Бесплатный фрагмент - Путь к созвездию Кентавра

ПУТЬ К СОЗВЕЗДИЮ КЕНТАВРА

Посвящается будущим покорителям Космоса

КНИГА ПЕРВАЯ
Вступление

Тайны былого и грядущего скрывает космос в туманном шлейфе мгновений Бытия, открывая непосвящённому лишь отдельные картинки в калейдоскопе нескончаемой и упорной борьбы человека против необузданных сил стихии. Тысячи лет подсознательно пытаясь создать на Земле потерянный рай, люди стремились к сытой комфортной жизни, затрачивая для этого весь потенциал своих умственных и физических способностей. Но человеческая жизнь скоротечна: на смену одним поколениям приходят другие, стремящиеся к собственному благополучию, и всё повторяется вновь — одни события сменяются другими, вращая колесо Истории. Будущее намного ближе, чем это кажется…

Ко второй половине 40-х годов двадцать первого столетия мировая цивилизация уподобилась компании тинэйджеров, не отягощённых духовно-нравственными ценностями и не соизмеряющих свои избыточные физические силы с залетающими в их горячие головы шальными мыслями. Каждая мысль, каждое слово, каждый шаг и действие, несомненно, отражаются на состоянии равновесия любого человека и окружающего пространства. Действия же группы людей приобретают форму события, которое влечёт за собой значимые для мира, хотя и не всегда или не сразу заметные последствия.

Прогнившие мостки противоречий между мировыми политическими и финансовыми авторитетами в итоге обрушили мир в пучину международных конфликтов и катастроф, названных впоследствии Великим Поворотом Событий. В результате этих событий пострадали многие государства и вымерло больше трети живых существ на Земле. Экологическое состояние атмосферы и значительной части земной поверхности стало катастрофическим, а плодородные почвы зачастую были не пригодны для производства сельскохозяйственной продукции. Жизнь на планете Земля медленно умирала. Численность человечества, сократившаяся за эти годы в несколько раз, продолжала снижаться.

Великий Поворот Событий сломал старую модель миропорядка и привёл к новому разделу политической карты Мира. На Земле возникли две политические системы, два государства-гиганта: Объединённые Суверенные Территории Европы и Азии (или сокращённо — Евразийский Союз) и Соединенные Американские и Австралийские Штаты (или Амеравия). Эти государства стали развиваться на базе диаметрально противоположных доминирующих культур и общественно-политических взглядов. На континенте Евразия создавалось «Общество социальной справедливости и межконфессионального согласия» на основе безусловного равенства всех граждан перед законом. В Амеравии господствовал государственный либерализм, который стремился обновить идеологию потребления за счёт новых технологических и моралистических решений.

На фоне бурных планетарных изменений произошёл мощный технологический скачок. Амеравия вплотную приблизилась к созданию биологического кибернетического организма с искусственным интеллектом — биокибера. Евразийский Союз хотел осуществить идею освоения подходящей для жизни будущих поколений планеты в нашей галактике Млечный Путь и готовил проект межзвёздного космолёта (звездолёта). Проект получил название «Галактика». Над созданием космолёта трудился коллектив энтузиастов-специалистов, сведённый в одно научно-техническое подразделение под названием отряд «ТОРНАДО».

После Великого Поворота Событий минуло пятнадцать лет, шёл 2068 год.

Часть первая

Событие 1. Мечты и решения

Рассвет, раскрасивший ярко-красными узорами дымку над водной гладью Бискайского залива, освободил от сумрака уходящей ночи старый трёхэтажный особняк с мансардой. Этот дом стоял с той поры, когда добрая половина человечества самозабвенно покоряла ближний космос и глубины Мирового океана, а другая половина, утратив веру в Бога, безмерно предавалась утехам и развлечениям. Со временем особняк будто бы врос своим основанием в каменистую почву холма, возвышавшегося над заливом. Издалека дом казался бархатно-зелёным: его стены равномерно покрывали заросли плющевидного девичьего винограда, лианы которого давным-давно достигли крыши здания и переплелись под карнизом зелёной шапкой.

С уютной мансарды открывался прекрасный вид на залив. Когда позволяла погода, обитатели особняка любили находиться здесь, наслаждаясь тишиной и созерцая великолепие бескрайних водных просторов. Широкий балкон мансарды позволял устраивать здесь непродолжительные чаепития с обсуждением злободневных вопросов.

В это ранее утро погода благоприятствовала: лёгкий морской бриз, нежно дул в открытые окна мансарды, неся свежесть и умиротворенность. В помещении было тихо, если не считать доносившегося сюда шелеста листвы за окном. В кресле-качалке сосредоточенно восседал, пожёвывая мундштук электроплазменной сигареты, ведущий инженер проекта космолёта Гарри Спенсер. Он обладал выдающимися способностями философа, но помимо философии в его голове отлично уживались мысли о магнитодинамических процессах, которые были крайне востребованы для реализации технического проекта по созданию принципиально нового по способу перемещения в пространстве космического корабля.

Покачиваясь в кресле-качалке, как метроном, Гарри, надвинув на переносицу очки дополненной реальности, внимательно рассматривал чертеж вигглера будущего маршевого двигателя. Создавалось впечатление, что он уже знает, где надо доработать этот агрегат. Все последние месяцы жизнь Спенсера всецело принадлежала проекту: он, как никто другой, понимал всю важность скорейшего завершения разработки двигателя звездолёта.

На террасу вышел, мягко ступая войлочными тапочками, здоровяк Алекс Грачевский, заспанное лицо которого говорило о том, что ночной сон только что покинул пределы его сознания. В отряде он был начальником отдела сборки и настройки изделия (так между собой приятели называли будущий звездолёт). К тридцати восьми годам Алекс достиг абсолютного физического совершенства — его атлетическая стройная фигура была живым воплощением статуи Аполлона Бельведерского. Казалось, что из-за своих физических данных Грачевский — непревзойдённый любимчик женщин отряда, и отчасти это было так. Однако главным его достоинством был природный аналитический ум, подкреплённый хорошим инженерным образованием и опытом практической работы. Жажда познания позволила ему ещё до Великого Поворота Событий окончить факультет ракетных и импульсных систем Московского университета, а после Событий — факультет информационных технологий в Парижском университете. Во время Событий он отучился на курсах космолётчиков и проходил службу в ракетно-космических войсках России космолётчиком на термосферном истребителе-перехватчике. На его счету несколько уничтоженных космических аппаратов и боевых самолётов противника. Он имел боевые награды и в душе этим гордился, однако с гражданскими персонами вёл себя корректно и никогда не кичился своими военными заслугами.

Увидев Спенсера, Алекс по-деловому поприветствовал его:

— О, Гарри! Как продвигается разработка «сердца» нашего изделия?

— Тс-с! — вместо ответа отмахнулся сосредоточенный на работе Гарри.

— Так, понятно, не буду мешать творчеству инженерного гения! — попытался сострить Алекс, нисколько не смущённый такой деловой бесцеремонностью инженера, и, повернувшись к окну, сосредоточил своё внимание на зарождающемся атмосферном вихре над заливом — частым явлением после Великого Поворота Событий.

Из боковых дверей лёгкой походкой выпорхнула единственная дама в этом импровизированном общежитии — Нати Панч. В ней удивительным образом сочетались природный пытливый ум и внешнее совершенство. Природа щедро одарила её прелестным лицом с умными глазами изумрудного цвета и красивыми, идеально очерченными губами. При этом верхняя губа выглядела чуть тоньше нижней, что говорило о непревзойдённых лидерских качествах Нати. «В её венах течёт не кровь, а огонь», — поговаривали коллеги, почти не кривя душой. Её кипучую жизненную энергию сравнивали с горячим гейзером. Она была убедительна и умела настоять на своём. Этот портрет смело можно дополнить описанием длинных красивых ног и узкой талии, которые дополняли безупречность её точеной фигуры, не оставляя никого равнодушным и вызывая фейерверк противоположных чувств: от мужской влюблённости до женской зависти. Напротив, Нати не знала чувства любви: она, словно Снежная королева, была выше всяческих намёков на ухаживания. У неё не было любовных отношений из-за её жизненного кредо: «Быть КЕМ-ТО, а не просто С КЕМ-ТО». Она возглавляла отдел логистики и отвечала за доставку на базу необходимого оборудования и комплектующих материалов для будущего космолёта. Только руководство знало, сколько ей лет, при этом выглядела она на «тридцать с небольшим». Каждый год она скромно праздновала не день рождения, а день Ангела. Её напористость и целеустремлённость давали хорошие результаты: если что-то нельзя было достать, но было крайне необходимо для осуществления проекта по созданию изделия, то Нати обязательно доставала через свои многочисленные связи. Как это она делала — только одному Богу известно, хотя, может быть, и ещё кому-то из руководства. Успех её действий был гарантирован.

— Доброе утро! — обратилась Нати к коллегам, выразительно глядя на Алекса Грачевского.

Среди рядовых членов коллектива бытовало мнение, что Алекс и Нати имели какие-то «неслужебные» связи: они нередко обменивались выразительными взглядами, как бы испытывая друг друга. И только наиболее осведомленные коллеги знали, что это всего лишь видимость и игра воображения.

— Доброе утро, Нати! Да вот хотел поднять ему настроение, — указывая на Гари, прошептал ей на ухо Алекс, — но он безмолвствует, как сфинкс.

— Не мешай ему, — без всякого намёка на иронию сказала Нати, глядя на Гарри. — Инженерный отдел — мозг проекта, а главный инженер — наша надежда.

Похвалу в свой адрес на этот раз уловил слух Гарри. Он оторвался от проектирования и, сняв очки дополненной реальности, посмотрел на друзей.

— Ба-а! Я вижу, уже почти все собрались на завтрак! Спасибо, Нати, за комплимент. Но в этом процессе только коллективный труд позволит нам поднять изделие в космос, — начал рассуждать, сев на своего философского коня, Гарри.

И его слова были сущей правдой: в этом районе у побережья Бискайского залива собрались сотрудники подающей надежды организации, занимающейся разработкой небывалого проекта космолёта с протонным магнитодинамическим двигателем. Их всего чуть больше пятисот человек, рейнджеров и инженеров — коллектив одухотворённых людей, связанных одной целью. Коллектив имел официальное называние — отряд «ТОРНАДО» по аббревиатуре первых букв русских слов: «Технологическая организация разработки, наладки, апробации двигателя обертонного».

