примирению, — вставил Кристер, пристально наблюдавшей за происходящим. — Труд — дело благородное и полезное. Побочный эффект — заставляет задуматься. А тяжёлый совместный труд — рождает понимание. Так что вы приговариваетесь к тяжёлому совместному труду на месяц. Если по истечении срока кто-то из вас проявит неуместное остроумие по отношению к другому, мы увеличим время совместных работ вдвое. И так будет продолжаться до тех пор, пока вы не научитесь ладить. Остальных это тоже касается. — Кристер обвёл взглядом присутствующих. — Вопросы есть?

— Ваша перепалка довольно плодотворна! — заметил Кэрэл.

Маги переглянулись, по их лицам плыла еле заметная улыбка. Элэстер давно знал Кристера, а Хэил догадался, что просто так слова Кэрэла Кристер не пропустит.

— Кэрэл присоединяется к ним на неделю! — моментально отреагировал мужчина, подтверждая догадку магов.

— Твоя сообразительность кстати, — довольно усмехнулся Элэстер.

Кэрэл пожал плечами и продолжил завтракать.

— Начнёте с бассейна. Его необходимо привести в порядок. — Кристер опустил подбородок на сцепленные в замок пальцы. — Сначала вычерпаете вёдрами воду, заодно поможете Шеину — польёте растения в саду. Потом ототрёте плитку от грязи и налёта. Инвентарь и чистящие средства попросите у Отиль, дочки Твиды. Ясно?

Элэстер кивнул и занял за столом своё место. Хэил отправился в оранжерею относить водоросли, предварительно обмотав их полотенцем. Эстер посмотрела на Кристера с благодарностью. Тот улыбнулся, но тут же помрачнел.

После завтрака указанная троица вышла во двор с необходимым инвентарем и прошла к бассейну.

— По-моему, здесь проще всё снести и построить заново. — Кэрэл присел на корточки и скептически осмотрел бассейн.

— Хорошее предложение, — неизвестно откуда за его спиной возник Кристер. — Я его рассмотрю, а пока вычерпайте воду.

— Насосом быстрее, ещё быстрее с помощью магии, — заметил Хэил.

— Быстрее, — согласился Кристер. — Поэтому вы будете работать руками и вёдрами. — Он пошёл в сторону дома.

— Что поливать-то? — Хэил озадаченно озирался по сторонам.

— Цветочки, Хэил, цветочки. — Элэстер взял ведро, зачерпнул воду и пошёл к садовнику Шеину, который стоял чуть поодаль и наблюдал за происходящим.

Вот уже полвека Шеин работал садовником в особняке. Последние десять лет дом пустовал, тишина резала старику слух. Он был рад хозяевам, рад, что в доме снова слышны разговоры, шум, смех, ссоры. Шеин посмеивался в усы и почёсывал рукой аккуратно стриженую бороду. Смуглая, загорелая кожа, испещрённая морщинками, покрывала его вытянутое лицо. Лукавый взгляд из-под длинных седых бровей наблюдал за всем, что творилось вокруг, и не упускал даже мелких деталей. Возраст и опыт помогали замечать то, что другим казалось незначительным. Длинный нос с горбинкой смотрел вниз, в усы. Бандана с черепушками делила открытый лоб пополам и придавала владельцу вид старого пирата. От внимания садовника не ускользнули кольца на указательном пальце и мизинце Кэрэла. Тонкая работа. Белый, дорогой металл, название которого выпало из памяти. Старость все-таки не шутка. Но он вспомнит, обязательно вспомнит.

— Начните с клумб вдоль дома, а там посмотрим. — Старик кивнул подбородком в сторону особняка. — Поливайте тихонько, лучше лейкой. Не переусердствуйте — излишек влаги всё же излишек. — Он неспешно пошёл в сторону подсобных помещений и вскоре скрылся из виду.

К Элэстеру важно прошествовал Кэрэл. Руки он сцепил за головой замком, ноги высоко поднимал, отмеряя шаги. Наказ садовника он слышал, поэтому спросил:

— Интересно, где можно достать лейку?

Хэил встал рядом, поставил полное ведро на землю и презрительным взглядом смерил Кэрэла.

— Есть подозрение, что мы долго наказание отбывать будем.

— Почему?

— Потому что у меня руки чешутся полить тебя из ведёрка. Либо ты работаешь, как все, либо мы с Элэстером сдружимся на почве…

— Понял. — Кэрэл прошёл в теплицу, отыскал лейку и зачерпнул воду из бассейна.

В этот день они поливали не только цветы, но ещё газон и даже рядом растущие деревья: воды в старом бассейне оказалось немерено. Пока возились, почти все вымокли. Старались не разговаривать; как только открывали рты, цепляли друг друга едкими замечаниями и работа тут же останавливалась. Управились только к обеду.

В это время, стоя на пороге чердака, Эстер оценивала масштабы необходимых работ и с сомнением качала головой. Ей не хотелось расчищать помещение от многолетнего хлама, но Кэрэл заявил, что с этого дня будет жить на чердаке, даже если ему придётся спать стоя. С другой стороны, избавиться от мусора стоило — всё в доме чище, поэтому Эстер, в конце концов, сдалась.

После обеда провинившаяся троица начала вычищать чердак. Возни там было не меньше, чем с бассейном. Работать приходилось без магии, таскали всё на себе: и старую ветхую мебель, и пыльные ковры, и сундуки с коробками, и посеревшие от времени книги и ещё много всякой всячины.

Проходя по коридору с очередной стопкой книг, Кэрэл споткнулся о выступающую доску и, умело сгруппировавшись, поймал равновесие, но при этом выронил всё, что держал в руках. Перед его глазами оказалась ветхая тонкая серенькая обложка. Внимание Кэрэла привлекло название: «Замок на горе Элирис». Маг поднял книгу, раскрыл и пролистал: ни иллюстраций, ни заглавий. Сунув её под мышку, он собрал остальные книги в стопку и пошёл в сарай к Шеину — туда относили хлам. К вечеру чердак удалось расчистить лишь наполовину.

Элэстер и Хэил ушли, чтобы привести себя в порядок и переодеться к ужину.

Кэрэл остался на чердаке. Он осмотрелся по сторонам, включил тусклую лампочку, потом перевернул верх ногами старый длинный стол и приспособил его под кровать. Положив под голову потрёпанный и пыльный плед, он улёгся и посмотрел в потолок, потом закрыл глаза и попытался расслабиться, но не смог. Тогда он встал, растолкал оставшуюся мебель, пробрался к окну, вылез на крышу и небольшими размеренными шажками спустился к краю. Бордюр в ширину двух кирпичей — единственное, что отделяло его от пустоты в три этажа. Кэрэл встал на парапет и пошёл вдоль крыши, ловя равновесие. Приятное чувство свободы и пространства расслабляло. Маг сел на край и свесил ноги. «Для начала неплохо», — подумал он, разглядывая, как в саду возится Шеин. Внезапно садовник запрокинул голову и посмотрел на него. Ни упрека, ни грозных криков маг, к своему удивлению, не услышал. По лицу старика скользнула лукавая улыбка, и хитро прищурились наблюдательные глаза.

Маги в академии

В понедельник, прибежав к месту встречи в парке, Леин заметила, что у друзей весьма озадаченный вид. Озираясь по сторонам, Сэил скрестил на груди руки и сжал губы, Милина непроизвольно открыла рот, Атрио протирал стекла очков, словно те могли улучшить качество картинки. Долго гадать, что их повергло в подобное состояние, не пришлось. Куда не кинь взор, везде маги!

Высокий полный парень с круглым лицом стоял с протянутыми к небу руками, и над ним сгущалось небольшое облачко.

Кудрявая черноволосая девушка слева, присела на корточки, положила ладони на землю и о чём-то с ней доверительно разговаривала.

Худой маг с веснушками и курносым носом стоял у небольшого фонтанчика и играл со струйками воды, перекидывая их из одной руки в другую.

Ещё один новичок, забавный малый с рыжими взъерошенными волосами и орлиным носом, высоко прыгал и переворачивался в воздухе, как акробат.

На крыльце, ведущем в холл, застыла миссис Трэ́вэрди, Глава Триады. Её пышная причёска встала дыбом и от напряжения вот-вот грозила задымиться. Лицо вытянулось до такой степени, что, казалось, сейчас лопнет. Глаза и рот были широко раскрыты, отчего женщина походила на вытащенную из воды рыбу. Направляясь в класс, ребята прошли мимо, стараясь не привлекать внимание.

В холле на стенде они прочли объявление о том, что в два часа состоится собрание на тему: «Изменение статуса академии». Ниже, более мелким шрифтом — новoе руководство, новые правила, новые предметы, новая форма экзаменов.

Академия славилась строгостью правил. Обучение длилось шесть лет. Никаких предметов, связанных с магией, не давали. Теперь устав менялся до неузнаваемости.

Леин пожала плечами: «Должно быть к лучшему». Сама она училась на третьем курсе, а с друзьями была знакома ещё со школы.

Леин огляделась по сторонам в поисках новых «родственников», но тех нигде не было видно. Ей стало интересно, на какой курс определили их. Она подошла к списку и отыскала интересующие имена.

Элэстер Лью’Эллерби и Хэил Дэ’Вил, как оказалось, были старше её на год. Их зачислили на четвёртый курс в магическую группу.

Имя Кэрэла Хаинса Леин искала очень долго и отчего-то не находила, потому просматривала список снова и снова. Но вот она случайно упёрлась взглядом в нужную строчку и удивленно вскинула брови. «Шестой курс, — прочла она. — Последний курс». Чтобы убедиться, что зрение её не обманывает, она приставила палец к стенду и провела под надписью. Всё правильно — шестой курс, первая группа. Леин упёрла указательный палец в подбородок и задумалась: «Надо же, три года разницы. Никогда бы не подумала».

— Леин, опоздаем! — призывая поторопиться, Сэил махнул рукой.

Девушка поправила сумку, которая почти спала с плеча, и догнала друзей, успевших пересечь холл. Уже вместе они свернули в правое крыло и направились к кабинету истории.

За весь день Леин ни разу не пересеклась с домочадцами. На переменах она специально высматривала их в коридорах, но Кэрэла, Хэила и Элэстера нигде не было видно.

Когда она с друзьями направилась к павильону, неожиданно в парке заметила Хэила. Тот сидел под высоким тополем и соскребал в небольшую стеклянную колбу кору дерева. Маг не торопился, хотя времени до начала собрания оставалось мало; сплошной чередой ученики тянулись в сторону необычного большого здания.

«Мерцающий» — такое название носил павильон, находящийся в конце академического парка. Ученики часто гадали, за что он получил подобное название, ведь на сияние не указывали ни сам павильон, ни его интерьер. Почти целиком из стекла (только колонны составляли его опору) он был наполнен воздухом и светом. Стеклянная крыша позволяла в любую погоду видеть небо. Кристер говорил, это работа великого зодчего.

На подходах к павильону Леин заметила Кэрэла. Опершись рукой на «кривую» колонну и высоко запрокинув голову, он стоял у входа. Чуть погодя он прошёл внутрь и осмотрел потолок строения, следом опять вышел и потрогал стекло в простенках. Любопытство одержало верх — Леин специально остановилась понаблюдать за ним.

Атрио, высоко задрав нос, прошёл мимо. Милина последовала его примеру, только её нос был опущен, и во время ходьбы она старалась спрятаться за спиной брата. Сэил попытался увести Леин, но та ловко увернулась и подошла к Кэрэлу. Сэил насупился и ушёл.

— Эстер говорила, ты интересуешься архитектурой. — Леин вспомнила тот день, когда Кэрэл впервые переступил порог старого особняка. — Значит, ты знаешь, кто построил павильон.

— Это работа Квэлли Сайса. — Кэрэл мельком взглянул на Леин.

— Больше всего мне нравятся «кривые» колонны. Они необычные. — Она провела пальцем по выбитому на поверхности желобку.

Кэрэл аккуратно ощупывал место, где стекло врезалось в ствол колонны. Леин было обидно, что он не обращает на неё внимания. Уходить ни с чем она не хотела, поэтому задала вопрос, ответ на который в академии никто не знал.

— Кэрэл! — специально громко окликнула она мага. Тот странно напрягся и резко обернулся. — Скажи, почему павильон носит название «Мерцающий»? — Леин нутром предвкушала победу; Кэрэл ни за что не ответит на вопрос, и она позлорадствует.

— Квэлли Сайс назвал его «Мерцающим», потому что придумал в павильоне необычное освещение, которое могло меняться или мерцать, но воплотить в жизнь свой план не успел, так как умер. Вот и вышло — название дал, а свойством не наделил. Кривые колонны, о которых ты говорила, называются соломоновыми, но мастер выполнил их в «плоском» варианте, чтобы врезать в ствол стекло. А это — каннелюры, декоративный элемент. — Кэрэл взял руку Леин и провёл, как она прежде, по желобку. — Что-то ещё?

— Думала, ты не слушал, — обиженно засопела Леин.

— Думал, ты торопишься в зал. — Кэрэл знал, если Леин останется снаружи, пропустит захватывающее зрелище, потому он напомнил о первоначальной цели её визита. Но Леин этого не знала и потому обиделась: она сжала кулаки, вздёрнула кверху нос, как прежде Атрио, и прошла внутрь.

Для праздников и собраний павильон оформляла дежурная группа студентов. В тот день дежурил второй курс. Стулья расставили по периметру, специально оставив по центру проход, по которому собравшиеся могли перемещаться. Для хорошего настроения включили приятную спокойную музыку, по-праздничному украсили находящуюся в конце павильона сцену — словом, сделали всё, чтобы собрание проходило в располагающей и дружелюбной атмосфере. Леин знала, каждому курсу отводилась своя зона, поэтому быстро нашла в толпе друзей. Пока добиралась до места, заметила на противоположной стороне Элэстера. Он был поглощён чтением и на происходящее вокруг не обращал внимания. Когда, наконец, все расселись и успокоились, музыка стихла.

Неожиданно в центре купола образовалась трещина, которая кривыми ломаными линиями расползалась в разные стороны. Тоже было и с межколонными пролётами. Послышался оглушительный треск. Девчонки завизжали, кто-то пригнулся и закрыл голову руками, а кто-то в панике попытался убежать, но двери павильона были закрыты, и студенты застыли возле дверей. За треском последовал новый звук, похожий на шипение, он заставил присутствующих поднять головы. По образовавшимся трещинкам струйкой бежал огонь, больше похожий на плавленый металл, он заново спаивал «разбитое» стекло. Леин заметила, что виновником «происшествия» был Кэрэл. В его правой руке пылал огонь, затем ему на смену пришла вода. Купол запотел и покрылся незримой плёнкой, по которой шли водяные разводы. Кэрэл поднял левую руку ладонью вверх, поводил ею туда-сюда и быстро опустил. Хлопок — мелкие брызги повисли в воздухе, освобождая от плёнки чистое стекло. Кэрэл слегка встряхнул руки, затем проделал ими круговое движение и резко выпрямил ладони — двери одновременно открылись, в помещение ворвался свежий воздух. Ещё движение, и двери тихо затворились. Кэрэл слегка кивнул тому, кто стоял на сцене, и ушёл.

Взоры учащихся устремились туда, где на возвышении стоял мужчина лет тридцати пяти. Светлые пышные волнистые волосы были зачёсаны назад и убраны в хвост. Его открытый приветливый взгляд притягивал взор. Однако в голубых глазах также читались строгость и выдержка. Среди прочих мужчину выделяли широкое доброе лицо, широкие скулы, широкий и высокий лоб и широкая приветливая улыбка. Роста он был среднего, сложен по-спортивному. Одет он был в белую рубашку и строгий, тёмно-синий, полосатый костюм: жилетку и брюки. Свою речь он начал громким хорошо поставленным голосом:

— Рад приветствовать всех собравшихся! — Он слегка склонил голову, потом продолжил. — Я попросил новичков-магов сменить в павильоне освещение. Сделать таким, каким его задумал автор. — Он поднял правую руку, воспроизвёл пальцами какие-то движения и, там, где недавно были многочисленные трещины, заструился свет. Сначала белый, потом жёлтый, красный, зелёный, синий. Маг опустил руку, и свет тут же погас. Павильон стал прежним.

Леин сопоставила рассказ Кэрэла с тем, что увидела. Маг воплотил план архитектора и теперь все поймут, почему павильон назвали «Мерцающим». Тем временем мужчина на сцене продолжал говорить:

— Заодно вы ознакомились с магическими возможностями. Выношу отдельную благодарность учащимся, которые способствовали осуществлению плана. Это Кэрэл Хаинс. — Маг слегка склонил голову. — И Элэстер Лью’Эллерби. — Элэстер привстал со своего места и тоже слегка поклонился. Мужчина продолжил: — Полагаю, всем известно, что снята блокада с Магического Круга и маги могут жить свободно наравне с людьми. Это обстоятельство естественным образом повлияло на устав академии и с сегодняшнего дня прежние правила изменены. Во-первых, Триада правления поменяла состав. Отныне миссис Трэвэрди отвечает за обучение людей, я — Остэр Сайс — за обучение тёмных магов и, наконец, за светлых магов — Мэ́вэрлин Эль’Маир. Соответственно, по любым вопросам смело обращайтесь к своему куратору. Во-вторых, с появлением магов на территории академии вводятся ограничения, касающиеся магических проявлений. Категорически запрещается использовать магию во вред. В-третьих, помимо обычных предметов, таких как литература, языкознание и физическое воспитание, вводятся новые — магические. Эltэrэ (Элтэрэ) в переводе с древнего языка эллидоров — сила или физические законы магического проявления. Аktэrо (Актэро) — химический состав магической силы. И, наконец, Sэjstэrо (Сэйстэро) от Sэjstэ (Сэйстэ) — «меняющейся». Если перевести — биологические законы магических изменений. По-простому, физика, химия и биология с уклоном в магию. И, конечно же, практическая магия. С новыми преподавателями вы познакомитесь в ходе обучения. Сейчас я предоставляю слово миссис Трэвэрди.

Остэр Сайс сошёл со сцены. На его место вышла пышная дама с пышной прической и с пышным раскрасневшимся лицом, та самая, которая с утра не могла сдвинуться с места при виде магов. Женщиной она была шумной, вспыльчивой, чрезмерно активной, мнительной, торопливой и от этого несобранной. Хваталась за всё подряд и, в результате, ничего не успевала. Студенты называли её суматошной и старались по возможности с ней не пересекаться. Фамилия Хай вполне соответствовала её нраву. Учащиеся, завидев её, разбегались в разные стороны с криками: «Идёт Хай поднимать хай!» Трэвэрди Хай расправила плечи, отдернула полы пиджака, поправила причёску и громко затараторила:

— Напомню вам о правилах, соблюдать которые необходимо. Форма — обязательный атрибут академии, бант тоже. — Она сверлила молодых людей глазами. — Драться на территории категорически воспрещается. Мусорить тоже. За прогулы вас ожидают дополнительные занятия и исправительные работы. Покидать академию во время занятий запрещено. — Она поправила причёску, посмотрела в сторону Остэра, потом опять в зал. — Я ещё не знакома с магией и её проявлениями, но в скором времени мы с коллегами обсудим правила ограничения использования магии в академии. Думаю, учащиеся маги отнесутся к запретам с пониманием — не все владеют силой. Это всё, что я хотела сообщить на данный момент.

Трэвэрди Хай поспешно сошла по ступенькам. У подножия сцены она задела цветочную подставку, которая опасно накренилась, крутанулась по оси и полетела на пол. Женщина умело подхватила её, поставила на место, оправила причёску, пиджак, юбку и пошла в сторону Остэра Сайса.

В это время на сцену поднялась высокая пожилая дама в белой блузе, строгом чёрном пиджаке необычного кроя и в длинной чёрно-белой клетчатой юбке. Леин привстала: она сразу узнала женщину-мага, которая утащила её в сад. Необходимо немедленно рассказать об этом Элэстеру!

— Сядь, ты привлекаешь внимание. — Милина дёрнула подругу за руку.

Леин огляделась по сторонам; она действительно привлекла внимание, и только старуха в упор её не замечала. Девушка опустилась на место: ей придётся дождаться окончания собрания. В это время Мэвэрлин заговорила низким, громким, ровным голосом:

— Я знаю, что все вы немного ошарашены переменами, которые произошли, но выражение — «в единстве сила» никто не отменял. — Она въедливо осмотрела зал. — К сожалению, за годы блокады были утеряны и отброшены принципы взаимосвязи магов и людей. Если светлые маги ещё могли покидать свои города и поселения, когда людям была необходима их помощь, то тёмные маги были изолированы вообще. Надеюсь, общими усилиями мы исправим возникшее недопонимание и наладим утерянные связи. Желаю всем повысить уровень знаний и обрести верных друзей, что зачастую не менее важно. И ещё, миссис Трэвэрди забыла напомнить, что помимо наказаний за провинности у нас вводятся поощрения. — Она обвела взглядом зал. — Те, кто за учебный год проявит себя с лучшей стороны, получат путёвки на лето в А́́стэру, сказочно красивый магический город, который располагается на архипелаге Мистэлль в дельте реке Сэи'тэ. В нем во всем великолепии представлено величие магической силы. Зодчий, Квэлли Сайс, создавший этот павильон, жил и творил именно там. Его сын, может подтвердить это. — Старуха посмотрела на Остэра Сайса, тот кивнул. — Удачи всем!

Она царственно сошла со сцены и, пройдя зал насквозь, удалилась.

Леин осмотрелась: учащиеся «гудели», обсуждая перемены. Кэрэл как сквозь землю провалился, Хэил тенью выскользнул из зала, Элэстер раскрыл книгу и продолжил читать. Тут со своего места встал Сэил и закрыл ей обзор.

— Весёленький год ждёт нас. — Он посмотрел на Леин.

Та на его слова не обратила внимания. Её мысли были заняты дамой, только что покинувшей павильон, и ещё тем, как поскорее сообщить Элэстеру новость о том, что заразивший её маг — Глава Триады! Сэил нахмурился, но девушка и этого не заметила. Она вскочила с места и поспешила в сектор, отведённый четвёртому курсу. Милина проводила подругу недовольным взглядом. Атрио покачал головой.

— У неё поменялись приоритеты. Ей не до нас. — Он размял затёкшую шею. — Предлагаю обсудить всё на нашем обычном месте. Здесь шумно. — Молодой человек пошёл к выходу, друзья поспешили следом.

Когда Леин подошла к месту, где сидел Элэстер, его и след простыл. Постепенно учащиеся расходились по домам. Леин вышла из павильона и осмотрелась.

Неожиданно на Леин волной накатила дурнота. Она медленно и глубоко вдохнула, после выдохнула — отпустило, потом прошла парк и остановилась. С каждой минутой она чувствовала себя всё хуже и хуже. Внезапно стало трудно дышать, словно что-то встало поперёк горла. Закружилась голова. Глубокий вдох, выдох и ещё несколько шагов. Перед глазами один за одним поплыли тёмные круги. Леин прошла мимо друзей, не заметив их, прошла холл, прошла аллею. Постепенно дурнота спала, но дышать по-прежнему было трудно. Неожиданно острая боль пронзила тело. Леин попыталась закричать, позвать на помощь, но не смогла — задыхалась. Страх и паника овладели ею: вздохнуть не получалось — воздуха было слишком много, так много, что он распирал тело изнутри. Она упала на колени. От переизбытка кислорода закружилась голова. Боль нарастала волна за волной. Леин казалось, что тысячи острых, холодных сосулек впились в кожу и одновременно стремились вырваться наружу. Глаза закрылись, и она отключилась.

Первое, что почувствовала Леин, когда пришла в сознание — покалывание во всём теле, будто она отлежала его и теперь кровь, оживляя организм, интенсивно пробиралась по сосудам. Она открыла глаза и увидела Элэстера.

— Я не буду спрашивать, как ты себя чувствуешь. — Он помог ей сесть.

— Воздух, его было слишком много. Я не могла дышать. — Леин услышала свой осипший голос.

— Это магическое преобразование, — пояснил Элэстер. — У тебя ломка, тело меняется.

— Что значит — меняется?

— Маги не люди, они способны преобразовывать тело так, как им нужно. Структура твоего тела перестраивается. Кости, мышцы, внутренние органы — всё… ломается, разрушается до основания.

— Меня сейчас стошнит. — Леин отвернулась, боясь, что её вырвет, но этого не произошло. Она доковыляла до скамейки и устало опустилась на деревянное сиденье. Тело ныло и плохо слушалось. Элэстер сел рядом. — Все маги проходят эти… преобразования? — спросила она.

— Маги его не проходят. Они рождены со своими способностями.

— Как же смешанные семьи? — Леин интенсивно растирала виски.

— Всё происходит на уровне зарождения плода.

— Значит, повезло исключительно мне?

Элэстер замялся.

— Леин, не просто сделать человека магом. Заражение происходит на химическом уровне. Я в этом плохо разбираюсь.

— С каждым разом больнее? — Она сверлила собеседника глазами. Ответ прозвучал через некоторое время.

— С каждым новым уровнем преобразования сильней.

— Я умру не от преобразования, а от боли, — заключила Леин.

— Не думаю, что ты умрёшь, — уверенно сказал Элэстер. — Преобразования могут происходить в бессознательном состоянии. Ты просто отключишься, а проснёшься магом.

— Я видела старуху, которая была на вечере в честь помолвки отца. Она утащила меня в сад и сказала, что отдаст мне силы. Она заразила меня, схватила за руки, потянула, дальше не помню. По всему видно, она сильный маг. Это Мэвэрлин Эль’Маир — Глава Триады. — Леин хотела встать, но не смогла. Элэстер помог ей подняться и тут же отстранился.

— Тебе необходимо обработать поры, отдохнуть и восстановить силы. Я расскажу Кристеру о Главе Триады. Пойдём домой.

Леин кивнула. Даже если бы она захотела рассказать всё сама, не смога бы. Её клонило в сон так, будто она не смыкала глаз три дня. Они неторопливо побрели к дому.

Погода менялась на глазах: небо заволокли тяжёлые чёрные тучи, птицы, тревожно перекликаясь, кружили над землей, ветер усилился — стал мощным и порывистым. Он безжалостно дул в лицо, замедляя и без того неспешный шаг.

В саду возились Ларго и Шеин. Первый таскал тяжёлые мешки с землей, вспарывал их и высыпал чернозём под молодые деревья, второй мотыгой равномерно распределял плодородный слой. Работали в тишине, сосредоточенно и быстро: намечающийся дождь подгонял их. Элэстер тронул дядю за плечо.

— Я подменю. — Он кивнул в сторону сваленных у дороги мешков. — Первое изменение прошло с приступом, — теперь он посмотрел в сторону девушки.

Ларго снял садовые перчатки, положил их на плечо племянника и, бросив на ходу «пойдём», двинулся к дому. Леин нерешительно пошла следом. Они направились в комнату Ларго, единственное жилое помещение на первом этаже у выхода во двор.

Строгость, выдержка, минимализм — три этих слова пришли Леин на ум, как только она переступила порог комнаты. Монотонные голубые стены, серые полосатые шторы, диван и кресло, небольшой тёмно-синий палас на полу, письменный стол в углу, на нём саквояж — вот и вся обстановка.

— Присаживайся. — Хозяин комнаты указал на кресло, а сам прошёл в соседнее помещение.

Ларго вымыл руки, обтёр их полотенцем, которое после оставил на спинке стула, вернулся в комнату и направился к Леин, прихватив с собой саквояж. Маг не сделал ни одного лишнего движения. Леин втянула живот и постаралась тише дышать. Целитель с особой тщательностью осмотрел её руки, магические поры, глаза, корни волос, а после прощупал пульс, достал из саквояжа бинт, смочил его каким-то раствором, наложил повязки на руки, дал таблетку серого цвета и констатировал:

— Процесс преобразования в мага воздуха прошёл благополучно. — Он открыл дверь и добавил. — Можешь идти.

Пробормотав «спасибо», Леин пулей вылетела из комнаты. Она заметила, что её больше не клонит в сон: наверно, подействовало лекарство. По правде говоря, Леин не понимала Ларго и избегала его, поэтому, вопреки обычаю, не спросила, что ей дали выпить и чем обработали раны.

Она прошла к себе, переоделась в домашнее серое клетчатое платье с ажурным воротом и манжетами и спустилась к обеду. В столовой никого не оказалось.

Твида, исполняющая обязанности повара, тихо подошла к Леин и сказала, что обед перенесли на час, так как у домочадцев возникли неотложные дела: Кристер с утра занимался бассейном, Эстер искала работу, Айя задержалась в школе, Кэрэл ушел встречать её, Ларго с Шеином удобряли почву, профессор заперся в библиотеке, Аистель пошла на пейзажи. Тихо выдохнув после длительного монолога, женщина по-матерински улыбнулась и удалилась.

Леин увидела её впервые. Это была маленькая худенькая женщина с миловидным лицом и добрыми глазами, в которых читались мягкость и нежность. Её тёмно-русые волосы с седой прядкой были взбиты, аккуратно зачёсаны назад и уложены в красивый пучок. Одета она была в длинное строгое коричневое платье. Говорила Твида мелодично и неторопливо. Леин вспомнила, что у женщины есть две дочери, которые живут в доме и помогают по хозяйству. Но девочек она до сих пор не видела.

Леин не хотела без дела сидеть в комнате, поэтому она прошла в кухню и предложила Твиде помощь. Женщина ласково улыбнулась, протянула фартук и попросила вымыть и нарезать овощи. Леин с удовольствием принялась за работу.

Когда через час все собрались за обеденным столом, Кристер взял слово.

— Я хочу обсудить наше совместное сосуществование. Благодаря остаткам семейного капитала, который удалось спасти во время блокады. — Мужчина сделал небольшую паузу и уточнил. — Полагаю, вам известно, что многие семьи были преднамеренно разорены. Так вот, благодаря остаткам капитала мы сохранили особняк и сделали в нём ремонт. На оставшиеся средства мы сможем поддерживать его в надлежащем состоянии, но о дополнительных благах, таких как прислуга, пока придётся забыть. Твида помогает с готовкой, а Шеин с садом взамен на проживание и питание. Из этого следует, что все обязанности по ведению дома мы возьмём на себя. Предлагаю учесть сильные стороны каждого и воспользоваться ими.

— Если не возражаешь, я помогу распределить обязанности. — Эстер подалась вперёд, внимательно осмотрела присутствующих и заговорила уверенным тоном. — Общие обязанности распределим так: Хэил помогает Ларго, так как у них много общего, Элэстер и Кристер следят за состоянием дома, девочки и Аистель помогают мне и Твиде по хозяйству, профессор добывает полезную информацию, Кэрэл с Шеином следят за садом и прилежащими территориями. Закончим тем, что каждый самостоятельно следит за чистотой в своей комнате. Раз в месяц — генеральная уборка дома. Всё это вы делаете помимо таких обязанностей, как учёба и исправительные работы по улучшению контактов.

Кристер довольно улыбнулся. Он знал, Эстер наблюдательная и умеет наилучшим образом организовать коллектив. За столом притихли. Первой согласно кивнула Айя, потом Леин и профессор, Аистель царственно склонила голову, делая великое одолжение, Хэил, в знак согласия, чуть опустил подбородок, Элэстер первым нарушил молчание, вставив «согласен», а Кэрэл с иронией заявил:

— Обожаю листочки, цветочки и дождевых червей. Берусь прилежно исполнять прямые и косвенные обязанности по присмотру за садово-особняковой территорией. Клянусь защищать живность от неправомерного истребления. Обещаю иногда нарушать данный устав. — Он смиренно склонил голову.

— Артист, — презрительно фыркнул Хэил и поправил себя. — Нет, клоун.

Кэрэл не обратил внимания на его колкое замечание, взял столовые приборы, отрезал кусочек мяса и сказал:

— А у меня тоже есть дельное предложение — предлагаю поесть. — Он интенсивно заработал вилкой.

Профессор залился весёлым смехом и последовал его примеру. Недолго думая, остальные присоединились к ним.

После обеда пришло время исправительных работ, и маги собрались на чердаке. Хэил брезгливо передернул плечами.

— Здесь собрана пыль всего мира? — недовольно скуксился он. — На мой взгляд, лучше цветы поливать.

— Его прихоть. — Элэстер кивнул в сторону Кэрэла и насколько было возможно прошёл вглубь чердака, прикидывая, как лучше избавиться от хлама.

— Я вас не держу, — заявил Кэрэл.

— Кристер сегодня по поводу магии ничего не говорил? — Хэил впился взглядом в оконный проём.

— Думаешь о том же? — Элэстер прошёл к окну и вылез на крышу. — Хлам можно сюда вытаскивать, а дальше… — Он присвистнул, посмотрев на ровный, ухоженный газон. — Кто внизу эти богатства принимать будет?

Маги, не сговариваясь, посмотрели на Кэрэла; тот поплёлся вниз.

Через два часа чердак был пуст и готов для ремонта. Ухоженный газон Шеина походил на поле боя. Садовник и Кристер, оценив устроенный на лужайке погром, наметили фронт исправительных работ на следующий день.

Во вторник Леин ждали неприятности в академии. Прибежав к месту встреч с друзьями, она никого там не застала, решила, что они в аудитории, поспешила туда, но и там никого не оказалось. Ей оставалось лишь одно — ждать, пока друзья вернуться. Они появились за несколько секунд до звонка, но на подругу не обратили никакого внимания, даже не поздоровались, просто прошли и сели на места.

Во время занятий Милина делала вид, что не замечает Леин. Когда очередное занятие закончилось, друзья ушли, не подождав её. Леин была озадачена и раздражена. Впервые за многолетнюю дружбу они повели себя странно и непонятно.

На большой перемене она пошла в парк; друзья сидели на скамейке и весело смеялись. Леин почувствовала себя одиноко. Надо выяснить, что же произошло.

— Объясните мне, что происходит? — спросила она, как только подошла.

Друзья молчали; Милина надулась и отвернулась, делая вид, что рассматривает что-то вдали, Сэил сжал губы и только Атрио продолжал смотреть девушке в глаза.

— Сама как думаешь? — спросил он.

— Не знаю, — честно призналась Леин.

— Именно! — раздражённо выпалила Милина. — Ты теперь о нас ничего не знаешь.

Леин сразу сообразила, чем обидела друзей, но разве она виновата? События вокруг разворачивались с такой стремительностью, что она едва успевала реагировать на изменения. С другой стороны, она понимала чувства друзей, сама недавно прошла через подобное. Леин сочла необходимым извиниться.

