Бесплатный фрагмент - Призрак Сталинграда

Призрак Сталинграда

ЛАРИОНОВ АНДРЕЙ НИКОЛАЕВИЧ

(роман)

Глава 1. Проезжая по Волгоградской…

Я частенько бываю на улице Волгоградской в своем городе. И знаете почему? Потому что я обращаюсь к специалистам психологам, сексологам и психиатрам, чтобы они сохранили мое душевное спокойствие, которого у меня, к сожалению, сейчас нет. Хотя эта история началась с того, что я писал блоги, а меня решили привлечь к уголовной ответственности за резкие высказывания о мигрантах и о войне. Потом они решили проверить меня в психиатрической экспертизе, а потом началось вот это самое «лечение» блогера-писателя, представляющего опасность миру, своими антивоенными и антимигрантскими высказываниями. Экстремисты — это все те, кто говорят что-то не то, что хотело бы услышать общество и это очень опасно. Их либо сажать в колонию, либо лечить… Однако сейчас речь не об этом. Не о том, как я растратил свою жизнь и свои нервы в борьбе с этими обстоятельствами, а о том, что городе Волгограде, что раньше именовался Сталинград. Это было во времена, когда жив был СССР, а страна сражалась с неистовыми фашистами, вторгавшимися на территорию советского государства. И там в Сталинграде случилась величайшая в истории битва, которая переломила ход военных сражений. Если после сражения за Москву, немцы отступили и решили вклиниться на юг страны, дабы перекрыть доступы к кавказской нефти, потому их решение было атаковать Сталинград, и захватить Кубань.

Мои мысли роились именно о тех событиях, кровавых и тяжких для страны, когда Советский Союз едва-едва справлялся с натиском врага. За окнами автобуса, сидя на сидении, я видел мрачный город Кемерово. Возможно, что меня тут даже некоторые считали сумасшедшим и избегали, однако, не знали, что этот сумасшедший был отличным писателем, который писал книги. В своем сознании я проектировал новый сюжет для своей книги. Я был одинок, и моя сексуальная энергия начинала сублимироваться во что-то другое. У меня абсолютно не было личной жизни последние шесть месяцев. Расставание с девушкой Татьяной, вывело мою душу из равновесия, и я сейчас все чаще и чаще предавался мечтам и своим иллюзиям, которые и порождали мои удивительные сюжеты в книгах.

Я не считал себя великим писателем, однако, все же писать я умел и довольно неплохо. Некоторые сочтут меня сумасшедшим. На что я отвечу: на самом деле даже если я и сумасшедший писатель, то скажу, что такие писатели пишут еще круче книги, чем остальные писаки. Ведь безумных гениев было много, и их фантазия работает гораздо лучше, чем у тех, кто ограничен стереотипным мышлением здорового человека… Гоголь в конце своей жизни сжег свой том «Мертвые души», потому что его рассудок был поврежден или истощен теми нервными терзаниями. Иоанн Богослов, что писал откровение в последней книге Библии, тоже написал с точки зрения науки абсурдный сюжет, рассказывая о голосах, которые вещали ему пророчества. Однако в его предсказания поверили миллионы христиан по всему миру. А Маяковский, например, покончил жизнь самоубийством, что тоже считается с точки зрения психологии ненормальным событием. Ведь здравый человек не будет завершать свою жизнь самоубийством. Однако диагнозы психологов не имеют никакого отношения к творчеству тех великих писателей, ибо великим может быть, даже безумец. Собственно, потому я с позиции гения, могу плюнуть в сторону тех, кто меня называл безумцем или фашистом, за мои патриотические взгляды на жизнь и мое консервативное отношение ко всему чуждому, что приходит из-за границы. Я отрицаю, и скажу, что не безумен, и не фашист, как утверждали некоторые из моих врагов, что знали мою личность.

А сейчас, сидя в автобусе, у меня в этот момент родилась идея написать книгу о Сталинградской битве. О том времени, когда фашистские захватчики безжалостно вклинивались вглубь страны, чтобы смять ее, и превратить в колонию. Возможно, что все они ошибались, избрав такой путь. Ведь все такие завоеватели погибли в итоге, оставляя на территории России миллионы убитых солдат. Россию невозможно победить. Так было и с монголами, и пруссами, шведами, поляками, французами, а также с немцами, когда они в июне 22 вторглись вероломно в СССР, разорвав пакт о ненападении.

Сейчас я хотел бы исторически развернуть мини-сюжет о тех тяжелых днях, когда Сталинград осаждали враги. И рассказать, вам читатели о тех героических людях, что сражались за свою Родину, не жалея своих жизней.

***

Автобус добрался до остановки Кирова. Тут на Советском проспекте много банков, и культурных заведений, вроде ресторанов и кафешек общепитов. Однако я туда не заходил, а зашел лишь в супермаркет «Бегемаг», купил себе буханку хлеба, и отправился домой, ожидая очередного автобуса на остановке. Транспорт, к счастью, подошел довольно быстро, потому я без ожиданий, уже счастливо стоял в проходе автобуса и продолжал обмозговывать свой сюжет очередной книги.

Когда автобус добрался до остановки «Островского», я вышел из него, скользя по ледяной дороге. Впереди был отель, а также рядом угловое здание с винным магазином «Красное&Белое». В какой-то миг я хотел было отказаться от того, чтобы написать такую книгу, потому что считаю себя в какой-то мере репрессированным писателем, который сам пострадал от такой судебной системы и за свои убеждения и высказывания относительно мигрантов и иностранцев, пострадал очень сильно. Однако, моя интуиция подсказывала, мне, что я все же должен написать книгу о советском прошлом, даже если той страной правил деспот Сталин, что не щадил ни своих, ни чужих. История моя не о тиране советской страны, а о тех героях, которые положили свои жизни за Родину, стараясь ее защитить от еще более зверских фашистов-оккупантах. Потому я в этот день, вернувшись домой, решил открыть свой документ, и начать писать эту книгу, чтобы читатели узнали историю о великих людях из прошлого.

Мой скромный дом, находится кстати в том самом угловом здании с магазином «Красное&Белое». На третьем этаже моя комната, где я собственно и живу, рядовой гражданин и скромный писатель…

Глава 2. Осень в Сталинграде

Я какое-то время обдумывал дома, лежа на своей кровати, и думал о сюжете. У меня тут тесно, кроме того, с крыши снова начало капать вода, заливая пол. И все потому что, это ветхое жилье, которое нуждается в капитальном ремонте. Однако история не о моей квартире, а об Сталинграде. Наконец, собравшись силами, я решил начать писать историю так:

***