Отряд недаром носил это название: подобно природному торнадо коллектив ворвался в науку и всей мощью своего интеллекта пошёл к намеченной цели, только, в отличие от природного вихря, сеющего хаос и разрушения, «ТОРНАДО» нёс людям веру в светлое будущее человечества.

Каждый член отряда имел несколько профессий. Помимо мирного ремесла, все без исключения владели оружием ближнего боя: ножами и арбалетами, пистолетами и пулемётами. В отряде имелся запас плазменных гранат для непрошеных гостей. Нападение с воздуха было маловероятным, так как операционный район находится под противовоздушным зонтиком Евразийской оборонной системы.

Создание нового двигателя для звездолёта позволило бы стартовать с Земли и вылететь за пределы Солнечной системы в направлении трёхзвёздной системы Альфа Центавра, находящейся на удалении сорока триллионов километров или чуть более четырёх лет полёта со скоростью света. Достигнув созвездия Центавра (в отряде прижилось другое название — созвездие Кентавра), исследовать несколько экзопланет, в первую очередь — планету Эдэн, где предположительно существуют пригодные для жизни человека условия. Руководство Евразийского Союза поставило задачу колонизировать планету при подтверждении её пригодности для жизни.

Этому распоряжению предшествовал прошлогодний доклад на заседании Совета Достоинства и Чести. Доклад делал сам руководитель «ТОРНАДО» командор первого ранга Бенджамин Хок. Вопрос Председателя Госсовета Эммануила Распроди о колонизации космоса не застал его врасплох:

— Колонизация космоса возможна, я в этом уверен, — сказал тогда Хок.

— Но как вы собираетесь достичь этих планет, не разогнавшись до скорости света? — спросил Председатель. — Как известно, полёт на скорости современных космических аппаратов будет бесконечно долгим, и в обозримом будущем мы не попадем на планету Эдэн.

— Вы правы, многоуважаемый Председатель! С точки зрения современных взглядов землян, мы никогда не достигнем порога скорости света, и ждать каких-то результатов экспедиций придётся тысячи лет. Но вот с точки зрения экипажа корабля нам вполне по силам достичь самых удалённых галактик за вполне разумное собственное время, например, за десять лет долететь до ближайшей звезды. Согласно последним расчётам, ракета, ускоряясь, попадает в такой срез пространства, где расстояние до далёких звезд резко сокращается, подобно сокращению длин по закону Лоренца, плюс — искривление пространства и гравитационные туннели, и лететь остаётся всего ничего. Надо только позаботиться о том, чтобы ускорение не расплющило всех в лепёшку на борту. Над этой технической задачей уже трудится мой коллектив, — произнёс Хок по-командирски громко и чётко.

— Теория — вещь прогрессивная, но что мы имеем сегодня, уважаемый командор первого ранга? — спросил тогда Председатель.

— Мы провели все теоретические исследования и подготовили образцы действующих моделей двигателя и корпуса. Аудиторы Государственного Совета присутствовали на запуске моделей и остались довольны, — с гордостью докладывал Хок.

— Да, я наслышан об этом эксперименте. А когда Правительство может рассчитывать на готовый космолёт? — спросил Председатель, хотя практически не сомневался, что космический корабль будет.

— Глубокоуважаемый Председатель, нам необходимо для реализации проекта сто пятьдесят тысяч евробондов, что в суммарном номинале составит почти шестьдесят тонн золота.

— Правительство выделит вам сто тысяч евробондов на три года и помощь в организации межотраслевых связей, эта кооперация покроет недостающие финансовые средства. Ничего не должно помешать реализации проекта. Госсовет должен быть уверен в этом. А вы должны пообещать Совету, что космолёт будет построен.

— Да, глубокоуважаемый Председатель, космический корабль будет построен! — ответил Хок и, как бы подтверждая серьёзность своих слов, поднял руку в воинском приветствии.

— Вы должны понимать, командор Хок, что в ваших руках находится не только будущее нашего государства, но и будущее всего человечества, — напоследок добавил Председатель.

Он знал, что некоторые члены Госсовета критически относятся к «звёздному проекту», считая, что и на Земле полно неотложных дел. Поэтому последнее замечание Председатель высказал скорее для присутствовавших скептиков, чем для командора Хока, которому он всецело доверял.

Командор первого ранга Бенджамин Хок был создателем и руководителем отряда «ТОРНАДО» вот уже пять лет. Идея создания отряда зародилась в голове Хока давно.

Всё началось во время горячей фазы Великого Поворота Событий. Аэромобильный батальон под командованием тогда подполковника Хока в составе трёх эскадронов морских пехотинцев, экипированных самоходными экзоскелетами, предпринял дерзкую вылазку на штаб-квартиру командования Западного Альянса в Вирджинии.

Наступая в направлении вражеского штаба в южных пригородах американского Ричмонда, батальон внезапно подвергся атаке автономного роя боевых дронов: сотни металлокерамических стрекоз-камикадзе устремились сверху на боевые порядки морпехов. Батальон ответил огнём электроимпульсных автоматических пушек, выводящих из строя электронные устройства дронов. Невзирая на непрерывный плотный огонь автоматического оружия, десятки дронов, падая, взрывались над головами морпехов. Тогда погибло много бойцов, а Хок получил тяжёлое ранение в грудь. Только благодаря подоспевшему русскому экранолёту удалось провести эвакуацию раненых. На воздушном судне всем раненым была оказана врачебная помощь. Долечивался Хок уже в России, в госпитале, укрывшемся в сибирских вековых лесах. Из-за ранения врачам пришлось поставить ему вместо повреждённой части сердца биопротез, выращенный из собственных тканей сердечной мышцы Хока. Там же, в Сибири, у него зародилась мысль создать боевой отряд будущего, который будет не только иметь комплексную защиту от всех известных средств поражения, но и разрабатывать новые технические средства и вооружение. Хок хотел побеждать, но, пока он лечился, Великий Поворот Событий завершился. Перед человечеством стояли иные задачи: выжить на разрушенной во время Событий Земле или найти себе другую планету для жизни.

О Хоке и его организаторских способностях ходили легенды. До Великого Поворота Событий он, тогда ещё молодой человек, служа в спецназе, успел повоевать на Африканском континенте, а затем руководил фирмой, создававшей на новых физических принципах двигатель будущего для перемещения в пространстве. Тогда проект не был доведён до реализации, но после Великого Поворота Событий принципы работы двигателя стали востребованы для нового проекта летательного аппарата. Теперь Правительство Союза поручило ему проект по созданию звездолёта для длительного межзвёздного путешествия.

Бенджамин Хок со свойственной ему энергией взялся за дело. Проектирование и строительство звездолёта были организованы на старом авиастроительном предприятии в пригороде бывшей испанской Севильи, ставшей столицей Союза Евразии и переименованной в Город Мира. На «ТОРНАДО» стали работать сохранившиеся после Событий остатки авиационных и космических предприятий, разбросанные по всему Евразийскому континенту.

Слаженная работа двух ведущих отделов (инженеров и сборщиков) позволила приблизиться к реализации мечты о создании антигравитационного двигателя, использующего гравитацию для полёта в воздушном и безвоздушном пространстве.

Прошёл год, и уже был виден «свет в конце тоннеля», усилия «научной мысли» отряда не прошли даром: создан действующий макет гравитационного двигателя и корпуса звездолёта, опробованы его полётные характеристики — полёты увенчались успехом! Аппарат с натурными муляжами пяти человек поднялся на расчётную высоту (насколько позволяла длина силового кабеля, подключённого к наземному термоядерному реактору) и благополучно приземлился. Основной маршевый двигатель тестировался на стенде. Всё задействованное в секретном проекте научно-техническое сообщество согласилось с решением о готовности проекта к производству первого межзвёздного космического аппарата, что стало отправной точкой начала строительства звездолёта с многообещающим названием «Галактика».

Совет Достоинства и Чести позволил отряду «ТОРНАДО» задействовать для строительства космолёта всю промышленную мощь Евроазиатского Союза и широкую сеть кооперации с промышленными предприятиями на других континентах.

Событие 2. У Президента Амеравии

Президент Амеравии Джордж Морган с утра находился в своём овальном кабинете Президентского дворца в столичном городе Новый Вашингтон. После Великого Поворота Событий правительство Амеравии решило перенести столицу из непригодного для жизни Вашингтона в город Милуоки, на берегу озера Мичиган. За последующие несколько лет Милуоки стал настоящей столицей межконтинентального государства. Однако название города не нравилось правящей элите в качестве названия столицы возрождённого государства. Сохраняя преемственность, новая столица решением Сената была переименована в Новый Вашингтон.

Пуленепробиваемые окна кабинета Президента выходили на озеро Мичиган, на водной глади которого сейчас разворачивалась гонка парусной регаты.

Джордж наблюдал сквозь голубоватые триплексы за двумя шлюпами, вырвавшимися вперед. Зрелище его захватило так, что он не сразу услышал, как в кабинет вошёл секретарь Майкл:

— Господин Президент, новые документы по линии разведки.

— Положите на стол, — не отрываясь от зрелища регаты, с ноткой досады в голосе произнёс Морган.

— Господин президент, шеф Разведки попросил вас ознакомиться с представленными материалами: по его мнению, эта информация не требует отлагательства, — не унимался секретарь, стоявший в шаге от входной двери.

— Хорошо, Майк, ступайте! — словно отмахиваясь от назойливой мухи, воскликнул Морган. Наконец он оторвался от захватывающего зрелища и бросил взгляд на письменный стол.

На столе лежала папка, перечёркнутая красной полосой с надписью: «Совершенно секретно». Он приподнял папку, отрыл её и выложил на стол стопку бумаг и голографических картинок. Одного взгляда на содержимое бумаг было достаточно, чтобы понять, что эта информация касается космических разработок Евразии.

Он вначале бегло прочитал текст и просмотрел картинки с изображениями проекта летательного аппарата. Затем, выпрямившись в кресле, ещё раз прочитал текст, более внимательно рассмотрел картинки и схемы. Чем больше он вчитывался в текст, тем больше его лицо приобретало вид недовольного бульдога, у которого пытаются отобрать мозговую косточку. Благодушное настроение, связанное с видами регаты, постепенно улетучилось. Он ощутил привкус опасности.