— Я была неправа, просто… — Она опустила голову. — Извините меня, оставила вас в такой важный момент. Мне совестно.

После этих слов, Милина сменила гнев на милость, перестала дуться, подошла и взяла подругу за руку. Сэил, хоть и поджимал губы, но разговаривал с охотой. Тщетно он пытался скрыть чувства: его выдавала, появившаяся на губах улыбка. Атрио, довольный тем, что нашёл путь к примирению, одобрительно кивал головой. Леин гадала, стоит ли говорить друзьям, что вскоре станет магом. Наверное, они могут испугаться такой новости, но, как показала практика, секреты — не лучший способ поддерживать доверительную атмосферу.

— Дело в том, что меня заразили, — быстро сказала Леин.

— Ты заболела? — удивилась Милина.

— Я становлюсь магом, — пояснила подруга.

Было слышно, как шуршат осенние листья, как ветер шелестит в ветвях, как болтают другие студенты, а в их компании царила тишина. Милина тряхнула головой, словно освобождаясь от наваждения, Сэил с опаской покосился на Леин, Атрио усиленно тёр кончик уха, будто это помогало ему думать.

— Что значит, становишься магом? — спросила подруга. — Разве это заразно? — Она боязливо покосилась на друзей, словно те могли сию секунду превратиться в кого-то.

— Это не заразно, но возможно, — успокоила её Леин. — Изменения происходят по воле сильного мага, который делает вид, что не знает меня.

— Кто это? — любопытство не давало Атрио покоя.

— Глава Триады — Мэвэрлин Эль’Маир.

— Что-о-о?! — в один голос спросили друзья.

— Зачем Главе заражать тебя? — Сэил, как всегда, был эмоционален.

— Возможно, в этом есть смысл, — вставил Атрио. — Если обычный человек станет магом, его отношение к магии переменится. Магам это на руку — чем их больше, тем лучше.

— Но подобный поступок обозлит людей! — возразил Сэил. — Нет, тут что-то другое.

— Как ты себя чувствуешь? — озабоченно спросила Милина. — Ты теперь, как они? — Она кивнула в сторону магов, которые с помощью потока воздуха метали друг другу ворохи осенних листьев.

— Нет, — чувства Леин двоились: с одной стороны, ей было приятно беспокойство подруги, с другой, ей овладела тревога — примут ли её друзья, когда она станет магом? — Преображение не происходит так быстро, но изменения налицо. — Она протянула вперёд перебинтованные руки

— Ты — тёмный маг? — с тревогой спросила Милина.

— Эль’Маир — светлый маг, — встрял догадливый Атрио. — Скорее всего, и Леин станет светлым магом. Так? — на всякий случай уточнил он.

— Думаю, да. Но не всё так просто. У магов свои законы распределения силы. Я в этом плохо разбираюсь, знаю только, что у меня будет сила воздуха, света и земли.

— Маги земли — тёмные маги, — в голосе Сэила послышались нотки раздражения. Ему не нравилось то, что он слышал. Если Леин сказала правду, они отдаляться друг от друга. Его это не устраивало. — Ты действительно живёшь в одном доме с этим самоуверенным… — Он долго подбирал слово, наконец, нашёл. — Типом.

— Да. — Леин слабо улыбнулась.

Как друзья воспримут то, что, помимо Элэстера, в их доме полно магов, в том числе тёмных? Она как раз собралась рассказать, что у неё теперь много родственников, но не успела: к столу подошёл Хэил, поправил бант, повязанный, как галстук, обежал глазами присутствующих, чуть надменно вскинул подбородок и сказал:

— Эстер просила передать, что сегодня ты встречаешь Айю из школы. Мы же начнём ремонт.

Леин кивнула. Хэил отправился своей дорогой. Не успела она объяснить ситуацию, как подошёл Кэрэл. При его появлении, Атрио насторожился и встал, Сэил выпятил грудь, готовясь к драке, Милина вся съёжилась — было видно, что она боится.

— Одна милая дама просила передать… — начал маг.

— Забрать Айю, — закончила Леин. — Хэил уже передал мне поручение.

— Стал бы я тратить время понапрасну, — последовал ответ. — Вот. — Он протянул листок, свернутый вдвое. — Аистель просила передать список её покупок.

Леин приняла листок.

— И ещё. Она настаивала, чтобы ты была весьма аккуратна.

— Хорошо. — Леин кивнула.

Кэрэл удалился. Друзья, не сговариваясь, посмотрели на неё. В их глазах застыл немой вопрос.

— Ох! — Леин опустилась на лавочку. Ей предстоял долгий рассказ, а до начала занятия оставалось не так много времени.

Сэил взбесился, услышав, что Леин живёт в одном доме не только с «самоуверенным типом», но ещё с двумя неадекватными заносчивыми идиотами. Атрио впал в глубокую задумчивость, но никак не прокомментировал рассказ. Милина хотела поскорее остаться с подругой наедине, чтобы подробней обо всём расспросить, поэтому с радостью приняла предложение встретить Айю и пройтись по магазинам.

До школы добрались на речном трамвайчике; он курсировал с одного берега реки Илги на другой. Пассажиров было много. Мост через реку ремонтировали больше года, да и добираться до него было долго и неудобно, поэтому люди и маги предпочитали трамвайчик — быстро и недорого. Девушки пожалели только о том, что не прихватили плащи: ветер крепчал, осень брала своё.

Доехали быстро: время за разговорами прошло незаметно. Милина буквально засы́пала подругу вопросами, ведь ей было интересно, что произошло с Леин за последнее время. Она немного завидовала подруге: во-первых, с ней происходят невероятные приключения, во-вторых, она общается с интересными и необычными магами. Про себя Милина отметила Элэстера, он ей очень понравился. Щёки девушки вспыхивали каждый раз, когда разговор заходил о нём. Хэила она записала в холодные типы, а Кэрэла просто и откровенно боялась, хотя и понимала, что он не менее красив и умён, чем остальные.

Айя ждала их в вестибюле. В нарядном синем клетчатом платье с резным воротом, манжетами и шелковым поясом она была восхитительна. Увидев Леин, девочка радостно побежала ей навстречу, но заприметив Милину сконфузилась и потупила взор.

Обсуждать новых знакомых в присутствии Айи подруги не могли, поэтому шли, разглядывая витрины магазинов и обсуждая выложенные в них товары. Тут были платья, шляпки и перчатки, бусы, кольца и броши, ткани всевозможных оттенков и фактур, булочки, кренделя и пироженные, — в общем, всё, что только могли предложить предприимчивые торговцы.

Чтобы удовлетворить Аистель, им потребовалось зайти в три магазина: молочную лавку, булочную и магазин тканей. Также заскочить к краснодеревщику за подрамниками. Всё бы ничего, но последние оказались большими и неудобными: и под мышку не возьмёшь, длины рук не хватало, и перед собой долго не удержишь. В конце концов, Леин повесила их на надплечья. Айя взяла сумку с булками, а Милина с молочными продуктами. Так потихоньку и добрались до дома.

Когда свернули с городской улицы на дорогу, ведущую к особняку, Милина простилась с ними и поспешила домой. Она не предупредила родных, что задержится.

В тот день Леин обедала вместе с Айей. Поход по магазинам значительно задержал их, и когда Леин с Айей добрались до дома, все уже пообедали и были заняты делом: Ларго с Хэилом составляли смету для ремонта, Элэстер с Кристером закупали необходимые материалы, Твида с Эстер выметали пыль и оттирали пол, а Кэрэл с Шеином проверяли состояние крыши.

Вечером Леин, наконец, увидела девочек Твиды. О́тиль и Дэль были погодками, обе озорные и весёлые, ни секунды не сидели на месте. Пока взрослые убирались на чердаке, они носились вокруг Айи, изображая птиц, а потом помогали матери по хозяйству. При этом сёстры безумолку и наперебой болтали.

После обеда Айя крутилась возле Эстер, пытаясь быть ей полезной. Девочек она сторонилась, потому что не могла с ними поговорить, и те казались ей слишком активными и бойкими.

Когда все собрались на чердаке, то пришли к выводу, что он был когда-то жилым. Заметил это старый садовник.

— Над окнами отверстия от карнизов. — Старик указал рукой вверх, потом прошёл в конец чердака и постучал по сплошной стене. — Это, похоже, был шкаф.

— Здесь нет следов от дверей или ручек, — с сомнением покачал головой Кристер.

— Заметь, — хитро прищурился садовник и постучал по стене — раздался гулкий отзвук, — она полая, а тут пол стёрт, ходили много. — Носком ботинка он указал под ноги.

Шеин оказался прав. Отодрав тонкие резные деревянные панели, обитатели дома обнаружили большой стенной шкаф.

— Зачем его спрятали? — Эстер сложила на груди руки.

— Сейчас узнаем. — Кристер потянул дверные ручки, петли скрипнули, и дверцы шкафа послушно открылись.

Полетела многолетняя пыль, Кристер зажмурился, отошёл в сторону и несколько раз чихнул. На чердаке воцарилась тишина. Мужчина удивленно поднял брови и посмотрел на остальных. Он ожидал услышать вежливые слова с пожеланиями здоровья, но домочадцы молчали. Все взгляды были прикованы к шкафу.

Там, в глубине, на старом ящике стоял портрет. Молодая девушка закрывала собой заходящее солнце. Его лучи путались в волосах. Большие умные синие глаза, обрамлённые длинными чёрными ресницами, смотрели прямо на сгрудившихся в кучу обитателей особняка. На её губах застыла еле уловимая улыбка, казалось, незнакомка вот-вот приветливо произнесёт «добрый день» или «рада встрече». Рыжие волосы со слегка зачёсанной вправо чёлкой трепал лёгкий вечерний ветерок.

— Восхитительный портрет! Зачем прятать его в шкафу? — Эстер подошла к картине и провела по ней пальцем. — Совсем не выцвел, будто стеклом покрыт.

Хэил подошёл вплотную и тоже провёл пальцем по поверхности. Та была гладкой.

— Это не стекло, это стрэ́пикул, его используют как художественный лак. Он проникает в структуру краски, намертво сцепляет её и покрывает работу прочной пленкой, похожей на стекло. Такая работа простоит веками, сохраняя первоначальные цвета. Часто стрэпикул используют в архитектуре. Я прав, Кэрэл? — Хэил обернулся.

Кэрэл не замечал происходящего вокруг, его внимание было приковано к портрету.

— Ты похож на неё! — непроизвольно вырвалось у Леин. — Овал лица, брови, нос и даже губы. Только волосы другие…

— Это моя мама, — тихо произнёс Кэрэл.

В его руке вспыхнул огонёк, который метнулся в сторону портрета, скользнул по поверхности, как по льду, потом на секунду затих и внезапно полыхнул, быстро распространяясь по раме. Как же красиво смотрелось лицо женщины посреди бушующей стихии! Зрелище было настолько завораживающим, что обитатели особняка не сразу спохватились. Первым очнулся Хэил, он попытался сбить пламя валявшейся рядом с ящиком тряпкой. Ему на помощь пришёл Элэстер. Он раскрыл ладонь и постарался утихомирить стихию с помощью тени. Огонь, словно желая подчиниться, быстро спал. На удивление присутствующих, портрет ничуть не пострадал.

— Стрэпикул, — довольно хмыкнул Хэил.

Леин обернулась, чтобы спросить Кэрэла, зачем он поступил подобным образом, но маг с чердака исчез. Неожиданно заговорил профессор. Сначала он склонил голову вправо, потом влево и задумчиво произнёс:

— Портрет матери Кэрэла на чердаке особняка Лью’Эллерби? — Он задумчиво потёр подбородок, потом, очнувшись, продолжил. — Так как с ремонтными работами помочь не берусь: преклонный возраст, и обилие дел… Осмелюсь предложить помощь в подборе книг. Слышал, Кэрэл увлекается архитектурой. Позвольте составить ему небольшую библиотеку.

Кристер коротко кивнул, профессор засеменил к выходу, тихо бормоча себе под нос:

— Надо кое-что проверить. Да, да, да, в этом что-то есть, определённо я помню, читал где-то… — с этими словами он скрылся за дверью.

Шеин подошёл к портрету, придирчиво осмотрел его и скосил глаза в нижний правый угол. Там просматривался вензель, под которым виднелась надпись: «Сэль — эрэ». Садовник, к своему сожалению, не знал эллидорский язык, но эти слова навсегда врезались ему в память. «Жизнь — дар», — тихо прошептал он. Так каждый раз говорил моряк-отец, прощаясь с женой и сыном на причале, перед отправлением в очередной рейс.

Шеин будто провалился во времени: морской бриз дул в лицо, и он чувствовал запах воды, слышал перекличку чаек, парящих над водой, видел, как волны мирно бьются о мощный борт корабля. Отец всегда крепко обнимал Шеина и взъерошивал его волосы, потом обнимал мать, та плакала, неизвестно как сложиться рейс и вернется ли муж обратно. Напоследок моряк говорил: «Жизнь — дар. Помните об этом, даже если меня не будет рядом…» И как часто бывает, из своего очередного рейса он не вернулся.

Садовник провёл рукой по гладкой поверхности холста: «Если Хэил прав, и этот лак сохраняет краски на века, то почему надпись и вензель еле уловимы?» Он нагнулся, делая вид, будто осматривает раму, сам же внимательно посмотрел на вензель. Недавно он где-то видел этот символ. Значит, он довольно значим; вензель простого семейства Шеин вряд ли бы запомнил. Садовник выпрямился и громко произнёс:

— Раз это портрет миссис Хаинс, пусть здесь и стоит, а нам пора. — Он закрыл дверцы шкафа.

В среду в академии произошло забавное событие, весть о котором быстро разлетелась. Трэвэлди Хай выловила в коридоре трёх учащихся и попросила проследовать за собой.

Остэр Сайс сидел за письменным столом и разбирал бумаги, когда в кабинет влетела миссис Хай с раскрасневшимся от гнева лицом. Следом вошли три мага: Хэил Дэ’Вил, Элэстр Лью’Эллерби и Кэрэл Хаинс. За время пребывания в академии они успели проявить себя, потому Остэр хорошо знал троицу.

— Посмотрите, до чего умны, — говорила Трэвэрди, пока Остэр разглядывал магов. — Вместо того, чтобы завязать бант, атрибут академической формы, как положено, они изгаляются. Один, умудрился завязать как галстук. — Она указала на Хэила. — Другой, — рука уперлась в Элэстера, — носит, как шейный платок. Третий, — кисть переместилась в сторону Кэрэла, — вообще повязал на волосы! Разбирайтесь с ними сами, я устала делать замечания.

— Первый раз вижу подобную изобретательность, — спокойно заметил Остэр. — Учащиеся отказывались носить ба́нты, но обогнуть правила никому в голову не приходило. Мне интересно, вы не сговариваясь это придумали?

Хэил ничего не выражающим взглядом смотрел прямо перед собой. Элэстер озирался по сторонам. Кэрэл, невинно улыбаясь, смотрел Остэру в глаза.

— Что ж, Трэвэрди, банты надеты, правила соблюдены… — Глава Триады развёл руки в стороны. В это время прозвенел звонок к началу занятий. — Остается смириться и отдать должное выдумке, — спокойно произнес он.

— Это говорит Глава Триады?! — от негодования миссис Хай надула щеки и стала пунцовой. — Вскоре все учащиеся прибегнут к столь же неуважительному отношению к правилам.

— Это мы обсудим с вами наедине. — Остэр Сайс строго посмотрел на женщину. У той от злости на лбу выступили капельки пота. — Занятия начались, — пристальный взгляд в сторону магов. — Я вас дольше не задерживаю.

В четверг это событие обсуждала вся академия. Трэвэрди Хай, по своему обыкновению, допустила огромную ошибку, распространив новость о взбалмошной выходке учащихся; она надеялась, что это пристыдит студентов, а на деле вышло наоборот. Многие восхищались изобретательностью упомянутой троицы, многие пытался подражать им, надевая банты на новый лад. Так что имена Кэрэла Хаинса, Элэстера Лью’Эллерби и Хэила Дэ’Вила стали довольно знаменитыми. Но нашлись и те, кто поступок не одобрил, даже осудил.

— Самодовольный тип продолжает хорохориться! — говорил Сэил намеренно громко.

— Уймись! — шикнул на друга Атрио. Ему понравилась идея нестандартного ношения бантов. — Они имеют право на собственное мнение.

— Есть правила и их следует соблюдать. Мне тоже бант не нравится, но ношу же, — не унимался Сэил.

— А нам можно в волосы вплетать. — Милина повязала бант на голове, приспособив вместо ободка.

Леин только вздохнула: ей дома хватало выходок этой тройки. Не проходило ни дня, чтобы они не сцепились, а потому отец продлевал их наказание, но те и не думали униматься.

— Вы на каникулах поедете к бабушке? — Лени перевела тему разговора и посмотрела на брата с сестрой.

— Да, сумки и чемоданы собраны, — отозвалась подруга. — Мы захватим ещё несколько дней после каникул, так как отцу дали отгул.

— Ты не забыла положить мои книги? — Атрио копался у себя в папке и разыскивал конспект, который надо было сдать на следующем занятии.

— Клади их сам. Он ужасно рассеянный, — пожаловалась Милина на брата.

— Потому и прошу о помощи, — невозмутимо отреагировал тот.

— А ты с новыми домочадцами свободное время проводить будешь? — Сэил с беспокойством смотрел на Леин.

— Мы же живём вместе. — Леин пожала плечами.

— Конечно, — теперь он выглядел расстроенным.

В пятницу главной темой для обсуждения стали отметки за четверть. Леин огорчилась, что так и не вырвалась вперёд, а по-прежнему занимала третье место в потоке, после Атрио Агусто и Дэка Пуэлти. Милина осталась довольна своим пятым местом, она поднялась на две позиции, а вот Сэила отметки не интересовали, он даже не подошел к информационному стенду.

Любопытство не порок — Леин отыскала все знакомые имена, Милина с удовольствием помогла ей в этом.

Элэстер, как и Атрио, был первым в своём потоке. Леин порадовалась за него и ничуть не удивилась. «Умничка Элэстер!» — вспомнила она прозвище, которым наделил его Кэрэл.

Имя Хэила Дэ’Вила она обнаружила на седьмой строчке, и это её озадачило. Ей казалось, что, кроме науки, он ничем не интересуется. Почему же результат не приближен к лучшему?

Фамилию Хаинс Леин полагала обнаружить в самом конце. «Этот лодырь вечно дурачится, вряд ли далеко ушёл!», — думала она, скользя глазами по строчкам. Каково же было её изумление, когда фамилию Хаинс она обнаружила под первым номером. Леин зажмурила глаза и вновь открыла их, но ничего не изменилось. Кэрэл Хаинс лучший ученик на потоке. Это открытие повергло её в шок: она ни разу не видела мага за книгами, поэтому наивно предполагала, что он неважный ученик, а на деле наоборот. Несоответствие сложившегося образа и реальности заставило задуматься. Пытливый ум стремился вычислить допущенную ошибку.

Неподалеку Леин заметила Хэила, который, задрав голову, наблюдал за птицей. Этот маг знаком с Кэрэлом ещё со времен заточения в Тэу, возможно, он сможет внести ясность. Не раздумывая долее, она поспешила к нему.

— Хэил, скажи, разве Кэрэл любит учиться? — Леин преградила ему дорогу. Раздосадованный тем, что упустил редкую особь, маг свёл брови, но ничего не сказал. Леин продолжила: — Я никогда не видела, чтобы он занимался. Откуда такие результаты? — Она махнула рукой в сторону стенда.

Взгляд Хэила мгновенно изменился, стал резким, надменным и злым. Эта скорая перемена напугала Леин, словно она невольно раскрыла какую-то страшную тайну.

— Вот и подумай, откуда, — процедил он сквозь зубы и ушёл.

Леин долго стояла на месте и смотрела ему вслед. «Что это значит?», — думала она. Если бы он отшутился, она бы поняла, если бы разуверил, поняла бы тоже, но его реакция была более чем странной. Значит ли это, что Кэрэла стоит опасаться? Или Хэил за что-то злится на мага?

С этой мыслью она вернулась домой и всё ждала, когда увидит угрюмого или страшного Кэрэла, способного разозлить сдержанного Хэила. Угрюмого и страшного так и не увидела. Увидела весёлого и беззаботного. Впрочем, таким он был всегда, за тем редким исключением, когда Леин удавалось вывести его из себя. Видя, как беспечно смеётся Кэрэл во время ужина, она успокоилась и подумала: «Разве плохо, что человек, — поправилась она, — маг, хорошо учится? Это здорово! А почему ему это удается? — вспомнила она вопрос Хэила. — Наверно, схватывает налету». Эту тему развивать дальше она не стала.

Ремонтные работы на чердаке начались, как и намечали, с понедельника. Сначала размыли потолок от старой побелки, потом покрасили его в лазурный оттенок. Работали дружной толпой — и весело и быстро.

Так как разговоры велись исключительно о чердаке, Аистель снизошла и, важно задрав голову, поднялась с туда вместе остальными. Осмотрев помещение, она заявила, что освещение совершенно не пригодно для зрения, что потолок красили дилетанты и лоботрясы, и, что только под чутким руководством мастера, эта комната сможет походить на жилую. После красноречивого монолога, она ласково промурлыкала:

— Через три-четыре дня комнату будет не узнать, — тут её голос изменился, и уже в приказном тоне она закончила. — А до тех пор на чердак ни шагу!

На следующий день, надев рабочий комбинезон и вооружившись кистями, Аистель заперлась на чердаке и принялась за работу. Спускалась она раз в сутки, ближе к вечеру. Перепачканная краской, отправлялась на кухню, брала у Твиды корзину с продуктами, после чего возвращалась обратно. Кто бы мог подумать, что гордая и капризная Аистель будет расхаживать по особняку в грязной робе с разноцветными разводами.

— К чему душа лежит, то дается нам с любовью, и блага мира меркнут, — глубокомысленно изрёк профессор на третий вечер за ужином.

С ним было трудно поспорить, посему обитатели особняка одобрительно закивали и продолжили трапезу в молчаливом согласии.

Утром четвёртого дня Аистель вернулась в свою спальню и потратила три часа на то, чтобы отмыться от краски. Наконец, удовлетворённая своим внешним видом, она спустилась вниз и попросила Ларго всех собрать. Выстроив обитателей особняка парами, как школьников, Аистель разрешила им осмотреть чердак.

Результат превзошёл все ожидания: любительница пейзажей превратила потолок в великолепную картину. По глубокому предрассветному небу мирно плыли подсвеченные солнцем облака, птицы стаей неслись куда-то вдаль. Гордо расправив плечи и вытянув шею, Аистель воззрилась на присутствующих. Она была уверена в своём мастерстве, но похвала ещё никому не мешала.

— Ве-ли-ко-леп-но! — восхищенно протянула Эстер.

— Словно живые! — Отиль ткнула пальцем по направление стаи. Дэль согласно закивала.

— Кажется, потолка вовсе нет, — потрясённо произнёс Кристер.

— Создает объём и расширяет пространство, — одобрительно кивнул Хэил.

— Свобода и полёт. — Элэстер протянул руку вверх, будто и впрямь смотрел в бесконечную высь.

— В тебе погиб Уидрих Гэйт, он был неподражаем в написании водной стихии. Твой же удел — небо, — рассматривая потолок, профессор неторопливо раскачивался с пяток на носки и обратно.

Айя хоть и не говорила ничего, но приоткрытый от изумления рот, выдавал её с потрохами.

— Завораживает, — одобрительно кивал Шеин.

Даже молчаливый Ларго не удержался от комментария:

— Дарит ощущение покоя, — басисто отозвался он.

Леин слушала отзывы и в душе находила отклик на каждый. Ей стало любопытно, что скажет будущий хозяин «небесной стихии», но мнения Кэрэла так и не последовало. К своему удивлению, Леин обнаружила, что маг смотрит не вверх, как остальные, а на лица домочадцев, и с каждой новой фразой его глаза становятся добрее, а улыбка — ласковее. Потом он встретился взглядом с Аистель и, в знак благодарности, слегка склонил голову. Та в ответ довольно улыбнулась.

— Под одним небом, — еле слышно прошептала Леин. — Единство! — Она долго любовалась бездонной высью.

— Да-а-а, — многозначительно потянул Кристер. — Такому потолку требуется соответствующее оформление.

— Придётся подойти к делу более основательно. — Эстер весело подмигнула Кэрэлу.

После она поручила магу, как любителю архитектуры, сделать набросок оформления комнаты. Кэрэл с охотой согласился и к вечеру предоставил чертежи.

Ремонтные работы на чердаке возобновились уже под его руководством. Стены покрасили в светло и тёмно-серый цвета. В местах опорных балок установили белые пилястры и декоративные панели. Ещё два дня ушло на то, чтобы привести в порядок пол. И вот чердак превратился в большую, светлую комнату.

Дело осталось за мебелью. Кровать, пару кресел, комод и тумбы принесли из комнаты, предназначенной для Кэрэла ранее, а книжные шкафы купили, так как на этом настоял профессор, неизвестно откуда натащивший кучу книг. Он аккуратно и с любовью расставил их, а после составил картотеку. Кэрэл отблагодарил его, купив коробку любимых сладостей.

— Остальное приобретем позднее. — Эстер оправила тюль и новые тёмно-синие шторы.

Теперь и у Кэрэла появилась комната, а так как она была просторной и по виду дорогой, Шеин назвал её апартаментами. Кэрэла это название ничуть не смутило.

Как-то вечером, когда Кристер с Кэрэлом остались в библиотеке одни, маг тихо сказал:

— Спасибо, Кристер, что вы с Эстер пошли на уступку и позволили мне жить на чердаке.

— Наша уступка тобой вполне оплачена. — Кристер дал понять, что Кэрэл ему ничем не обязан, ведь он полностью компенсировал затраты на ремонт.

— Я мог бы посодействовать и с прислугой, — аккуратно, боясь задеть чувства взрослого человека, сказал Кэрэл.

— Весьма признателен за помощь, но мне бы хотелось самому встать на ноги. — Кристер мягко улыбнулся. Он смотрел на Кэрэла и думал: «Ты младше меня вдвое, а мы общаемся на равных. Ты много старше своих лет, мальчик».

Когда магу не нужны силы?

В воскресенье вечером на улице похолодало. Приятные глазу вечерние тёплые оттенки завоевывали пространство. Несмотря на закат, солнце светило ярко, но не грело. Цвет неба преображался: от холодной лазури, до мягких желтовато-красных тонов. Пахло сыростью вперемешку с увядающими травами.

Леин сидела в беседке, на коленках у неё лежала книга, а на плечи был накинут тёплый клетчатый плед. На соседней скамейке сидел Кэрэл и складывал башню из стеклянных палочек. Их размер не превышал обычную спичку. Леин оторвалась от книги и стала наблюдать за его действиями. Кэрэл был сосредоточен и не обращал на неё никакого внимания. Крыша башни давалась ему с трудом. Движения пальцев были аккуратными, осторожными, плавными и точными. Кэрэл закусил нижнюю губу и тихонько положил очередную палочку. Строение покачнулось, но осталось стоять. Маг облегчённо вздохнул и выпрямился. Только сейчас он заметил, что за ним наблюдают.

— Что? — сухо спросил он.

— Мне нравится. — Леин указала на сооружение. — Откуда детали берёшь? — Она взяла лежавшую на столе палочку и повертела в руке.

— Сам делаю. — Кэрэл лёгким щелчком разрушил строение.

— Стекло? — Леин внимательно осмотрела палочку, которую держала. Та была не гладкой, а чуть рифлёной.

Кэрэл убрал палочки в мешочек и с нескрываемым любопытством посмотрел на девушку. Та, не выдержав его взгляда, пожала плечами и отвернулась: обидно в очередной раз признавать, что магия в новинку. Тут Леин заметила Хэила, который неторопливо шёл в сторону бассейна. С рук мага свисали сине-коричневые водоросли. «Зачем ему ципелиус?» — следя за Хэилом, Леин всё больше вытягивала шею. Неожиданно Кэрэл сказал:

— Смотри.

Леин обернулась и увидела в ладони мага две тесно переплетающиеся ленты: вода и песок. Кэрэл добавил в ладонь белую пудру, которую вытащил из кармана своей необычной чёрно-белой накидки. Появилась ещё одна небольшая тонкая ленточка. В довершении в руку Кэрэла скользнула лента огня и крепко опутала получившуюся смесь. Пламя вспыхнуло и зашипело. Второй рукой Кэрэл прикрыл его и, сделав собирательное движение, убрал огонь. В его руке появилась бесформенная стекляшка.

— Это не палочка, — заметила Леин.

— Формы не хватает, — согласился он.

Со стороны бассейна послышались голоса — собеседники обернулись и увидели Хэила и Элэстера, которые о чём-то спорили.

— По-моему, эти двое что-то затевают. — Кэрэл оставил стекляшку на столе и быстро пошёл к бассейну.

Леин схватила стекляшку и поспешила следом. Когда они подошли ближе, услышали:

— …проведу в бассейне с ципелиусом час, — уверенно заявил Элэстер.

— Час, — задумчиво проговорил Хэил. — Хорошо. Но, ты же понимаешь, что не выдержишь?

— Ровно час, — твёрдо повторил Элэстер.

— Если правда то, что Хэил рассказывал об этой траве… — Леин запнулась, так как не знала, как лучше объяснить Элэстеру, что его затея может привести к плачевным последствиям. Не подобрав подходящих слов, выпалила. — Её нельзя использовать!

Она укоризненно посмотрела на Хэила в надежде что маг почувствует угрызения совести и отговорит Элэстера от глупой затеи, но тот не реагировал. Леин разозлилась: «Как можно так легкомысленно относиться к жизни?».

— Я найду папу или Эстер. — Она резко развернулась, но Элэстер схватил её за руку и покачал головой.

— Если сдвинешься с места, попрошу Кэрэла запереть тебя где-нибудь, — решительно сказал он.

Ища поддержки, Леин посмотрела на Кэрэла. Тот пожал плечами, словно сказал: «Я бы с удовольствием помог, но решение принял Элэстер, и я не вправе вмешиваться». Леин отступила и скрестила на груди руки. Кэрэл обратился к магам:

— Вы, братцы, по-моему, спятили. Идея может и интересная, — после этих слов у Леин округлились глаза, — но чересчур опрометчивая. Кто этого исследователя из бассейна вытаскивать будет? Я в эту дрянь не полезу. — Маг пренебрежительно передернул плечами.

— Я их уберу. — Хэил поднял с земли сачок и постучал им по бортику.

— Хорошо, — одобрительно кивнул Элэстер и подошёл к краю.

Секунду он смотрел на воду и плавающие в ней растения, потом повернулся к бассейну спиной и упал в воду.

Леин подалась вперёд. Она наблюдала, как расслабленно покачивалось тело Элэстера. Но час — это бесконечно долго. Терпения у неё хватило ровно на пять минут. Она учащенно задышала, повернулась к Хэилу и нервно спросила:

— Почему он не двигается?

— Если начнет двигаться, растения воспримут это, как сопротивление, и увеличат силовую атаку, — пояснил он.

Леин посмотрела на Кэрэла. Его взгляд был прикован к воде, а лицо выражало напряжение. Он был встревожен не меньше Леин, но оставался неподвижным и внешне спокойным. «Жди!» — сказала она себе и устремила взгляд на воду. Леин знобило, но не от вечернего холода, а от страха. Она переступала с ноги на ногу, мяла руки, тёрла предплечья, но тревога не покидала её: «Что если Хэил не успеет вовремя убрать траву? Что если у ципелиуса есть необратимые последствия? Что если Элэстер погибнет?» В порыве эмоций, Леин метнулась сначала вперёд, потом назад, потом опять вперёд. Сердце билось всё учащённей, а глаза время от времени застилала мгла. Мысли путались: в голове был сплошной туман. Неожиданно Леин ощутила тепло. Она не сразу сообразила, откуда оно исходило. Секунда, другая — страх отступил. Леин немного успокоилась. Тепло, которое помогло ей собраться, исходило от Кэрэла. Заметив испуг девушки, маг повернул её спиной к бассейну и обнял. Сколько они так простояли, Леин не знала. Из-за притуплённых чувств, время стало неизмеримым. Внезапно она услышала:

— Уходит под воду. Убирай траву, — твёрдый голос звучал рядом и принадлежал Кэрэлу.

— Час ещё не прошёл, — в голосе Хэила прослеживалась нерешительность.

— Шутишь? — в тоне Кэрэла послышались металлические нотки, от которых Леин вздрогнула: на мгновение строгий тон показался ей знакомым. Сердце заныло и сжалось.

— Если продолжит погружаться — уберу, — в интонации Хэила звучала обида, словно его несправедливо упрекнули в чём-то.

Леин порывисто отстранилась от Кэрэла и обернулась.

Элэстер медленно уходил под воду. Сначала пропали из виду ноги, потом туловище, руки, голова… Резкий всплеск, и маг всплыл на поверхность.

Спустя пять минут Хэил сачком сдвинул траву к бордюру, быстро собрал водоросли и положил их в стоящий неподалеку таз.

Всё это время Элэстер неподвижно лежал на воде. Внезапно он дёрнулся и быстро ушел под воду. Кэрэл прыгнул за ним, аккуратно подхватил его и подтащил к бордюру. Элэстер сделал резкий вдох и встал. Кэрэл вылез из бассейна.

— Сколько? — спросил Элэстер, глядя на Хэила.

— Как договаривались, — ответил тот.

Элэстер убрал излишки влаги с лица и волос, затем вылез на плиты. По телу пробежал холодок: вечерняя прохлада дала о себе знать. Следом подступила тошнота, в глазах потемнело, голова загудела, ноги подкосились, но слабость необходимо было побороть: во-первых, за ним наблюдала Леин, во-вторых, инициативу проявил сам. Сохраняя остатки самообладания, Элэстер натянуто улыбнулся и, в поисках любой опоры, быстро осмотрелся по сторонам. Рухнуть на глазах у всех — то еще удовольствие. Как назло, поблизости ничего подходящего не оказалось.

Леин хотела высказать магам всё что накипело на душе, но не могла разомкнуть сжатых губ. Она быстро пошла прочь.

— Пойдём. — Хэил сообразил, что Элэстеру требуется помощь, и протянул вперёд руку.