Проект космолёта

В своих теоретических диспутах по созданию космолёта мы рассуждали следующим образом. По своей сути Земля, как и любое большое космическое тело, — большой магнит. Земля обладает магнитным полем в форме сферического тора, а гравитация находится в постоянном движении.

Теория Большого взрыва позволила прийти к неоспоримому выводу: между крупномасштабными структурами во Вселенной должна присутствовать не только гравитация, но и сила отталкивания небесных тел, чтобы они могли отбрасывать друг друга без столкновения.

При создании вакуумного домена возникает область, где электромагнитное и гравитационное движения «работают» вместе.

Правильный учёт соотношения между силами отталкивания и притяжения приводит к возможности поглощения энергии гравитации.

Задача преодоления гравитации без применения ракетных двигателей многие годы занимала умы ведущих учёных и инженеров мира. Сейчас мы приблизились к осуществлению заветной мечты, создав гравитационный движитель — конструкцию, состоящую из больших электромагнитов и энергетической термоядерной установки. В движителе нет ни одной движущейся детали, поэтому его ресурс безграничен.

Гравитационные движители будут использованы в старт-маршевых двигателях для преодоления силы гравитации (как земного притяжения, так и других планет, и звёзд). Старт-маршевые двигатели позволят звездолёту преодолеть силу притяжения Земли и вывести корабль на околоземную орбиту, а затем разогнать его свыше 17 километров в секунду, преодолев третью космическую скорость, позволяющую покинуть пределы Солнечной системы. После этого в работу включится маршевый разгонный двигатель, который разгонит звездолёт до 500 километров в секунду.

В маршевом двигателе применена другая конструктивная компоновка электромагнитов, опоясывающих замкнутый цилиндрический контур с гелием внутри, доведённым до жидкого состояния при помощи создания там сверхнизкой температуры.

___________________________________________________________________

«По всей видимости, производство космолёта „евразиатами“ уже организовано, — размышлял Морган, — эти олухи из разведки опять принесли мне тухлую информацию!»

Информация о производстве космолёта, перемещающегося в пространстве не на реактивной тяге, а с помощью гравитационного двигателя, произвела на Моргана тягостное впечатление. Он вынужден был отложить другие вопросы и заняться этой, ставшей теперь первостепенной по значимости проблемой.

Помимо этого, из материалов разведки следовало, что поставка высокопрочных сплавов с диэлектрическими свойствами для звездолёта идёт из Бразилии. «Этим латиносам мы помогаем не подохнуть с голоду, а они в это время сотрудничают с евразиатами. Какая неблагодарность!» — мысленно возмутился Морган.

Морган нажал кнопку видеоселекторной связи с шефом Разведки трёхзвёздным генералом Ричардом Стоуном. После некоторой паузы на экране монитора появился шеф Разведки.

— Добрый день, господин Президент! — буравчики его тёмно-гиацинтовых глаз словно просканировали лицо Моргана, пытаясь понять настроение Президента.

— Я так понимаю, что антигравитационный двигатель на Востоке уже собрали? — без обиняков и приветствий начал Морган.

— Да, господин Президент. Агентура докладывает, что двигатель собран и прошёл тестирование, подтвердив свою полётную пригодность, — ответил, как можно мягче Стоун, словно намазывая кусочек сливочного масла на ломоть хлеба.

— Гм-м, «полётную пригодность»? — Морган еле сдерживал своё недовольство. — То есть они уже полетели?!

Стоун чувствовал, что Президент, мягко говоря, возбуждён. Он и сам после получения от агентуры этой информации испытал крайне неприятные чувства, как будто его подвели к краю обрыва и только отсутствие ветра позволило ему балансировать на краю бездны. Он понимал, что надо сгладить остроту ситуации, поэтому постарался ответить, как можно более уверенно:

— Нет, они всего лишь опробовали действующий макет. Мы своевременно это обнаружили и раскрыли их замыслы. — А затем, стараясь не выдать своё волнение, продолжил: — Они запустили небольшой, уменьшенный в десятки раз прототип летательного аппарата, который взлетел на высоту около одного километра, подтвердив их теоретические расчёты.

— Значит, они всё-таки полетели, — со вздохом заключил Морган.

Наступила тяжёлая пауза. Затем Президент нарушил молчание:

— Насколько я понял из ваших материалов, генерал, Союз изобрёл металл с диэлектрическими свойствами для своего космолёта? — Морган рассуждал, на ходу принимая решение.

— Да, господин Президент, они изобрели материал, точнее спав металлов с присадкой, привезённой с Марса ещё до Великого Поворота Событий. Этот сплав имеет свойства проводника и диэлектрика, — подтвердил Стоун.

Президент немного разбирался в физике, поэтому задал закономерный вопрос:

— Как это возможно? И проводник, и диэлектрик, а, Стоун?

Шеф Разведки не стал вдаваться в тонкости физики твёрдых тел и электропроводимости материалов, тем более что он, мягко говоря, не был силён в этой области знаний, но с готовностью высказал предположение:

— Господин Президент, как я понимаю, при определённых температурах этот сплав имеет свойства металла и обладает электропроводимостью, а при изменении температуры он превращается в диэлектрик. Кроме этого, материал обладает прочностью в несколько раз выше, чем у титана.

В овальном кабинете повисла тишина, нарушаемая звуками шагов Моргана и тиканьем больших напольных часов. Прохаживаясь по кабинету, он подумал о том, что как раз этот кристаллический диэлектрик нужен для проекта по созданию биокибернетического организма. После непродолжительной паузы Морган посмотрел в монитор на Стоуна и без обиняков, с уверенностью, что тот понимает суть вопроса, произнёс:

— Ричард, нам надо помешать сборке этого летательного аппарата. У вас есть возможность перекрыть канал поставки металла из Бразилии?

— Да, сэр! — в голосе шефа Разведки прозвучала готовность к действиям: он давно вынашивал план нарушения связей евразийцев с бразильцами. «Подумать только, эти южные соседи совсем нюх потеряли: нас ни во что не ставят и нагло сотрудничают с „евразиатами“! Этому надо положить конец!» — как-то сказал он в узком кругу своих доверенных коллег.

Морган ещё раз взглянул на изображение контуров двигателя космолёта, смешанное чувство негодования и решимости охватило его:

— Тогда организуйте акцию в Бразилии! Но так, чтобы эти деятели из Союза нас не заподозрили!

— Да, сэр! Уже выполняю! — отчеканил повеселевший Стоун.

Морган ещё раз выдержал паузу и добавил, смотря на физиономию генерала в мониторе:

— Да, кстати, насколько мне не изменяет память, подобный металл с диэлектрическими свойствами мы пытались создать для нашего проекта кибернетического организма? — он принципиально не хотел называть это существо биороботом.

— Да, сэр, — буркнул Стоун, понимая, что сейчас задача в Бразилии может усложниться.

— Тогда нам надо воспользоваться этим металлом в наших стратегических целях, понятно, Ричард?

— Абсолютно, сэр! — справившись с секундным замешательством, подобострастно ответил Стоун. — Мы проведём операцию должным образом, господин Президент!

— Хорошо, генерал, забирайте и тащите весь металл к нам! — уточнил задачу Морган на всякий случай.

Президент отключил связь и, мысленно чертыхаясь на неповоротливость Разведки, ещё несколько минут ходил по кабинету. Затем, стараясь переключиться и расслабиться после неприятной информации, он подошёл к окну и опять устремил взор на регату. Тем более что после постановки задачи шефу Разведки ситуация уже не выглядела драматической.

На озере тем временем двух лидеров догнал шлюп в ярко-красной раскраске…

Событие 3. Сбой поставок

Строительство звездолёта «Галактика» шло в соответствии с планом, утверждённым руководством Евразийского Союза.

Основные задачи по доставке необходимого оборудования для проекта космического корабля выполнялись отделом логистики отряда «ТОРНАДО». Ребят из этого отдела в отряде в шутку прозвали «логами». Командир «логов» Нати Панч ещё в конце Великого Поворота Событий прошла специальную военную подготовку и к моменту разработки проекта звездолёта имела звание капитана сил коллективной защиты. Люди, несведущие в её деловых способностях, прежде всего обращали внимание на её красоту, которую не портила короткая стрижка белокурых волос. Напротив, члены дружной команды «ТОРНАДО» хорошо знали деловые качества командира «логов», не раз ощущая на себе требовательный взгляд её зелёных глаз и недюжинное упорство, когда речь шла о работе.

В последнее время, когда проект обретал свои реальные очертания, отряд столкнулся с новыми проблемами поставок оборудования, и прежде всего — высокопрочных сплавов для корпуса и двигателей звездолёта. Разумеется, речь не шла об издержках логистики.

Дело было в другом. Обшивка будущего звездолёта в основном состояла из специального кристаллического материала, обладающего необычными свойствами. Ещё до Великого Поворота Событий космическая экспедиция обнаружила на Марсе минерал, который в определённых пропорциях с титаном, танталом и иридием переходил из электрического в диэлектрическое состояние, проявляя так называемый эффект Моттовского диэлектрика. Минерал из-за его внеземного происхождения назвали «марсий». Его доставили на Землю, в надежде, что ему найдётся достойное применение. И теперь он пригодился для изготовления двигателя и обшивки звездолёта. Новый сплав для проекта космолёта «выпекал» металлургический завод в Бразилии. Руда поступала из месторождения Тапира, что послужило поводом назвать сплав «тапириум».

Вначале были проблемы на металлургическом заводе с доменной печью, и всё-таки с большим опозданием, но завод начал процесс плавки.

После этого появилась проблема доставки тапириума на Евразийский континент. На маршруте доставки протяжённостью более восьми тысяч километров было несколько узких мест. «Логи» полагали, что наиболее сложным звеном в цепочке логистики является погрузка тапириума на самолёты в Бразилии и перевозка через океан. На этом кластере поставок и были сосредоточены все усилия «логов». Все готовились к отгрузке основной партии тапириума.