— Я бы с удовольствием, но не могу. Ноги не слушаются, — ответил тот.

Хэил и Кэрэл тревожно переглянулись, подхватили Элэстера и повели, или скорее потащили, его к дому. Элэстер слабо передвигал ногами, но его потуги были тщетными: конечности волочились за телом, словно не принадлежали ему. Когда, наконец, добрались до комнаты, Хэил и Кэрэл порядком выдохлись. Уложив друга в кровать, Кэрэл плотно закрыл дверь.

— Как ощущения? Болит что-нибудь? Общая слабость? Силу воспроизвести можешь? — Хэил засыпал Элэстера вопросами. — Я хочу узнать, какой непосредственный эффект оказывают растения на мага.

— Оцепенение чувствую. Будто тело задеревенело. Движения даются с трудом. Ноги ватные. Сила… — Элэстер приподнял руку и попытался извлечь подвластную ему стихию, но ладонь осталась пустой.

— Интересно, возможна ли полная блокировка… — задумчиво произнес Хэил.

— Интересно? — гневно переспросил Кэрэл. — Он ног не чувствует!

— Общая слабость и только. — Элэстер бодрился. Чтобы убедить Кэрэла в правдивости своих слов, он тихонько подвигал ступнями.

— К чему ребячество и напускная храбрость? — не унимался Кэрэл.

— Жди, как же, скажет он правду, — усмехнулся Хэил. — Пойду к себе, запишу данные, а то потом можно упустить значимые детали. — Маг поспешно удалился, бормоча что-то себе под нос. Как только дверь закрылась, Кэрэл покрутил пальцем у виска.

— Он ещё хищной живностью увлекается, — ехидно сказал он, кивнув в сторону захлопнувшейся двери. — Есть способы скрыть силу, не подвергая тело стрессу.

— Ты-то неспроста эти способы знаешь, — заметил Элэстер.

— Кому по нраву высший тёмный маг? — усмехнулся Кэрэл.

— Значит, в своих догадках я оказался прав? Ты, как и я, высший маг тьмы? — Элэстер заинтересованно посмотрел на Кэрэла.

— Не только тьмы, но я этого не скрывал. — Кэрэл выглядел спокойным.

— Я тоже единый тёмный маг, но других способов скрыть силу не знаю.

— И зачем столько книг читал?.. — задумчиво протянул Кэрэл, толком ни к кому не обращаясь.

Элэстер хотел как следует встряхнуть заносчивого воображалу, но смог только чуть-чуть приподняться. Увидев тщетные попытки экспериментатора, Кэрэл развеселился и лёгким движением повалил его обратно.

— Отдыхай, тебе ведь силы не нужны, — съязвил он и вышел.

Элэстера затрясло как в лихорадке и через несколько секунд он отключился от изнеможения.

Дверь неслышно открылась и в комнату вошёл Кэрэл. Он потёр руки, воспроизвел свет, неспешно провёл ладонями вдоль тела Элэстера, следом сделал собирательное движение и вышел. Кэрэл спустился вниз и слегка приоткрыл дверь гостиной. Там в кресле, лицом к нему, сидел Кристер, а на диване, обложившись книгами, восседал Сэриэль Гэст. Они увлеченно о чём-то спорили. Кэрэл поймал пристальный взгляд Кристера и утвердительно кивнул. Мужчина облегчённо выдохнул, а Кэрэл удалился.

Леин сидела в оранжерее на кушетке и думала о том, что произошло у бассейна. «Если буду чересчур эмоционально реагировать на его выходки, выдам свои чувства. — Она опустила голову. — Скоро проверка магических сил. Если он самый опасный тёмный маг, понятно, зачем ему ципелиус, а если нет, я окончательно запуталась». Леин сжала правую руку — внезапная боль отдалась резью в глазах: в ладони по-прежнему лежала бесформенная стекляшка, о которой она напрочь забыла. Кровь тонкой струйкой потекла на платье.

В оранжерею вошёл Кэрэл и протянул ей платок.

— Держи. Хэил уверяет, что этот раствор обеззараживает и быстро заживляет раны.

— Спасибо. — Леин приложила к ране влажный платок. — Как ты узнал, что мне потребуется помощь? Если честно, я не сразу обратила внимание на порез.

— Я умею предсказывать будущее. — Кэрэл приставил палец к губам и сказал «тшш»: мол, не раскрывай мой секрет.

Леин улыбнулась; вместе с радостью пришло облегчение.

— Тогда скажи, какой будет зима?

— Снежной? — вопросом ответил Кэрэл.

— Ну, тогда я предсказываю, что за снежной зимой придёт тёплая весна, и на деревьях распустятся почки, потом листья.

— Похоже, в прогнозах ты меня переплюнула. Так далеко я не заглядывал, — на лице Кэрэла застыло такое забавное выражение, что Леин не выдержала и рассмеялась.

— Кстати, а ты умеешь заживлять раны? — Леин убрала платок и протянула вперед руку.

Кэрэл нахмурился. От прежней весёлости не осталось и следа. Он пристально посмотрел на собеседницу, потом на рану и снова на девушку, словно пытался понять, о чём она думает, потом сказал тихо, но так отчётливо, что слова надолго засели в памяти:

— Некоторые раны должны заживать сами. — Он слегка склонил голову и ушёл.

Леин поднялась к себе и, как напоминание о возможностях магов, положила стекляшку на видное место. Несмотря на поздний час, спать не хотелось: мысли атаковали одна за другой. Леин погасила свет, подошла к окну и долго смотрела на освещенный луной осенний пейзаж. Редкие облака походили на растянутую белесую пелену. Их быстро несло к югу, словно они, как и птицы, подчинённые законам природы, пытались улететь в тёплые края. Облетевшие деревья сильно качались на ветру. Унылый вид навевал грусть. Леин посмотрела на тумбочку, где оставила стекляшку и быстро пошла в библиотеку, место, где еще ни разу не была.

Что можно узнать из книг?

Библиотеку с самого приезда облюбовал профессор, поэтому без лишней необходимости туда никто не совался: выслушивать монологи, напичканные умными словами, было нестерпимо трудно, а временами откровенно скучно. Бесконечно долго с Сэриэлем мог разговаривать только один маг — Ларго. При этой мысли Леин улыбнулась: слово «разговаривать» в этой фразе было неуместным. Начатый диалог быстро преобразовывался в монолог, что вполне устраивало обоих собеседников. Целитель любил молчать, а профессор — говорить. Лучших компаньонов не сыскать.

Подходя к библиотеке, Леин искренне надеялась, что в столь поздний час в помещении никого не будет, но она ошиблась.

Сэриэль Гэст сидел, склонившись над столом, и Леин видела его гладкую лысину с двумя пышными шапками-ушами по бокам из серо-седых кудряшек. Профессор стучал пальцем по странице и напряжённо о чём-то думал. Его очки сползли на кончик носа. Неторопливо вернув их на место, Сэриэль перевернул страницу и, не поднимая головы, обратился к застывшей у порога Леин.

— Юная мисс, надеюсь, я не помешал вам обратиться к книгам? Вы ведь, к моему величайшему удовольствию, временами пополняете свой разум знаниями. Если учесть, что по природе наша натура ленива, то ясным становиться одно: умение преодолевать себя — высшее геройство, бесстрашие и храбрость. Осмелюсь предположить, этим свойством натуры вы обладаете.

После подобной тирады покинуть библиотеку не было никакой возможности, да и желания — сочтут неучем или трусихой.

Леин помялась у порога и тихонько юркнула к одной из полок. Она изображала крайнюю заинтересованность их содержимым в надежде, что профессор не станет отвлекаться от работы, и она сможет найти подходящую книгу. Не тут-то было. Сэриэль подошёл, посмотрел на полки, у которых она остановилась, озадаченно почесал подбородок, перевел взгляд на девушку, прищурился, и снова воззрился на полки. Покачиваясь с носков на пятки и обратно, он заинтересованно спросил:

— Вы собираетесь изучать период чёрного правления Гарэлия?

Леин недоумённо скуксилась, проследила взгляд Сэриэля и отрицательно потрясла головой.

— Или, — продолжил спрашивать профессор, раскачиваясь, как маятник, — вас заинтересовала структура правления Галдия, его предшественника? О, то были смутные или, лучше сказать, тёмные времена. Однако, удушливая хватка Галдия — ничто, по сравнению с кровожадностью Гарэлия. Или, может, вы хотите докопаться до истоков взяточничества во времена Саттиловских договоров?..

— Нет, — пискнула Леин, удивившись тонкости своего голоса. Она откашлялась и уже спокойно произнесла. — Я ищу что-нибудь о магах и буду благодарна, если вы поможете найти книгу, которая познакомит меня с магическим миром.

— О магах? О магах, о магах, о магах… — озадачено забубнил профессор, прошёл к стеллажам в другом конце комнаты, присел на корточки и провёл пальцем по корешкам. Вскоре его палец остановился. Мужчина вытащил на свет том чёрного цвета. Он поднялся и протянул книгу Леин. — Советую эту хоть и небольшую, но довольно содержательную книгу. Основы магии и её преобразования описаны здесь на доступном новичку языке. Если будете читать внимательно, почерпнёте немало важной информации.

Леин прочла заглавие: «Эллиандровое дерево — символ магии». Книга была тонкой и не казалась содержательной. Скорее всего профессор щадит её, заметив первоначальный испуг и неправильно истолковав его.

— Профессор, — окликнула Леин задумавшегося мужчину, — подскажите, есть ли книга, прочитав которую я наилучшим образом обогащу знания о магическом мире?

Сэриэль пристально посмотрел на собеседницу.

— Разумеется, такая книга есть, — уголки его губ дрогнули, и он расплылся в довольной улыбке. — Только сначала её придется найти, — хитрые огоньки заплясали в глубине его глаз.

— Вы не знаете, где она? — удивилась Леин.

— Никто не знает до тех пор, пока не решит прочесть.

Загадочные речи смутили Леин, и она изумленно воззрилась на профессора. Тот объяснил:

— Эту книгу находит только тот, кто решил прочесть. — Сэриэль раскачался подобно маятнику.

— Вы её читали? — Леин попыталась внести ясность.

— Да, — на удивление коротко ответил профессор.

— И вы нашли её весьма занимательной и познавательной, раз советуете мне? — Леин лишний раз хотела убедиться, что книга достойна внимания.

— Она полна оригинальных творческих задумок, — веселился профессор. — И хоть она не являет собой энциклопедический том, способна оказать посильную помощь тому, кто решил освоить магию, так как в ней представлен широкий спектр магический законов.

— Тогда позвольте уточнить, где вы её нашли? — словоохотливость Сэриэля Гэста обнадеживала Леин.

— Недели три назад я прочёл о ней в новом труде Охэна Сиктэа, связанном с магическими проявлениями. Он упомянул, что в книге с загадками много талантливых и неповторимых идей, связанных с применением и преобразованием магии. Естественно, любопытство породило живой интерес — я захотел ознакомиться с книгой. Как-то в разговоре с Элэстером я упомянул о ней, а через неделю получил.

— И всё? — на лбу у Леин появились две возмущённые складки. Она ожидала услышать загадочную легенду о таинственных приключениях, в ходе которых можно отыскать волшебную книгу, но услышала банальную историю.

— И всё. — Профессор прошёл к столу, склонился над работой, постучал пальцем по странице, пробубнил себе под нос «да, да, да» и провалился в неизведанные миры буквенных образов.

Леин помялась на месте, с долей скептицизма осмотрела библиотеку и подумала: «Завтра попрошу Элэстера дать мне „найди, если хочешь прочесть“ книгу». Она обхватила полученный трофей, пробормотала «спасибо» и вышла.

Когда Леин спустилась к завтраку, Элэстер уже ушёл в академию: по понедельникам занятия у них начинались в разное время. Из-за обилия мыслей эта деталь выпала из головы.

Милина и Атрио, в головах у которых всегда полно идей, ещё не вернулись, а Сэил заболел. Пришлось действовать самостоятельно.

На переменах Леин бегала по аудиториям, где у Элэстера проходили занятия, но ей ни разу не удавалось с ним пересечься: к моменту ее появления он либо уже уходил, либо еще не приходил.

Устав от суеты, Леин села в круглом холле на пуф, подняла голову к своду и долго рассматривала бездонную синеву сквозь стекла. Несмотря на цветовое однообразие, бескрайний простор умиротворял. Хаотично блуждающие мысли выстроились в разумную последовательность: «Мне не Элэстера искать надо, а книгу. Хранилище знаний — библиотека. Значит…».

Помещение, в которое стремительно шагала Леин, отличалось оригинальностью и неповторимостью. «Древо знаний» — такое название получил академический кладезь мудрости.

В огромном круглом зале с куполом, расположенном в конце правого крыла, «росло» мощное витое древо. Ивин Огюр, создатель академии, любил природу, поэтому его творения отражали её величие и идеально вписывались в ландшафт.

Библиотека была поделена на три яруса. Первый заполняли огромные корни древа, в сплетениях которых прятались многочисленные стеллажи. Здесь становилось понятно, книги — прочная основа знаний. Второй служил приёмным помещением: здесь получали и отдавали заказанные книги. Туда можно было попасть двумя способами: либо со второго этажа правого крыла, либо по ступенькам и подвесным мосткам, расположенным по периметру зала и вдоль ствола. Информационной стойкой служила горизонтальная ветка древа, а в дупле, расположенном неподалеку, читатели получали информацию об интересующей их книге. Дальше ветви разрастались и, извилисто переплетаясь, тянулись к потолку. Достигнув цели, они украшали купол листьями и составляли его каркас. Остекленные участки позволяли солнцу беспрепятственно проникать в зал и освещать помещение естественным светом. Третий ярус студенты окрестили — «ветви раздумья». Макушка древа — зона, где в тишине можно было почитать, нравилась всем без исключения. Небольшие комнатки-читальни в виде необычных плодов располагались в вышине; закрывайся и читай на здоровье. Проникнуть на третий ярус извне было невозможно. Только воспользовавшись упомянутыми выше лестницами и мостками студенты могли насладиться уединением.

Леин прошла к дуплу, где задала довольно странный вопрос:

— Как найти книгу с загадками, если автор неизвестен?

Клотти, девушка-студентка, подрабатывающая в библиотеке, озадаченно нахмурилась.

— Мы выдаем книги, только при наличии соответствующей информации: имя и фамилия автора, название произведения или труда, иногда просим указать год выпуска. Боюсь, в вашем случае мы ничем не можем помочь. — Она развела руками.

Неожиданно Леин увидела Элэстера: он стоял у одного из стеллажей, заполнял книжные бланки и весело беседовал с какой-то девушкой. Ей захотелось стремительно сбежать вниз и расспросить мага о том, как он себя чувствует после купания с ципелиусом, но злость и раздражение тормозили порыв. Злость не прошла со вчерашнего вечера: поступок Элэстера был безрассудным и опрометчивым. Раздражение же появилось при виде незнакомой девушки.

Была и еще одна причина, по которой Леин не торопилась вступать в беседу с магом. В голову лезли вопросы, ответы на которые хотелось бы получить, но их было так много, что трудно было выбрать первоочередной. Чтобы бубнежем не выдать тревожное состояние, их стоило осмыслить, рассортировать по значимости, откинуть глупые и только потом перейти к расспросу. Насколько поражен организм? Есть ли значимые повреждения? Не болит ли голова? Трава оставляет ожоги? Осталась ли хоть какая-то сила?

Леин знала, что следует делать, но она не могла сосредоточиться: слишком весело и непринужденно болтал Элэстер. Чтобы не видеть мага, Леин отвернулась.

— Привет.

Слово прозвучало так близко, что Леин непроизвольно вздрогнула и обернулась. Когда Элэстер успел подняться? Как себя вести? Что сказать? Решение пришло молниеносно, ведь у неё есть отличный повод для разговора.

— Мне нужна книга о магах, название которой я не знаю. Знаю только, что её можно найти, если захочешь прочесть, — выпалила Леин.

— И? — коротко спросил Элэстер.

— Ииииии, — вторила ему Леин, желая раствориться в пространстве или провалиться сквозь землю. — Я хочу её найти.

— Ищи. — Элэстер указал на стеллажи.

— Я не могу отыскать её обычным способом. Профессор сказал, что книгу с загадками дал ему ты. Я предположила, что ты знаешь, где она.

— Ты ищешь книгу с загадками? — удивился Элэстер.

— Д-а, — из-за волнения Леин забыла сказать главное. Чтобы выйти из глупого положения, она изобразила недоумение. — Я разве не сказала?

— Я ничего не знаю о книге с тех пор, как передал её профессору.

— Скажи хотя бы, как она выглядит, и как ты её нашёл. — Леин забарабанила пальцами по поверхности стойки.

— Я не искал, мне её дедушка подарил. «Умей ценить то, что имеешь», — сказал он тогда. — Элэстер передал бланки Клотти.

— Дедушка подарил тебе редкую книгу, а ты отдал её профессору? — удивилась Леин.

— Нет смысла держать её при себе. Пусть, если сможет, приносит пользу. Что касается описания… Это тонкая книжка обычного формата, обложка коричнево-жёлтая. Автор книги неизвестен. Точнее, — поправился Элэстер, — его имя — ещё одна загадка книги, и пока её никто не разгадал.

Леин совсем запуталась: «Как книга с загадками поможет узнать всё о магах и магии? Ведь загадки не способ повествования, а способ развития логики». Видя подавленное состояние девушки, Элэстер добавил:

— Если ты хочешь прочесть книгу, ты её найдешь. Это правило, его никто не отменял. Причём появление книги никакого отношения к магии не имеет. Это, так сказать, закон жизни. — Элэстер подхватил книги, за которыми приходил и ушёл.

«Фу-уф», облегченно выдохнула Леин, глядя ему вслед. Какое-то время она стояла неподвижно, толком ни о чём не думая, потом побрела к выходу. Вот тут мысли закрутились, завертелись с новой силой: «Тонкая книга обычного формата в коричнево-жёлтой обложке — таких сотни! Стоит ли искать сборник загадок? С другой стороны, если профессор посоветовал прочесть её, значит в книге есть полезная и важная информация». В дверях, мешая выйти, столпились студенты. Уступая дорогу веренице учащихся, Леин отошла в сторону. Её легонько толкнули, а затем прижали к стене. Она посмотрела прямо перед собой и заметила нишу, в которой лежала коричнево-жёлтая книга. Ни названия, ни автора на обложке не значилось.

— Выходишь? — спросил кто-то.

— Нет, я кое-что забыла. — Леин глазам своим не верила, а потому провела рукой по обложке, потом, позволяя студентам выйти, отошла в сторону.

Когда толпа схлынула, Леин отступила на несколько шагов и посмотрела на стену. Она сотни раз видела обрамление входной двери, но и подумать не могла, что это способ хранения книг. Высокую двухстворчатую дверь украшали ниши, в которых находились книги. Чтобы те не выпадали, их придерживали тонкие резинки. Не во всех нишах стояли книги. Сверху справа двух не хватало, но если не всматриваться, то пустота не привлекала внимания; ниши искусно оформили под обложки.

Леин вытащила тот том, который первым попался на глаза. Шутка ли, но книгу она действительно нашла.

Вечером, удобно устроившись в кресле, Леин раскрыла сборник с загадками и была обескуражена: странные закорючки, пустые страницы, непонятные рисунки — вот всё, что там было. Отложив книгу, она взяла другую, в чёрном переплёте. «Эллиандровое дерево, — прошептала она, — где-то я слышала это название». В памяти всплыло лицо Элэстера, он говорил что-то, но что именно, Леин не помнила. Сверху на обложке крупным светло-серым цветом выделялось имя автора: «Ардэлиус Ноэл». Чуть ниже рисунок: цветок с шестью лепестками, окрашенными в разные цвета. Леин насчитала шесть цветов: белый, синий, бледно-голубой, коричнево-жёлтый, чёрный, красный. В сердцевине раскрытого цветка из потока серебристого света росло дерево с мощным витым стволом, раскидистыми ветвями и пышной кроной. Под рисунком серебристым цветом выделялась надпись: «Цветок Эллиандрового дерева — символ магической силы». Леин открыла книгу и облегчённо вздохнула — это обычное издание с заглавием, обращением автора, вступительным словом и текстом. Она быстро пролистала книгу, потом раскрыла на первой странице и стала читать.

Из книги она узнала, что каждый лепесток Эллиандрового дерева символизирует магическую силу: свет, воду, воздух, землю, огонь и тень. Каждой силе присвоен соответствующий цвет. Леин прочла о том, как маг воспроизводит силу, сколько уровней у магии, а также узнала о необходимости контроля процессов магических преобразований. Интересной нашла главу, в которой рассказывалось, как, смешиваясь, рождается та или иная магия. К примеру, огонь и воздух рождали свет; вода и земля — тень; свет и воздух — огонь; свет и тень — воздух. Теперь Леин поняла слова отца: «В семье светлого мага может родиться тёмный и наоборот».

«Эта полезная книга. — Она скосила взгляд на другую. — Но какая польза от этих иероглифов? Разобрав крючки и закорючки, я должна узнать всё о магии?» Она взяла книгу с загадками, повертела её и, недолго думая, направилась к двери.

Комната Элэстера находилась напротив. Леин постучала и прислушалась — тишина. Она повторила попытку — ни звука. Чтобы убедиться, что Элэстера нет, она поднесла ухо к двери: уходить ни с чем не хотелось. В этот момент створка распахнулась. От неожиданности Леин вздрогнула.

— Чем могу помочь? — Элэстер выглядел уставшим, но Леин не терпелось похвастаться, потому она не придала этому значение. Она самодовольно продемонстрировала книгу. Элэстер поднял брови и слегка улыбнулся, но потом перевёл взгляд на окно, которое располагалось в конце коридора, и спросил. — Ты знаешь, который час?

— Поздний, полагаю. — Леин посмотрела на плотно сгустившуюся за окном ночь. Элэстер собрался закрыть дверь, но она вздёрнула руки и изобразила тормозящий жест. — Но раз я тебя уже потревожила, помоги с книгой, — Леин протянула вперёд добытый том. — Проблема в том, что я не знаю, что с ней делать.

— Читать пробовала? — вопросом ответил Элэстер.

— О, да! Вот, например, весьма познавательная страница. — Леин раскрыла книгу и указала на чистый лист. — Или вот. — Она перевернула часть книги. — Набор букв, а в конце рисунок шахматной доски с фигурами, стоящими в определённой позиции и надпись: «Сделав верный ход конём, прочтёшь меня!» Я в тупике. Профессор сказал, что, осилив эту книгу, я буду знать о магии практически всё, но, чтобы прочесть её, мне понадобится перерыть всю домашнюю и академическую библиотеку! — тут она смолкла и обречённо опустила книгу. — Чтобы прочесть эту, мне понадобиться изучить тысячи других! Озорная выходка профессора. Идиотка! Как не сообразила, что он неспроста хихикал в усики.

— Надо отдать должное его выдумке. — Элэстер улыбнулся, но из-за внутреннего напряжения улыбка вышла скованной.

Леин заметила, что они разговаривают в коридоре. Маг не предлагал пройти в гостиную или библиотеку, не приглашал к себе, более того, когда вышел, прикрыл дверь. Неприятное чувство зашевелилось в животе. Казалось, будто она мешает. Наступила гнетущая тишина. Чтобы как-то скрыть смущение, Леин спросила:

— Значит, если я сделаю правильный ход в этой партии, получу верный код, позволяющий расшифровать надпись?

— Помогать не буду, — сухо сказал Элэстер и, услышав, как что-то упало в комнате, едва заметно вздрогнул.

— Почему? — Леин придержала его за рукав.

— Потому что тогда ты не получишь удовольствия от книги и своих возможностей.

— Если не разгадаю загадки, вообще ничего не получу, — заметила Леин.

— Значит, тебе рано её читать, — фразы мага становились всё лаконичней.

— А магию освоить поможешь? — этот вопрос Леин задала как бы невзначай, но ответ живо интересовал её.

— Я плохо объясняю.

— К кому же мне обратиться? — Леин непроизвольно выпустила рукав рубашки, за который удерживала Элэстера.

— К старшим. — Маг скрылся за дверью.

Сухость Элэстера неприятно удивила Леин. Она вернулась к себе, устало сползла по створке двери и уселась на полу: «Разгадаю эту книгу, даже если придется разобрать библиотеку по кирпичикам!» — Леин щелкнула ту по обложке.

Легенда о сестрах

Элэстер вернулся в комнату. Ощущение чужого присутствия не давало покоя. Неожиданно в проёме окна возник силуэт.

— Привет, — в тусклом свете Элэстер увидел неясные черты. В глаза бросились длинные, серебристые, искрящиеся в лунном свете волосы.

— Сэлвир? — глаза Элэстера расширились — этой встречи он не ожидал.

— Мне жаль, что десять лет назад я не смог тебе помочь. Мы расстались довольно неожиданно.

— Да, ты тогда даже не потрудился объяснить своё исчезновение! Когда я вынырнул, тебя нигде не было видно, — картинки прошлого всплывали в памяти одна за другой.

— У меня была веская причина покинуть тебя, друг мой. — Сэлвир слегка склонил голову. В данном случае этот жест говорил о раскаянии.

— Тебя легко понять, — хмыкнул Элэстер. — Быть узником Тэу — не самое приятное времяпрепровождение.

— Для эллидора Тэу — не темница, — под порывом налетевшего ветра, серебристые волосы взметнулись и пропали — гость переместился. Кожей, по которой пробежала дрожь, Элэстер ощущал, что теперь он сидел в кресле позади. — Как поживает сестрёнка? — сменил тему Сэлвир.

— Эллидор? Сестрёнка? — глухо повторил Элэстер. До сих пор он полагал, что эллидоры лишь далекие предки магов, но появление незваного гостя свидетельствовало об обратном. К тому же он не мог понять, кого Сэлвир назвал сестрой. Тревога росла.

— Да, сестрёнка Леин, — уточнил гость.

Элэстер пристально посмотрел на собеседника; серебристые волосы, умение молниеносно перемещаться, но главное — возраст. С момента последней встречи Сэлвир ничуть не изменился.

— Я наивно полагал, что эллидоры — ушедшие в небытие предки. И, насколько я знаю, Леин тебе не сестра.

— Жаль разочаровывать тебя, друг мой, но то, что я эллидор — так же неоспоримо, как и то, что Леин — моя сестра. — Сэлвир печально улыбнулся.

— После наших встреч, моя жизнь кардинально меняется. Полагаю, этот визит исключением не станет. — Элэстер, словно готовясь к нападению, сжал кулаки.

— Увы, — тихо протянул Сэлвир. — В своё оправдание могу сказать одно: я не виновник скорых перемен, лишь их вестник. — Гость прошёлся по комнате, внимательно осмотрел её, потом обратился к хозяину: — Через два часа приходи к озеру, возле вашего старого дома. Несмотря на ципелиус, силы тьмы в тебе не угасли. На одно перемещение хватит.

— Хорошо, я приду. — Элэстера обескуражила осведомлённость Сэлвира. Выходило, что мама была права: за их домом пристально наблюдали, и не только те, кого они подозревали. С тем, что наговорил ему эллидор, необходимо разобраться.

Сэлвир кивнул, следом подул лёгких ветерок, серебристые волосы мелькнули в проёме окна и… гость исчез.

Элэстер опустился на пол. Он отчаянно старался забыть то время, когда был дружен с Сэлвиром, тот день, когда началась блокада. Но прошлое само вставало из мрака. Взбудораженная память начала работать.

Тогда, десять лет назад, серым летним днём дул сильный, по-осеннему холодный ветер, но, несмотря на непогоду, Элэстер решил похвастаться перед другом новым умением преобразоваться в мага воды. Сэлвир долго и упорно отговаривал его от опасной затеи: порывистый ветер и большие волны могли утащить восьмилетнего мальчика далеко от берега. Но взбудораженный Элэстер не хотел слушать разумных доводов. В конце концов, Сэлвир уступил. Элэстер стремительно вошёл в воду и, пока его тело не начало трясти от холода, нырнул. Он знал, преобразование лучше проходить в естественной среде, тогда и холод будет нипочём.

Когда через пятнадцать минут Элэстер вынырнул, Сэлвира нигде не было видно. По песчаному берегу ему навстречу вся в слезах бежала мама. Она что-то кричала и махала рукой в сторону воды. Наконец до Элэстера донеслись слова: «Уходи! Уходи немедленно! Умоляю тебя, беги!» От усталости она упала, но тут же поднялась и закричала с новой силой: «Не стой там. Уходи же! Прошу тебя!» Но Элэстер не мог сдвинуться с места: во-первых, после преобразования у него не осталось сил, во-вторых, он не мог бросить маму одну.

Вскоре на берегу показалось примерно двадцать светлых магов, которые неторопливо шли вслед за Эстер. Спешить им было некуда: за оказанную людям услугу их обещали не ссылать в Тэу.

Элэстеру, ещё мальчику, не позволили ни переодеться, ни попрощаться с отцом. В отличие от мамы, тот был человеком, а людей в подземный город не пускали. «Только тёмные маги», — сухо отчеканил конвоир, когда Эстер, садясь в лодку, в толпе глазами искала мужа.

Дальше коричневатая от ципелиуса гладь подземного рукава Ибиль и вечная ночь Тэу. Писк встревоженных летучих мышей разорвал мёртвую тишину подземелья. Долго пленники слышали их противный визг, который постепенно сменили плач маленьких детей и тихие всхлипы отчаявшихся женщин: пленники, наконец, осознали, что не один год проведут в этом зловещем месте.

Элэстер вздрогнул: прошло десять лет, а воспоминания всё ещё яркие и болезненные. Он и сейчас ощущал запах мокрого песка, чувствовал дующий с озера ветер и слышал прощальный крик чаек. Подземный мрак постепенно сковал сознание, а сырость навеяла тоску и скорбь. Сгущающаяся темнота накрыла невольников плотным кольцом, из объятий которого им было не вырваться.

С грустью Элэстер осознал, что не помнит отца. Когда был маленьким, помнил, но со временем — забыл.

Элэстер открыл глаза и, прогоняя мрачные картинки прошлого, тряхнул головой. Бесполезно. «Призрак» прошлого явился сам.

Спустя два часа Элэстер стоял на берегу озера.

На месте их бывшего особняка — пустошь, покрытая жухлым разнотравьем. От дома не осталось и следа, только огромная сосна по-прежнему качалась под резкими порывами ветра. Люди постарались уничтожить всё, что напоминало им о тёмных магах. Удивляло, каким образом уцелел особняк. Возможно, богатые родственники откупились? Или дело в том, что разрушить особняк не так просто? Или же про него забыли? В любом случае, семейству Лью’Эллерби подобный просчёт на руку.

Элэстер прислушался. Темнота и вой ветра задавали напряжённую атмосферу, а ожидание неприятностей и невольно возникающий страх приглушали здравый смысл.

«Интересно, — подумал маг, осматриваясь по сторонам, — куда делся человек, живший с нами в этом доме? Не мог же он бесследно исчезнуть?» Элэстер вспомнил, что ещё в подземелье спросил маму, где отец. Она ответила, что они его больше никогда не увидят и им лучше о нём забыть. Потом Эстер долго, тихо и безутешно плакала. Она была уверена, что из Тэу им не выбраться. Чтобы не причинять боль матери, Элэстер больше об отце не спрашивал и постепенно о его существовании забыл.

Он повернулся лицом к воде. В этот момент маг заметил, что по берегу к нему шёл эллидор. Его серебристые волосы то и дело трепал дующий с озера ветер. В лунном свете Элэстер мог рассмотреть его тонкое бледное лицо, на котором контрастно выделялись длинные чёрные брови, серые наблюдательные глаза и ровный прямой нос. Отличительной чертой эллидоров всегда считалась красота в сочетании с некоторой холодностью. Ею в полной мере обладал Сэлвир, но при этом он не был надменен, скорее осторожен. На нём был надет чёрный бархатный камзол с высоким воротом и изящной, расшитой серебряными нитками, вышивкой. На ногах красовались чёрные прямые брюки и сапоги с высоким голенищем. Они отлично подчёркивали стройную мускулистую фигуру эллидора. Шёл Сэлвир неспешно, но уверенно.

— Знаешь легенду о сёстрах Уитэлл? — без предисловий, как только они поравнялись, спросил Сэлвир. — Две сестры, Хлоя и Фло — эллидор и тёмный маг, похожие, как две капли воды, и разные, как день и ночь.

Элэстер ничего не знал о сёстрах Уитэлл. Это не то прошлое, о котором он вспоминал. Сэлвир присел на корточки у самой кромки воды и опустил руку в чёрное зеркало озера. По воде пошла крупная рябь.

— Ты уверен, что всё продумал, приостановив процесс заражения? — спросил Сэлвир, вглядываясь в встревоженную гладь.

— Почему ты называешь Леин сестрой? — вопросом ответил Элэстер.

— Потому что она моя сестра. У нас один отец.

— У Кристера только один ребёнок, — возразил маг.

— Я этого не отрицаю. Но скажи, причём здесь Кристер? — Сэлвир поднялся.

— Хочешь сказать, отец Леин не он? — с каждой новой фразой уверенность Элэстера таяла.

— Мой тебе подарок. Угадай, кто такой Кристер? — Сэлвир отбросил назад растрепавшиеся волосы и медленно пошёл вниз по аллее. — Совсем забыл, посмотри под ноги, — на секунду остановившись, сказал он.

Маг опустил глаза. Среди травы угадывались старые, невзрачные, серые плиты, на которых был выбит еле различимый, повреждённый временем рисунок. Пару минут он не двигался, потом, желая сойти с постамента и миновать проверку, стремительно шагнул вперёд. Но было поздно: Храм Судьбы, точнее то, что от него осталось, блокировал выход, незримая сила образовала непреодолимый барьер. Сопротивляться не было смысла: силы Храма неподвластны даже своим прародителям. Маг расслабился и стал ждать. Теперь его удел — смирение и терпение.

Какое-то время ничего не происходило, но потом по рукам и ногам пробежал холодок. Искусно опутывая «жертву» паутиной замысловатых узоров, серебристые струйки поползли по телу. Вскоре Элэстера объял единый и неповторимый световой узор. Когда струйки померкли, им на смену по очереди пришли другие силы.