Внезапно в управление отряда «ТОРНАДО» пришло сообщение из посольства Евразийского Союза в Бразилии о нападении на конвой во время доставки тапириума в аэропорт. Кто напал и куда делся груз, в посольстве не знали. Необходимо было действовать быстро и решительно, поскольку в это неспокойное время Правительству Бразилии с большим трудом удавалось сдерживать преступность, размах которой подошёл до критического «оранжевого» уровня, после которого страну можно было бы квалифицировать как «неуправляемое пространство».

Для решения этого горящего вопроса командор Хок, не разделявший своих подчинённых по гендерному признаку, вызвал капитана Панч. В зале совещаний присутствовали несколько особо доверенных офицеров.

— Капитан Панч, — сухо обратился Хок к Нати, — вы в курсе проблемы с доставкой тапириума из Бразилии. Я полагаю, вам не надо объяснять важность этого груза для проекта.

— Да, командор! — сдержанно ответила Нати.

— Предлагаю вам в срочном порядке организовать поиск и доставку тапириума.

— Командор, всё было спланировано в мельчайших деталях. Думаю, что наше дипломатическое представительство и союзники из руководства и спецслужб Бразилии сделают всё необходимое для погрузки тапириума на самолёты.

Хок, сжав губы, безапелляционно произнёс:

— Ценю ваш оптимизм, Нати, однако я лично вам поручаю проведение операции в Бразилии по поиску и доставке тапириума на наш континент. Вам это понятно, капитан Панч?

— Понятно, командор, — после секундной паузы нашлась с ответом Нати. — Какие у меня полномочия, а также силы и средства?

Командор посмотрел на присутствующих как бы оценивающе, а затем, глядя в глаза Нати, сказал:

— Председатель Совета Достоинства и Чести дал нам самые широкие полномочия, вплоть до проведения военной операции на территории Бразилии. Этот вопрос будет согласован с бразильским руководством в ближайшее время. В ваше распоряжение поступает первый аэромобильный батальон Объединенного командования плюс тридцать наших рейнджеров во главе с лейтенантом Борисовым, — Хок взглянул на широкоплечего офицера с суровым лицом конкистадора. — Завтра, капитан Панч, ваш отряд должен вылететь в Бразилию. Отряду присваивается позывной «Барс», — по-командирски чётко закончил свой монолог Хок.

Всю ночь шла подготовка к межконтинентальной разведывательно-боевой операции. К утру на аэродром прибыл обещанный Хоком батальон, командир которого представился Нати:

— Майор Безнер, уважаемая сеньорита капитан, аэромобильный штурмовой батальон прибыл в ваше оперативное подчинение.

Открытое волевое лицо с ясным взором голубых глаз и стройная фигура, облачённая в пуленепробиваемый костюм спецназовца, напомнили Нати образ рыцаря Айвенго из любимого когда-то ею романа Вальтера Скотта. Уголки её губ дрогнули в улыбке при слове «сеньорита», сказанном майором не по уставу, но отразившемся в сердце лёгким приливом душевной теплоты.

— Здравствуйте, майор, — Нати протянула руку для рукопожатия. — Через два часа вылетаем в Южную Америку.

— Мой батальон уже готов, капитан! — придерживая в своей руке руку Нати, ответил майор и, разжимая ладонь, чуть прищурившись, с улыбкой добавил: — Чувствую, предстоит нескучная прогулка по дебрям Амазонии.

— Пока не знаю, что нам предстоит, майор, но в Амазонию не хотелось бы втягиваться, надеюсь, что операция пройдёт на сухопутной территории Бразилии. Кстати, для этой «прогулки», как вы выразились, не забудьте получить ЛАК-устройства: в Бразилии любят общаться на португальском, — порекомендовала спокойно Нати, — а вы, наверно, знаете только русский?

— Нет, капитан, французский и ещё на эсперанто могу, — с улыбкой ответил майор. Это было неудивительно, все учили этот безнациональный язык, который уже несколько лет был языком международного общения.

Нати уже более серьёзно добавила, протягивая испещрённую линиями и условными обозначениями плотную бумагу:

— Плановая таблица взаимодействия готова, вот ваш экземпляр. В полёте ознакомитесь.

Для переброски «Барса» на аэродроме выстроились, как на параде, поблёскивая титановыми боками, шесть турбореактивных конвертопланов и два экранолёта экстренной помощи, способные производить взлёт-посадку на воду в случае отказа техники и непредвиденного приводнения в водах Атлантики.

Погрузка вооружения и личного состава отряда прошла по графику. На конвертопланах закрыли аппарели, командный пункт разрешил взлёт. В десять часов утра капитан Панч отдала команду на взлёт.

Плавно, словно нехотя, крылатые исполины, выбрасывая струи горячего воздуха из сопел турбореактивных двигателей, оторвались от земли и взяли курс на юго-запад в направлении Южноамериканского континента.

В конвертоплане управления с бортовым номером 101 летели капитан Панч, майор Безнер и штаб отряда. После двух часов, затраченных на уточнение плана действий, наступила пауза, которая позволила всем немного расслабиться. Принесли хорошо заваренный кофе. Этот продукт теперь являлся гастрономической редкостью и выдавался по особым случаям. Сейчас был как раз такой случай, и все с большим удовольствием принялись смаковать дефицитный напиток.

Капитан Панч и майор Безнер обменялись заинтересованными взглядами, словно пытались понять душевное состояние друг друга. Удивительно, но до сих пор Нати не знала о майоре ничего, даже его имени. Но какое-то необычное любопытство в отношении этого майора тревожило её сознание.

Событие 4. Операция в Бразилии

На высоте пятнадцати километров конвертоплан управления возглавил боевой порядок воздушных судов. Монотонно гудели турбореактивные двигатели. Летели уже несколько часов над Атлантикой, плотно закрытой серо-зелёной облачностью.

Нати, наконец, сделала над собой усилие и уточнила у майора его имя.

— Виктор, — ответил майор, посмотрев с добрым прищуром на Нати.

Виктор был худощав, но в нём чувствовалась мощная энергетика. У Нати промелькнула мысль, что эта энергетика исходит не от силы мышц, а от силы духа этого человека.

Открытый и прямой взгляд голубых глаз, высокий красивый лоб, прямой греческий нос, подёрнутые редкой сединой тёмные волосы и гладко выбритое лицо притягивали внимание к его персоне. Нати была знакома с китайской физиогномикой, определявшей по форме лба, линиям морщин и росту волос на голове умственно-нравственный облик человека. Она обратила внимание, что высокий лоб Виктора заканчивался линией роста волос, напоминавшей по форме букву М, что свойственно людям, легко переносящим трудности и обладающим разносторонним мировоззрением.

— Майор, гм… Виктор, — отгоняя мысли о физиогномическом анализе и посмотрев в его голубые глаза, как можно более раскованно сказала Нати, — расскажите немного о себе. Бог весть что с нами будет в Бразилии, хоть сейчас услышу вашу личную историю.

Майор пристально посмотрел ей в глаза, как бы стараясь понять, чем вызван такой интерес к нему, и наконец ответил:

— Если вам это так интересно, то, пожалуй, расскажу. Родился сорок лет назад в Гренобле, это на юго-востоке Франции. Отец тогда работал в Исследовательском ядерном центре, изучал синхротронное излучение. А мама — рядом в филиале Лаборатории молекулярной биологии. Родители хотели, чтобы я был физиком, но я грезил военной службой, поэтому сначала поступил в военный лицей в Сен-Сире, это в районе Версаля, а затем в школу бронетанковых войск в Сомюре. До Великого Поворота Событий успел повоевать в Африке, отвоёвывая разработки ниобия.

— Знаю-знаю, это в Конго, — вставила Нати.

— Да, в бывшей Конго, — подтвердил Виктор. После Великого Поворота Событий в Африке не осталось суверенных государств, там царил хаос. Виктор не стал продолжать африканскую тему, подумав о том, что она будет сейчас не к месту.

Нати сама прервала паузу, выказывая свой интерес к собеседнику:

— А почему у вас русское имя?

— Ну, я бы так не сказал. Имя довольно распространённое, хотя родители и вправду были русскими. Они уехали из России, когда начали ощущать всю прелесть зарождающегося олигархического капитализма, сменившего так называемый развитой социализм.

— А семья у вас есть, майор? — продолжала задавать свои на первый взгляд беспристрастные вопросы Нати.

— Была семья. Были и жена, и дочь. Во время войны рядом с нашим домом упала ракета, дом был разрушен, и никто не выжил, — Виктор на секунду замолчал, задумавшись, и коротко добавил: — Один я теперь…

— Простите, майор, — Нати потупила взгляд, ей искренне было жаль этого военного, потерявшего свою семью.

— Не стоит, Нати. Можно мне вас так называть? — неожиданно для Нати предложил майор.

— Да, майор, но только не в служебной обстановке, — она отвела взгляд от него и многозначительно посмотрела на чашечку кофе, словно подчёркивая приватный характер беседы. Сама эта фраза «о неслужебной обстановке» исподволь напомнила Нати о боевом задании, ради которого она оказалась здесь, в мерно гудящем конвертоплане. Лирические мысли мгновенно сменились более прозаичными и деловыми.

Виктор уловил изменение настроения Нати и замолчал. Она в это время вспомнила, как в схеме поставок тапириума возник аэропорт города Терезина.

В начале Великого Поворота Событий Бразилия соблюдала нейтралитет, однако была втянута в конфликт, когда противоборствующим сторонам потребовалось подкрепление в живой силе и вооружениях. Вначале бразильские добровольцы, а затем и бразильские вооружённые силы были задействованы на театре военных действий в Северной Америке. Это стало началом конца единого Бразильского государства. На территории Бразилии на фоне ослабления центральной власти начали возникать очаги напряжённости, и даже боевые столкновения в отдельных штатах. Всё это сопровождалось обнищанием населения и разгулом преступности. Из бразильской федерации начали выходить суверенные штаты, где власть брали в свои руки военные и местные финансовые группы. Проблемы ещё больше обострились из-за нарастания природных катаклизмов после Событий.

На этом фоне аналитики «логов» вначале предложили в качестве перевалочного пункта Форталезу — город, расположенный на берегу Атлантического океана. Он имел развитую сеть подъездных путей, аэропорт и океанский порт с грузовыми терминалами. Но приморское расположение города представляло определённую опасность: с моря амеравийцы могли воспрепятствовать отгрузке тапириума. Поэтому Нати приняла решение найти в глубине материка удобный аэродром для отправки груза, и выбор пал на аэропорт города Терезина, до которого груз не довезли.