Сначала пришла земля. Тело словно окаменело. В каждой мышце, в каждом суставе чувствовались напряжение и тяжесть. Пару секунд спустя скованность спала. Ей на смену пришли мягкость и податливость. Из магических пор посыпались мелкие земляные крупинки и песчинки. Тело болело и чесалось — началось преобразование. Прежде чем стать стихией, Элэстер успел глубоко вздохнуть. Так как вектора направления и цели задано не было, вскоре всё вернулось на свои места. Элэстер ощутил, что уровень магии восстановился.

Следом, не оставляя времени на передышку, последовал воздух. Он наполнил тело, растворил внутренности, свил в спираль и… поглотил. Чувствовались небывалая легкость, невесомость, скорость и объём. Некоторое время спустя маг очнулся. Последовала короткая пауза, а затем воздух уступил место воде.

Сила, мощь, стремление, порыв, спокойствие — всё это маг воды ощущал одновременно. Преобразуя тело, каждый раз приходилось выбирать, какую форму воды принять. Тут и лёгкость весенней капели, и грозный вал бушующего океана, и спокойная гладь болотистого пруда. Элэстер, обладавшей силой тьмы и огня, чувствовал возможность преобразования в невесомый пар или прочный лёд. Когда изменения закончились, маг понял, что сила воды в его организме статуса не сменила. Она по-прежнему занимала высшие пределы. Снова последовала короткая передышка. Стало немного страшно — дальше следовал огонь.

Жар моментом охватил тело. Внутри всё пылало, бушевало и жгло. Возникло желание поглотить пространство, завоевать его, сделать своим, знакомым и понятным. Затем разгорающаяся стихия угасла до мелкой искры.

Тьма пришла не сразу. Холод постепенно, сантиметр за сантиметром завладевал телом. Появилось чувство пустоты, покоя и забвенья. Ни желания, ни боли, ни страха — ничего. Всеобъемлющая пустота. На доли секунды сознание померкло. Потом преобразование закончилось, и на смену покою, напоминая о возврате в привычный облик, пришла боль. Вскоре сила снова сменилась.

Свет возник из небольшой вспышки. Жгучий, нестерпимо яркий, он заполнил собой всё существо. Элэстер ощущал энергию, стремление, неимоверную скорость и… холод.

Когда преобразование закончилось, маг с нескрываемым удивлением огляделся по сторонам.

Храм Судьбы изменился до неузнаваемости. Теперь он стоял не на старых плитах, а на полу большой белой ротонды. По внутренней поверхности всё ещё бегали цветовые разводы. Плиты под ногами тоже переливались. Теперь на их поверхности чётко проступил ранее еле уловимый рисунок.

— У тебя тоже перестройка? — спросил Элэстер. Ответом ему было разлившееся по телу тепло. — Я свободен? — задал маг следующий вопрос. По коже скользнул лёгкий холодок. — Должно измениться что-то ещё? — поинтересовался Элэстер.

Он специально задал вопрос так, чтобы на него нельзя было ответить однозначно, «да» или «нет». Ему стало любопытно, как ответит Храм в этом случае.

Тот ожиданий не подвёл: шесть разноцветных лент скользнули по телу. У мага появилось ощущение бегущей по сосудам силы, единства с природой, принятия мира. Элэстер глубоко вздохнул и… отключился.

Постепенно ветер стих. Лишь изредка, пробегая по водной глади озера, он напоминал о себе. В созданной ветром ряби луна многократно отражалась, искрилась и манила за собой любого, кто мог узреть её красоту. В холодном сиянии луны волосы эллидора, сидевшего рядом с Элэстером, блестели и переливались. Камзол Сэлвир снял и накрыл им мага: ночи всё холоднее. Любой способен подхватить простуду. Сэлвир долго смотрел на ярко искрящуюся воду, потом повернулся лицом к тому, кто стоял рядом, и тихо сказал:

— Я сделал, как ты просил. Это поможет?

— Надеюсь, — ответил собеседник.

— Что, если Храм не исправил генную ошибку? — допытывался эллидор.

— Храм не всесилен.

— Значит, он может вскоре умереть? — ожидая ответа, Сэлвир замер.

— Я сделаю всё возможное, чтобы предотвратить это, — тихо сказал собеседник. — Ты беспокоишься о нём, потому что чувствуешь вину?

— Десять лет назад я не мог противостоять здравому рассудку отца. Когда Элэстер скрылся под водой, он внезапно предстал передо мной и просто сказал: «Вскоре здесь появятся хранители, которые уведут мальчика в Тэу. Тебе придется оставить его. Он опора для матери». Не знаю, простит ли Элэстер моё бездействие. Ты прекрасно знаешь, что для нас Тэу — подземный город с великолепным замком Сиэль, а для тёмных магов — это тюрьма, в которой они вынуждены были томиться долгих десять лет.

— Ты не был виновником его несчастий, поэтому, спустя время, он тебя простит.

Небо поменяло цвет: упругую черноту разбавил кобальтовый оттенок. Луна померкла. На востоке несмелые розоватые всполохи обозначили скорый рассвет.

— Иди, я посижу с ним. — Сэлвир, не отрываясь, смотрел на водную гладь.

Тот, кто стоял рядом, видя и чувствуя в словах друга искренность, улыбнулся, а потом растаял в темноте.

— Силу в бою применить — правое это дело, а в мире с силою жить — умом владеть умело. Удачу поймать за хвост — великое это дело, а рядом её удержать — умом владеть умело. Жизнь поставить на кон — глупое это дело, а жизнь другому отдать — сердцем владеть умело. — Сэлвир не мог объяснить, почему именно сейчас вспомнил слова детской песенки, которую напевал старый клоун Джал. Сидя без костюма, но в гриме, он с такой задушевностью затягивал песню, что все артисты перед представлением, любуясь закатом, нехотя задумывались о прожитом и грядущем дне.

На востоке небо тронуло предрассветное марево, потом горизонт полыхнул, и выкатилось яркое светило. Сэлвир поднялся, посмотрел на Элэстера, подхватил камзол, которым прежде укрывал мага, и медленно побрёл вдоль озера. Вскоре его силуэт стал нечётким, а потом и вовсе исчез.

Когда Элэстер очнулся, уже рассвело. В ясном, чистом небе светило солнце. Утро было по-осеннему прохладным, но Элэстер не чувствовал озноба или промозглости. Правда, тело немного затекло, но это дело поправимое. Маг растёр руки и ноги, потом аккуратно встал. «Пока не хватились, надо вернуться домой» — Он побежал в сторону аллеи.

После проверки сила воздуха возросла до двадцатого уровня, но этого было недостаточно для преобразования, воспользоваться восстановившейся силой тьмы при ярком солнце он не мог, а преобразование с помощью земли отняло бы слишком много сил, следовательно, возвращаться домой придётся обычным способом.

Добравшись до Фесса, маг узнал, что первый поезд на Ялос отправляется в семь пятнадцать. Пришлось ждать более получаса. Только зря бежал.

От станции до дома его довёз на машине дядя. Мужчина не любил толпу, поэтому закупки (лекарства и травы) по возможности совершал по утрам. В тот день он искал помещение под магазин сестры. Завидев племянника, Ларго удивился, но ничего не сказал, только кивнул в сторону машины.

— Встречался со старым другом, — коротко объяснил племянник своё появление в городе.

— Я не умею читать нотаций, Элэстер. Скажу одно, будь осторожней. — Ларго строго посмотрел на племянника.

Мотор взревел, и машина поехала в сторону особняка.

Умывшись и переодевшись, Элэстер спустился в столовую. При его появлении Леин отвернулась, Кэрэл слегка улыбнулся, Хэил даже головой не повёл, Айя нахмурилась, словно догадавшись, что с Элэстером произошли некие перемены. Эстер с Кристером спорили о необходимости перестраивать котельную, и на его появление они обратили внимание не сразу. Дядя уже сидел за столом. Он ритмично и неспешно разрезал бекон. Аистель и Сэриэль обсуждали картину Хоиса Тоса «Вечный странник», где художник изобразил ветер в виде озорного весёлого мальчишки, который разогнался и, раскинув руки, спрыгнул вперёд с крутой скалы.

Элэстер долго смотрел на мужчину, сидевшего во главе стола. Продолговатое лицо, зелёные глаза, русые волосы, привычка прищуриваться, когда о чём-то думает, проступающие в углах губ ямочки, мелодичный голос, мягкие интонации — память высвечивала неясные образы. «Кристер — мой отец?» — от напряжения у Элэстера загудело голова. Неужели его память без визуальных подтверждений так ненадежна? Мужчина поймал на себе внимательный взгляд и на всякий случай спросил:

— Всё в порядке?

— Да. Кто-нибудь знает легенду о сёстрах Уитэлл? — чтобы отвлечь внимание от своей персоны, Элэстер перевёл разговор в другое русло и по очереди посмотрел на домочадцев.

Тишина. Хэил опустил уголки губ и пожал плечами, мама, задумавшись, остановила взгляд на одной точке, Кристер насторожился, Леин, не поворачивая головы в сторону Элэстера, покачала головой, Айя сжала губы и уткнулась носом в тарелку, Аистель вскинула подбородок и изобразила глубокую сосредоточенность, профессор, пытаясь отыскать в закоулках памяти нужную информацию, потёр подбородок. Кэрэл отложил столовые приборы.

— Я знаю.

Элэстер перевёл заинтересованный взгляд на мага.

— Это легенда о Хлое и Фло — сёстрах, которые походили друг на друга, как день и ночь.

— Походит на оксюморон, — не смогла удержаться от язвительного комментария Аистель.

— Вы правы, в этой ошибке суть. — Кэрэл сказал это так спокойно, но твёрдо, что женщина смутилась и смолкла. Маг продолжил: — Одна — искренняя, добрая и естественная — казалась лучом дневного светила. Другая — лживая, жестокая и искусственная — лишь напоминала блеклое отражение утренней звезды. Следуя лучшим традициям аристократии, девушек практически одновременно решили выдать замуж. Им подобрали подходящие партии. Женихи достигли неких карьерных высот и имели стабильное финансовое положение. Но, как говориться в поговорке, «что одному мило, другому — гнило». Недовольная выбором родственников, одна из сестёр выдала себя за другую. Маг, на которого подменная невеста направила вероломную игру, пришёл в замешательство. Подлог нервировал и злил. Пока он искал выход из сложившейся ситуации, возлюбленная призналась, что виновна в смерти его матери. Удар судьбы сокрушителен, брак невозможен. Юноша был подавлен и опустошен. Внезапно обманщицу, выдававшую себя за сестру и повлиявшую на смерть матери мага, разоблачали. Всё встало на свои места. Назначили день свадьбы. Но незадолго до церемонии маг узнал, что уже женат и вовсе не на невесте. Осознав ошибку, он отыскал возлюбленную и решил отомстить обманщице. Следуя поговорке «подумав — решайся, а решившись — не думай», он нашел злодейку, но избранница попросила дозволения выяснить отношения с родственницей самой. Пойдя на поводу у возлюбленной, юноша отступил. Так как невеста долго не возвращалась, он почувствовал неладное и поспешил к месту встречи сестёр. Что произошло между этой троицей далее, никто не знает. Однако результат оказался трагичным. Одна сестра погибла, а другая бесследно исчезла. Мага обвинили в их убийстве, но из-за недостатка улик отпустили. Спустя неделю юноша погиб при загадочных обстоятельствах. Это всё, — закончил рассказ Кэрэл.

— Жуткая история. — Эстер внимательно посмотрела на сына, так как ждала объяснений и хотела понять, почему эта история его заинтересовала, но Элэстер впал в глубокую задумчивость и пристального взгляда не замечал. Эстер озвучила вопрос. — Откуда возник интерес к легенде о сёстрах?

— Слышал краем уха — история может повториться. — Элэстер сообразил, что Сэлвир неспроста упомянул эту историю.

— С тёмным магом? — встревожено спросила Эстер.

— С сёстрами, — поправил Элэстер.

— Хочешь сказать, что одна из сестёр убила другую? — Кристер нахмурился.

— Или преступник всё же маг, который вовремя не разобрался в подмене? — усмехнулся Хэил.

— Полагаю, все хороши, — заключила Эстер. — Теперь я припоминаю, подруга рассказывала мне эту историю в детстве. По её словам, убийцей был разъярённый маг.

— Я слышал, что в прошлом наша семья должна была породниться с семейством Уитэллов, — неожиданно заговорил Ларго.

— Ты никогда не говорил об этом! — Эстер удивленно смотрела на брата.

— Не было смысла. — Он поднял стакан и отпил несколько глотков.

— К чему волнения? — тихо спросил профессор. — В нашем окружении, насколько я знаю, сестёр-двойняшек нет.

— Слава силам! — с облегчением выдохнула Эстер. — Нам для полного счастья ещё сестёр не хватает.

В тот день Леин шла в академию в сопровождении на редкость тихой троицы. Элэстер учил что-то и поэтому время от времени заглядывал в книгу. Леин ещё хранила на него обиду, поэтому держалась в стороне. Кэрэл крутил и подбрасывал стеклянную палочку. Сначала он делал это, пользуясь только ловкостью рук, но потом прибегнул к магии. При этом он подмечал всё, что происходило вокруг. Хэил, который вообще болтливостью не отличался, задумался так глубоко, что чуть не ушёл в другую сторону. Кэрэл вовремя поймал его за руку.

Чтобы остаться в одиночестве и насладиться новой дорогой, Леин притормозила, но Кэрэл обернулся и посмотрел на неё так странно, что пришлось идти рядом.

Заметив Милину на крыльце, Леин с облегчением вздохнула и поспешила ей навстречу. Пока Атрио не было рядом, она показала подруге книгу с загадками. Леин опасалась, что если въедливый Атрио узнает о необычной книге, то захочет заполучить её, под благовидным предлогом возьмёт на пару минут, а вернёт лишь тогда, когда изучит от корки до корки. Леин это не устраивало; она первой хотела раскрыть тайну. Подруга скептически пролистала несколько пустых страниц и вернула книгу хозяйке.

— Это магия, о которой я ничего не знаю, — коротко изрекла она, и Леин сообразила, что в поисках отгадок подруга ей не помощник.

Действительно, Милина тут же забыла о книге. Она с живостью рассказала о времени, проведённом у бабушки. Сначала поведала о поездке в соседний город, где купила пальто, потом рассказала о походе за грибами, следом обмолвилась о старом друге, которого при встрече не узнала, — в общем, безумолку говорила обо всём, что произошло за время их отсутствия.

Позднее к ним присоединились Сэил и Атрио. Шея последнего была многократно обмотана тёплым ша́рфом.

— Простудился, — поймав вопросительный взгляд, охриплым голосом пояснил друг.

— Учись у меня. Два дня, и я в норме, — похвастался Сэил. — А ты сколько носом шмыгать будешь?

— У меня голос подсел, а не нос заложило, балбес. — Атрио поправил шарф.

Вскоре раздался звонок, и друзья поспешили на занятия.

На большой перемене Леин отправилась в библиотеку, где в корнях древа познаний отыскала книги, которые, как ей казалось, могли помочь разгадать загадки. На выходе она столкнулась с Кэрэлом, который возвращал в библиотеку довольно увесистый том. «Не удивительно, что он хорошо учится», — подумала она и хотела проскочить мимо, но маг придержал её и обеспокоенно спросил, всё ли в порядке. Леин, заверив его, что дела у неё идут превосходно, высвободилась и побежала к друзьям. Она не знала, что Кэрэл, поразмыслив, поспешил на поиски Элэстера.

Вспоминая это событие позднее, Леин радовалась, что успела выйти на улицу — неизвестно, какой разгром учинила бы в здании.

Приступ преобразования начался так же внезапно, как в прошлый раз. Леин уже подбегала к друзьям, когда почувствовала лёгкий холодок и небольшое покалывание в теле. Она видела, как увеличились глаза подруги, как вскочил с места Сэил, как замер Атрио, но не знала, как менялась сама.

Её волосы побелели, глаза приобрели светло-голубой оттенок, кожа слегка засветилась. Появилось ощущение скорости, невесомости, эйфории. Пришло желание лететь, куда глаза глядят, бежать наперегонки с ветром, заполнить слепящим светом все тёмные уголки мира. Вокруг образовалась серебристая аура, которая с каждой секундой разгоралась. Прячась от слепящего света, друзья щурились и прикрывали глаза руками. Сэил подбежал к Леин, но его с силой отшвырнуло назад. Молодой человек кубарем полетел на землю. От испуга Милина вскрикнула, а Атрио округлил глаза. Не сговариваясь, брат с сестрой поспешили к другу.

Леин осознавала, что подобное проделала не её сила. Она обернулась и увидела Элэстера, который бежал навстречу и что-то кричал, но из-за шума в ушах его не было слышно. Скорее всего маг давал советы, как избежать неприятностей или остановить силу. Изменения следует контролировать, а свет остановить. Но как Леин ни сопротивлялась, пытаясь затормозить процесс проявления световых явлений, она ничего не могла сделать. Сила не подчинялась хозяйке.

Заметив растерянность и испуг новоиспечённого мага, Элэстер вызвал силу тьмы (в его ладонь скользнули струйки чёрного дыма) и опутал ею Леин. Девушка, сама не зная почему, восприняла его действия, как нападение. Подчиняясь внутреннему чутью, она выпустила в ладони силу света и швырнула её во «врага». Студенты-люди, находившиеся поблизости, бросились врассыпную, студенты-маги, не сговариваясь, окружили место ближайшего поражения. Леин видела, как выпущенный шар на огромной скорости полетел в Элэстера, как маг блокировал атаку и как яростно столкнулись силы. Послышался оглушительный треск, затем последовало шипение; соединившаяся масса плевалась искрами, но постепенно ослабла и угасла.

Леин не заметила, как к ней подскочил Элэстер, схватил за руки, заблокировал места магических пор, развернул на сто восемьдесят градусов и прижал к себе. Скрещённые на груди руки ограничивали пространство и не позволяли двигаться. Пыталась вырваться из крепких «объятий», Леин отбрыкивалась, он силы были неравными. Не находя выхода, стихия бушевала внутри: озноб пробирал до костей, в груди бешено колотилось сердце, щипало глаза и жгло кожу. Элэстер понимал, что держать Леин в таком положении опасно. Он выпустил её и, пока она пребывала в замешательстве и не атаковала, образовал вокруг густую теневую завесу. Правой рукой он удерживал силу, а левой «высасывал» силу света из «противника». Свет, встретив сопротивление, ослаб и исчез так же внезапно, как появился. Леин глубоко вдохнула и свалилась без чувств.

Последняя песнь ветра

Леин потянула носом свежий осенний воздух, открыла глаза и осмотрелась. Она лежала в своей комнате на кровати. Вечерний сумрак превратил яркую комнату в серое и унылое пространство. Но, возможно, сумерки были ни при чём. Это плохое настроение заставляло видеть всё в хмурых тонах. Леин поёжилась, слезла с кровати и закрыла балконную дверь. О событиях, произошедших днём, ей напоминали слабость и перебинтованные в месте магических пор руки.

Леин не терпелось извиниться перед Элэстером и расспросить его о том, что случилось с Сэилом. Она торопливо подошла к двери, взялась за ручки, но внезапно замерла. Кто-то пел красивую печальную песню.

Выше, выше летит душа.

Последнюю песнь поёт ей Ветер.

Вернись, я буду тебя ждать.

Сила в наших сердцах.

Заслышав мелодию, Леин вышла на балкон. Дыхание замерло, сердце больно защемило и на глаза навернулись слёзы. Отыскивая глазами источник звука, она свесилась с балкона, но никого не обнаружила. Тогда она перелезла через перила и спрыгнула на землю. Висевшая на шее деталь амулета, ярко переливалась золотом. Порывистый ветер нещадно трепал одежду и волосы, но разбушевавшаяся стихия не имела значения. Сознанием владел красивый юношеский голос.

Внешний мир померк. Ему на смену пришёл иной, прежде неизвестный.

Перед глазами появилась ротонда с шестью колоннами в виде извилистых стволов тонких деревьев. Строение стояло на берегу живописного озера, которое искрилось в лучах заходящего солнца. Дул прохладный ветер. Вокруг могучей листвой шумели дубы. Девушка стояла у одной из колонн, смотрела на воду и тихо плакала. Слёзы текли по щекам, но она их не трогала. К ней подошёл маг и тихо сказал что-то. От нескольких довольно простых слов сердце сжалось. Потом видение померкло. Осталась только песня.

Во тьме живёт частичка света.

Она укажет путь тебе.

Блуждая в мире без просвета

Ты думай только обо мне.

Забудь на время то, что было

И заново начни свой путь.

О том, что сердцу было мило

Ты вспомнишь, если намекнуть.

Выше, выше летит душа.

Последнюю песнь поёт ей Ветер.

Вернись, я буду тебя ждать.

Сила в наших сердцах.

Видение вспыхнуло ярче прежнего.

В нём солнце медленно ползло за горизонт, дубы печально тянули ветки к воде. Ветер играл с листвой: сначала дрожали нижние листочки, потом те, что у макушки, следом на краткий миг всё стихало, а потом повторялось вновь и вновь.

Маг ушёл. Девушка обессиленно упала на колени; чувство вины разрывало ей сердце. Было нестерпимо больно и холодно. Хотелось провалиться сквозь землю, исчезнуть, раствориться во времени и пространстве. Храм Судьбы считал искренние чувства и его каменное основание засветилось. Яркий жгуче-холодный кокон окутал девушку, быстро разросся и полыхнул.

Когда настанет час сомненья

Ты помни только обо мне.

Отбрось и страх, и опасенья

Иди навстречу вечной тьме.

В её бескрайней мгле смятенья

Отыщешь свой начальный путь.

То дар судьбы, то воскрешенье,

То сила предков. Не забудь.

Перед глазами опять возникла ротонда, но теперь там стояли две абсолютно одинаковые девушки. Они ругались, и ссора была бурной. Последовала темнота, и картинка сменилась. На полу ротонды сидел маг. В руках он крепко сжимал безвольное тело одной из девушек и тихо пел ту самую песню, которую сейчас слышала Леин. Веки девушки постепенно закрылись, её тело обмякло. Маг крепко прижал её к себе и горько заплакал.

Выше, выше летит душа.

Последнюю песнь поёт ей Ветер.

Вернись, я буду тебя ждать.

Сила в наших сердцах

Леин очнулась. Она лежала на траве возле пруда. Как она туда попала, навсегда осталось для неё загадкой. Рядом сидел Кэрэл и прощупывал пульс. Увидев, что она очнулась, помог подняться.

— Что ты тут делаешь? — от слабости ноги Леин подгибались. Чтобы устоять на ногах, она опёрлась на Кэрэла.

— Услышал, как кто-то не то плачет, не то стонет, — пояснил он.

— А песню слышал? — спросила она, ощущая, как постепенно возвращаются силы.

Повисла напряжённая тишина. Кэрэл, хмурясь и словно ожидая чего-то, напряжённо смотрел на Леин. Прошла секунда, потом другая…

— Нет, песню не слышал. — Он крепко сжал губы и отвернулся.

Леин чувствовала себя обманутой.

— Ты ведь слышал песню, — настойчиво повторила она.

— Я её пел, — с неохотой сознался Кэрэл.

— Ты?.. — Леин пристально посмотрела на мага. — Что это за песня? Откуда ты её знаешь? — насела она с вопросами.

— Слышал где-то, — пожал плечами маг.

— Кэрэл, как думаешь, легенда о сёстрах — правда? — Леин вспомнила яркие образы.

— Кто знает, — уклончиво ответил тот. — Лучше скажи, откуда у тебя это? — Он коснулся кончиками пальцев еле светящегося лепестка.

Леин повертела амулет и так, и сяк; она впервые видела эту вещь и не помнила, как она к ней попала. Она пожала плечами.

— Тебе затенили сознание? — спросил Кэрэл, проявляя повышенное внимание к происходящему.

— Что значит затенили? — Леин выглядела встревоженно.

— Значит, на время затуманили воспоминания о каком-то моменте жизни.

— Мне на время стерли память?! — возмущению Леин не было предела. — Ты сказал — затенили, значит, подобное может сотворить с человеком любой маг тени?

— Не любой, только высший и только тот, кто непосредственно участвовал в утраченном воспоминании.

— То есть, мне стёр память маг, который дал мне это? — Леин сняла с шеи амулет.

— Или видел, как ты это получила. — Кэрэл взял из рук Леин амулет и надел обратно. — Не снимай его, он обладает огромной силой и защитными свойствами.

Чувства Леин смешались. С одной стороны, её раздражал тот факт, что кто-то посмел стереть её воспоминания. К тому же, она не знала, кто это был, следовательно, не могла озвучить своё недовольство. С другой стороны, она получила мощную защиту и должна испытывать благодарность.

— Ты тоже можешь затенять воспоминания? — Леин внезапно вспомнила, что Кэрэл тоже высший маг тени.

— Хочешь забыть наш разговор? — Кэрэл выжидающе смотрел на неё.

Худшие опасения подтвердились. Леин сделала однозначный вывод: Кэрэл вполне мог быть тем, кто стёр воспоминания.

— Есть возможность противостоять затмению? — решительно спросила она.

— Затенить можно лишь то, что хочешь забыть, — взгляд Кэрэла стал холодным и напряжённым. — Маг, сделавший это, знал, что рано или поздно, а точнее тогда, когда захочешь, ты всё вспомнишь, а значит, сможешь потребовать объяснений. И, если он всё же решился на подобный поступок, значит, был уверен, что риск оправдан.

— Это не дает магам право поступать подобным образом! — Леин хотела понимать того, кто вторгся в её личную жизнь. — Если ты хоть раз посмеешь так сделать… — Её дыхание участилось, брови сдвинулись, кулаки сжались. Леин замахнулась для удара, хотя в глубине души осознавала — Кэрэл ни при чём. — Я…

Кэрэл не дал ей договорить, ловко поймал её руки и притянул к себе. Их глаза встретились. Леин тут же осознала, что выбрала противника не по силам. В мгновение ока поднялся неимоверно сильный ветер, такой, что Леин едва держалась на ногах. Торнадо гудел в ушах, не давая возможности собраться с мыслями. Маг преобразился, его кожа потемнела, как от хорошего загара, в глазах полыхнули огоньки, волосы выпрямились и удлинились.

— Уже посмел, — с вызовом сказал Кэрэл. — Что? Что ты теперь будешь делать?

Чувствуя исходящую от мага мощь, Леин боялась пошевелиться. В вихре тяжело дышалось, так как воздух стал колким и режущим. От воя заложило уши, от стука в висках кружилась голова, от холода задеревенели мышцы. Внезапно всё стихло. Кэрэл вернулся в обычное состояние. Леин попятилась назад, оступилась и полетела в воду, но в пруд она не свалилась. В воздухе её крутануло на сто восемьдесят градусов, и она плавно приземлилась Кэрэлу на руки. Он тут же помог ей встать.

— Угрожать тому, кто тебе не по плечу, как минимум глупо, — спокойно сказал он. — Твои воспоминания вернутся, вот тогда и предъявишь претензии тому, кто их затенил, а сейчас иди в дом. Я ощущаю приближение силы. Вот-вот пойдёт дождь.

Леин подняла голову, густая череда кучевых туч зависла над их головами. Она поспешила к дому. Когда она поднималась по ступенькам крыльца, на макушку упало несколько увесистых капель, а когда спустя пять минут вошла в комнату и прикрыла дверь, начался ливень. Сил на разговор с Элэстером не осталось. Леин повалилась на кровать и тут же уснула.

Маг — не волшебник

Утром Леин узнала, что предварительно на неделю отстранена от занятий. Во-первых, это вопрос здоровья, во-вторых, всеобщей безопасности.

Перед тем, как уйти в палату мэссиров, Кристер рассказал дочери о последствиях её внезапного преобразования. Он заверил, что на территории академии видимых повреждений нет, а Сэилу своевременно оказали помощь.

— Где остальные? — Леин осмотрела пустой вестибюль.

— Разъехались по делам. Но не переживай, одну мы тебя не оставим. Сегодня за тобой присмотрит Кэрэл. — Кристер надел плащ и обнял дочь. — Ты — молодец, отлично держишься.

В особняке было непривычно тихо. Даже Твиды нигде не было видно: наверное, она провожает девочек в школу.

Леин прошла в оранжерею и опустилась на стул. Тишина — вот лучший друг в момент, когда стоит сосредоточиться и подумать. Но внутренние терзания, которые с утра не давали покоя, задали определенную инерцию. Тело требовало движения, поэтому обычный стул казался твёрдым и неудобным, стол слишком высоким, свет в оранжерее навязчивым и ярким. Чтобы достичь безмятежности и насладиться уютом, следует решить проблему, а не прятаться от неё в зарослях. Обуздать силы и научиться распоряжаться ими, — вот главные задачи в настоящий момент. Отмахнуться от трудностей и забыться не получиться.

Леин направилась на чердак и тихонько постучала в дверь. В этот момент в голове крутилось две мысли. Первая, к тому ли магу она отправилась за помощью? Вторая, почему в присутствии Кэрэла она нервничает? После вечернего инцидента у пруда, в сердце поселился страх. Этот маг умён, силён и опасен. Временами его холодный колкий взгляд пробирает до костей.

Слишком долгое ожидание напрягало и служило спусковым механизмом для размножения тревожных мыслей: я помешала, как правильно попросить о помощи, сколько ещё ждать, может, обратиться к Эстер, как совладать с сомнением?

Неожиданно дверь открылась. Леин вошла и с опаской огляделась по сторонам. Мебель на своих местах, в помещении чисто и убрано. На первый взгляд ничто не предвещало бури. Кэрэл сидел на подоконнике и смотрел в окно, но его отрешённый взгляд говорил о том, что пейзаж его не интересует. Чтобы привлечь внимание мага, Леин тихонько кашлянула.

— Зачем пришла? — не меняя положения, спросил тот.

Возникло чувство неловкости: хозяин комнаты отчётливо дал знать, что она незваный гость. Леин не к месту разволновалась. Но она не могла понять, что именно взбудоражило её: вчерашний испуг, холодность мага или её собственное смятение. Она сцепила пальцы в замок и начала сбивчиво:

— Магия… Я… У меня… Мне нужна помощь, — наконец произнесла она твёрдо.

В движениях Кэрэла угадывалась неторопливость с оттенком надменности.

— Ты ошиблась комнатой. Тебе этажом ниже.

— Нет, не ошиблась. — Леин крепко сжала кулаки.

— Почему я должен помогать тебе? — испытующий взгляд пронизывал насквозь.

Леин передернула плечами. Что за ерунда? То он весел и игрив, и озорная улыбка не сходит с его лица, то серьёзен и сдержан, и острые иглы прослеживаются в каждом слове. Но отступать некуда.

— Я хочу освоить магию.

— Умничка Элэстер отказал, и ты пришла ко мне? — губы Кэрэла тронула едва уловимая усмешка.

Сдерживаться, чтобы не сказать что-то ёмкое в ответ, становилось всё трудней. Леин пришла не только потому, что отказал Элэстер, но возразить нечем. Она, действительно, обращалась за помощью и получила отказ.

В ожидании ответа веки Кэрэла сузились до предела. Леин же из-за волнения не могла произнести ни звука. В голове царила вязкая дурманящая пустота.

Внезапно возникло странное чувство, словно в полной тишине трещит заряженный воздух, пространство заволакивают чёрные тучи, отчего перед глазами то и дело темнеет, казалось, пройдёт ещё секунда, другая, и грянет гром такой силы, что мир рухнет в преисподнюю.

— Уходи. — Кэрэл отвернулся. В его голосе прослеживались безразличие и усталость.

К горлу подступил комок, на глаза навернулись слёзы, в висках запульсировало: «Что за ерунда? — Леин чувствовала, как дрожат губы. — Я, как в детстве, не могу совладать с собой. Что за ерунда?».

Она пулей вылетела из комнаты и, не задавая конечной цели пути, помчалась по коридорам особняка. Спуск, поворот, коридор, ещё один поворот, тупик и окно возле её комнаты. Так вот где она очутилась. Куда бы ещё пойти? Леин резко развернулась, сделала несколько стремительных шагов и, усмиряя шумное дыхание, остановилась. Она спрятала лицо в ладонях: «Не понимаю, почему расчувствовалась не к месту? Неужели меня смутил настороженно-выжидающий взгляд Кэрэла? Или это неприкрытое безразличие вызвало столько эмоций?».

Но тут по сосудам, задавив обиду и боль, разошлась злость. Внешний вид девушки преобразился до неузнаваемости. Идеальная осанка расправила и приподняла плечи, ровное дыхание наполнило воздухом грудь, появившаяся из ниоткуда уверенность задрала подбородок, решительность сделала шаги ровными и стремительными. Гнев достиг апогея у двери. Леин жахнула по створке кулаком так, что от боли свело челюсть. В ответ не последовало ни звука.

— Кэрэл, открой! — она буравила взглядом дверь.

В ответ тишина. Леин собрала все силы и хорошенько размахнулась для очередного удара — дверь распахнулась и девушка, не рассчитав силу, неуклюже влетела в комнату.

— Почему я должен помогать тебе? — услышала она прежний вопрос.

— Почему? — неуверенно переспросила Леин упрямого собеседника. — Да просто так! Просто так! — выкрикнула так, что у самой в ушах зазвенело.

— Хорошо, — спокойствию мага не было предела.

— Хорошо?.. — Леин не понимала, как должна реагировать на такую резкую смену настроения.

— Здорово влетела! — Кэрэл рассмеялся; от прежней холодности не осталось и следа.

— Здорово влетела? — собеседница трянхула головой.

— Пойдём. — Кэрэл ловко перекинул ноги через подоконник и вылез на крышу.

Леин осторожно высунулась из окна — прохладный ветер тут же разметал волосы и растрепал одежду. Крепко цепляясь за проём, она аккуратно вылезла наружу и осмотрелась: впереди небольшой спуск и узкий бортик, отделяющий её от опасного края. Леин сделала несколько шагов и остановилась. Идти по крыше оказалось труднее, чем она предполагала: ноги разъезжались на скользских металлических листах, тело, ищущее равновесие, болтало из стороны в сторону, растопыренные руки искали несуществующую опору и, не находя её, напряженно замирали.