Судя по последним событиям, на автоколонну с тапириумом совершено нападение в глубине территории Бразилии. По всей видимости, плохо сработала группа сопровождения груза, о которой также ничего не было известно. С этими вопросами предстояло разобраться после посадки.

Ещё над Атлантикой Нати решила отказаться от приземления в аэропорту Терезины, дабы не привлекать излишнего внимания. С борта конвертоплана была установлена радиосвязь с бразильскими агентами, которые предложили организовать встречу отряда километров за сто к югу от города. Ими же была подобрана площадка для приземления евразийской воздушной эскадры у реки Паранаиба недалеко от местечка Бон-Жардин…

Наконец конвертопланы приступили к снижению. Нати смотрела в иллюминатор, вмонтированный в пол: сквозь клочки пушистых кучевых облаков, плывущих далеко внизу, медленно приближалась незнакомая земля.

В полдень воздушная эскадра, вынырнув из облаков, спланировала на подготовленную площадку у реки. Оценив ещё в полёте прилегающую территорию, Нати решила разбить здесь же свой временный лагерь.

Эскадру ожидал бразильский агент вместе с несколькими полицейскими. Капитан Панч и майор Безнер первыми вышли из головного конвертоплана и направились к группе ожидающих военных. Худощавый, средних лет мужчина с тёмной бородкой, одетый в камуфлированный костюм военного образца, оказался тем самым агентом, который был на связи с Нати. Поздоровавшись, он прежде всего представил старшего из полицейских:

— Командир группы немедленного реагирования полицейского управления Терезины лейтенант Энрике Бенсалес. Будет помогать вам в поиске пропавшего груза и людей.

Перед Нати, широко улыбаясь белозубой улыбкой, стоял статный кареглазый брюнет с внешностью известного бразильского актёра Генри Кастелли в молодости. На приветственный кивок полицейского Нати поздоровалась, поправив на ухе клипсу ЛАК-устройства, синхронно переводившего разговор.

Буквально через несколько минут разговора стало известно, что груз пропал не без вмешательства извне. Лучше всех был осведомлен агент. Поэтому он решил первым начать свой рассказ. Он говорил короткими предложениями с небольшими паузами, словно хотел, чтобы его все поняли:

— Всё началось два дня назад. На складе металлургического комбината, в пригороде Каролины. Металл погрузили на автотягачи. Автоколонна под охраной выехала в направлении города Терезина. Ехать надо было часов двенадцать. Предстояло проехать восемьсот километров. Через каждый час пути старший колонны сообщал по радиосвязи о прохождении контрольных пунктов.

— Что же случилось? — не выдержала Нати. Она мысленно сетовала на то, что во время Великого Поворота Событий были уничтожены вместе со спутниками-ретрансляторами все системы позиционирования движущихся объектов, в том числе GPS и GLONASS.

— Через пять часов что-то пошло не так, — продолжил свой рассказ агент. — Старший колонны не вышел на связь с контрольного пункта у местечка Гражау. Мы выехали им навстречу, но автоколонну не обнаружили.

— Кто-то из местных силовиков привлечён к поиску? — задал вопрос майор Безнер, стоявший за спиной Нати.

— Привлекли к расследованию группу немедленного реагирования из сил специальных полицейских операций, — агент указал рукой на лейтенанта Бенсалеса.

Дальше продолжил лейтенант полиции:

— Госпожа капитан, я рад вас приветствовать на нашей территории. Наше руководство выразило готовность помочь вам.

— А как иначе, господин лейтенант, если на вашей территории грабят наши колонны? — перебила полицейского Нати, своим безапелляционным тоном согнав с его лица улыбку.

— Понимаю вашу обеспокоенность, госпожа капитан. Мы делаем всё возможное, чтобы решить эту проблему, — уже серьёзно продолжил лейтенант, — но в этих районах, как, впрочем, и в большей части Бразилии, сейчас не очень спокойно. Мы опросили местных жителей и прочёсываем местность, но пока результатов нет.

Нати попросила подчинённых включить дисплей с интерактивной картой местности. Сообща определились по направлениям поиска, понимая, что пятьсот тонн тапириума и двадцать автотягачей не могли исчезнуть бесследно.

Прошло несколько напряжённых часов, и наконец были обнаружены следы боестолкновения и перехвата автоколонны. В десяти километрах от непройденного колонной контрольного пункта в кустах у обочины обнаружен искорёженный лазерный пистолет с RFID-меткой группы сопровождения.

Нати приказала активизировать поиск автомобилей. «Они не могли исчезнуть бесследно», — подумала она.

С помощью поднятых в небо четырёх конвертопланов значительно расширили круг поиска. Уже ночью, когда полицейские уехали отдыхать, с борта одного конвертоплана доложили об обнаружении и идентификации десяти грузовиков в лесу у реки Токантина в нескольких километрах севернее городка Императриш. Конвертоплан находился на удалении пяти километров от цели, что позволяло незаметно для противника производить тактические манёвры. На борту конвертоплана во главе с лейтенантом Борисовым было пятнадцать спецназовцев из аэромобильного батальона Безнера и пять рейнджеров.

Капитан Панч и майор Безнер, коротко посовещавшись, приняли решение, используя эффект внезапности, отбить грузовики с помощью находившихся на борту конвертоплана бойцов. Нати вспомнила мужественное лицо Борисова и подумала, что он не подведёт.

— Задачу понял, — коротко ответил в эфире лейтенант Борисов, — приступаю к выполнению!

У Борисова мгновенно созрел план атаковать противника тремя группами в сторону реки по сходящимся к цели направлениям, чтобы достичь максимальной эффективности огневого воздействия на противника и при этом не попасть под собственный «дружественный» огонь. Конвертоплан, снизившись до высоты птичьего полёта, облетел цель на приличном удалении от неё, три раза завис над удобными площадками на предельно малой высоте для десантирования беспарашютным способом, оставляя каждый раз на земле группу бойцов. С последней группой высадился сам Борисов. Затем конвертоплан поднялся на высоту, позволявшую с помощью мощных бортовых сканеров трансформации среды контролировать обстановку, и завис в боевом положении, направив всё своё вооружение в сторону цели.

По команде лейтенанта все три группы двинулись к цели. Впереди шли боевые помощники роботы-сапёры, за ними рейнджеры в бронированных экзоскелетах, в замыкании — спецназовцы. Через несколько минут после начала движения все группы вышли к цели на дальность огневого удара.

Напряжение нарастало. Борисов чувствовал упругие удары своего сердца, отражавшиеся мелкой дробью молоточков в висках. Его мышцы до предела напряглись, упираясь в оболочку экзоскелета. Эти минуты ему были знакомы и особенно дороги, через мгновение наступит кульминация — атака и бой!

В ушных мониторах раздался условный звук, напоминающий трель соловья, боевые группы бесшумно устремились в атаку на цель.

Событие 5. Похитители

Операция, санкционированная Президентом Морганом и разработанная под руководством шефа Разведки адмирала Стоуна, началась с приездом в Бразилию четырёх офицеров разведки во главе с начальником отдела по Южной Америке полковником Эндрю Боско.

Решено было хищение металла оформить как грабёж со стороны местной преступной группировки. Полковник со своей группой спецагентов на машинах добрался до городка Каролина, неподалеку от которого располагался металлургический комбинат. Они тихо разместились в местной недостаточно фешенебельной гостинице и приступили к подготовке операции. Неделя ушла на проработку досье по грузу. Это было несложно, имея в распоряжении валюту и кое-какие ювелирные изделия. Эндрю применил испытанный разведками всего мира приём взятия на живца: своего молодого красавца-разведчика он направил на встречу с наиболее осведомлённым сотрудником металлургического комбината, секретарём директора комбината. Несложно было установить личность секретаря: о ней знал практически весь город, с рекламных щитов которого прохожим улыбалась эта миловидная брюнетка.

Появление красавчика-агента у дверей ресторана, куда секретарша захаживала пообедать, удачно совпало с моментом, когда она уже начала тяготиться ролью тайной любовницы своего шефа. За несколько лет директор комбината из обходительного и безотказного джентльмена превратился в обрюзгшего ненасытного самодура. Её уже не радовали те подачки, которые директор давал ей после очередной интимной встречи. Она жаждала настоящей большой любви.

Спецагент для встречи с секретаршей достал разрекламированные и дефицитные духи «Прохлада ночи» производства Дома Родригеса. Это воплощение парфюмерного искусства источало целую гамму запахов от ноток египетского мускуса и амбры до тонкого аромата цветков апельсина. Флакончик был небольшой, но когда молодой человек достал его из бокового кармана, то изнеженный подарками клиентов комбината взгляд секретарши значительно оживился. Три дня ухаживаний за любвеобильной девицей принесли положительный результат: секретарша оказалась в гостиничном номере спецагента, где они вдвоём провели бурную ночь. Утром четвёртого дня уставший и растрёпанный, но довольный спецагент принёс всю интересующую Боско информацию: когда и сколько грузовиков повезут груз, силы охраны автоколонны и маршрут.

Местную банду собрали довольно быстро — деньги сделали своё дело. Нашли полсотни головорезов. В этом не было проблем: в стране население жило впроголодь. Стоило заехать в местные фавелы и потрясти там крупными купюрами, как от кандидатов не стало отбоя. Надо было только кому-то эту банду возглавить. Выбор Боско пал на гангстера-верзилу по имени Родригес — грозу местных торгашей и банкиров, имевшего к тому же кличку Отелло. На широком лице гангстера «красовался» подобно падающей молнии багровый шрам — то ли от острого клинка, то ли от лезвия кинжала. Ходили разные домыслы по поводу его клички: кто-то утверждал, что он не прощает обид и мстит до конца, а кто-то говорил, что эта кличка — производное от португальского слова «hotel» — «забияка». Боско решил назначить Родригеса «командиром боевого отряда».

«Я никогда не был командиром отряда, всегда был только бандитом», — самокритично подумал Родригес. Но как в любом бандите помимо кровожадности, в его душе присутствовал также и дух тщеславия. Боско знал бандитскую психологию, поэтому намерено «зацепил» сознание Родригеса на тщеславии, присвоив ему звание «командира отряда» и дав ему денег для его «боевого отряда». «Пусть Отелло почувствует своё величие, ощущая в руке эту пачку денег. Будет лучше подчиняться и будет более адекватен», — подумал прозорливый полковник.

Заместителем к нему Боско назначил японца — якудзу, невесть как попавшего в Бразилию и снискавшего здесь бандитскую славу. Небольшого роста, коренастый крепыш с цепким взглядом раскосых глаз, якудза внушал уважение окружающим, даже не произнося ни одного слова.

Полковник лично поставил задачу этим двум головорезам: «Груз надо захватить, увезти подальше и надёжно спрятать». Это была первая часть операции, во второй части надо было незаметно перевезти металл к реке Амазонке для оправки Амеравию. В крайнем случае металл надо было уничтожить, но из-за высокой тугоплавкости металла это можно было сделать только при помощи специальных металлургических печей, которых попросту поблизости не было. Оставался лишь один крайний вариант: утопить в глубоком водоёме.

Бандит Родригес отличался предприимчивостью по части всяческих каверзных уловок. Сколько коммерсантов и просто обеспеченных людей попало в его ловко расставленные сети, впрочем, он не гнушался и банальным грабежом на дорогах и в населённых пунктах.

Задача, поставленная полковником бандитам, несколько отличалась от банальных грабежей на дорогах. В ней действительно присутствовала военная составляющая: предстояло напасть на хорошо охраняемую автомобильную колонну.

В ходе подготовки к нападению Родригес сполна проявил свои способности по части каверзных проделок: по пути следования колонны на участке дороги, имевшем затяжной подъём, его «боевой отряд» инсценировал автомобильную аварию. Всё было сделано с элементами сценического мастерства и бутафории: дорогу почти перекрыли две перевёрнутые машины, на дороге и обочине лежали без движения несколько человек с красными пятнами на лицах. Сцена аварии для большего драматизма была «подсвечена» двумя небольшими кострами. Бандиты с автоматическим оружием залегли и замаскировались у обочины дороги, а четверо со снайперскими винтовками забрались на деревья и изготовились к стрельбе. Якудза вместе с небольшой группой рассредоточились у поворота дороги, чтобы видеть в прицеле тыловую часть автоколонны.

В ожидании прошло чуть более часа. И вот из-за поворота показалась автомобильная колонна. Скорость её была невелика из-за изгиба дороги и затяжного подъёма. Родригес видел, как растянулась по дороге колонна, и сообразил, что с атакой надо подождать, пока все автомобили не подъедут к месту «аварии», иначе отставшие могли бы оказать организованное сопротивление. Родригес коротко зычно крикнул: «Стрелять только по моей команде!»

Передний автомобиль, наконец, начал притормаживать и остановился невдалеке от места «аварии». Остальные подъезжали и тоже останавливались впритык друг к другу. Несколько человек пошло к перевёрнутым машинам. Вот начали щупать пульс у лежащих на земле. «Всё, пора!» — подумал Родригес, понимая, что скоро его уловку поймут люди из охраны колонны. Он что есть мочи крикнул: «Огонь! Всем огонь!»

Охрана колонны была уничтожена очень быстро, в плен никого не брали. Наспех убрали с дороги все следы боестолкновения, труппы охранников закидали в кузова автотягачей, чтобы при первой же возможности избавиться от них. Затем боевики разделились на две группы и угнали по десять тяжелогружённых автомобилей по двум расходящимся направлениям. Одну группу возглавил Родригес, а вторую — якудза.

Родригес со своей бандой рванул на Императриш. «Там река и лес. Можно отсидеться», — думал он. Якудза, со свойственным ему авантюризмом, решил ехать по Трансбразильской магистрали, в надежде там затеряться в потоке автомобилей и добраться побыстрее до Амазонки. Чтобы не привлекать излишнего внимания и незаметно выехать на магистраль, он решил двигаться одиночными машинами с большим интервалом во времени. Несколько машин якудза оставил в заброшенном ангаре в пригороде Императриша, а сам на первом автотягаче с двадцатью тоннами груза рванул к Трансбразильской автомагистрали.

Между тем Родригес после успешного захвата груза прикинул своим расчётливым умом, что продешевил. «Как я мог так купиться? Этот америкашка меня просто заколдовал. Я такой опытный по части выбивания денег и так продешевил», — бичевал себя Отелло. Лично ему заплатили за работу пачку стодолларовых купюр, несколько пачек он потратил на хорошее вооружение и ещё пару пачек раздал своим сотоварищам. Он смекнул, что теперь есть шанс поторговаться с амеравийцами и потребовать значительно большую сумму, поэтому решил не спешить доставлять груз в Амазонию, а спрятать грузовики в лесу и дождаться дополнительных денег от полковника.

Событие 6. Битва за металл

Родригес решил спрятаться и от амеравийцев, и от полиции, поэтому нашёл в нескольких километрах от городка Императриш у реки рощу с высоченными хлопковыми деревьями сейба. Деревья, имеющие мощные досковидные корни, вздымающиеся над поверхностью земли на высоту человеческого роста, были отличным средством маскировки, поэтому Родригес вместе со своими боевиками попытался замаскировать автомобили между этими деревьями-исполинами. Убедившись, что с опушки рощи автомобили не видны, Родригес дал команду всем поужинать консервами, обнаруженными в грузовиках, и назначил ночную охрану.

Уплетая консервы, он размышлял: «Не знаю, зачем амеравийцам этот металл, но, по всей видимости, он им очень нужен. Завтра же доберусь на попутке до Императриша и предъявлю требования этому скупердяю Боско о доплате за ценный груз».

С этими мыслями главарь банды устроился на ночлег в кабине одного из автотягачей, оборудованной спальным местом, и уже через несколько минут громко захрапел.

Наутро, взяв в помощники молодого безусого паренька, он добрался до Императриша и дозвонился до красавчика-спецагента, направленного в этот район полковником Боско контролировать движение груза. Свои требования Родригес изложил кратко, торговаться он был не намерен: «Увеличивайте гонорар в пять раз, после этого груз доставим в Амазонию». На ответ он дал двое суток, в противном случае пообещал весь груз утопить в реке. Тем временем в небольшом магазинчике его молодой помощник затарил рюкзаки едой и ромом. Проделав всё намеченное, они сели на частного таксиста и уехали в лес в свой временный лагерь.

Весь день бандиты «расслаблялись» ромом. Дело дошло до мордобоя, пришлось и Родригесу засучить рукава, чтобы своей кувалдой-кулаком успокаивать чересчур разгорячённых собутыльников. К вечеру все угомонились, лишь только бандиты, назначенные Родригесом в ночное охранение, сидели у костра и неспешно потягивали ром, продлевая питейное удовольствие.

В предрассветный час особенно хотелось спать, охранение из четырёх боевиков расположилось у костра. На поля начал ложиться туман, но при свете луны местность всё равно просматривалась метров на двести-триста. Трое бандитов из бодрствующей смены задремали: толком никто не спал уже вторые сутки, да и ром сделал своё дело. Только один молоденький помощник Родригеса, которого можно было с большой натяжкой назвать боевиком, боролся со сном, подбадривая себя мыслью о том, что теперь он сможет заработать кое-какие деньги и наконец, накормить своих бедствующих родителей. Однако напряжение последних двух суток сделало своё дело, и сознание юноши отказывалось бороться со сном. Сквозь отяжелевшие веки он видел раскалённые угольки догоравшего костра, лёгкий ветерок колыхал листву деревьев, немного усилился шум ветра. На мгновение он сбросил с себя дремоту, но она опять опутала его сознание. Сквозь полузабытьё парень попытался сосредоточиться на шуме ветра и даже приоткрыл глаза, увидев холодный блеск надвигающегося исполина и яркую вспышку…

Лейтенант Борисов издалека различил на опушке леса группу людей у догорающего костра. Несколько секунд бесшумного бега в экзоскелете, и он у цели. Шоковый пульсар сработал бесшумно — четыре боевика без сознания распластались на земле.

И всё-таки другие бандиты, как волки в западне, почуяли неладное. Из стоящего поодаль грузовика раздались автоматные очереди. Борисов по треску кустов и металлическому сухому щёлканью пулемётов с приспособлениями для бесшумной стрельбы сообразил, что в работу включились остальные боевые группы. Ещё несколько бандитов, укрывшихся под грузовиками и за корнями хлопковых деревьев, пытались ответить огнём, но их мгновенно настигли разрывные заряды нападавших. Раздалось ещё несколько взрывов, и наступила звенящая тишина.

«Всё кончено, и довольно быстро!» — с удовлетворением отметил для себя Борисов, убирая указательный палец со спускового крючка пулемёта.

Уже через несколько минут после короткого боя он докладывал капитану Панч о выполнении задания:

— Взято десять автотягачей. Груз тапириума в целости и сохранности. С нашей стороны потерь нет, повреждено два экзоскелета. Уничтожено тринадцать бандитов, восемь взяты живыми, хотя пока половина из них без сознания.

— Спасибо, лейтенант, — ответила Нати. — Возвращайтесь на базу на грузовиках, а конвертоплан сейчас же отправьте на базу, пусть не сжигает понапрасну топливо.

Нати была довольна: «Половина груза в наших руках! Осталось разыскать ещё половину».

Настроение в лагере «Барса» было приподнятое: проделана большая работа и есть положительный результат. Теперь можно сосредоточиться на поиске второй части пропавшего груза. Начиналась охота, которая после успешной атаки лейтенанта Борисова была больше похожа на поиск простых воришек, чем на столкновение с матёрыми боевиками.

Утром в лагерь подъехал лейтенант Бенсалес с группой полицейских. Он подошёл к группе офицеров «Барса» и, глядя на капитана Панч, сказал через ЛАК-переводчик:

— Сеньорита капитан, полиция установила, что часть грузовиков ушла на границу штата Мараньян и ещё несколько машин замечено в городе Императриш. Возможно, машины были разгружены и груз спрятан. По своей линии мы принимаем меры по поиску схронов.

— Там рядом глубокая река, — Нати показала пальцем на голографическую картинку интерактивной карты. — Если утопят тапириум в реке, то у нас будут проблемы: металлоискателем этот груз не найдёшь.