Кэрэл легко сбежал по крыше и встал на бортик. Ветер безжалостно трепал его волосы и одежду, но маг, казалось, не замечал этого. Он смело подставил лицо ветру и жадно вдыхал свежий осенний воздух. Чуть погодя он обернулся и, заметив испуг Леин, вернулся и подал ей руку. Та с опаской покосилась на неё, но помощь приняла. Они медленно подошли к бордюру. Кэрэл повернулся спиной к краю. Леин покачнулась; от высоты у неё перехватило дыхание и потемнело перед глазами.

— Есть одно правило, которое должен знать каждый маг, — сквозь завывание ветра слышался голос Кэрэла. — Маг — не волшебник. Один неверный шаг и… — Он дёрнул Леин за руку, и в следующую секунду они уже стремительно летели с крыши. Девушка даже испугаться не успела. Кэрэл привлек её к себе, на лету они замысловато перекувырнулись и приземлились на землю. — …никакая магия не спасёт. — Маг отпустил её и отошёл в сторону. — Если не передумаешь изучать магию — приходи. — Он медленно побрёл обратно.

Какое-то время Леин стояла неподвижно, а потом обессиленно упала на колени. Из глаз полились слёзы; она только сейчас осознала случившееся, и её охватил ужас. Леин ревела в голос, повторяя про себя: «Не хочу быть магом! Не хочу, не хочу. НЕ ХОЧУ!».

Спустя неделю Леин официально разрешили посещать занятия. В академию она пришла темнее тучи. И на то было несколько причин. Первая, она не знала, как себя вести и что говорить друзьям. Вторая, она ни на шаг не приблизилась к овладению магией. Да у неё, собственно говоря, и особого желания осваивать её не возникало: Кэрэл доходчиво объяснил, что магия — не детская забава. Но как быть? Леин становится магом не по своей воле.

Всю предыдущую неделю Леин просидела у себя в комнате, так как боялась, что силы проявят себя, а она не сможет сдержать магических проявлений и невольно навредит кому-нибудь. Чтобы отвлечься от дурных мыслей, она разгадывала загадки, которыми была напичкана недавно добытая книга. Ища ответы, она читала, пока не слипались глаза, исписывала одну за другой тетради, ела мало, никого к себе не подпускала. В комнату к ней входили только Ларго, который осматривал и перебинтовывал поры, и Твида, которая приносила еду. С Элэстером и Кэрэлом Леин разговаривать вообще не хотела. Оба хороши: один не хотел учить вовсе, а другой принялся за дело слишком рьяно.

Но, неделю спустя ей всё же пришлось покинуть надёжное укрытие. Период временного отстранения закончился, и Леин ждала академия. Позавтракав у себя в комнате, она надела форму и быстро, чтобы никто не заметил, выбежала на улицу.

Чтобы случайно не столкнуться с домочадцами, она выбрала самую извилистую дорогу. Путь от старого особняка был лёгким: иди себе по прямой или, сделав небольшой крюк, пройдись по набережной. Леин же намеренно шла зигзагами. Так она чувствовала себя спокойней.

Полчаса спустя Леин пересекла холл, потом прошла в правое крыло и вскоре оказалась напротив нужного кабинета. Она подождала, пока прозвенит звонок, прошмыгнула на своё место, коротко кивнула друзьям и уронила голову на сплетённые руки; так никто не заметит тёмные круги под глазами. На переменах она делала вид, что дремит.

Друзья с расспросами не приставали, так как догадывались, что ей трудно смириться с переменами и внутренними изменениями.

Как только прозвенел последний звонок, Леин сорвалась с места и поспешила в библиотеку — место, где легко спрятаться от посторонних глаз.

«Не надо было вообще приходить!» — думала она, поднимаясь по лестнице на третий ярус. Леин посмотрела на череду читален и выбрала крайнюю справа. Эта комната была самой дальней, и в неё редко кто захаживал. Она смело прошла по узкому проходу, метнулась внутрь и, совершая резкий манёвр, неуклюже зацепила дверь. Та, освобождаясь от преграды, нервно дернулась и захлопнулась.

— Леин, дверь! — услышала она знакомый голос, подняла глаза и тут же увидела Кэрэла, который сидел на подоконнике.

«Только не он!» — мелькнуло в голове. Леин рванула назад, но дверь была заперта. Она вопросительно взглянула на мага, а тот неторопливо сказал:

— Замок неисправен, дверь подпирала щепка. Клотти отпросилась с обеда: у неё какие-то проблемы дома. Обеденный перерыв через пять минут.

Леин несколько раз нервно дёрнула дверную ручку — бесполезно. Она надавила до упора — ничего. Тогда громко позвала:

— Эй, кто-нибудь! — ответа не последовало. — Эй-е-ей! Слышит кто?! — выкрикнула и прислушалась — тишина. Леин гневно свела брови и обернулась. — Почему ты сидишь в неисправной кабинке? Места, что ли, мало? — злилась она на себя, но срывала зло на Кэрэле.

— Кто знал, что здесь тайфун пройдёт. — Кэрэл вытащил из-за уха карандаш и сделал пометки на полях тетради, которую вместе с журналом держал в руках. — Меня всё устраивало.

— Ты маг, — не унималась девушка, — выбей дверь, сломай её, сделай ключ. Сделай что-нибудь! — перспектива остаться с Кэрэлом наедине нервировала.

— Поджечь могу, — заявил маг. — Сгорит библиотека — ты в ответе. Как вариант.

Леин порывисто села на стул, насупилась и отвернулась. Воцарилась тишина, которая длилась бесконечно долго. Кэрэл читал журнал, обложка которого пестрела красками: «Цирк „Лунный свет“ празднует своё столетие. Грандиозное шоу с участием лучших артистов! Небывалый трюк „Шаг в пропасть“ в исполнении воздушного акробата…» Дальше надпись обрывалась.

Леин последовала примеру мага: достала книгу «Эллиандровое дерево», отыскала главу «Магия — это» и стала читать. «Главное правило магии — контроль над силами, которыми обладает носитель эллидорского гена. Маг, не способный справиться с природными возможностями, обречён на провал. Как и любое другое дело, магия требует отдачи, навыков, умения, постоянных тренировок и, конечно же, знаний. Для любого мага необходимо учитывать баланс природного равновесия: используя силу, помнить об отдачи…».

Прошёл час, может, больше.

Постепенно Леин овладело беспокойство: что если их не хватятся, что, если уйдут и запрут в библиотеке до завтра. Из-за повышенной тревожности читать становилось всё трудней, один и тот же абзац просматривался по два, три раза. Леин пыталась перебороть волнение, но тщетно. С каждой минутой оно крепло. В скором времени буквы слились в бессмысленные строчки. Леин захлопнула книгу и потом долго смотрела на окно.

— Что если, как тогда… — задумчиво, ни к кому конкретно не обращаясь, протянула она.

Кэрэл оторвался от журнала, поймал её взгляд и удивленно вскинул брови.

— Судя по опухшим глазам, неделя не прошла даром, а сегодня снова-здорово? Сильна! — Он слез с подоконника, закрыл журнал и сел напротив. — Правила академии читала?

— Хм, — фыркнула девушка, — не знала, что ты приверженец правил! Дай возможность — нарушишь все без исключения.

— Согласен, — довольно улыбнулся маг. — Только, прежде чем нарушать правила, желательно узнать, чем тебе это грозит.

— Чем грозит? — с вызовом спросила Леин и скрестила на груди руки.

— Применять магию, способную нанести повреждения или ущерб, на территории академии воспрещено! — цитировал Кэрэл выпущенный миссис Трэвэрди свод правил об ограничении магических проявлений. — Нарушитель подвергнется наказанию вплоть до отчисления, — строго сказал он. — Дверь, кстати, входит в число академического имущества.

Леин привстала, чтобы дать умнику книжкой по макушке, но, неожиданно почувствовав слабость, пошатнулась и схватилась за край стола.

— Всё в порядке? — обеспокоенно спросил Кэрэл.

— Вот что прикажешь с этим делать? — Леин посмотрела на запястья; бинты намокли, из пор сочилась вода. — Я ничего не понимаю. Скажу больше — дня два назад проснулась в кровати, засыпанная песком и землёй. Как не заорала на весь дом, не знаю.

Леин в красках вспомнила ту ночь, когда проснулась от охватившей её чесотки. Секунды две-три она лежала неподвижно и соображала, что происходит. От постоянного зуда возникло ощущение, что по телу ползают муравьи. В один прыжок она очутилась возле выключателя, нащупала шнурок и изо всех сил дёрнула за него — включился свет. Перед глазами предстала усыпанная землёй и песком постель. В голову пришла мысль, что кто-то пытался её напугать. Оправившись от испуга, она поняла абсурдность подобного предположения и поспешила за помощью к отцу.

Освобождаясь от видения, Леин тряхнула головой, потом посмотрела на Кэрэла и от изумления открыла рот — маг оторвал рукава, смастерил бинты и перевязал Леин запястья.

— Зачем? — не вмешиваясь в его действия, спросила она.

— Твой организм не справляется с изменениями, ему нужна помощь. — Кэрэл поднял глаза, и их взгляды встретились.

«Какой тёплый оттенок у его карих глаз!» — восхитилась Леин.

— Болит что-нибудь? — Маг аккуратно приподнял прядь её волос и осмотрел корни.

— Не болит, — ответила она, но на всякий случай прибавила. — Пока.

Неожиданно она вспомнила о Мэвэрлин Эль’Маир, которая во время праздника сменила цвет волос.

— Кэрэл, маги могут менять цвет волос? Отчего это зависит? Вы ведь с Ларго не напрасно проверяете корни?

— Отвечу по порядку. Могут. Бывает, что цвет волос меняется несколько раз за отведенный век, — подтвердил Кэрэл её догадку. — А зависит пигментация от приоритетной силы.

— Получается, когда я стану магом, мои волосы могут изменить цвет? — возмущенно спросила Леин.

— Да, — последовал короткий ответ.

Кэрэл поднял с пола сумку, достал тетрадь, вырвал лист, раскрыл створку окна и, соорудив птичку, пустил её вниз. Сообразив, каким образом он привлекает внимание к их заточению, Леин последовала его примеру. Скоро на земле образовался «птичий двор», но никто, кроме пленников, этого не видел. Чтобы наблюдать за лужайкой, Кэрэл сел на подоконник, а Леин встала рядом.

Разлинованные «птицы» не долго занимали ум Леин: их неподвижность не провоцировала фантазию, и это не нравилось мечтательной и веселой натуре. Воображение быстро пришло на помощь. Бумажные птицы превратились в настоящих, полетели к горизонту, мысли переключились на качающиеся макушки деревьев, потом на ветер, который их трепал, на траву и вскоре умчались так далеко, что и не сыщешь. Неожиданно в памяти всплыло стремительное падение с крыши. Леин внимательно посмотрела на стоящего рядом мага: как же плохо она его знает. Положение следует исправить.

— Кэрэл, где ты родился?

— Что? — нахмурившись, переспросил тот.

— Где родился? — Леин слегка поджала губы.

— Под Авилем, к востоку от Астэры.

— Вырос там? — допытывалась она.

— Нет. — Кэрэл не торопился рассказывать о себе.

«Как кота за хвост» — подумала Леин, вслух же спросила:

— Вы переехали?

Кэрэл долго смотрел в бездонную высь, потом с неохотой ответил:

— Когда мне исполнилось тринадцать, отец выгнал меня из дома. Так что, да — я переехал. — Он натянуто улыбнулся.

— За что выгнал? — от удивления лицо Леин вытянулось.

— Я был непослушным ребёнком, — глаза собеседника блеснули бронзой.

Леин поняла — он врёт, и натянутая улыбка подтверждала это. В глазах появился ледяной блеск, который подсказывал, что дальнейшие расспросы ни к чему не приведут. Леин продолжила рассуждать про себя: «За какой проступок можно выгнать родного сына из дома? Ещё одна причина, по которой стоит опасаться Кэрэла? Или его отец — жестокий маг, не способный прощать?».

Леин заметила движение слева и перевела взгляд; по парковой тропинке бодро шагала миссис Трэвэрди. Она остановилась у «птичьего двора», внимательно осмотрела его, подняла крылатое создание, повертела в руках, огляделась по сторонам и резко подняла голову. Леин схватила Кэрэла и отпрянула вглубь читальни. Никого не заметив, Трэвэрди Хай поспешила в сторону академии.

— Ты же хочешь, чтобы нас освободили, — язвительно заметил Кэрэл.

— Но не Трэвэрди Хай! Лекции о правилах поведения до скончания века — не по мне, — у Леин от страха расширились глаза. — Сейчас такой шум поднимет, вся академия сбежится.

— Для того и пускали…

— Ты не понимаешь!.. — вспылила Леин. — Это Трэвэрди Хай! Через пять минут вся академия будет знать, что мы вдвоем сидим взаперти. И будь ты хоть святым, она найдет, к чему придраться.

— К чему здесь можно придраться?

Леин упёрла руки в боки, раздула щеки, задрала нос, изображая Главу Триады, и нараспев затараторила.

— Два студента в наглухо закрытой комнате — удар по престижу академии! Теперь студенты начнут думать, что им всё дозволено! Представьте, что начнётся? Они будут запираться, где вздумается, удирать с уроков, нарушать все правила подряд! Начнётся хаос! Что скажут родители?! — Леин выдохлась и остановилась. — Дальше примерно в том же духе. Твой внешний вид довершит картину. — Она потрогала край оторванного рукава.

— Предлагаю прыгнуть, — не раздумывая, сказал Кэрэл.

Леин с сомнением посмотрела вниз и тут же отпрянула.

— Здесь весь пятый, — косясь на окно, простонала она.

— Минут семь назад ты сама предлагала прыгнуть, — напомнил Кэрэл. — К тому же, сегодня будет проще. Во-первых, ты знаешь, что не разобьёшься, во-вторых, есть стимул — избежим неприятностей. Я не сторонник нудных лекций.

— Ты прав. Мы не разобьёмся и избежим неприятностей, но, видишь ли… — Леин мёртвой хваткой вцепилась в спинку стула, закрыла глаза и, усмиряя дыхание, несколько раз вдохнула и выдохнула. — Я не могу сдвинуться с места.

— Тогда… Если Трэвэрди обнаружит в библиотеке только тебя, не учинит скандал. — Маг проворно подвинул стул и встал на подоконник, так как должен был видеть конечную цель перемещения.

— Спятил?! — Леин выпустила спинку стула и порывисто схватила Кэрэла за ногу. — Лучше вместе с тобой сгину, чем останусь наедине с Хай.

— Твой выбор мне льстит. — Кэрэл подал ей руку.

Леин ещё раз выглянула в окно. Пожелтевшая трава и украшавшие её золотые листья с высоты казались мягким ковром, но перспектива стремительного полёта портила впечатление. Она перевела взгляд на дверь, перед глазами возник образ разъярённой миссис Трэвэрди. Леин сдалась.

— Я понимаю, что поступаю опрометчиво, но… — Она согласно кивнула.

Через секунду маг обхватил её и шагнул вперёд. Он не знал, что в это время в комнату влетели раскрасневшаяся от беготни миссис Хай и два студента, выбивших дверь. Увидев учащихся на краю подоконника, Глава Триады до предела раскрыла глаза и заголосила на всю академию.

В скором времени виновники шумихи сидели в кабинете Остэра Сайса. Всё случилось примерно так, как и описывала Леин. Миссис Трэвэрди раздула скандал. В ход пошли и наглухо закрытое помещение, и оторванные рукава, и крепкие объятия, и применение магии способной нанести вред престижу академии — всё, что могла представить впечатлительная миссис Трэвэрди, а на воображение эта дама никогда не жаловалась.

Остэр внимательно выслушал жаркие речи Главы, налил миссис Трэвэрди стакан воды, и, заверив, что всё уладит, проводил в другое крыло, в кабинет. Изнеможённая женщина опустилась в кресло и, обдувая себя, замахала журналом. Остэр незаметно удалился. Вернувшись в кабинет, он устало махнул рукой.

— Нашли мне работу, наказание вам придумывать. Со следующей недели Кэрэл работает в библиотеке, а вы, юная мисс, читаете книгу о магических преобразованиях и сдаёте по ней отчёт. Всё. Идите домой. Я предупрежу мастеров о неисправности двери в библиотеке.

Миссис Трэвэрди не любила тратить время попусту. Маги ясно осознали это как только переступили порог особняка. В холле их ждали встревоженные и обескураженные домочадцы, и только Ларго оставался верен себе. С невозмутимым видом он открыл дверь и впустил магов в дом. Дальше, пребывая в некотором замешательстве, стояла Эстер: казалось, она узнала что-то не вписывающееся в её планы.

— Надеюсь, у вас есть вразумительное объяснение происшедшему? — Она свела изящные брови.

Рядом с матерью, сцепив на груди руки, стоял Элэстер и смотрел не столько на Леин, сколько на Кэрэла.

— Твоя выходка? — спросил прямо.

Из-за дверного проёма, ведущего в сторону гостиной, выглядывали две девочки. Они хихикнули и скрылись за косяком. У основания лестницы, царственно сложив руки, стояла Аистель. Она склонила голову набок и тихо произнесла: «Дети». Хэил сидел на кушетке и задумчиво потирал подбородок. Довершал картину Кристер; он был на редкость сдержан и, казалось, не на шутку встревожен.

— Что произошло между вами в библиотеке? — с беспокойством спросил он.

Леин с Кэрэлом переглянулись и одновременно произнесли:

— Хай!

— Именно, — подтвердил их догадку Кристер. — Миссис Хай недовольна и раздосадована вашим поведением.

Кэрэл хотел что-то сказать, но сдерживался и сжал губы, потом быстро пошел к лестнице, но на его пути встал Элэстер.

— Зачем ты крутишься возле Леин? — слова вырвались прежде, чем Элэстер смог их осмыслить.

— Кручусь возле Леин? — В голосе Кэрэла проскользнули нотки раздражения.

Этот вопрос пришёлся девушке не по вкусу, но задело её не то, как спросил Элэстер (ей было приятно его внимание), а то, как отреагировал Кэрэл.

— Да, снова создаёшь проблемы, привлекая внимание к нашему семейству, — напирал Элэстер. Отступать было глупо и неуместно.

— Не провоцируй меня, — в глазах Кэрэла мелькнул так хорошо знакомый Леин ледяной блеск.

Надо было незамедлительно действовать. Она схватила Кэрэла за руку и потянула назад.

— Ну вот, теперь все имеют представление о способностях миссис Хай, которая в области домыслов и пересудов не имеет себе равных. — Леин наигранно улыбнулась. — Мы просто застряли в читальне и, так как мне было нехорошо и нас никто не искал, решили спрыгнуть вниз. Сама я прыгать не умею, вот и попросила Кэрэла помочь. — Она повернулась к отцу. — Ладно остальные, они ещё не привыкли к выходкам Главы Триады, но ты-то должен знать, что всё сказанное миссис Трэвэрди нужно поделить на десять, а потом ещё на два.

— Ладно домыслы, но прыжок с высоты? Это опасно! — Кристер осуждающе посмотрел на Кэрэла.

— Да-а-а-а, — задумчиво протянул тот. — Слушать, как орёт миссис Хай, было весьма опасно. — Пожалуй, в следующий раз не стоит помогать Леин.

— Помогать стоит всегда, — твёрдо заявил Кристер.

— Несмотря на домыслы? — не унимался Кэрэл. Его взгляд был твёрдым.

Элэстер ринулся вперёд, но Кристер придержал его.

— Несмотря ни на что, — у мужчины хватило и ума, и житейской мудрости, чтобы признать правоту Кэрэла.

— Мы сходимся во мнениях. — Кэрэл слегка кивнул и пошёл к себе.

Затворница

Леин продлила собственный домашний арест ещё на неделю: вчерашняя вылазка показала, что она ещё не готова вернуться в ряды счастливых студентов. К тому же, после скандала, учинённого впечатлительной миссис Трэвэрди, ей было неловко перед друзьями, а пускаться в долгие и нудные объяснения не хотелось. Утомительнее всего оправдываться, когда ни в чём не виноват. Друзья дважды приходили в особняк. Больше всех рвался Сэил, так как хотел расспросить подругу про странные слухи, блуждающие по академии, но Леин, сославшись на слабость и головокружение, отказалась выйти. К счастью, друзья с пониманием отнеслись к добровольному заточению. Сообразительный Атрио объяснил и Сэилу и Милине, что поведение Леин связано с её собственными страхами, а не с переменившимся к ним отношением. Для себя Леин решила, что пока не научиться контролировать силы, с друзьями общаться не будет. Тщетно Эстер и Кристер уговаривали её образумиться. Леин ничего не хотела слушать. Наконец, взрослые сдались.

Трудно предположить, чем бы обернулось это затворничество, если бы не находчивость Кэрэла. В субботу днём он, постучав, вошёл в комнату и, не дожидаясь приглашения, сел в кресло.

— Я никого не звала, — остро отреагировала на вторжение Леин, так как была близка к разгадке одной из магических загадок, и визитёр мешал ей сосредоточиться.

— Как долго ты собираешься сидеть взаперти? — спросил Кэрэл, не обращая внимания на протест.

— Это тебя не касается. — Леин тоже не стала церемониться. — Зачем пожаловал?

— Пришёл заключить пари. — Кэрэл не спеша осматривал комнату.

— В чём суть? — Леин насторожилась.

— Я утверждаю, что завтра к ночи ты выйдешь отсюда сама. — Кэрэл внимательно посмотрел на книгу в руках девушки.

— Без чьей-либо помощи? — уточнила она на всякий случай.

— Абсолютно, — уверил её маг.

— Что взамен? — поинтересовалась Леин.

— Самую малость.

— Вернуться в академию? — предположила Леин. Именно об этом её все просили.

Это заявление развеселило Кэрэла. Он не скрывал улыбку.

— Твоя проблема — твоя забота.

— Что тогда?

Кэрэл, словно не зная, что придумать, пожал плечами.

— Сведи меня с Атрио.

— Хорошо, тогда, если выиграю я…

— Согласен, — ответил Кэрэл.

— Но ты не знаешь, о чём я попрошу, — возмутилась Леин.

Маг пожал плечами, вышел и спустился в столовую — домочадцы собрались там на обед.

Аистель громко жаловалась на недомогание, но так как все привыкли к её капризам и не обращали на неё внимания, она то и дело закатывала глаза и тоскливо вздыхала. Профессор в тот день был на редкость молчалив, он медленно водил вилкой по тарелке и коротко повторял «угу». Айя, которая, наконец, ко всем привыкла, была оживленней обычного. Она быстро и с аппетитом ела, улыбалась и энергично кивала, если Эстер задавала ей вопросы об успеваемости. Кристер ел сосредоточенно и быстро: его что-то тяготило. Поведение Ларго оставалось прежним. Хэил и Элэстер тихо беседовали о скорой сдаче отчета по элтэрэ — магической физике.

— У меня появилось предложение, как вытащить Леин из комнаты и вернуть в ряды студентов. — Кэрэл сел на место.

Кристер и Эстер заинтересованно посмотрели на мага. Элэстер насторожился, ему не нравилось, что Кэрэл быстрее него сообразил, как помочь Леин.

— Предлагаю сутки её не кормить, — продолжил Кэрэл. — Пока она получает всё необходимое, у неё нет смысла покидать свою обитель. Но, как говориться, голод — не тётка.

— Но как это поможет ей избавиться от страхов и вернуться в академию? — недоумевала Эстер. — Она заперлась в комнате, потому что боится магических проявлений и возможных последствий.

— Она мне кое-что пообещала. Это заставит её не просто вернуться в академию, а встретиться с друзьями.

— И что же она пообещала? — заинтересовался Элэстер.

— Боюсь, это касается только меня и Леин, — поддразнил его Кэрэл.

— Если не сработает? — ехидно спросил Элэстер.

— Сутки, — уверенно повторил тот.

Обед Леин принесли скромный: небольшой кусок запеканки и нарезанные свежие овощи. В голове промелькнула мысль, что это неспроста. Скудный ужин в виде салата, поданного на небольшом блюдце, подсказал, что её подозрения и опасения небеспочвенны. Но в общую канву логических умозаключений ещё вкраплялись сомнения. Но после того, как не принесли завтрак, недоумение уступило место твердой уверенности в чьих-то хитросплетениях: Леин сразу сообразила, что без Кэрэла не обошлось. Про себя она решила, что на провокацию не поддастся.

Время шло. Пустой желудок всё чаще напоминал о себе, исполняя длительные серенадных урчания. Леин попробовала сосредоточиться на чтении, но буквы странно себя вели: они то пропадали из виду, словно проваливались в бездну, то сливались в сплошную череду закорючек. Смысл прочитанного терялся.

К ужину казалось, что свести Кэрэла и Атрио — отличная идея. В добавок, и совсем некстати, разыгралось воображение, которое в самых ярких образах рисовало картинки праздничного застолья. Перед взором, как солдаты на параде, маршировали фаршированные помидоры, рулеты под сырным соусом, вареники в малиновом сиропе, рыбные стейки, дранники с грибами, оладьи в сметане, пироги с разнообразными начинками, булочки, то́рты, кексы, пудинги и прочая вкуснятина. Леин жадно глотала обильную слюну, но та, увы, удовольствие и насыщения не давала. Самовольную узницу в комнате удерживало только одно — упрямство. Её раздражало, что неприкрытая хитрость Кэрэла сработала. «С природой спорить глупо, а использовать её законы в своих целях — нечестно», — так она думала, ходя взад-вперед по комнате.

Тщетно домочадцы ждали Леин на ужин. Та не появилась.

Отиль и Дэль пытались тайком пронести затворнице фрукты, но Кэрэл поймал девочек — их план с треском провалился.

— Что ж, будем разрабатывать другой план, — уже сидя в гостиной, заключил Кристер.

— Сутки? — не удержался Элэстер от ехидного замечания.

Кэрэл промолчал, он знал — голод даст о себе знать, и каким бы умным, сдержанным, волевым ты ни был, инстинкт сработает безупречно.

Леин долго ждала, когда все улягутся, чтобы тайком выскользнуть из комнаты и добыть что-нибудь съестное. Когда все звуки в доме стихли, она приоткрыла дверь — никого. Вышла на цыпочках из комнаты и тихо пробралась к лестнице. Ларго на месте не было. Удача на её стороне! Леин прошмыгнула в столовую, подкралась к двери, ведущей в кухню, и тихо приоткрыла её — темно. Она тенью скользнула в проём.

На столе стояли ваза с фруктами и корзинка с булочками. Леин взяла яблоко и булку, налила себе компот. Первый стакан осушила тут же, второй прихватила с собой. Она откусила булку: не могла больше сдерживаться и не заметила, как съела её целиком. Поразмыслив, взяла ещё одну и поспешила к выходу — до завтра протянет. Счастливая и довольная, она влетела к себе и резко остановилась. В комнате, сидя в кресле, её ждал Кэрэл. При её появлении маг радушно улыбнулся.

— Ладно, победил! — сердилась Леин, вытаскивая булку изо рта. — Только я тебя не приглашала. Ты вошёл без разрешения.

— Я стучал, но, увы, никто не ответил, — обеспокоенность Кэрэла была театральной. — Пришлось войти. Вдруг что-то случилось.

— Врун несчастный. — Леин уже смирилась с поражением, но ей хотелось досадить собеседнику.

— Почему несчастный? — Кэрэла задело явно не то слово. Он забрал булку, которую Леин продолжала держать, и предложил. — Может, полноценный ужин, раз признала поражение?

— Твиду будить из-за моих капризов? — Леин понравилась идея с ужином, но тревожить человека совесть не позволяла.

— О, ты умеешь признавать ошибки?! — удивленно воскликнул Кэрэл.

— Умею. — Леин отняла булку и откусила очередной кусок: очень есть хотелось.

— Твиду будить не будем. — Кэрэл взял её за руку, провёл в кухню и достал кастрюлю, в которой осталась одна порция от ужина.

Кухарка, в надежде, что Леин перестанет голодать, каждый день оставляла немного еды. Сегодня это была запеченная с сыром картошка. Кэрэл, используя магическую силу, разогрел еду. Леин впервые видела магию огня. Конфорка загорелась от одного быстрого движения. Вскоре тарелка с ужином стояла перед Леин — её восторгу не было предела.

В воскресенье, окончательно смирившись с поражением, Леин спустилась к завтраку. Увидев её на пороге столовой, домочадцы немало удивились, но виду не подали. Они старались вести себя как обычно и не задавали лишних вопросов. Элэстер полагал, что в отместку за вчерашнее ехидное замечание Кэрэл будет язвить, но тот молчал.

После завтрака на пороге особняка появился незваный гость, точнее, гостья.

— Могу я увидеть Элэстера? — спросила посетительница Ларго мягким и нежным голосом.

Молодые люди, сидевшие в библиотеке, прекрасно её слышали, поэтому Элэстер не стал дожидаться, пока дядя позовёт его и вышел сам. Кэрэл подошёл к двери и осторожно выглянул в щель. Леин вскочила и встала рядом: любопытство не давало покоя.

На пороге стояла девушка с длинными чёрно-красными волосами, причудливо уложенными и украшенными серебряными бусинами и нитями. Карие глаза лукаво смотрели из-под длинных ресниц, а ямочки на щеках подчеркивали прелесть добродушной и нежной улыбки. Образ завершало длинное красное платье с фиолетовыми элементами, обрисовавшее тонкую талию и стройную фигуру хозяйки. Леин сглотнула: «Красавица!»

— Рад тебя видеть, Кристель, — широкая улыбка озарила лицо Элэстера.

— Какие эмоции! — прокомментировал Кэрэл происходящее в вестибюле.

— Дурак! — Леин с силой сжала кулаки. — Меня от такого приветствия перекосило бы: насквозь фальшивая улыбка.

— Согласен, — прозвучал размеренный голос Хэила у самого уха Леин. — Сколько себя помню, Элэстер её не переносил, — Он открыл створку и, прислонившись к косяку, встал, ни от кого не скрываясь. — Зачем пришла? — спросил он гостью.

Леин и Кэрэл, чтобы их не заметили, метнулись за дверь. Резко выпрямившись, Леин ударилась головой о подбородок Кэрэла. У обоих из глаз посыпались искры. Было больно и смешно одновременно. Они тёрли ушибленные места и прикрывали рты, чтобы не рассмеяться в голос.

— Хэил, ты же знаешь, я люблю Элэстера, — непринужденно прозвучал ответ. — Мы давно не виделись, я соскучилась. К тому же, я перевожусь в вашу академию, буду жить у бабушки: мы сможем часто видеться. — Девушка прильнула к магу.

— Смело! — улыбнулся Кэрэл.

— Много ты понимаешь! — опять накинулась на него Леин. — Если кого-то любишь, в этом трудно признаться! — для большей убедительности она выпрямилась, сложила ладони и, посмотрев на мага, вдохновенно произнесла. — Я люблю тебя, Кэрэл.

Кэрэл изменился в лице.

— Жестоко… — тихо произнёс он и, подумав, добавил. — Есть другой вариант: когда скрывать нечего, можно быть откровенным.

Леин побледнела, отошла от двери и с силой плюхнулась на диван. Она скрестила руки, ноги и стала энергично размахивать свободной ступней влево — вправо, влево — вправо. Следующим на место вернулся Хэил. Он раскрыл книгу на прежнем месте и, отыскивая глазами нужную строку, медленно произнес:

— Ты права, ничего интересного.

Кэрэл какое-то время стоял неподвижно, потом он неторопливо побрёл в сторону окна, уселся на подоконник и задумался. В наступившей тишине Леин заметно нервничала. Ей было обидно, что только она не в состоянии справиться с эмоциями.

— Хэил, тебе кто-нибудь нравится? — Леин пыталась заполнить образовавшуюся паузу.

Хэил оторвал взгляд от книги, внимательно посмотрел на неё и спокойно ответил:

— Да.

Ни единый мускул не дрогнул на его лице. Леин всегда поражала его выдержка: говорит о том, кто нравится, и при этом спокоен как каменный истукан. Хоть бы огонёк в глазах блеснул. Ничегошеньки! Леин пошла дальше и спросила с интересом:

— Кто?

— Не твоё дело, — у Хэила даже зрачки не дёрнулись.

— Заняться нечем? — раздражённо спросил Кэрэл, потом открыл окно и выпрыгнул в сад.

Леин не хотела сидеть в гостиной и слушать, как весело смеётся Элэстер, общаясь со своей старой знакомой. Недолго думая, она последовала за Кэрэлом. Догнать мага оказалось не так-то просто. Он вроде никуда не торопился, но шагал быстро. Леин поравнялась с ним только у пруда.

— Ты прав, это глупо, — оправдывала Леин свою несдержанность, — но мне так хотелось его растормошить… У меня часто возникает ощущение, что Хэил вообще ничего не чувствует.

— Сможешь вести себя, как Хэил? — подняв у берега небольшой камень и кинув его скакать вприпрыжку по водной глади, спросил Кэрэл.

— Вести себя, как Хэил? — Леин задумалась. Не так-то просто изображать каменный истукан. У Хэила нет ни эмоций, ни мимики, ни жестов. — До обеда, пожалуй, протяну.

— Неинтересно. — Кэрэл отправил в полёт ещё один камень. — До обеда — академия. Сиди себе за партой, слушай лекции. Не то. Продержись весь день.

— Хорошо. — Леин с трудом осознавала, на что соглашается, но ей было интересно попробовать себя в роли Хэила. — Если мне удастся продержаться сутки, будешь без проверок и оговорок учить меня магии?

— Куда от тебя денешься? — Кэрэл кинул третий камень. Тот бойко проскакал по водной глади и вскоре скрылся в глубинах встревоженной воды.

В чужой шкуре

Вечером, сидя у себя в комнате над книгой с загадками, Леин осознала: чтобы свести Кэрэла и Атрио, ей придётся пойти в академию. Что за напасть! Почему она опять попалась в ловко расставленную ловушку? Леин разозлилась на себя за то, что не заметила подвоха в простой просьбе. Но обещание есть обещание. Его придётся выполнить.

С утра Леин чуть не забыла, что должна перевоплотиться в Хэила, но, завидев мага на лестнице, вовремя спохватилась. Она выпрямилась, опустила руки по швам, подняла подбородок и чуть опустила веки; спокойный ничего не выражающий взгляд — то, что нужно. Представив, как смешно выглядит со стороны, Леин чуть не рассмеялась, но в этот момент появился Кэрэл, и ей стало не до смеха. Маг медленно спускался с чердака и сонно потирал лицо. Леин, вытянувшись в струнку и монотонно отмеряя шаги, спустилась вниз и пошла в сторону оранжереи. Кэрэл догнал её.

— Скажу, выражаясь языком нашего любимого профессора, — на секунду Кэрэл задумался, — в тебе погиб начинающий хранитель. Отменная выправка. Только… — маг поднял вверх указательный палец, — формы не хватает.

В эту минуту гнев переполнял Леин. Придушить заводилу — была самая невинная мысль. Он с ходу умудрился высмеять все недостатки. Леин сжала кулаки и уже хотела ответить в его манере, но вовремя опомнилась. Она пренебрежительно поджала губы и прошла в оранжерею. Кэрэл обогнал её, развернулся на сто восемьдесят градусов и, идя чуть впереди, заметил:

— Сейчас на каменный истукан больше похожа ты. Для Хэила сдержанные движения естественны, для тебя — мука. Твоя скованность бросается в глаза.

— Интересно, сколько бы ты продержался? Полагаю, пять минут максимум, — сухо подметила Леин.

В следующие несколько минут происходило то, что Леин трудно было описать. Внешний вид Кэрэла постепенно преобразился. На его лице незаметно появилась маска легкого безразличия, кончики губ опустились, блеск в глазах померк. Он подошёл к кашпо, в котором висело дивное ампельное растение, и, взяв из тумбы, стоящей внизу, небольшую тряпку, начал методично, аккуратно и старательно протирать листья. Леин поразилась тому, насколько движения Кэрэла походили на движения дотошного Хэила. В это время маг потрогал землю и, нахмурившись, сказал:

— Нехватка питания и влаги налицо. — Кэрэл, хоть и обращался к Леин, но с любовью смотрел на растение. Создавалось ощущение, что он говорит не с девушкой, а скорее с ним. — Кстати, батис скалистый редко встречается в наших краях. Его шестьдесят лет назад случайно завезли с континента.

В это время в дверях появился Хэил. Он с удивлением посмотрел сначала на застывшего возле цветка Кэрэла, потом на Леин, раскрывшую от изумления рот, и строго спросил:

— В столовую не собираетесь? Времени до выхода не так много.

Так как Кэрэл не реагировал, а с любопытством рассматривал растение, Хэил подошёл к нему.

— Дихондра — одно из самых привлекательных ампельных и почвопокровных растений. Благодаря изумрудным или серебристо-зелёным побегам напоминает водопад. — Маг, как прежде Кэрэл, аккуратно потрогал лист.

После этих слов Леин удивленно вскинула брови, но промолчала.

— Отлично вписывается в интерьер. — Кэрэл одобрительно закивал головой,

потом неторопливо обернулся к Леин. — Как думаешь, пять минут истекли?

Охваченная игрой Кэрэла, Леин не заметила, сколько времени прошло. По большому счёту, это было неважно. Она утвердительно кивнула. И внешний вид, и эмоции Кэрэла тут же преобразились.

Хэил недоуменно пожал плечами и вернулся в столовую.

— Никакой это не батис скалистый, — ехидно заметила Леин.

— В растениях я не силен, — согласился Кэрэл. — Но ведь ты мне поверила.

За завтраком Леин переводила взгляд с одного соседа на другого и ела намеренно неторопливо, разрезая лазанью на небольшие кусочки. Её необычное поведение привлекло внимание Эстер.

— Всё в порядке? — тревожно спросила женщина.

Из-за внутреннего конфликта между разумом и чувствами (Леин хотела заверить Эстер, что всё превосходно, но это означало бы, что она не влезла в шкуру Хэила, и, соответственно, проиграла), девушка терялась. Чтобы сообразить, как себя вести и правильно среагировать на ситуацию, требовалось время. Леин отпила глоток свежего яблочного сока и, немного повернув голову, спокойно ответила:

— Для беспокойства нет причин. После перерыва я иду в академию. Мне нужно собраться.

— Какой подход! — брови Кэрэла весело подпрыгнули.

— Тебе не помешало бы хоть иногда быть серьёзным, — со своего места отметил Хэил.

— Разумеется. — Кэрэл чинно сел, скорчил сосредоточенную гримасу, но не выдержал и заразительно рассмеялся.

Когда Кэрэл смеялся, Леин непроизвольно улыбалась, и сейчас ей хотелось вторить ему в голос, но, если она поддастся на провокацию, проиграет. Чтобы сдержаться, она стиснула челюсти, потом посмотрела на Хэила. Тот неторопливо поглощал завтрак и на происходящее не обращал никакого внимания. Собрав волю в кулак, Леин встала и, изображая неторопливую походку мага, покинула столовую. На улице она с облегчением вздохнула: «Если я ещё раз поспорю с Кэрэлом… — Леин попыталась придумать себе наказание, но, как ни странно, это оказалось непросто. — Никогда больше не буду с ним спорить!» — заключила она.

По дороге в академию Леин думала, как вести себя с друзьями, что лучше сказать им и как объяснить своё странное поведение. Общаясь с ними сегодня, она должна будет вести себя, как Хэил. Что из этого получится, Леин не знала.

Ещё одна мысль, которая её тревожила: она не достигла поставленной цели, не научилась контролировать силы. Конечно, она приняла во внимание то, что вернулась в круги студентов не по своему хотению, но это не избавляло от ответственности. Она затеяла игру в Хэйла чтобы заполучить учителя в лице сильного и продвинутого мага, значит назад дороги нет. Во что бы то ни стало в чужую шкуру следует влезть.

Характер и поступки Хэила непонятны и вызывают отторжение. Противоречие дисбалансирует сложившуюся систему восприятия действительности. Привычные и ясные поступки претерпевают изменение и все время сопоставляются и с чужеродным миром, и его интерпретацией. Но смог же Кэрэл перешагнуть порог неприятия инородного житейского опыта, значит сможет и она.

Леин так погрузилась в размышления, что не заметила подбежавшую к ней Милину. Пока подруга весело рассказывала о спектакле, который они всей семьёй смотрели прошлым вечером, Леин осознала, что именно так отреагировал бы на появление знакомого Хэил, если бы о чем-то думал. Вот оно нужное чувство лёгкого отстранения от реальности так присущее магу.

— С тобой всё в порядке? — Милина с беспокойством осматривала подругу. — Почему не приходила? Почему не пустила нас к себе? Боялась, что снова не сможешь контролировать силы? Как ты себя сейчас чувствуешь? Ты стала магом? Теперь тебе придется посещать и магические предметы?

— Думаю, придётся. — Леин понимала, что изменения в её расписании неизбежны и они, увы, скажутся на времени, проведённом с друзьями.

— Не вздыхай так тяжко, — к ним подошёл Атрио. — Новые знания помогут тебе овладеть магией. Насколько я понимаю, это непросто.

Леин вздохнула. Когда дело касалось обучения, брат Милины безжалостен.

— Надеюсь, ты понимаешь, что тогда ни в чём не провинилась? — Сэил усадил Леин на лавочку. Слухи об их с Кэрэлом «провинности» молодой человек благоразумно решил не обсуждать. — Элэстер всё нам объяснил.

— Что он сказал? — Леин было интересно, как истолковали друзьям её поведение и последующее за ним преобразование.

— Он был вынужден откинуть меня. — Сэил запнулся. — Сказал — подходить к тебе в тот момент было опасно.

— Да, в здравомыслии ему не откажешь, — подтвердила Леин. — Извини, я была причиной твоих неприятностей.

— Перестань себя винить. — Сэил испытывал неловкость из-за того, что перед ним извинялась девушка. Чтобы переключить внимание со своей персоны, он обратился к друзьям. — Скоро звонок дадут, пойдёмте в корпус.

По дороге Леин вкратце рассказала, что прежде чем стать полноценным магом, ей придётся пройти обучение практической магии, которая, как правдиво заметил Атрио, весьма сложна в применении.

В это время в библиотеке особняка шёл оживленный спор. Эстер была не на шутку встревожена и от того эмоциональна. Она, в силу привычки, ходила взад-вперёд по гостиной и настойчиво защищала свою позицию.

— Мы не можем отправлять детей, — подчеркнула она последнее слово, — в столь опасное путешествие!

— За нами ведётся постоянная слежка. — Кристер настаивал на своём. — Как только мы проявим инициативу — провал обеспечен. Ты не хуже меня знаешь, что и в нашем доме есть тот, кто передает информацию Итэру. Поездка детей в Астэру или к океану не будет рассматриваться, как нечто опасное, и, как ты правильно заметила, детей вряд ли в чём-то заподозрят.

— Всё же, поручать им подобное — слишком рискованно! — возразила Эстер. — Мы сами толком не знаем, где находятся эти замки. Поиски Сэриэля дали приблизительные координаты, но точных данных у нас нет.

— Рано или поздно профессор, не будь он Сэриэлем Гэстом, добудет сведения о замках. Думаешь, зная где находятся части амулета, Элэстер усидит на месте? Нет. Он первым рванёт на их поиски. А зная твою позицию — удерёт тайком. Вот это гораздо хуже предлагаемого мной варианта. Дать им максимальное количество полезной информации, которая сориентирует их на месте, — вот наша главная задача. Эта троица довольно сильна, ты не хуже меня знаешь об этом. Мы пошлём их на разведку. В этом нет ничего смертельного. Зная, где они, и чем заняты, мы сможем помочь.

— Ладно, Эссил, с трудом допускаю Адамар, но Воэлин сам по себе опасен! Что таится в его глубинах? Ты знаешь, о каком испытании душ идёт речь в легендах? Я даже предположить боюсь! — активно жестикулируя, Эстер быстро прошлась по комнате.

— Эстер, — голос Кристера окрасила непривычная резкость. — Я — человек! Проникнуть в любое из этих мест для меня просто невозможно! — следующую фразу он произнес с неохотой. — Я попрошу кое-кого присмотреть за ними.

Эстер сомневалась, но видя решительность мужа, потихоньку сдавала позиции. Так как открыто признавать правоту Кристера она не хотела, то сменила тему разговора.

— Когда мы скажем Элэстеру, кто его отец?

— Я думал, это будет просто. — Кристер устало провёл рукой по лбу. — Но каждый раз, когда решимость одолевает меня и слова вот-вот готовы сорваться с языка, внезапно теряюсь. Мы не виделись столько лет… Не знаю, чего боюсь больше, его реакции или своей. Он привык относиться ко мне, как к постороннему человеку, решившему жениться на его матери. Я полагал, что когда появлюсь в Тэу, он узнает меня.

— Дорогой, ты же знаешь, он не узнал тебя не потому, что забыл. — Эстер села рядом с мужем и положила руку ему на плечо. — Ты же понимаешь, что вечно так продолжаться не может.

— Не представляешь, как я с тобой согласен. — Кристер откинулся на спинку дивана. — Но, если я открою правду Элэстеру, буду вынужден раскрыть её и Леин.

— Будем молчать вечно? — поинтересовалась Эстер. Она понимала, что правда причинит Леин боль, но иного выхода из сложившейся ситуации не видела. — Если они узнают правду от посторонних, проблем не оберемся. Это может подорвать наши доверительные отношения.

— Леин без того тяжело. Что будет, если раскрыть ей истину? Вспомни, как болезненно она реагировала на первые перемены.

— Суровая истина лучше красивой лжи. Ты… — Эстер поправилась. — Мы — её семья, в трудную минуту будет рядом.

— Дай мне ещё немного времени, — попросил Кристер и слегка сжал руку жены.

— Не затягивай, — посоветовала Эстер. — Чем позже ты им всё расскажешь, тем хуже они это воспримут.

Понимая, что жена права, Кристер тяжело вздохнул.

Занятие по химии Леин слушала вполуха. Во-первых, этот предмет она не любила, во-вторых, ей надо было придумать, как свести Кэрэла и Атрио. Молодой человек мага на дух не переносил, считал его заносчивым и гордым типом. Когда Кэрэл появлялся на горизонте, Атрио хмурился, плотно сжимал губы и отворачивался, а при первой же возможности просто уходил. Наблюдая за этими двумя, Леин все чаще замечала в них схожие черты. Оба добиваются поставленной цели, оба упрямы и несговорчивы, оба осторожны в выборе друзей. Даже странно, что при схожести характеров они сторонятся друг друга. Камнем преткновения, по всей видимости, была неудачная первая встреча. Если бы знакомство сложилось иным образом, они могли бы стать отличными друзьями. Честность и справедливость в приоритете у обоих. Леин решила сыграть именно на этих качествах характера.

На большой перемене, Леин отравилась искать Кэрэла. Одногруппники рассказали, что он часто общается с Остэром Сайсом. Девушка подошла к кабинету и тихо постучала. Дверь сразу открылась. Кэрэл и правда находился в там. Более того, обсуждая книгу, которая лежала на столе, собеседники весело смеялись. Завидев Леин на пороге, Глава Триады перевёл не неё заинтересованный взгляд.

— Что привело вас ко мне, Мисс Лэрой? — Остэр, как всегда, был доброжелателен.

— Простите, в этот раз я пришла не к вам, а к нему. — Леин кивнула в сторону Кэрэла. Она должна выполнить обещание как можно скорее. Так над ней не будет висеть груз ответственности.

— Обидно, но ничего не поделаешь, — отозвался Остэр. — Вы вовремя, мы уже закончили. Кстати, мисс Лэрой, вы на днях должны зайти ко мне. Нам необходимо обсудить ваше новое расписание: в виду последних событий (Леин сообразила, что он намекал на изменение её статуса), оно претерпело некоторые изменения.

— Я полагала, что моим куратором станет Глава правления светлых магов — Мэвэрлин Эль’Маир. Ведь на данный момент приоритетная сила мной не выбрана, а учитывая, что о себе дали знать светлые силы… — Леин на всякий случай перечислила их. — Воздух, свет, вода и земля. — Не значит ли это, что они будут основными?

— Вас не устраивает моя кандидатура на роль куратора? — Остэр Сайс изобразил обиду.

— Ваша кандидатура устраивает меня целиком и полностью, — выпалила Леин, — просто я… — она надеялась, что, если будет учиться на отделении Мэвэрлин Эль’Маир, им удастся поговорить.

— Вот и отлично! — Остэр убрал книгу в шкаф и вернулся на место. — Если вы, как маг, впоследствии сделаете иной выбор, мы всё переиграем.

У Лени создалось впечатление, что от неё скрывают значимые детали. Словно Остэр уже сейчас знает, какую силу она в дальнейшем выберет.

— Когда лучше зайти к вам? — Леин не видела смысла спорить.

— Через две недели, в пятницу, — уточнил Остэр и добавил. — Чтобы новый месяц открыл новые перспективы.

— Ты продвинулась в понимании Хэила? — спросил Кэрэл, как только они вышли из кабинета.

— Стараюсь, — чтобы не спровоцировать себя во время разговора, коротко ответила Леин: ведь Хэил на все вопросы отвечал лаконично.

— Результат пока средний, — оценил Кэрэл её старания, и с ним трудно было не согласиться.

Когда они подошли к Атрио и Кэрэл сообразил, зачем Леин привела его в библиотеку, он дал задний ход, но было поздно.

— Ты же сам просил свести вас! — напомнила Леин.

— Просил, — согласился Кэрэл, — но я не говорил, что буду помогать тебе в этом. Твой ход слишком очевиден.

— В простоте есть нечто великое, — с умным видом изрекла Леин. — Зачем мудрить, если решение лежит на поверхности? Атрио, — окликнула она копающегося в корнях древа познаний друга, — Кэрэл хотел извиниться за прошлый конфликт. Выслушай его, пожалуйста.

Кэрэл весело улыбнулся, а Атрио нахмурился. Леин не стала смущать их своим присутствием и быстро удалилась. Разговор без лишних свидетелей всегда более плодотворен и результативен.

— Пожалуй, при нашей первой встрече я был немного груб. — Кэрэл не то чтобы извинялся, скорее, констатировал свершившийся факт.

— Пожалуй, и я радушием не отличился. — Атрио умел признавать ошибки и ценил это качество в других.

— Если тебе нужна помощь работника библиотеки — всегда рад.

— Твоя наблюдательность кстати. Я ищу книгу по обработке камня методом магического воздействия.

— Это недавнее поступление, как многие книги по магии. Ты не найдешь работу Аджа Коэ здесь. — Кэрэл обвёл зал рукой. — Но, так как ты выбрал верного спутника в данной местности… — Он улыбнулся, кивнул, указывая направление, и быстро пошёл вдоль стеллажей. Атрио последовал за ним. Их разговор был далек от дружеского (чрезмерная вежливость была тому доказательством), но стена безмолвия пала.

Леин максимально приблизилась к пониманию Хэила тогда, когда была на взводе, но проявить эмоции не смогла — ситуация не позволила. Разобраться во всём ей невольно помогла Аистель. Как только девушка преступила порог дома, своенравная дама заявила, что ей для красок необходимы некоторые ингредиенты. Пойти в магазин, по непонятным причинам, должна была именно Леин.

На улице шёл сильный дождь. Леин не прельщала перспектива вымокнуть насквозь из-за чьего-то каприза, но жаловаться она не хотела. К тому же понимала — Хэил Аистель не отказал бы. Она вздохнула, сняла с вешалки в вестибюле плащ, надела его, стиснула зубы, ручку зонта и, нехотя переступила порог особняка.

Большой зонт от разбушевавшейся стихии Леин не уберег: на подходах к центру она порядком вымокла. Юбка потяжелела и мешала свободно двигаться, ботинки хлюпали в такт шагов, руки заледенели и плохо слушались, от злости на глаза наворачивались слезы, но, несмотря на непогоду, Леин упорно двигалась вперёд.

Ливень усилился, небо почернело, по́днялся мощный ветер. Он нещадно трепал ветви деревьев, срывал последние листья и расшвыривал их по белу свету. Всё живое попряталось: птицы, звери, люди, маги.

Леин встретила только пекаря, прикрывавшего ставни магазина. Мужчина, заметив её, посоветовал немедленно вернуться домой. По его словам, вот-вот должна была начаться буря. Леин нутром чувствовала — пекарь прав. Это странное ощущение единения с природой пугало.

Леин поспешила обратно. Всю дорогу она предвкушала встречу с Аистель и надеялась увидеть на её лице искреннее раскаяние. Не тут-то было! Узнав, что девушка вернулась ни с чем, Аистель вздёрнула подбородок, громко хмыкнула и, скорчив кислую мину, пошла к себе.

Леин трясло от негодования. Она хотела остановить сумасбродку и высказать ей всё, но что скажешь тому, кто подвластен капризам и глух к доводам рассудка.

Тут ей на глаза попался Хэил. В этот момент Леин осознала: маг, как все, испытывает эмоции, но сдерживает их. Леин по натуре вспыльчива, Хэил — сдержан. Вот и весь секрет его «безразличия»!

После того, как обсохла, согрелась и в одиночестве поужинала (к моменту возвращения в особняк домочадцы разошлись по комнатам), Леин поднялась на чердак.

— Ты доходчиво объяснил, что Хэил не каменный истукан, — честно признала правоту мага Леин. — В следующий раз, прежде чем обидеть кого-то словом, я подумаю трижды.

— Был бы весьма признателен, — отозвался Кэрэл.

Леин прикусила губу, она вспомнила, что помимо Хэила, в тот раз неискренним признанием в любви обидела и Кэрэла.

— Ты поможешь мне освоить магию? — Леин осознала, что в данный момент Кэрэлу неровня. Это больно задело и ударило по самолюбию. Во что бы то ни стало, она преодолеет расстояние между ними.

— Помогу, — сказал Кэрэл. — Твоя целеустремлённость приятно поражает.

— Я стану отличным магом, — уверенно заявила Леин и, гордо задрав нос, вышла из комнаты.

— Я буду ждать, — тихо сказал Кэрэл и перевёл взгляд на завесу дождя.

Обучение

Становилось всё прохладней. По утрам и вечерам воздух наполняла морозная свежесть. Стаи птиц дружной чередой тянулись к югу. Всё чаще ныл серый дождь. Он, то слабо морося, то неистово колотя по крышам, искусно смывал остатки лета. Но, несмотря на непогоду, поначалу тренировки по освоению практической магии проходили на улице, на полянке возле пруда.

В первый день Кэрэл принес с собой два небольших обруча. Тщетно Леин пыталась соотнести эти предметы с магией и её применением. Маг жонглировал хула-хупами так умело, словно обучался этому специально: то перебрасывал из руки в руку, то переворачивал из стороны в сторону, то ловко раскручивал и умело останавливал. Обручи, образовывая красивые узоры, переплетались и резво резали воздух — «вух-вух-вух». Одним точным движением Кэрэл остановил их замысловатый полёт.

— Первый урок. Научись управлять ими. — Он протянул оборудование Леин.

— Зачем? — та искоса поглядела на хула-хупы.

— Силу в руках держала? — спросил маг.

Леин отрицательно покачала головой. Она пробовала выпускать силу в ладонь, но, боясь натворить бед, идти дальше не решалась. Кэрэл по очереди воспроизводил силы и параллельно говорил:

— Воздух приятно будоражит. — Маг аккуратно передал струю Леин.

Стихия, еле касаясь ладони, нежно щекотала её. Леин обрадовалась чувству единства и естества. Прохлада увлекала и успокаивала. Сила, ощутив доброжелательный настрой, прибавила статус. Это был некий немой договор, который гласил: «Твоя доброта придает мне сил». Глаза не могли уловить это изменение, но Леин ощущала возросшую силу нутром.

Левой рукой Кэрэл забрал силу, сделал собирательное движение, и воздух исчез.

— Вода прохладна и свежа. В ней есть некая упругость и в тоже время мягкость, — продолжал урок маг.

Леин предусмотрительно подставила правую ладонь. Вода была тяжелее и обладала упругой консистенцией.

— Тьма — холодный чёрный дым.

Леин по привычке протянула ладонь, но Кэрэл отрицательно покачал головой.

— Брать неподвластную тебе силу опасно, но ты можешь прикоснуться к ней. — Он протянул вперёд руку.

Леин дотронулась до дымки. Тьма, ощущая тепло, подалась навстречу. Дым прошёл сквозь пальцы и растаял в пространстве. Кэрэл убрал чёрную завесу и воспроизвел другую силу.

— Земля. Её восприятие зависит от составляющих: от твёрдых глиняных комков, до тёплого песочка.

Леин приготовилась принять силу: магией земли она обладала, но Кэрэл в очередной раз покачал головой.

— Воспроизведи сама, — сказал он.

Леин, в точности повторяя движения мага, повернула запястье и подумала о земле. Тёплые песчинки скользнули в ладонь.

— Теперь высвободи силу, — на своём примере Кэрэл показал, что нужно делать.

Леин слегка напрягла ладонь и порывистым движением направила её вперёд. Это походило на бросок. Песчинки поспешно легли на землю.

— Как думаешь, каков огонь? — тем временем Кэрэл воспроизвёл пламенный язычок и вопросительно посмотрел на ученицу.

— Горячий, полагаю, — Леин уже не протягивала руку, так как знала, что, не обладая силой, не может её взять.

— Теперь подключи своё богатое воображение и представь, что обручи горят… — Кэрэл протянул ученице хула-хупы.

— Я получу ожоги. — Леин инстинктивно спрятала руки за спину.

— В лучшем случае, только ты. — Кэрэл жестом показал, что она может приступить к тренировке.

Леин раскрутила обручи. Металл больно ударил по запястьям и неприятно сжал поры. К тому же, в местах, где хула-хупы соприкасались с руками, образовались красные следы. Заметив это, Леин остановила вращение. Обручи слетели с рук и раскатились.

— Зачем ты испачкал их краской? — раздражённо спросила она, сообразив, что лёгкой стиркой не отделаться. — Когда используешь силу, она с руками не соприкасается.

— Сейчас ты могла ранить тех, кто стоял рядом, — в голосе Кэрэла появились холодные нотки. — Твоя сила разлетелась в разные стороны, а ты даже не попыталась проконтролировать её. — Он поднял обручи и подал их девушке. — Раскрути и останови так, чтобы они остались в руках.

— Зачем?

— Почему обручи слетели? — поинтересовался Кэрэл.

— Потому что я их выпустила, — свободной рукой Леин изобразила полёт.

— Они слетели, потому что продолжили двигаться по инерции, — поправил Кэрэл. — Сила, если её не остановить, тоже продолжит двигаться, а выпущенную магию необходимо контролировать. Ты должна научиться удерживать силу, а для начала — хула-хупы.

Леин понимающе кивнула и с энтузиазмом взялась за работу. С десятой попытки ей удалось удержать обручи, но останавливаясь, они, больно скользнули по предплечьям.

— Ещё раз, — настойчиво повторил Кэрэл.

Весь оставшийся вечер, до наступления темноты, Леин крутила хула-хупы. Сначала попеременно, потом вместе. Честно признаться, их движения трудно было синхронизировать.

Пока занималась, Леин думала, почему Кэрэл выбрал обручи для начального этапа обучения. Этот маг никогда не действовал бездумно, полагаясь на сиюминутные эмоции, значит он преследует конкретную цель. Чтобы понять мотивы учителя, Леин припомнила уроки физической культуры. Но память подсказок не дала. Тогда пришлось обратиться за помощью к логике.

Хула-хуп прост в применении и для неподготовленного к тяжёлой нагрузке организму подходит как нельзя кстати. Движение улучшает кровообращение и координацию, подготавливает мышцы к нагрузке, улучшает реакцию. Чтобы манипулировать предметом согласно указаниям, нужна хорошая память, концентрация наблюдательность и внимание. Простой предмет перестал казаться ненужным элементом. Но физические нагрузки вряд ли помогут освоить магию. Эта мысль тревожила.

Под конец тренировки, Леин работала с хула-хупами разного диаметра. Из-за разной силы вращения, крутить их на одной руке было неимоверно трудно. С каждым разом справляться с задачей получалось всё хуже и хуже. Обручи слетали с рук, и вместо того, чтобы улучшать навыки, Леин бегала за ними по поляне. Вместо удовлетворения от проделанной работы на первый план выступало раздражение.

Внезапно навалилась усталость. Руки стали вялыми и тяжёлыми, словно к ним привязали кирпичи. Перепачканные краской руки, ноги, лицо и волосы нервировали. Одежда казалась неуютной и неудобной. В голове назойливо крутилась только одна мысль: прекратить мучения. Единственное, что заставляло двигаться вперёд, — врождённое упрямство.

Когда тренировка, наконец, окончилась, Леин доползла до комнаты, приняла ванну и рухнула в кровать. Казалось, что хула-хупы будут сниться ей в кошмарах. Но больше всего пугало осознание того, что это только первая тренировка! Что же будет дальше?

Дальше последовала детская игра «вышибалы».

Кэрэл позвал на помощь Хэила, и они гоняли Леин по поляне больше часа. Неумело уклоняясь от мячей, она всё время останавливалась, чтобы отдышаться, в надежде, что Кэрэл с Хэилом обратят внимание на её усталость, сжалятся и сбавят темп, но те, как по сговору, только увеличивали его.

— Она хорошо контролирует пространство, но неуклюже двигается, — сказал Хэил, когда Леин, стоя в стороне, в очередной раз восстанавливала дыхание.

— Ей не хватает физической подготовки и выносливости, — согласился Кэрэл.

— Сами бы попробовали, — предложила Леин.

— Почему нет? — Хэил пожал плечами и неторопливо вышел на середину поляны. — Только кидай живей.

Как следует прицелившись, Леин бросила мяч в Хэила. Маг, проследив траекторию полёта, даже с места не тронулся. Кэрэл, резво отскочив в сторону, поймал ушедший далеко вправо мяч. Хэил скрестил на груди руки, укоризненно покачал головой и, оглядывая себя, задумчиво проговорил:

— Никогда не думал, что я такой неприметный. Кэрэл, по-моему, нам следует позвать Элэстера. Иначе, неподвижно стоя тут, я замёрзну. — Он посмотрел себе под ноги.

— Не расстраивайся, сейчас моя подача. — Кэрэл весело подмигнул магу.

Сделав пару обманных движений и заставив Хэила непроизвольно дёрнуться, Кэрэл бросил мяч. Хэил умело увернулся, но его всё равно задело. Леин, угадав направление резвого прыгуна, ловко поймала его: «Хоть тут справилась». Хэил, сообразив, что Кэрэл кидал мяч с расчётом на его движения вправо, удивлённо поднял брови.

— Как ты узнал, что я уйду именно в ту сторону? — поражённо спросил он.

— Положение ступней. Ты просто-напросто не мог уйти влево. По крайней мере, так тебе бы понадобилось сделать лишнее движение, а у тебя на это не было времени, — честно признался Кэрэл.

— Я тебя недооценил, — хмыкнул Хэил и поменялся с Кэрэлом местами.

Пришла очередь Леин подавать. Кэрэл, повернувшись к ней лицом, стоял абсолютно спокойно. «Интересно, причём здесь ступни? — Леин посмотрела на его ноги. — А-а-а-а! — Она тряхнула головой. — Мне в любом случае за ними не угнаться!». Размахнувшись, она бросила мяч. Вместо того, чтобы уклониться, Кэрэл ловко поймал его и перебросил Хэилу.

— Леин, позови-ка Элэстера, — попросил Хэил и пристально посмотрел на Кэрэла.

Тот одобрительно кивнул, и Леин поспешила в особняк.

— Не думал, что я такой неприметный, — пошутил Кэрэл, когда она скрылась из виду.

— Да, нет, весьма приметный, — скептически отозвался Хэил, подбрасывая и ловя мяч. — Но у тебя хорошая спортивная подготовка и, с замедленной реакцией Леин, мне тебя не одолеть.

Присев на старую скамью, Леин с азартом наблюдала за тем, как вечно непоседливая троица играла в «вышибалы». Мяч так быстро перемещался от одного игрока к другому, что она едва успевала за ним следить. Кэрэл сопротивлялся натиску довольно долго, но, наконец, после умелой подачи Хэила, Элэстеру удалось вывести его из игры. Элэстер с Кэрэлом тут же поменялись местами. Пока они резвились, Леин поняла, почему Кэрэл заставил её играть в эту, с первого взгляда, детскую игру. Она учила и верно направлять мяч, и рассчитывать силу удара, и на глаз определять расстояние до «противника», и умело уворачиваться. «Сколько в одной игре полезностей», — подумала Леин и, заметив, как Хэил вышиб Элэстера, улыбнулась.

— Что скажешь? — Хэил подошёл к ней. — Следует ли магам так глупо проводить время?

— Определённо. — Леин умела признавать поражение.

— Тогда, подмени меня. — Маг кивнул в сторону поляны. — С непривычки я выдохся.

— Только, пока я не привыкну, кидайте мяч не в полную силу, — вставая между Кэрэл и Элэстером, попросила Леин.

Через час интенсивной игры реакция Леин значительно улучшилась. Она стала улавливать направление мяча, и у неё временами выходило уворачиваться.

В тот вечер все четверо ужинали с большим аппетитом. Леин, поглядывая то на Хэила, то на Элэстера, то на Кэрэла, думала, что когда-нибудь хотела бы приблизиться к подобной ловкости.

С каждым днём тренировки усложнялись, к уже знакомым заданиям прибавлялись новые. Так, увидев на очередном занятии гантели, Леин вопросительно вскинула брови. Она не в драках собралась участвовать, а магию осваивать. Когда она неосмотрительно заикнулась об этом, получила довольно ясный ответ. Кэрэл воспроизвёл земляной ком и бросил его ученице. Леин не смогла удержать подачу: ком оказался неимоверно тяжёлым. Она неуклюже отлетела на несколько метров и под натиском силы повалилась на траву. Единственное, что удалось сделать — отшвырнуть ком в сторону.

— У магических проявлений есть своя сила, ей необходимо оказывать сопротивление. — Кэрэл подал Леин руку. — Иначе при контакте тебя будет бросать из стороны в сторону. Чтобы этого не происходило, мышцы стоит укрепить.

— Но я же не собираюсь изо дня в день тумбами кидаться, — умело возразила та.

Кэрэл воспроизвёл очередной ком и направил его в сторону девушки. Та точно так же отлетела и упала.

— Какого уровня была направленная на тебя сила? — Кэрэл снова подал ей руку.

— Не знаю! — Леин поднялась самостоятельно. — Семнадцатого? — предположила она наугад. Кэрэл отрицательно покачал головой. Леин уже спокойнее внесла другое предположение. — Двенадцатого? — по виду Кэрэла она поняла, что опять промахнулась. — Девятого?..

— Седьмого, — уточнил Кэрэл. — Но ты и с ней не справилась.

Чтобы наглядно продемонстрировать разницу, Кэрэл воспроизвёл силу семнадцатого уровня. Земля под ногами задрожала. В руке мага появились «ленты», состоящие из земли и песка. Размахнувшись, как хлыстом, Кэрэл выпустил силу. Та с грозным треском вошла в почву. В том месте, куда пришёлся удар, осталась огромная трещина. Леин отшатнулась.

— Ты — будущий обладатель высшей магии. — Кэрэл присел и положил руки по повреждённую поверхность. — Если не научишься контролировать силу, она будет контролировать тебя. — Он встал.

В том месте, где только что была трещина, виднелся лишь земляной след. Создавалось ощущение, словно по траве провели ботинком.

— Кэрэл, какую силу воздуха ты использовал, когда пел песню? — Леин вспомнила, как у пруда маг воспроизвёл небольшой торнадо.

— Четырнадцатого, — подумав, сказал он.

— Что же из себя представляет сила воздуха двадцать первого уровня? — округлив от испуга глаза, спросила Леин.

— Смерч или сметающий всё живое ураган.

— Получается, маги редко используют силы высшего уровня? — Леин нахмурилась.

— Весьма редко, — согласился Кэрэл. — Представь, сколько физической силы необходимо, чтобы справиться с подобным природным натиском.

— Тогда зачем магам дана такая мощь?

— Кто знает, — уклончиво ответил Кэрэл. — Может, чтобы перемещаться, а может, чтобы мы чаще думали.

— Думали? — изумлённо переспросила Леин.

— Согласись, без последствий подобную силу использовать нельзя. А последствия могут быть разными…

Ещё неделю Леин потратила на то, чтобы научилась бросать мяч в корзину. То правой, то левой рукой она поочередно пыталась попасть им в цель.

«Силе необходимо задать точную траекторию полёта, по которому она будет двигаться в интересах мага», — вспомнила Леин разъяснения автора книги по практической магии и не стала расспрашивать Кэрэла о необходимости подобного занятия.