— Сеньорита, я предупрежу местную полицию, чтобы усилили контроль по берегу реки, особенно возле этого города, — лейтенант ткнул пальцем в голографическую картинку Императриша. — Надеюсь, что ваша группа скоро выдвинется туда.

— Да, группа захвата вылетит в этот город, — Нати посмотрела на майора Безнера. — Майор, подготовьте план для выполнения задачи, через полчаса проведём короткое совещание, промедление для нас — непозволительная роскошь.

— Да, капитан, сделаю, — с готовностью ответил Безнер.

На совещании было решено отправить группу захвата в окрестности города Императриш в составе четырёх конвертопланов и сорока спецназовцев. Группу возглавил майор Безнер. Нати отвела в сторону майора и сказала:

— Виктор, действуйте по обстановке, но не рискуйте, — Нати смотрела прямо и открыто на Виктора, в её глазах угадывалось нечто большее, чем просто желание сберечь подчинённых. — Прошу вас, не рискуйте! Даже очень дорогой груз не стоит человеческих жизней.

— Хорошо, Нати, сделаю всё возможное, — с благодарностью и теплотой в голосе ответил он.

Погрузка спецназа в конвертопланы прошла быстро. Майор Безнер загрузился с группой управления в конвертоплан номер 101. Нати была приятно удивлена, увидев, что перед закрытием люка конвертоплана Виктор не спеша по православному обычаю «тремя перстами» перекрестился и поклонился в пояс. Скорее, это было даже не удивление, а какое-то новое собственное душевное открытие. Потом майор выпрямился и, с каким-то внутренним спокойствием глядя на Нати, коротко махнул ей рукой и отдал воинское приветствие.

Вместе с майором Безнером улетали бразильские полицейские со своим командиром Бенсалесом. Солнце ещё не вошло в зенит, когда четыре конвертоплана, сотрясая воздух рёвом реактивных двигателей, один за другим взяли курс на Императриш.

Событие 7. Антреприза Боско

Эндрю Боско был доволен проведённой акцией по перехвату груза со сплавом металла у евразийцев. Сам он по возвращению из Каролины в Терезину обосновался в люксе гостиницы Метрополитен. Денег на операцию в Бразилии родная служба не пожалела, поэтому он расположился с максимальным комфортом, насколько это было возможно в условиях местной гостиницы, ни в чём себе не отказывая на протяжении всего проживания.

Он коротал время за игрой в электронный покер, ожидая известий о переброске ценного груза в дельту Амазонки: туда вскоре должна была подойти транспортная подводная лодка из Амеравии. Всё шло по его плану. Он даже начал ощущать своё величие, поэтому позволил себе расслабиться в номере, медленно поглощая бутылку бразильского рома.

Первое неожиданное и крайне неприятное известие пришло от спецагента о требованиях бандитов увеличить их гонорар в пять раз. Спецагент также доложил, что бандиты припрятали груз в Императрише и его окрестностях, отказываясь увозить его в Амазонию до выплаты заявленной ими суммы. Он уточнил также, что эти требования выдвинул сам главарь банды Родригес. И только якудза на одном автотягаче уехал в сторону Амазонии по Трансбразильской магистрали. Боско понял, что эффект внезапности может быть упущен, и потребовал от спецагента убедить бандитов срочно направить груз в Амазонию. К концу дня Боско пришёл к выводу, что придётся раскошеливаться, иначе груз может опять попасть в руки евразийцев. Он решил: если спецагенту не удастся убедить Родригеса продолжить движение в Амазонию, то на следующий день он повысит гонорар. Не всё ещё было потеряно, поэтому вечер полковник продолжил коротать в гордом одиночестве с бутылкой рома.

Утром следующего дня произошло очередное неприятное событие, по своей важности превзошедшее первое. Эндрю только проснулся от неприятного сна и заказал по телефону сок. Появление миловидной горничной с бокалом свежевыжатого ананасового сока на подносе нисколько не улучшило его настроения: он как-то зло посмотрел вслед уходящей девушке. Полулёжа на диване, он в задумчивости отпил сок.

«Новости! Новости! — пронеслось в его мозгу как молния. — Надо посмотреть новости!»

Отгоняя закравшееся в его душу неприятное предчувствие, Боско начал смотреть через очки дополненной реальности последние известия местного телевидения.

Вот пошёл анонс очередных новостей. Корреспондент передавал из городка Императриша о странном ночном происшествии в лесу. Через встроенный электромагнитный синтезатор очки передавали подобие запахов с места трансляции: ненавязчиво запахло листвой деревьев, а затем чем-то горелым. Появилась картинка лазерного видео: несколько полицейских проводят изучение поляны, на которой лежат несколько трупов людей.

Эндрю выпрямился. Корреспондент сказал, что какие-то вооружённые люди ночью устроили стрельбу. Судя по труппам на опушке леса, это были наёмники, у них не было единой формы и воинских знаков различия. Корреспондент добавил, что на месте преступления осталось много следов от грузовиков. В конце корреспондент предоставил слово полицейскому, который заявил, что здесь произошла стычка спецназа и бандитов, в руках которых был ценный груз из ограбленной днём ранее автоколонны, следовавшей в Терезину.

Эндрю резко поставил на стол бокал с недопитым соком, капли сока жёлтыми пятнами растеклись по белоснежной скатерти: «Чёрт побери! Что происходит?! Какая сволочь пытается мне помешать?!»

Эндрю схватил брелок экстренной шифрованной связи и набрал семизначный шифр абонента. На другом конце металлическим голосом кодированной связи ответил давний знакомый — заместитель шефа Государственной службы безопасности Бразилии полковник Бенито Таварес. Разведка Амеравии долго опекала его, поддерживая не только финансами, но и помогая продвигаться по служебной лестнице. Боско без обиняков спросил его:

— Бен, ты можешь пояснить, что происходит?

— Думаю, что могу, — как будто нехотя отозвался на другом конце шифрованной линии связи Таварес.

— Ну, так не тяни, — Боско начинал терять терпение, — говори же!

Шифрованная связь выравнивала и скрывала от абонента интонации негодования и нетерпения Боско. В ответ полковник Таварес, как показалось Эндрю, начал говорить нарочито растянуто и медленно:

— Евразийцы проводят спецоперацию на нашей территории. Они внезапно прилетели на конвертопланах. Мы об этом узнали только вчера, но цель их прилёта была не совсем ясна.

Последнее слово прозвучало раскатистым эхом: «Ясна-на-на!» — как будто шифратор решил поиздеваться над Боско.

— Ты шутишь?! — еле сдерживая гнев, спросил Эндрю. — К вам вторглись на боевых конвертопланах, и вы не знаете, зачем они это сделали?!

Трубка шифратора несколько секунд молчала, затем ожила, передавая слова Тавареса:

— Теперь знаем, они нас буквально накануне предупредили, я хотел тебе об этом сообщить, но ты меня опередил. Они уже забрали десять машин с грузом, которые были у нанятых тобою бандитов. Сейчас четыре конвертоплана евразийцев вылетели в район Императриша. По моим данным, они хотят вывернуть наизнанку город и окрестности, но найти остальной груз.

Остатки похмелья мгновенно улетучились из головы Боско, как будто вечером он не выпил целую бутылку рома. Ему почудилась некоторая издёвка в словах и в интонации, с которой их произнёс Таварес. Преодолев приступ уязвленного самолюбия, Боско, стараясь не сорваться на крик, медленно отчеканил:

— Бен, надо что-то делать. Надо воспрепятствовать евразийцам рыться в городе! Прикрой небо от конвертопланов ракетами!

Последняя фраза уже больше походила на крик отчаяния, чем на настойчивую просьбу.

После недолгой паузы бразилец ответил безапелляционно:

— Я не дам команду сбивать евразийцев: не хочу с ними проблем. Войди в моё положение, Эндрю!

— А-а, вот как! У тебя на глазах рушится вся моя операция, а я должен войти в твоё положение?! Тогда дай ракеты наёмникам! — не унимался Боско.

Таварес на этот раз не раздумывал, а возразил сразу:

— Для этого мне понадобится несколько часов на доставку ракет и несколько часов на обучение бандитов правилам пользования ракетами, но конвертопланы евразийцев прилетят раньше.

— Да, резонно. Ну, тогда доставь пару ракет в Терезину. Я сам этими летающими лягушками займусь! — Эндрю внутренне клокотал и готов был выскочить из собственной пижамы. Лихорадочно соображая, он под конец выдал целую очередь указаний: — Ладно, сделаем так. Через свои связи дай команду бандитам весь груз срочно подготовить к затоплению в реке, в разных районах! И подготовь мне ещё банду, только теперь значительно больше первой по численности! И дай мне ещё оружия, много оружия, дай мне миномёты, пулемёты и гранатомёты и всё, что у тебя ещё есть в запасе! За всё заплачу, только всё сделай быстро! И последнее: установи местонахождение базы евразийцев, где находятся их конвертопланы!

Вскоре Таварес позвонил Боско и сообщил:

— Лагерь евразийцев расположен у реки Паранаиба недалеко от местечка Бон-Жардин в ста километрах к югу от Терезины. У тебя есть шанс реабилитироваться перед своим руководством, Эндрю.

Последняя фраза вассального полковника резанула острым лезвием по сердцу Боско — он опять почувствовал скрытую издёвку, но всё же подавил волну злобы. Чуть помолчав, переводя дух, сказал:

— Собирай, Бен, побольше боевиков, ночью буду атаковать этот лагерь, будь он неладен!

— Хорошо, всех, кого смогу сегодня я соберу на окраине Терезины, — пробулькал шифратор.

Во второй половине дня агент сообщил Боско о появлении в Императрише главаря банды Родригеса. Он передал слова гангстера о том, что на банду ночью напали и он один сумел уйти от преследования вплавь по реке.

Боско приказал срочно доставить Родригеса в Терезину, где к вечеру начали собираться бандиты по команде полковника Тавареса. Боско решил дать ещё один шанс Родригесу исправить свою вину и поручил ему возглавить отряд для уничтожения лагеря евразийцев. Тот не мешкая согласился, рассудив, что выбора у него всё равно нет.

Событие 8. Лагерь евразийцев и Нати

Капитан Панч хорошо понимала, что, отправляя практически все боевые силы в разные точки Бразилии, оставляет лагерь отряда «Барс» без прикрытия. Поэтому сразу же после вылета группы майора Безнера в район Императриша Нати предприняла меры по организации обороны лагеря.