Потом начался бег. Леин перестала удивляться необычности тренировок. Лишь временами она уточняла, зачем пригодится тот или иной отрабатываемый ею навык. Кэрэл терпеливо всё объяснял. По его словам выходило, что бег — залог успешного противостояния в схватке. Он вырабатывал выносливость и правильное дыхания. Бег с препятствиями необходим, чтобы приобрести ловкость, сноровку и способность ориентироваться на местности.

— На свете нет ровных дорог, — как-то сказал он, удачно поймав поскользнувшуюся на мокрой траве Леин. — Кочки, коряги, ямы и ухабы никто не отменял. Если при сражении не учтёшь местность, оступишься и упадёшь. В лучшем случае — проиграешь, в худшем — погибнешь.

Вскоре Леин осознала: чтобы освоить магию, ей понадобятся время, терпение и силы. Она стала относиться к обучению серьёзно, читала книги по практической магии и украдкой отрабатывала элементарные навыки. Это способствовало более быстрому продвижению во время занятий. Надо отдать должное Кэрэлу он не ворчал, не кричал и не злился. Однако, как вскоре заметила Леин, и поблажек не делал. Он оказался строгим и требовательным учителем. Когда Эстер видела их тренировки, то глубоко вздыхала, долго мяла руки, шла к Кристеру и просила повлиять на чрезмерно напирающего Кэрэла. Но Кристер, имея отличное от Эстер мнение, из раза в раз повторял одно и то же: «Обучение идёт Леин на благо», — и жена отступала.

Элэстеру тоже не нравился напор, с которым действовал Кэрэл. Маг знал, что подход к обучению у него правильный, но было непонятно, зачем тот так усердствовал. Понаблюдав некоторое время за изнурительными тренировками, Элэстер поднялся на чердак.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь? — Он сразу перешёл к цели визита.

— Передать роль преподавателя тебе? — Кэрэл был самой любезностью.

Заданный в лоб вопрос остудил пыл Элэстера. «Может, он догадывается, почему я отстранился от Леин?» — эта мысль встревожила мага. Он пристально всмотрелся в лицо Кэрэла, пытаясь понять, о чём тот думает. Тщетно. Кэрэл великолепно контролировал эмоции. Это не тот противник, над которым легко одержать победу. Элэстер постарался взять себя в руки.

— Думаю, ты справишься, — сдержанно сказал он.

На том и расстались. Элэстер вернулся к себе, упал на кровать и прикрыл глаза рукой. В этот момент ему хотелось быть с Леин, помогать ей, утешать, но, увы, изменить что-либо он не мог.

После занятий в пятницу Леин постучала в дверь Остэра Сайса. Когда до её слуха донеслось приглушенное «войдите», она переступила порог комнаты. Остэр Сайс, ломая голову над сложным вопросом, раз за разом просматривал какой-то документ. Увидев на пороге студентку, он отложил бумаги в сторону и жестом указал на один из двух стульев, стоявших напротив стола. Леин послушно села.

— Рад видеть вас в добром здравии, мисс Лэрой. — Остэр откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на студентку. — Увы, нам придётся начать беседу с неприятного для вас известия.

Леин нахмурилась. Глава Триады не стал понапрасну испытывать её терпение и без лишних предисловий сказал:

— Я вынужден перевести вас в другую группу. Из обычного потока на магическое отделение. Вы, полагаю, понимаете, это не моя прихоть, а необходимость. Ваш магический опыт — скуден, а запас знаний — урывочный. В том не ваша вина, но факт остается фактом. Вы согласны?

Леин коротко кивнула. Давно она ждала неминуемых изменений, но всё равно не была полностью к ним готова.

— Вам предстоит трудный год, — сочувственно сказал Глава Триады. — И, боюсь, по магическим предметам в числе лучших студентов вы не будете. Но, чтобы в будущем свободно двигаться вперёд, этот шаг назад необходимо сделать. С понедельника вы переводитесь в параллельную вашему потоку третью группу. Упомяну плюсы. Магические группы малочисленнее обычных, и преподаватели уделяют учащимся больше внимания. Это именно то, что вам нужно в сложившейся ситуации. — Мужчина вытащил из ящика стола большой лист и протянул его Леин. — Ваше новое расписание. — Пока студентка изучала текст, Остэр Сайс подался вперёд и хитро улыбнулся. — Есть ещё одна вещь, мисс Лэрой, которая меня живо интересует. Где ваш отчёт о магических преобразованиях? — так как девушка молчала, он продолжил: — Кэрэл Хаинс вот уже некоторое время отбывает свою провинность в библиотеке, а вы остаетесь безнаказанной. Полагаете, это справедливо?

— Вчера вечером я как раз дочитала книгу о магических преобразованиях. — Леин быстро соображала, как выкрутиться. Сложные тренировки с Кэрэлом вымотали её, и она напрочь забыла о докладе. — Мистер Сайс, — неожиданно она вспомнила, что в прочитанной книге были непонятные моменты, — прежде чем написать отчёт, я бы хотела прояснить кое-какие детали. Хочу, чтобы доклад был максимально полным и мной осознанным.

— А вы умеете отстаивать свои интересы, мисс Лэрой, — весело сказал Остэр Сайс. — Так чем могу помочь?

Леин не умела ни кривляться, ни тянуть время. Она перешла прямо к делу.

— Меня заинтересовал закон перемещений в пространстве. В книге сказано, что только высшие маги способны менять физическую оболочку и перемещаться на неопределённые расстояния. Причём у высшего мага света преобразование будет отличным от преобразования высшего мага земли или огня. Автор объясняет это различие физическими законами магических проявлений, но, к сожалению, не вдаётся в подробности. Объясните мне, пожалуйста, в чём суть пространственных преобразований.

— Вся суть кроется в приоритетной силе, той силе, которой маг отдаёт предпочтение, которая достигает высших пределов, — уточнил Глава Триады. — Но любая сила, какой бы она ни была, подчиняется законам природы. В физике есть выражение — двигаться со скоростью света. Как вы знаете, скорость света в вакууме равна примерно тремстам тысячам километров в секунду. Изменения плотности среды приводят к изменениям скорости света. У других сил: воды, воздуха, тьмы, земли, огня нет скорости как таковой, но есть плотность среды и законы всё той же физики. Во время шторма высший маг воды преодолеет наибольшее расстояние, нежели в штиль. Во время бури высший маг воздуха переместится быстрее, чем в безветренный день, но ему не следует забывать о воздушных потоках, которые повлекут преобразованную физическую форму в соответствующем направлении. Высшие маги огня вообще редко перемещаются. Представьте, каков должен быть масштаб пожара, чтобы он смог преодолеть значительное расстояние. Чтобы как-то реализовать свой магический потенциал, маги огня часто становятся пожарными. Там их силы и возможности весьма кстати. Земля — малоподвижная и довольно плотная субстанция, соответственно, перемещения высшего мага земли ограничены этими двумя составляющими. Тьма, как противоположное свету состояние, переняла некоторые его возможности. Пока правит ночь, магу тьмы перемещаться легко, и скорость приближена к световой. Но маг не должен забывать о важном законе преобразований — перемещения возможны только в зоне воздействия силы.

— Получается, что самая удобная для преобразований сила — это сила воздуха. Света, воды, земли, огня и тьмы может не быть, а воздух есть всегда. Пусть скорость перемещения не так велика, но она постоянна.

— Особенно во время бури, — пошутил Остэр и, чтобы Леин оценила сарказм, добавил. — Кто знает, где по окончании преобразования воздушный поток выкинет мага? Допустим, это случится над океаном. В таком случае, ему не помещают навыки отменного пловца или высшая сила воды. Но что, если у мага высшая сила всего одна?

— О, да! — Леин невесело улыбнулась. — Мне уже объяснили, что маг не волшебник, — обдумывая что-то, она поджала губы, потом спросила: — Значит, только единый высший маг способен свободно перемещаться?

— У мага, как и у человека, есть предел возможностей. Преобразование, как, полагаю, вы заметили, процесс непростой, отнимающий магические и физические силы. Сильный, натренированный маг способен пройти несколько преобразований подряд, но количество перемещений не безгранично. С каждым новым преобразованием сила будет ослабевать и иссякать. Хорошо, если к моменту последнего, маг сумеет переместиться в комфортное и безопасное для существования место. В любом случае, первые шаги по освоению навыка перемещения следует делать под пристальным наблюдением опытного наставника. Вы, насколько я знаю, прошли несколько преобразований, но высшей силы достигли только как маг воздуха, света и воды. Вам не следует торопиться и испытывать судьбу. Лучше максимально полно исследовать вопрос преобразований в теоретическом аспекте и только после переходить к практическим навыкам. Недавно к нам в библиотеку поступила книга Поасэ Анэо «Границы магических проявлений». Советую изучить её. И не позднее чем через неделю, жду ваш отчёт.

Леин весело улыбнулась — Глава Триады тоже умело гнул свою линию.

— Хорошо, — сказала она. — Я приложу физические силы для улучшения магических и, надеюсь, преуспею в этом.

— Удачи.

Это короткое пожелание успеха означало, что их плодотворный разговор окончен. Леин вышла из кабинета и тихо прикрыла дверь. Сегодня она сделала большой шаг в познании магии и осталась этим довольна.

После разговора с Главой Триады Леин в очередной раз осознала, как далека от практической магии. Ей стоило тренироваться усердней. Так она и поступила. Даже Кэрэл, увидев её упорство, удивился. С остервенелой методичностью Леин применяла одни и те же навыки, доводя их до совершенства.

Через неделю девушку в коридоре встретил Элэстер. Взмокшая, раскрасневшаяся, но довольная и счастливая, она поспешно шла навстречу. Поравнявшись с магом, приветливо помахала ему рукой и побежала к лестнице. Тренировка — сообразил Элэстер и пошёл следом, решив издалека понаблюдать, что придумал Кэрэл.

Леин сбежала по склону, пересекла аллею и вскоре скрылась из виду. Маг прибавил шаг, завернул за угол, и его взору предстала такая картина: Леин стояла в воде и изо всех сил била рукой по водной глади. «Преодолевает сопротивление воды в естественных условиях? Учится чувствовать силу стихии» — Элэстер встал за толстую ветлу, так чтобы его не было видно. Леин прекратила борьбу, ушла под воду и вскоре, учащенно дыша, вынырнула.

— Я не могу долго находиться в воде, — разочарованная очередной неудачей, пожаловалась она. — На длительный заплыв мне не хватает воздуха.

— Всю силу ты тратишь на удары. — Кэрэл вошёл в воду и встал рядом. — Ты работаешь всем телом. Естественно, у тебя не остается сил на что-либо ещё. Нельзя потратить то, чего нет. Смотри. — Он ударил ребром ладони по воде. Быстрое, сильное, ровное, точное движение. «Вжих!» — послушно разлетелась водная гладь. Маг ушёл под воду так быстро, что Леин не сразу сообразила, куда он подевался. Кэрэл вынырнул метров через пять и тут же вернулся на исходную позицию. — Попробуй ещё раз, и на сегодня хватит: вода скоро совсем остынет.

— Сделай её теплее, — попросила Леин.

— Сколько можно, — возмутился Кэрэл. — Рыбок пожалей. Осень на дворе, а вода, как в тёплую летнюю ночь. Живности, между прочим, перед морозами адаптироваться нужно.

Леин проделала заданное движение ещё раз. Кэрэл оказался прав. Она изматывает себя лишними бесполезными движениями, и неприученное к нагрузкам тело за мыслями не поспевает.

Наблюдая издали за происходящим, Элэстер непроизвольно сжал кулаки: «Изматывающие тренировки! Кэрэл поднимает Леин до своего уровня! Вот почему я всегда отстаю на шаг. Я оберегаю Леин, отношусь к ней, как к более слабому магу, забочусь о ней. Кэрэл в очередной раз обошёл меня! Умничка Элэстер — кажется, так он меня называет. — Маг ударил кулаком по дереву. — Он прав. В Тэу я только и делал, что учился. Максимально поднял уровень знания. Но что значит этот уровень в отношениях? Я только „умничка Элэстер“ и всё!». Он, не оборачиваясь, пошёл к дому.

В пятницу Леин повторно посетила Остэра Сайса и, наконец, сдала отчёт о магических преобразованиях. Она последовала наставлению Главы Триады и изучила книгу Поасэ Анэо «Границы магических проявлений». Интересные и непривычные законы магии увлекли с первых страниц. Весь доклад был посвящен работе автора. Изучая материал, Леин не раз представляла, как незадачливый маг оказывался где-нибудь на необитаемом острове и ему, чтобы набраться сил, требовалось время, мужество и сноровка. На пути к просветлению все преграды постепенно исчезали, и непутёвый ученик перерождался в опытного пользователя силовых проявлений. Девушка воображала столько разных захватывающих приключений, что от радостного возбуждения у неё кружилась голова. Однако самое интересное открытие ждало впереди. Когда Леин захлопнула книгу, то поняла, что знает меньше, чем знала. Мир казался необъятным. Горизонт расширялся, соответственно, увеличивалась и потребность в знаниях.

Но занятия с Кэрэлом тормозили мысленный порыв. На фоне скорой мысли они казались нудными и однообразными. Через две недели тренировок Леин озадачилась: а силу она вообще использовать будет? На очередное занятие она пришла в полной решимости выяснить, когда же начнёт применять магию. Бег, мячи, обручи, гантели — всё это нужно и важно, но ей не терпелось перейти к практике. Кэрэл внимательно выслушал её и скептически пожал плечами.

— Попробуй, — просто сказал он.

Леин впустила в ладонь струйки, образовала шарик из воды и запустила его в заранее приготовленный бумажный куб. Не пролетев и метра, сила разлетелась мелкими брызгами. Последующие попытки привели к тому же результату. Леин решила не сдаваться и применить другую силу. Земля тяжелее воды и должна благополучно достичь цели. Песчаный шар резво пролетел два метра и рассыпался на части.

— Полагаю, продолжать не стоит. — Леин разочаровалась в себе: столько усилий, а результат плачевный.

— Стоит, — сказал Кэрэл. — Сегодня тренируешься, используя силу, — ответ, как всегда, озадачил ученицу.

Час спустя она в изнеможении упала на колени: дыхание сбилось и стало тяжёлым, в висках стучало, сердце бешено колотилось. Леин сразу сообразила, в чём был подвох: «Магическая сила отнимает физическую!». Кэрэл в сотый раз преподал ей хороший урок.

— На следующем занятии сама решишь, использовать силу или нет. — Маг предоставил ученице свободу выбора. Ответ она уже знала.

Лишь три недели спустя они все-таки перешли к применению силы. Леин оказалась в тупике: вызвать силу она могла, а вот использовать её не получалось. Какие бы ухищрения она не применяла, сила ей не подчинялась. Из-за постоянных неудач Леин приходила в отчаяние, но, в силу характера, сдаваться не хотела. Очередную тренировку она начала с практической магии: закрыла глаза, призвала воду, ощутила её в ладонях, собралась с мыслями и, пытаясь сбить всё тот же бумажный ком, приказала: «Подчинись, подчинись!». Всё впустую — сила не тронулась с места. «Приказываю!» — Леин напряглась изо всех сил.

— Что ты творишь? — Кэрэл больно ударил её по рукам.

— Приказываю силе подчиниться, — оправдывалась она.

— Прикажи мне что-нибудь и узнаешь, что за этим последует! Или хочешь, я тебе прикажу. Ошибка многих магов — повелевать силами. Потом они возмущаются, что их уровень не трогается с места. Вот уж загадка, правда? — Кэрэл пристально посмотрел на Леин. — Некоторые идут дальше, заставляют силу действовать по приказу и, в конце концов, добиваются нужного результата. — Он смолк, а потом просто спросил. — Скажи, ты хочешь быть рабом?

Леин осознала ошибку ещё до того, как Кэрэл начал говорить, и, когда он закончил, чувствовала себя виноватой и глупой. Как она могла дойти до приказного тона?

— Тогда как мне действовать? — спросила, опустив глаза.

— Мы возобновим занятия, когда ты это поймёшь, — не сказав больше ни слова, Кэрэл ушёл.

Через неделю Леин тихонько постучала в дверь чердака. Та, подчиняясь силе, открылась.

Кэрэл находился в гостевой части комнаты, сидел в кресле и смотрел на старую фотографию. Когда Леин подошла, он предусмотрительно перевернул ту тыльной стороной вверх и положил на стол. Леин опустилась в соседнее кресло. Она была уверена (видела краем глаза): на снимке изображена девушка. Леин овладело любопытство. Завороженно смотря на снимок, она забыла про цель визита и, толком не осознавая, что делает, потянулась к нему.

— Ты что-то хотела? — Кэрэл отследил её движение и придержал фотографию пальцами.

— Я, кажется, поняла, как можно использовать силу. — Леин отпрянула, так как перешла грань дозволенного.

— Как? — Кэрэл отпустил фотографию и откинулся на спинку кресла.

— Мне надо прийти с ней в согласие, стать единым целым. Не повелевать, а направлять, чтобы достичь общей цели, — выпалила она на одном дыхании, косясь на снимок.

— Прямо по учебнику, — весело заметил Кэрэл.

— Должна же я была где-то это узнать, — остро отреагировала Леин.

— Что ж, — со вздохом сказал Кэрэл, — надеюсь, в ближайшее время теоретические знания превратятся в практический навык.

— Значит, занятия возобновляются? — подавшись вперёд, радостно спросила ученица.

— Временами в сообразительности тебе не откажешь.

— Опять подлил в мёд дёгтя? — фыркнула она. — Твоя похвала никогда не бывает однозначной.

— Леин, раз ты добралась до книги Сэни Исса, скажи, какова взаимосвязь между магией и руками мага? — Кэрэл не позволил себя спровоцировать и перевёл разговор в другое русло.

— Приоритетная рука, ну или ведущая, образует силу, а вторая убирает магические проявления.

— Завтра в три часа встретимся в зале, — сказал Кэрэл.

— Не у пруда? — удивилась она.

— На улице с каждым днём холодней, скоро пойдёт снег. Но если ты настаиваешь…

— Вот опять! — Леин вскочила и быстро пошла к двери.

По неосторожности она задела высокую резную подставку для цветов. Та полетела на пол. Леин быстро среагировала, но поймала не подставку, а небольшую вазочку с сухими цветами, которая на ней стояла. На внезапный грохот обернулся Кэрэл. Извиняющийся взгляд девушки говорил красноречивее любых слов.

— Вот, возьми. — Леин протянула пойманную вазу.

Сначала маг выглядел растерянным, но потом на его губах появилась добрая и вместе с тем ироничная улыбка. Он взял цветы, поднял столик и вернул вазу на прежнее место.

— Может… — Леин хотела предложить сменить засохший букетик, но вовремя спохватилась. Если Кэрэл держит его в вазе, значит, букет для него что-то значит. — Что это за цветок? — спросила она.

— Клевер, — последовал лаконичный ответ.

По опыту Леин догадалась, ей стоило удалиться. Металлические нотки в голосе хозяина не предвещали ничего хорошего.

— Извини за переполох. Я пойду. — Леин быстро вышла.

Пока она шла к себе, всё время думала о происшедшем на чердаке. Ей не давали покой две вещи: фотография и цветы. Увидев их, она испытала обиду и грусть. Но почему эти чувства поселились в сердце, не знала, и найти достойного объяснения не могла.

Храм Судьбы

О том, что один из Храмов восстановлен, Элэстер рассказал родителям глубокой осенью. Эстер, расхаживая взад-вперёд по гостиной, рассуждала вслух:

— Если их можно легко восстановить, просто пройдя испытание на соответствие магической силы, почему они до сих пор в руинах?

— Не знаю. — Элэстер, удобно расположившись в кресле, в очередной раз листал книгу о Храмах Судьбы. — Об их восстановлении я ничего не нашёл.

— И профессор не справился. — Эстер присела на край дивана. — Спишем на счастливый случай?

Кристер сидел за рабочим столом и методично стучал пальцем по столешнице. Он знал, что не только Храм, в котором побывал Элэстер, но и вся сеть Храмов восстановлена, но сказать этого не мог; длинную цепочку событий, участником которых он не был, пришлось бы ему раскрыть, а чужой секрет он выдать не мог. Мужчина перевёл разговор в другое русло.

— Случай, не случай, а меня интересует другой вопрос, стоит ли Леин побывать в Храме? Стоит ли пройти проверку на преобразование? Ведь это наш первоначальный план.

— Думаю, сейчас, — отозвался Элэстер, — когда она прошла несколько ступеней преобразования, стоит попробовать. Раньше вести Леин в Храм не было смысла, Он не воспринял бы её, как мага, но теперь…

— Что это даст? — удивилась Эстер. — К великому счастью, Леин становится магом. Наши худшие опасения остались в прошлом.

— Это поможет ей структурировать и осознать уже имеющуюся силу. К тому же, Храм Судьбы распознает силы, оставшиеся в зачатке. Если окажется, что Леин готова принять будущую силу уже сейчас, Храм в одно мгновение сделает её полноценным магом.

— Стало быть, поиски амулета и восстановление сухого дерева отпадают? — Эстер облокотилась на подлокотник.

— Нет. — Кристер оторвал взгляд от поверхности стола и посмотрел на неё. — По словам Аистель, Итэр тоже ищет амулет. Полагаю, неспроста; он не из тех, кто тратит силы впустую. Нам следует не просто продолжать поиски, а, чтобы опередить его, удвоить или утроить усилия. К тому же, — добавил он, — нам только на руку любые сведения об Эллиандровом дереве — высшем символе магии, целебные свойства которого никто не отменял.

— Что ж, наши планы не меняются. — Эстер встала за креслом Кристера и положила руку ему на плечо. — Мне любопытно следующее. — Женщина пытливо посмотрела на сына. — Кто отведёт Леин в Храм?

— Может, Кристер? — Элэстер сделал вид, что не понял намёка.

Мужчина хотел было что-то сказать, но Эстер слегка сжала его плечо, и Кристер позволил ей действовать самостоятельно.

— У Кристера полно важных дел. Звание мэссира, которое он получил в июле, накладывает некоторые обязательства. Его статус не позволяет срываться посреди рабочей недели.

— Есть выходные, — не уступал сын.

— Что ж, раз тебе некогда, я попрошу об этом Кэрэла, — взгляд Эстер был полон невинности.

— Я отведу Леин в Храм, — процедил сквозь зубы Элэстер, порывисто поднялся, положил книгу на стол и быстро вышел из комнаты, хлопнув дверью.

— Мне кажется, или в последнее время он избегает Леин? — Эстер с беспокойством посмотрела ему вслед.

Кристер задумался. Он не был уверен, что стоит рассказывать Эстер о причинах подобного поведения со стороны сына. Мужчина знал, что это причинит Эстер боль, однако осознав, насколько важна скрываемая им информация, решился.

— Видишь ли… — начал он.

В ту ночь Эстер не сомкнула глаз. Сначала она, меряя гостиную быстрыми шагами вдоль и поперёк, в довольно резких выражениях ругала Кристера. Когда злость на мужа прошла, и Эстер в полной мере осознала сказанное, то пришла в отчаяние. Она обессиленно опустилась на диван и спрятала лицо в ладонях. Кристер, пытаясь её утешить, сел рядом и обнял. Пока Эстер, в ограниченном ладонями мире, пыталась забыться, мужчина тихо гладил её по плечу. Когда она, немного успокоившись, подняла голову, то выглядела опустошенной. Чтобы приободрить любимую, Кристер рассказал о возможных вариантах спасения сына, а после уговорил Эстер не обсуждать с Элэстером эту тему. Мужчина понимал: сын молчит, потому что не хочет пугать и тревожить их. Они должны уважать его выбор.

Элэстер выполнил данное родителям обещание в выходные. День был пасмурным, по-зимнему холодным. Примчавшись с севера, ветер беспокойно метался и жалобно выл. Подхватив его заунывный настрой, природа чахла: ветки деревьев, однообразно качаясь, скорбели об ушедшем лете, жухлые листья, слетая с насиженных мест, кружились в прощальном танце, птицы, уловив в воздухе влагу, прятались. От постоянных дождей на дорогах образовались огромные лужи. В мутных заводях серое небо бесконечно множилось, делая и без того тусклый пейзаж ещё более унылым.

После завтрака Элэстер отыскал Леин в бальном зале. Из-за непогоды тренировки проходили там. Элэстер вошёл в тот момент, когда Кэрэл учил девушку с помощью зеркал перенаправлять магию света. Занятие требовало большой концентрации внимания. Задача усложнялась тем, что зеркал в комнате было много. Если свет, не найдя преграды, случайно попадал на несколько отражающих поверхностей, то преумножался с такой скоростью, что его невозможно было контролировать. Леин сильно выручала созданная Кэрэлом теневая завеса.

— Леин, после того как занятие окончится, мы с тобой прогуляемся в Фесс. — Элэстер быстро подошел к магам.

Та посмотрела в окно и нахмурилась; Элэстер выбрал не лучшее для путешествий время.

— Какая необходимость гонит нас в такую непогоду в Фесс? — убрав силу света, она внимательно посмотрела на Элэстера.

— Кристер просил отвести тебя в Храм Судьбы, — пояснил Элэстер, на секунду задумался и обратился к Кэрэлу. — Составишь нам компанию? — ожидая ответа, он внутренне напрягся.

Брови Кэрэла дёрнулись, но довольно спокойно вернулись на место.

— Полагаю, в этом нет смысла. — Кэрэл пристально посмотрел сначала на Леин, потом на Элэстера.

Подобное решение обрадовало Леин: теперь весь день она проведёт наедине с Элэстером.

— Но, разве есть уцелевшее строение? — Она вдруг вспомнила, что все Храмы Судьбы разрушены.

— Насколько я знаю, — уклончиво ответил Элэстер, — Храм под Фессом восстановлен.

— Отлично! — воодушевилась Леин. — Мне его помощь не помещает.

Кэрэл убрал теневую завесу и, усмехнувшись, сказал:

— Ради столь важного дела тренировку можно перенести.

Это заявление почему-то задело Элэстера. Леин переводила заинтересованный взгляд с одного мага на другого и физически ощущала возникшее между ними напряжение.

— Спасибо за понимание, — весьма сдержанно поблагодарил Элэстер. — В любую минуту погода может испортиться… — задумавшись, маг сжал губы, потом сказал. — Ты ведь понимаешь, что для нас с Леин дорога каждая минута.

Леин полагала, что вежливые и учтивые слова Элэстера разрядят обстановку, но к немалому удивлению обнаружила, что та накалилась ещё больше. Кэрэл прищурился. В глубине его карих глаз заплясал зловещий огонёк, губы, предвещая злую усмешку, слегка дернулись, но, поймав недоуменный взгляд Леин, Кэрэл медленно выдохнул и отвернулся. Спустя минуту его лицо преобразилось: от нарастающего гнева не осталось следа. Кэрэл добродушно произнёс нечто странное:

— Только помни, Элэстер, иногда минуты дорого нам обходятся.

— Несомненно, — неожиданно легко согласился тот.

До станции в Йоливе Элэстера и Леин подвёз на машине Ларго. Магам повезло: поезд на Фесс отправлялся через двенадцать минут. Быстро добежав до кассы и купив билеты, Элэстер и Леин удобно расположились в вагоне. Леин переполняли радостные чувства. Впереди её ждали целых два часа общения с Элэстером. Но маг, обманув её лучшие ожидания, погрузился в чтение. Обиженно посопев, Леин некоторое время рассматривала пейзаж за окном, но потом не выдержала и порывисто спросила:

— Почему ты меня избегаешь?

— В последнее время у меня много дел, — соврал маг.

Поджав губы, Леин недоверчиво посмотрела на него. Неожиданно вспомнив недавнее напряжение, возникшее между магами, спросила:

— Как давно ты знаком с Хэилом и Кэрэлом?

— С Хэилом ещё со школы, с Кэрэлом мы познакомились в академии в Тэу.

— Вы и там не ладили? — Леин вспомнила их первую встречу в особняке.

— Однажды в Тэу мы с ним здорово повздорили. Наверное, с тех пор друг друга и поддеваем, — пояснил Элэстер.

— Можешь рассказать, из-за чего?

— Из-за… — Маг запнулся, но потом всё же сказал. — Из-за Кристера.

— Из-за папы? — глаза Леин округлились. — Объясни толком. Я ничего не понимаю.

— Мне трудно говорить об этом, потому что нечем хвастаться, — честно признался Элэстер. — Я довольно остро отреагировал на знакомство мамы с Кристером. Мне не нравилось, что она общается с человеком, ведь в Тэу нас заперли именно люди. Кэрэл объявил, что моя ненависть к людям — это слабость, которую следует преодолеть. Тогда я не понимал, что он прав. На этом фоне и поругались.

— Хочешь сказать, вы с папой не ладили?

— Не ладили, — сознался Элэстер и после долго смотрел в окно.

Леин тоже притихла. Она вспомнила первый день в особняке и разговор Элэстера с папой. «Одного тебя мне было мало», — сказал тогда маг. Теперь Леин поняла, почему.

— За последнее время многое изменилось, — желая подбодрить её, неожиданно весело сказал Элэстер.

— Да-а-а, — подтвердила Леин и снова впала в глубокую задумчивость. Пока она, ничего не подозревая, спокойно жила в домике на берегу Илги, папа налаживал контакты с Тэу.

До самого Фесса у Леин не возникало желания говорить. Элэстер, сообразив, что она хочет побыть одна, возобновил чтение. Через два часа они стояли на станции.

Городок был небольшим и походил на иллюстрацию к волшебной сказке. Маленькие каменные домики с резными деревянными наличниками, расположившиеся по окраине, делали пейзаж милым и незатейливым. Ближе к центральным улицам Фесс рос на глазах. Трёх-четырёхэтажные здания с лепниной на фасадах отличались друг от друга неповторимыми узорами, и в тоже время их объединял единый архитектурный стиль. В центре города был разбит огромный парк, на территории которого располагался собор вдохновителя Фесса. Это был мудрый старец, почитавший великие силы природы и высшие силы, а также целитель и покровитель малоимущих жителей былого города А́ктиро. После смерти мудреца город переименовали в его честь. Главные ворота парка считались достопримечательностью Фесса: их размер и узор был единым и неповторимым в своем роде. Обо всем этом Леин узнала из книги, которую прошлым летом задал прочитать учитель истории.

От станции маги сначала шли мимо домиков с выглядывающими печными трубами, потом свернули на просёлочную дорогу вправо, долго шли в гору и, наконец, спустились в долину. Там их взору открылся потрясающий вид на большое озеро. По глади гуляла плотная рябь — ветер не давал воде покоя. Маги прошли по аллее мощных ив, которые, изгибаясь в разные стороны, походили на загадочные фигуры, и свернули влево. Вскоре они очутились на том месте, где Элэстер недавно прошёл преобразование.

С этим местом произошли удивительные перемены. Вместо пустыря, поросшего жухлым разнотравьем, появилась целая роща молодых деревьев. Сейчас они качались на ветру, и сквозь тонкие стволы хорошо просматривалась белая ротонда. Весной, распустив молодые листочки, деревья надежно спрячут от посторонних глаз древнее строение. Элэстер коснулся тонкого ствола ближайшего дерева. Он хотел понять: чья-то сила воздействовала на природу или сам Храм создал себе укрытие? Маг ничего не почувствовал: то ли время стёрло следы магии, то ли осень, замедлив сока ход, невольно скрыла «улики».

Тем временем Леин, с интересом рассматривая причудливые узоры колонн, не спеша обошла ротонду. От основания до самого свода колонны обвивал созданный искусным каменщиком плющ. Неожиданно ей на щеку упала довольно увесистая дождевая капля, следующая шлепнулась прямо на нос, последняя приземлилась на лоб. Леин смахнула влагу и поспешила в ротонду. По пути она схватила Элэстера за руку и втащила под большой свод — всё укрытие.

Маг, сообразив, где они вдвоём оказались, попятился, но было поздно — Храм Судьбы закрыл проход. Переступив порог древнего строения, маги добровольно согласились на проверку, и обратного пути не было. Элэстер хорошо ощущал невидимый барьер высшей магии. Он с опаской покосился на Леин. Та, раскрыв от изумления рот, разглядывала узорный потолок. По всему было видно, что страхов Элэстера она не разделяла.

— Леин, — окликнул её Элэстер. Та перевела на него вопросительный взгляд. — Тебе известны свойства Храма и его предназначение?

— Ну да, ты же мне сам рассказывал, — спокойно ответила она. — Храм анализирует силы мага и помогает их сбалансировать.

— Да, — закусив губу, согласился Элэстер, — а другое свойство тебе известно?

— Есть другие? — с интересом спросила она.

Элэстер вжался в колонну: с одной стороны, он был не прочь проверить ещё одно свойство Храма, с другой, заметно при этом нервничал. Что если…

— Да так, проверка ещё одного рода, — как можно спокойней ответил он.

— Для того мы сюда и пришли, — улыбнулась Леин.

Элэстер тоже улыбнулся, но как-то нервно.

Вскоре по колоннам загуляли блики. Странно было видеть в пасмурный день на стволах колонн световые разводы. Потом с потолка дымкой спустилась тень. Силы соединились. Послышался подобный электрическому разряду треск. Леин стало страшно: Элэстера в образовавшемся тумане она видела нечётко. Чтобы немного успокоиться, она решила подойти к магу поближе, но, как только шагнула ему навстречу, раздался громкий скрежет и следом вспыхнул свет.

Первой очнулась Леин. Она лежала на каменном полу ротонды, но ей, на удивление, не было холодно. Она села и осмотрелась. В двух метрах от неё всё ещё без сознания лежал Элэстер. Чтобы удостовериться, что он жив, Леин пересела и потянулась к нему. Но тут, вспомнив скрежет и яркую вспышку, отдёрнула руку. Осмотревшись и сообразив, что ничего страшного не произошло, она повторила попытку; протянутая рука упёрлась в невидимый барьер. Леин поняла, что не может коснуться Элэстера. Ею овладел страх. Она надавила на барьер, но усилия были тщетными. «Что происходит?», — Леин пыталась пробиться сквозь силу. В этот момент Элэстер пришёл в сознание, сел, как прежде Леин, и осмотрелся.

— С тобой всё в порядке? — тихо спросил он.

Леин думала, что ответить: чувствовала она себя неплохо, а вот произошли ли с силой изменения, не знала. Так же её смущала причина, по которой она не смогла коснуться Элэстера, но она не знала, стоит ли говорить о своих страхах. Вдруг для Храма подобное в порядке вещей, и она тревожится зря.

— Всё в порядке. Но что произошло? — Леин осмотрела ротонду.

— Боюсь, это знает только Храм. — Элэстер, ещё чувствуя слабость в ногах, медленно поднялся. — Скоро начнёт смеркаться, пора бы в дорогу. — Он подал Леин руку.

Та торопливо вскочила сама: она боялась вновь натолкнуться на невидимый барьер.

На обратном пути маги молчали: ни Леин, ни Элэстер не хотели обсуждать происшедшее. У обоих были страхи, делиться которыми они друг с другом не спешили. В поезде Леин несколько раз как бы невзначай касалась Элэстера, и хоть тот каждый раз слегка вздрагивал, странностей в прикосновении не было. Она немного успокоилась.

Дни потянулись за днями. В академии начались экзамены. Леин, недавно перешедшая на магическое отделение, во время сессии растерялась: она знала ответы на многие вопросы, но из-за волнения сбивалась и путалась. Экзамены по практической магии показали, что её способности соответствовали школьному уровню. Леин расстроилась. Она осознавала, что по уровню мастерства далека от одногодок, но видеть эту колоссальную разницу в живую было больно. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, она изучала книгу с загадками. Теперь Леин часто заглядывала в библиотеку. Сэриэль Гэст не помогал отгадывать загадки, но охотно подбирал книги. Когда Леин ответила на несколько первых загадок, то поделилась успехом с Элэстером. Маг сидел в гостиной, и, обложившись письменными принадлежностями, рисовал карту. Леин, присев в кресло напротив, спросила:

— Ты решил отправиться на поиски клада?

— Можно и так сказать. — Элэстер сделал несколько аккуратных штрихов, а потом, опираясь на них, уверенно провёл линию. — Нам по географии задали составить план местности, а я решил, чтобы развлечь девочек, оформить работу, как карту сокровищ.

— Отиль, Айя и Дэль будут в восторге. — Леин подумала, что и сама бы в детстве от такого подарка не отказалась. — И какое сокровище они будут искать?

— Честно говоря, не знаю, — неровной линией маг обозначил пруд. — За сокрытие клада отвечает любитель земли.

— Если Хэил прячет клад, чем занят Кэрэл? — заинтересовалась Леин.

— Насколько я знаю, играет с девочками в снежки. — Элэстер кивнул в сторону окна.

— Искать клад в снегу…

— Карту я отдам весной, когда снег сойдёт и устоится хорошая погода. За это время с помощью химикатов Хэил состарит её, а сокрытый в земле клад приобретёт нужный вид.

— Что ж, — заключила Леин, — вы весьма плодотворно проводите время. Но, — девушка демонстративно вытянула вперёд книгу, — и я не отстаю! Здесь, написано слово «поздравляю»! — Она открыла нужную страницу.

Элэстер оторвался от карты и с интересом посмотрел на собеседницу.

— Прочла? — удивленно спросил он.

— Чудом! — подтвердила Леин. — Если бы не фраза — «мысли шире», ни за что бы не справилась! Сначала я полагала, что нужно сделать в предложенной шахматной партии верный ход, но потом, случайно свалившись с кровати, вдруг поняла: шахматная доска внизу страницы — неотъемлемая часть текста! То есть, чтобы прочесть зашифрованное слово, конём надо выйти за пределы доски!

— Согласись, когда добиваешься чего-то, опираясь на собственные усердие и силы, результат превосходит ожидания. — Элэстер искренне порадовался за неё.

— Ты прав, полученное удовольствие ни с чем не сравнишь! — ощущение счастья захлестнуло Леин. — Это какая-то безудержная эйфория! — Она перевернула страницу. — Следующая загадка весьма необычная, — провела пальцем по строчке. — «Прочти там, где истинного нет».

Элэстер хотел что-то сказать, но Леин остановила его.

— В зеркале нет истинного. — Она озвучила свою догадку. — Когда я поднесла к нему книгу, увидела на странице хаотичный набор букв. Несколько дней подряд я простояла, рассматривая буквенные отражения. Я надеялась найти код, который поможет прочесть надпись. Но однажды перевела взгляд на себя. Под другим углом зрения увидела, что некоторые напечатанные на странице буквы толще остальных. Они образовывали стрелку, которая указывала на меня. Я полагала, что буквенный хаос должен сложиться в текст, а он указывал путь к ответу: моё отражение — это слово «я», обращение ко мне от книги — это слово «ты».

— Отлично справилась!

— Следующая загадка гласит: «Я есть, где последовательности ход соблюден!» — Леин прикрыла книгу и постучала пальцем по обложке. — Этот таинственный автор издевается! — с чувством воскликнула она.

— Заставляет думать, — спокойно поправил маг.

— Путеводитель здесь — стрелка часов! — торжествующе пояснила Леин. — В часах последовательности ход соблюден. Двигаясь по стрелкам и опираясь на числовой код, указанный внизу страницы, я нашла следующее слово. Так что, разгадав пять первых загадок, я прочла фразу: «Поздравляю, ты мыслишь значительно шире!» — Она хвастливо вздернула нос.

— Поздравляю! — Элэстера всегда радовали оптимизм и энтузиазм Леин.

— Следующие шесть загадок, пустые страницы с указаниями, — недовольно пробубнила она.

— Леин, это книга написана магом… — Элэстер подумал, что небольшая подсказка разрядит мрачную атмосферу.

— Стоп! — сработала мысль, которой задали направление. — Маг обладает шестью силами; шесть сил — шесть загадок! Для прочтения этой части мне нужны магические силы! — Леин вскочила.

— Не за что, — вдогонку убегающей девушке крикнул Элэстер, но она его укора не услышала.

Неделю спустя маги вновь пересеклись в гостиной: Элэстер спокойно читал учебник об основах применения тени, когда в комнату влетела Леин.

— Это ты! — Она с силой бросила книгу на стол: предметы, лежащие на поверхности, возмущенно подпрыгнули.

— Это я, — согласился с ней Элэстер. — Если ты пришла убедить меня в этом… — маг не успел закончить фразу.

— Ты автор книги! — на одном дыхании выпалила Леин.

В гостиной на секунду воцарилось молчание; Элэстер испытующе смотрел на девушку, та самоуверенно глядела в ответ.

— Как догадалась? — откладывая книгу в сторону, спросил он.

— Великая ирония — всё благодаря автору. — Леин опустилась в кресло. — Несколько дней назад ты в столовой пролил воду, обложка книги намокла и… О, силы! Когда в комнате я осмотрела её, обнаружила лепесток шестилистника. Надо же было до такого додуматься! Чтобы узнать имя автора, книгу нужно «утопить», «сжечь», «закопать», явить на свет и, подув, очистить от земли. С каждым проделанным действием появлялся очередной лепесток. Но тебе и этого было мало! Увидев шестилистник, я так обрадовалась, что схватила книгу и со словами: «Я тебя обожаю!» — поцеловала изображение цветка!

Элэстер весело рассмеялся.

— Ладно я хороша. Ты-то чего с книгами целуешься?

— Это была моя самая весёлая выдумка, — признался Элэстер. — Благодаря этому хитрому ходу, для мужчин имя автора, по понятной тебе причине, навсегда останется загадкой. К тому же, Леин, сотворить магию и использовать её — разные вещи!

— Но и это не всё! — Леин энергично взмахнула руками. — Когда лепестки выстроились в определённой последовательности, они окрасились в соответствующие магии и разделам книги цвета. В разделах искусно прятались замаскированные буквы. Расставив их в правильном порядке, согласно окрасу лепестков, я прочла имя автора. Это так просто и одновременно так сложно…

— Все сложное — просто, особенно когда ты о нём знаешь, — пояснил Элэстер.

— Пожалуй, — задумчиво протянула Леин. — Но, Элэстер, если ты — автор, как получилось, что книгу подарил тебе дедушка?

— Он подарил книгу с чистыми страницами, я их заполнил.

— Значит, когда он сказал «умей ценить то, что имеешь», имел в виду твои собственные знания и умения? — уточнила Леин.

— Полагаю, да. Наши знания и умения делают нас теми, кто мы есть.

На следующий день, окрылённая успехом и довольная собственной прозорливостью, Леин спешила в академию. Она хотела поделиться с друзьями радостью, которую накануне испытала, но те были заняты: расположившись в парке на обычном месте, они изучали старинную книгу. Атрио с трудом заполучил том: уговорил руководство Ялоской библиотеки отдать книгу для изучения на дом (помогла «увесистость» читательского билета).

Сэил, присев на край стола и водрузив ноги на скамейку, слушал друга вполуха. Его взгляд скептически гулял по обложке, на которой была выгравирована стоящая на берегу водоёма ротонда. Когда Атрио положил книгу на поверхность стола, Сэил принялся изучать носки своих ботинок.

Милина же слушала брата с большим интересом. Она прильнула к Атрио и, чтобы заглянуть в книгу, словно это могло помочь поскорее узнать содержание, вытянула шею. Приблизившись, Леин услышала.

— Храм Судьбы — это…

«Они изучают магические строения?! — изумилась Леин. Хоть ей не терпелось похвастаться, она не стала прерывать Атрио, а решила дослушать экскурс в магию до конца.

— …свойства Храма неоднократно ставились под сомнение, но впоследствии оказывалось, что все прогнозы древнего строения сбывались. Многие молодые пары приходили в Храм, чтобы доказать друг другу искренность чувств. Но были случаи, когда Храм не подтверждал уже образованные союзы…

— Подожди, — неясная тревога охватила Леин. — Какова взаимосвязь между Храмом Судьбы и молодыми парами? Причём здесь пары вообще? Насколько мне известно, Храм определяет магическую силу, дарует, отнимает или преобразует её.

Артио поднял глаза и спокойно ответил:

— Это одна из функций Храма, но его первоначальное назначение… — Он прервал сам себя. — Ты же магом становишься, а я знаю о магии больше? Да будет тебе известно, что первоначальное значение Храма, на момент его создания, была проверка не столько магических сил, сколько сил любви!

— Сил чего? — Леин опустилась на скамейку рядом с Сэилом. В эту минуту она отчётливо вспомнила встревоженный вид Элэстера и его слова в тот момент, когда она втащила его в ротонду: «Леин, тебе известны свойства Храма и его предназначение?» Тогда она не придала этому ни малейшего значения, но сейчас…

Атрио глубоко вздохнул и спокойно, как учитель нерадивому ученику раз за разом объясняет то, что уже кажется ясным, продолжил растолковывать смысл своих слов.

— Если в Храм приходила влюбленная пара, то он проверял их чувства на истинность.

— Подожди, — теперь перебил Сэил. — Как каменяка может узнать о чьих-либо чувствах?

Атрио, запасаясь новой порцией терпения, вздохнул ещё глубже и стал объяснять по-новой.

— Храм Судьбы — это не просто каменяка, как ты выразился, это скопление магических сил и энергии. Он был создан эллидорами, и даже маги не в состоянии оспорить его решение. Храм призван считывать глубинные чувства тех, кто переступил его порог. Он распознает основы всего: сил ли, чувств ли. Так понятней? Кстати, здесь написано, что бывали случаи, когда Храм объединял судьбы абсолютно посторонних людей и магов…

Леин вспомнила рассказ Кэрэла о сёстрах Уитэлл, и ей стало не по себе. В эту минуту, против обыкновения, она была согласна с Сэилом. Каменяка не может решать за людей и магов их судьбы! Тем временем Атрио продолжал:

— Но, как ни странно, все прогнозы подтверждались. Те, кто клялись друг другу в вечной любви, но не прошли проверку Храма, со временем расходились; те, кто не хотел сходиться, слепо доверяя выбору «каменяки», — передразнил друга Атрио, — со временем образовывали крепкие семьи.

— Как же Храм давал понять молодым, что объединил их судьбы? — с интересом спросила Милина.

— Это тоже забавно и необычно. — Атрио перевернул несколько страниц. — Тут сказано, что у пар, объединенных судьбой, на руке, от указательного пальца, на котором маги носят обручальные кольца, проступает замысловатый и единственный в своём роде рисунок. Видеть его может только подвергшаяся проверке пара. Цвет и размер рисунка зависит от силы чувств. Так, кажется… — Атрио устремил взгляд на страницу, проверяя верность собственных слов. Потерев мочку уха, он дочитал абзац. — Если пара испытывала сильные эмоции или чувства, рисунок проявлялся, то есть становился видимым для посторонних глаз.

— Кольцо хоть снять можно, — недовольно фыркнул Сэил.

— Будешь ли снимать кольцо, когда любишь? — возмутилась в ответ Милина. — Рисунок, в отличие от кольца, руке не мешает. К тому же его видят только двое. Это так романтично! — Она мечтательно закатила глаза.

— Детей он тоже объединял? Как раньше Высшие своих отпрысков? — съязвил Сэил.

— Да, — невозмутимо подтвердил Атрио, — если в дальнейшем они были предназначены друг другу, Храм Судьбы объединял и их судьбы. Но это единичные случаи. Обычно детей в Храм не водили.

— Бред! Они сами ещё не знали своих чувств! — не унимался Сэил.

— За что купил, за то продаю, — пожал плечами Атрио. — Именно поэтому многие пары, опасаясь за результат, Храмов сторонились.

— Не мудрено, — с каждым доводом Атрио скепсис Сэила возрастал.

— Сэил! — гневно одернула молодого человека Милина. — В книге сказано, что выбор Храма неоднократно проверялся, и ошибок в его решении не было!

Леин притихла. В эти минуты она ещё раз в деталях вспомнила поход в Храм и то, что после проверки не смогла коснуться Элэстера. Она почувствовала дурноту, как будто её с головы до самых пят окатили ледяной водой. Тело сковал мышечный спазм, а душу мрак. Леин осознала, что никакого рисунка у себя на руке в тот день не видела.

— Жаль, что их больше не существует, — тем временем рассуждал Атрио. — По-моему, этот Храм Судьбы — неплохая штука. Любого выводит на чистую воду.

— Они существуют. Я видела один… — от волнения у Леин участилось дыхание.

Всем существом она не хотела соглашаться с тем, что рассказал Атрио. Пока друзья оживленно спорили, способен ли камень решать судьбы, она судорожно соображала, к кому обратиться с вопросом о свойстве «каменяки». Вспомнив историю сестёр Уитэлл, она вскочила и, ничего не объясняя друзьям, помчалась прочь. Глядя ей вслед, Атрио, Сэил и Милина недоуменно переглянулись. Сэил разозлился: в последнее время Леин вела себя странно.

Тем временем Леин мчалась в библиотеку в надежде застать там Кэрэла. Несмотря на то, что наказание закончилось, маг продолжал там работать. Леин подскочила к дуплу Древа познаний. Увидев её, Кэрэл удивленно вскинул брови.

— Чем заслужил счастье видеть вас? — оценив встревоженный вид Леин, он сообразил, что к книгам их разговор не будет иметь никакого отношения.

— Помнишь историю сестёр Уитэлл? — усмиряя шумное дыхание, спросила Леин.

Кэрэл изменился в лице. Хотя он искусно скрывал эмоции, но, захваченный врасплох, не успел среагировать. На долю секунды Леин показалось, что в карих его глазах промелькнул испуг. Кэрэл мгновенно взял себя в руки.

— Сестёр Уитэлл? — осторожно переспросил он.

— Да, историю про Храм Судьбы, — подтвердила Леин.

— Что именно тебя интересует? — Кэрэл выпрямился и опустил со стойки руки.

— Объясни, почему Храм объединил судьбы не любивших друг друга магов? Расскажи про ошибку Храма. Ты говорил, — всё больше распылялась Леин, — маг узнал, что женат вовсе не на невесте. Атрио уверяет, что Храм никогда не ошибается, но, если вспомнить ту историю, ошибки всё же случались. Так ведь?

— Ты в очередной раз собралась посетить Храм? — перегнувшись через перила, Кэрэл с любопытством разглядывал её порозовевшие щеки.

— Поражаюсь твоей прозорливости! — вспылила Леин: шутливый тон Кэрэла её раздражал.

— Вынужден огорчить тебя, — театрально изобразил скорбь маг. Его следующие слова прозвучали как приговор. — Ошибок не случалось.

— Но, ты же говорил, что Храм ошибся! — ища последнюю лазейку, возразила Леин.

— Не Храм. Маг ошибся, только маг, — от былой весёлости Кэрэла не осталось и следа.

— Маг? Он что, не знал, кого любит? — в эту минуту Леин всем сердцем ненавидела персонажа легенды.

— Кто знает, — уклончиво ответил собеседник.

— Тогда в Храме… она же погибла. — Леин вспомнила ротонду и свои странные видения. — Если знала, что Храм объединил их, зачем совершила столь неразумный поступок? Я окончательно запуталась.

— Было бы здорово, если бы сама нашла ответ на свой вопрос. — Кэрэл исчез в углублении.

Леин несколько раз требовательно ударила по висевшему у дупла колокольчику; она не всё ещё уточнила.

— Что? — высовываясь наружу, недовольно спросил Кэрэл.

— Рисунок, который Храм оставляет на руках влюбленных, когда и как проявлялся?

— Ты меня об этом так расспрашиваешь, словно я в Храм каждый день наведываюсь. — Кэрэл опустил голову на сплетенные пальцы.

— Ты же в библиотеке работаешь, книжки умные читаешь, первое место в потоке занимаешь… — Леин облокотилась на стойку. — Ты не можешь не знать таких мелочей.

— Сгинь, нечистая! — Кэрэл поддался назад, но Леин предусмотрительно схватила его за локоть.

— Как только ответишь, сгину, будто не было, — заверила она мага.

— Точно отстанешь? — с надеждой спросил Кэрэл.

Леин энергично закивала в ответ.

— Не зна-ю! — по слогам произнёс Кэрэл и, поставив Леин щелбан, исчез в дупле.

— Больно! — замахнулась она на пустое окно, а потом растёрла лоб. — Больно же, — пожаловалась неизвестно кому.

«Все они ошибаются, — направляясь обратно к друзьям, успокаивала себя Леин. Она подняла правую руку и посмотрела на неё — ничего. — Кто сказал, что Храм всегда устраивает проверку на подлинность чувств? Мы с Элэстером по другой причине в него ходили», — заключила она и немного успокоилась.

Когда Леин подошла к березкам, друзья спорили о принципах смешивания магии. Извинившись за внезапное исчезновение, она включилась в беседу.

Сомнительное сходство

Зимой в академии появилась ещё одна студентка. Возможно, её приcутствие осталось бы незамеченным, если бы не одно обстоятельство: она была точной копией Леин. Такое же продолговатое лицо, длинные рыжие волосы, изогнутые брови, прямой вздернутый нос, тёмно-синие глаза. Единственным отличием студенток был взгляд: у Леин он был полон наивности, озорства, энтузиазма и веселья, у новой ученицы — остроты и наблюдательности, словно его владелица только и делала, что подмечала происходящее вокруг.

Первой новенькую встретил Элэстер, точнее, он попросту принял её за Леин. При встрече в холле он приветливо кивнул ей, но, сделав несколько шагов, обернулся.

Леин выглядела необычно: волосы аккуратно и затейливо уложены, шапка с белой меховой опушкой кокетливо посажена поверх прически, строгое пальто с меховым воротом, в тон головному убору, в силу непогоды предусмотрительно застегнуто на все пуговицы, тёмно-серые кожаные перчатки, подчёркивая изящные длинные пальцы, обтягивали руки. «Слишком чинно и правильно для непоседливой и торопливой Леин» — Элэстер недоуменно посмотрел на незнакомку. Заметив интерес к своей персоне, студентка одарила мага совершенно очаровательной, но абсолютно чужой улыбкой.

— Вы меня с кем-то спутали? — с интересом разглядывая Элэстера, спросила она.

— Пожалуй, да, — наконец согласился он. Перед ним стояла Леин, и в тоже время это была не она.

— Любой из нас способен совершить ошибку, — игриво произнесла девушка. — Чтобы вас дольше не смущать, представлюсь. Клея. Думаю, это устранит все сомнения. — Она ещё раз улыбнулась и протянула руку.

«Да, последние сомнения отпали» — Маг пожал протянутую руку. Новенькая, выдавая в себе мага, кивнула в ответ.

В этот момент из-за угла вышла настоящая Леин. По всему было видно, что она торопилась на занятия. Её шаг то и дело переходил в лёгкий бег. Пальто было расстегнуто, и его полы разлетались в стороны. Перчатки, наспех убранные в карманы, выглядывали из своего укрытия. Шарф, небрежно намотанный на шею, развевался на ходу. Шапка была предусмотрительно засунута под мышку. Леин, временами посматривая на дорогу, пыталась засунуть в сумку книгу. Поравнявшись с Элэстером, она дружелюбно поздоровалась и, не останавливаясь, пересекла холл.

К немалому удивлению Элэстера, новая студентка на стремительно пробежавшую девушку не обратила никакого внимания. Она попрощалась с магом и пошла своей дорогой. Маг списал это на спешку и невнимательность. Неожиданно он вспомнил историю сестёр Уитэлл. «Случайность ли, — подумал он, глядя вслед удаляющейся фигуре, — но теперь их двое». Озадаченный, маг поспешил на занятия.

Вечером Элэстер рассказал о необычной встрече Кристеру. Тот посоветовал в происходящее не вмешиваться, лишь наблюдать за тем, сойдётся ли Клея с Леин специально. Но все их последующие встречи проходили примерно так же, как первая. Между собой их свёл случай: Милина приняла Клею за Леин. Увидев «подругу» на подходах к академии, она догнала её, взяла под руку и принялась рассказывать о том, что провалила последнюю контрольную. Клея какое-то время продолжала послушно идти вперёд, но вскоре, не выдержав неугомонной болтовни и обилия вопросов, порывисто остановилась.

— Простите, вы меня с кем-то спутали, — аккуратно высвободившись, сказала она.

— Леин, ты не выспалась или это игра какая-то? — Милина снова взяла подругу под руку.

— Не первый раз слышу это имя. — Девушка выглядела раздражённой. — Но поймите, наконец, меня зовут Клея. Кле-я! — специально громко и по слогам повторила она для убедительности.

От изумления Милина отступила и случайно наткнулась на брата, который как раз догнал её.

— Занятия вот-вот начнутся! — Молодой человек, видя, что подруги застыли на дороге, слегка подтолкнул обеих в сторону академии.

— Это не Леин! — Милина схватила брата за руку.

Озадаченный Атрио воззрился на сестру. Заметив её растерянность и смущение, он осмотрел ту, которую Милина назвала «не Леин». Догадливый и внимательный Атрио сразу заметил, что в образе подруги угадывалось что-то постороннее, ей несвойственное. Первой в глаза бросилась чрезмерная аккуратность. Вторым расхождением с привычным образом были острый взгляд и чуть поджатые губы. Пока молодой человек настороженно разглядывал «не Леин», друзей нагнал Сэил.

— Поторопитесь! — Молодой человек подхватил девушек и повёл их вперёд. — На перемене помиритесь, — добавил он на случай возможной ссоры.

— Сколько раз повторять, я — Клея, и к вашей компании не имею никакого отношения! — Новенькая с силой вырвалась.

Сбитые с толку друзья переглянулись. В этот момент из-за поворота выбежала «вторая» Леин и, увидев друзей, поспешила к ним. Милина ахнула, Атрио, проследив взгляд сестры, нахмурился и тряхнул головой, Сэил опустил руки и раскрыл от изумления рот.

— Не думаю, что миссис Трэвэрди оценит вашу неторопливость, — в этот момент Леин, хоть и волновалась за друзей, испытывала искреннюю радость, что, перейдя на другой поток, освободилась от гнёта надоедливого и суетливого куратора. — После трёх опозданий Хай съест вас с потрохами!

Тут, заметив незнакомку, Леин мельком оглядела её и сразу уловила схожесть с собой: рыжие волосы, овал лица, брови, нос…

— Ты Леин? — Новенькая шагнула ей навстречу.

— Да, я, — та смахнула с волос успевший налететь снег.

— Нас с тобой путают. — Клея придирчиво осмотрела девушку.

— Мы действительно похожи? — чтобы проверить опасения, Леин обратилась к друзьям.

Сэил ничего не ответил, только сжал губы и сложил на груди руки. Милина, часто моргая, смотрела поочередно то на Леин, то на «не Леин». Она никак не могла сообразить, что происходит. Первым нашёлся Атрио.

— Вы не просто похожи, — сказал он. — Вы, как сёстры-близняшки — одинаковые. Только у неё вид более собранный. — Он указал на Клею.

Услышав подобное, Леин обиделась. Да, в силу характера она бывает поспешной, но обвинить её в несобранности — это слишком. Сначала она неодобрительно взглянула на Атрио, а потом более придирчиво изучила незнакомку.

— Я тоже не понимаю, почему нас путают. Между нами есть сходство, но и разница очевидна. — Студентка хотела уйти, но Милина остановила её.

— Предлагаю вам на время занятий поменяться местами. Если подмены не заметят, это послужит лучшим доказательством того, что вы похожи, — предложила она.

— Хорошо, — неожиданно легко согласилась Клея. — Полагаю, много времени это не займет. — Она посмотрела на друзей и спросила. — Куда идти?

Леин нехотя поменялась местами с Клеей: ей не нравилась мысль о схожести с этой заносчивой особой. Но на спор с друзьями не было времени. Хоть Остэр Сайс, в отличие от неугомонной Трэвэрди Хай, отличался разумностью, но устав академии он соблюдал не менее рьяно.

— Как же, похожи, — думала Леин, открывая дверь кабинета истории. Сёстры-близняшки, одна из которых учится на два курса старше, — передразнила она Атрио.

Зайдя внутрь и осмотревшись, Леин растерялась: она не знала, какое место в аудитории выбрала себе Клея. Подумав, она заняла третью парту у окна справа.

Однокурсницы коротко кивнули ей, а вот однокурсники повели себя странно: один подмигнул, другой радостно махнул рукой, лицо третьего расплылось в слащавой улыбке. Леин смутилась: представители противоположного пола никогда не оказывали ей повышенного внимания. Чаще наоборот: Элэстер, хоть при первой встрече произвёл хорошее впечатление, сторонился и избегал её. Хэил вообще не обращал на неё внимания. Кэрэл поначалу вовсе не воспринимал всерьёз. В чём секрет новенькой?

В таком русле текли мысли Леин, пока она тщетно пыталась сообразить, о чём идёт речь в сорок пятом параграфе. Студентка прислушалась. В параграфе говорилось об истории Магического бунта периода чёрного правления Гарэлия. Вдруг Леин вспомнила другой бунт и, так как владела лишь урывками информации, решила узнать о событии более подробно.

— Простите, — успешно встряла она в образовавшуюся паузу. — Я давно ищу сведения об одном значимом для Маи’рэ событии, но не нахожу их. Помогите мне устранить провал в знаниях.

— Какое событие вас заинтересовало? — наблюдательные глаза учителя устремились на студентку.

Преподаватель истории всегда нравился Леин. Он обладал весёлым нравом и умел доступно всё разъяснять. Среди прочих умов академии его выделяла нестандартная внешность. Мужчина, которому на вид нельзя было дать больше тридцати пяти, был высок и худ. Его светлые, коротко стриженые волосы стояли дыбом, будто их каждое утро специально начёсывал умелый парикмахер. В серых глазах часто прослеживалась ирония. Взгляд был плавным, скользящим и наблюдательным. Лёгкая бородка имела свойство то исчезать, то появляться. Когда мужчина думал, то водил указательным и большим пальцами по подбородку. Длинные ноги, в какую бы позу он их не ставил, всегда виднелись из-под стола.

— Бунт, предзнаменовавший начало магической блокады, — уточнила Леин.

В аудитории повисла тишина. Студенты-маги опасались поднимать скользкую тему, а студенты-люди попросту ничего об этом не знали. Преподаватель понимающе кивнул.

— То, что сокрыто, всегда будоражит разум, — наконец сказал он. — Я понимаю ваш повышенный интерес к событиям десятилетней давности. Что ж, это уже свершившиеся факты, и наша с вами беседа ничего не изменит. — Он откинулся на спинку стула и посмотрел в окно. — Десять лет назад между людьми и магами, как это случалось неоднократно, возникли некоторые разногласия. В основе конфликта, как, впрочем, и всегда, лежала неподвластная людям магическая мощь. Мэссиры, поддерживаемые людьми, желали ограничить магов в их возможностях. Естественно, сэттэры и магическое сообщество были против подобных мер. Свою позицию они обосновывали тем, что со своей стороны людям ничего не запрещали. Тогда мэссиры, чтобы доказать серьёзность своих намерений, издали указ, в котором ввели запрет на смешанные браки. На первый взгляд, самих магов запрет не касался, но только на первый. Кто знает, почему? — Преподаватель оглядел притихших студентов.

— Потому что кровь магов нуждается в постоянном обновлении, — выкрикнул с задней парты взъерошенный маг.

— Нуждается, — подтвердил преподаватель. Леин вспомнила, что нечто подобное читала в книге про Эллиандровое дерево. Но там вопрос об обновлении магической крови подробно не рассматривался. — Магическая кровь по отношению к человеческой — доминантна, поэтому со временем «забивает» её. Проще говоря, маги не могут блюсти чистокровность семей: это приведёт к ослаблению магической мощи и вымиранию эллидорского гена.

— Поэтому, запрет на смешанные браки маги восприняли, как угрозу для существования, — подал голос всё тот же парень с задней парты.

— Именно, — подтвердил учитель. — В свою очередь, обладатели силы ввели запрет на предоставление магии людям. Так зародился конфликт, и, возможно, со временем он бы изжил себя, но… Появилось одно значимое обстоятельство, — на некоторое время учитель замолчал. Создавалось ощущение, что он обдумывал, стоит ли продолжить историю или воздержаться, но потом решился: — Сначала поползли слухи, что появился тёмный маг, который ходит по городам и забирает в плен молодых девушек. Позднее слух подтвердился. Город Лэ́сэмиль, где магу отказали в своего рода дани, был стёрт с лица земли. Стёрт — в прямом смысле слова. От Лэсэмиля не осталось ничего: ни людей, ни магов, ни домов. Даже пепла, и того не нашли. Словно был город, да в одночасье исчез. Но, как говорится, нет свидетелей — нет доказательств. Мэ́ссиры тут же создали специальный комитет. Они выдвинули магическому сообществу ультиматум — вернуть девушек. Но те клялись, что о страшном деле ничего не знают и, даже если есть маг, способный на подобное злодеяние, то его сторону никто не примет. Девушек долго искали, но так и не нашли. Через некоторое время из-за недостатка сведений дело замяли. Но ровно через год происшествие повторилось в городе Гро́тэм. И на этот раз никто не уцелел. Люди рассвирепели: только маги могли сотворить подобное. Всё чаще, то там, то здесь, происходили стычки между магами и людьми, и с каждым разом они были многочисленней и беспощадней. В смешанных семьях настал разлад. Эонис стал последним городом-жертвой, потому что уцелел-таки один свидетель, а точнее, свидетельница. И вот что она рассказала. Ровно через год после трагедии в Гротэме в их городе во время приёма у мэссира появился тот самый маг. На нём была длинная чёрная мантия с капюшоном. Соответственно, лица злодея никто не видел. Он, не церемонясь, прошёл к мэссиру и предъявил свои требования. Но вот девушку на этот раз маг выбрал непростую. Он потребовал выдать ему дочь Главы. Тот в ярости прогнал наглеца. Началось светопреставление… Как удалось выжить девочке-свидетельнице, никто не знал. Она и сама толком не помнила, как уцелела. Сказала только, что мать вытолкнула её в окно. Особняк мэссира находился на окраине города, и девочка, не раздумывая, кинулась в лес. В тот вечер город объял смертоносный пожар, а утром маг, как и в остальных случаях, используя силу, замёл следы. Людей обуяла ярость, и, не разбирая больше, кто прав, кто виноват, всех тёмных магов, без разбору, загнали в подземный Тэу. Тёмного мага, подозреваемого в преступлении, Глава Совета Итэр Ха'Иль'Инэс заключил в особую тюрьму, — после этих слов в глазах учителя блеснул странный огонёк. — Вот и вся история.

— Значит, города, в которых дань отдавали, уцелели? Или таких не нашлось? — проявил интерес всё тот же взъерошенный парень.

— Нашлись. Было три таких города: Саттил, Варлэн и Дорсэль. В Саттиле сам мэссир был похлеще любого тёмного мага: отличался жестокостью и эгоизмом. Он был готов отдать хоть всех девушек города, только бы остаться правителем.

— Но это же грозило ему отставкой, — удивилась Леин.

— Свой поступок он оправдал нависшей над городом угрозой. Сказал, что предпочёл отдать в плен трёх девушек, нежели позволить испепелить и город, и его жителей. Так что ему всё сошло с рук.

— А два других города? Почему они пошли на сделку? — пробасил с последней парты коренастый парень с короткими жёсткими волосами и мощным подбородком.

— Полагаю, по тем же причинам. Предпочли отделаться малым количеством жертв.

— Девушек и после изгнания магов не нашли? — робко спросила белокурая студентка, сидевшая за второй партой у окна.

— Увы, — печально отозвался учитель.

— Значит, нападения на города с изгнанием магов и поимкой подозреваемого прекратились? — уточнил коренастый парень.

— Да, — подтвердил преподаватель.

— Больше похоже на подлог, — сделал вывод студент. — Гладко всё как-то.

— Гладко?! Подлог?! В этом есть смысл! — с разных сторон послышались возмущенные голоса. — Там всех подряд убивали! — в аудитории поднялся шум.

Преподаватель, призывая всех к молчанию, поднял руку. Студенты притихли.

— Ох, — вздохнул учитель, — вокруг событий десятилетней давности до сих пор спорят, да толку.

— Я не о том, — коренастый парень махнул рукой. — Есть в этом какая-то идеальность. Подобное скорее людям на руку.

— Кстати, как вообще удалось загнать магов в Тэу? У них достаточно силы, чтобы оказать сопротивление любому натиску, — поинтересовался один из студентов.

— Вот тут и люди отличились. — Преподаватель почесал за ухом. — И, надо отметить, не с лучшей стороны. У магов есть слабости. Во-первых, они, в отличие от своих прародителей, не бессмертны, во-вторых, уязвимы к свойствам некоторых видов растений, камней и минералов.

— Ципелиус? — сорвалось с губ Леин.