Она собрала всех младших командиров и уточнила наличие сил и средств. На тот момент в лагере находились: один конвертоплан, полсотни спецназовцев и рейнджеров, несколько безоткатных орудий, реактивных огнемётов и лазерных автоматов. «В целом сил достаточно, чтобы организовать круговую оборону лагеря», — рассудила Нати. Затем, построив командиров, она отдала боевой приказ, как её когда-то учили:

— Командиры! — Она на секунду запнулась, подбирая наиболее подходящие слова, и продолжила уже с уверенностью в своей правоте: — «Барсовцы»! Слушай боевой приказ! Противник может предпринять попытку нападения наш лагерь. Решила организовать оборону на двух рубежах: первый рубеж — на удалении прямого выстрела от лагеря десять опорных пунктов по три человека, включая одного рейнджера с бронированным экзоскелетом, лазерный автомат и гранатомёт; второй рубеж, он же основной — непосредственно в лагере, сосредоточить все остальные имеющиеся силы и средства.

Назначив старших опорных пунктов, она приказала закрепиться на указанных рубежах и устроить в центре боевого порядка заглублённый командный пункт.

Оставшемуся в лагере конвертоплану она установила боевую готовность «красного уровня», означавшую готовность к немедленному взлёту по сигналу либо самостоятельному взлёту в случае внезапного нападения противника.

К полудню на базу вернулся второй конвертоплан после успешной операции, проведённой лейтенантом Борисовым под Императришем. Колонну с группой Борисова ожидали на следующий день: у них возникли проблемы с автомобильными тягачами, повреждёнными в ходе ночного боя.

Все приготовления к обороне были сделаны, бойцы находились на позициях. Нати приняла доклады о готовности обороны с удовлетворением.

Район обороны отряда «Барс»

С завершением подготовки боевых позиций наступила долгожданная пауза, и Нати позволила себе немного расслабиться. Она сидела под большим раскидистым ореховым деревом у реки. Воспоминания унесли её в далекое прошлое, в родную Россию. Чуть больше трёх десятков лет тому назад в самом древнем русском городе с греческими корнями — Керчи, расположенного у пролива, соединяющего Азовское и Чёрное моря, родилась значительно раньше срока девочка, и врачи не гарантировали, что она выживет. Родители вначале хотели дать новорождённой имя Наталья, но она была такой крохотной, что нарекли её коротким именем Нати, без особой надежды на жизнеспособность ребёнка. Однако Божье провидение и жажда жизни маленького живого существа взяли верх над смертью — Нати выжила! В детстве она хорошо развивалась, и в этом ей помогла спортивная гимнастика, где она добилась больших успехов. Она вспоминала, как на гимнастику ходила за ручку с мамой. До своего совершеннолетия Нати всё время ощущала присутствие мамы, властной женщины, которая к своей дочери была чересчур требовательна. Возможно, это привело к тому, что любое дело, за которое бралась Нати, она выполняла тщательно и старалась доводить его до положительного завершения. Отец, добрый и отзывчивый по своей натуре человек, тоже принимал активное участие в жизни Нати, помогая ей в учёбе и путешествуя с ней по России. От него она тоже переняла это душевное качество — помогать другим. Училась Нати усердно, понимая, что образование ей пригодится в будущем. Она помнила слова отца, который говаривал ей: «Доченька, образование — это единственное, что у тебя никто никогда не отнимет». Великий Поворот Событий не пощадил родителей Нати, которые умерли от очередного заразного вируса, созданного в секретных лабораториях глобалистов.

Нати задумчиво смотрела на воду в реке, на дне которой в длинных кудрях роголистника плавали, отражая солнечный свет своей позолочённой чешуёй, два огромных павлиньих окуня. Они неторопливо плыли против течения, словно два вельможи, гуляющих в саду.

Невдалеке четверо бойцов из группы обеспечения отряда пытались поймать рыбу на ужин. Нати видела, как парни упорно забрасывают удочки и изредка вытаскивают мелкую рыбёшку. И вот, наконец, они дружно победно закричали, когда на крючок попалась гигантская арапайма. Один из бойцов, кучерявый брюнет, увидев, что Нати за ними наблюдает, крикнул в её сторону:

— Рыбка килограмм на тридцать будет!

Нати, уловив их настроение, крикнула им:

— Надо подтолкнуть рыбку из воды, а то леска порвётся!

Боец быстро сообразил, снял брюки и ботинки, схватил сачок и бросился в воду. Нати с удовольствием наблюдала за этим почти спортивным зрелищем. Ещё несколько минут борьбы, и огромная рыба была на берегу.

— Отличный улов! — воскликнула Нати.

— Сегодня будет грандиозный рыбный ужин! — весело отозвался кучерявый рыбак.

Нати вспомнила, как в юности мечтала полюбить голубоглазого кучерявого блондина и создать семью, всё искала своего суженого, но так и не встретила его. Промелькнула мысль о новом знакомом — Викторе Безнере, и сердце её приятно заныло от ощущения незримой душевной связи с этим человеком. Это чувство немного расслабило Нати в создавшейся непростой обстановке.

«Ну, всё, хватит сантиментов, — подумала она. — Пора за работу». Нати бодро поднялась и лёгкой походкой направилась к командному пункту.

Событие 9. Операция в Императрише

Лейтенант Бенсалес уже в полёте связался с комиссаром полиции штата, отвечающим за общественный порядок в городе Императриш. Информация от полицейского была оптимистичной: полиция провела рейд по поиску схронов и нашла четыре грузовика с тапириумом, спрятанных в заброшенных ангарах в пригороде.

Оставалось найти ещё шесть грузовиков. Безнер решил расширить круг поиска на двести километров, для чего два конвертоплана были направлены в сторону городка Мараба. Он же с остальными конвертопланами полетел к Императришу.

Майор понимал, что применять грозное вооружение конвертопланов в районах с плотной городской застройкой нельзя. Он повернулся к лейтенанту Бенсалесу и проговорил:

— Надо каким-то образом выкурить из населённых пунктов бандитов с грузом. На открытой местности грузовики легче будет идентифицировать и взять.

Лейтенант на секунду задумался и затем, подняв указательный палец, предложил майору вариант решения проблемы:

— Сейчас через свои связи мы распространим слух о том, что якобы ваши войска проведут военную операцию по изъятию похищенного груза, а причастные к похищению будут уничтожены вместе с домами и постройками, вблизи которых груз будет найден. Я думаю, это вынудит местное население надавить на бандитов, чтобы те вывезли металл за пределы поселений.

Безнер не собирался уничтожать мирных жителей, но план Бенсалеса ему понравился, поэтому он одобрительно сказал:

— Жёстко, но, по всей видимости, это будет оправданно! Действуй, лейтенант! — воскликнул через ЛАК-устройство Безнер и улыбнулся.

Полиция за считанные минуты распространила в предместьях Императриша слух о предполагаемых действиях евразийцев.

Для большей убедительности Безнер решил провести показательную демонстрацию силы.

На бреющем полёте два тяжёлых конвертоплана, ощетинившись стволами пушек, натужно гудя реактивными двигателями, несколько раз медленно пролетели на высоте птичьего полёта над городом. На улицы высыпали почти все жители, дивясь невиданному зрелищу. Вибрирующий утробный звук двигателей вызвал тихую панику среди толпы, а дребезжащие от вибрации стёкла в домах ещё больше усилили волнение. Летящие исполины на глазах горожан демонстративно и величаво развернулись и медленно скрылись в южном направлении. Даже у местных скептиков не осталось сомнений в том, что евразийцы скоро нападут на город.

Появление в небе «летающих крепостей» вызвало настоящий переполох и не оставило шансов бандитам отсидеться в городе. Теперь «барсовцам» оставалось только ждать, когда гангстеры под напором местных жителей повезут тапириум из города.

Безнер сообразил, что бандиты, скорее всего, попытаются избавиться от груза и утопить его в реке наступающей ночью. Он приказал командиру головного конвертоплана выбрать площадку в нескольких километрах от города и приземлиться.

«Подождём немного, выдержим паузу, — подумал Безнер, — испытаем, у кого крепче нервы».

Уже смеркалось, когда он отдал команду отправить дроны с видеосканерами вдоль реки Токантина, чтобы вовремя засечь попытку сброса тапириума в реку. В готовности к действиям у майора было несколько групп перехвата, все распределены по конвертопланам. В случае необходимости дроны могли помочь бойцам огнём стрелами с парализующим веществом.

Ближе к полуночи оператор, следящий за полётом дронов, доложил майору о подходе к реке севернее Императриша двух гружёных грузовиков с выключенными фарами.

— Сто первому борту взлёт! Две группы перехвата на борт! — громко скомандовал майор. — Приказываю взять весь груз!

Через минуту конвертоплан был в воздухе, он летел по приводам, которые обеспечили ему четыре дрона, нависшие над целью. Оператор дронов уже держал на прицеле четверых бандитов у грузовиков, в готовности выпустить по ним стрелы с парализующим веществом.

Глядя на лазерную виртуальную картинку площадки предполагаемой разгрузки тапириума, майор Безнер начал понимать, что конвертоплан с группой захвата может опоздать. Было похоже на то, что боевики готовятся вместе с грузовиками отправить груз на дно. Обрывистый берег реки указывал на то, что в этом месте глубина может быть более пяти метров. Майор посмотрел на оператора, словно оценивая его возможности:

— Сможем обезвредить этих бандитов?

Оператор несколько секунд оценивал обстановку.

— Их шестеро, с четырьмя проблем не будет, а вот двое сидят в машинах, тут нужна ювелирная работа, — подытожил оператор, сосредоточенно склонившийся над монитором.

Безнер тут же принял решение:

— Давай вначале стрельни по тем, кто в машинах, а потом по остальным!

Оператор начал «колдовать» над системой управления дронов, готовя их к атаке. Виртуальная картинка перед глазами майора ожила: два дрона медленно подлетели к грузовикам и после небольшой паузы выхлестнули ядовитые стрелы по целям. Хрустнули пробитые стрелами лобовые стёкла кабин, и тут же оба водителя забились в конвульсиях. Остальные боевики, услышав шум от бьющегося стекла, бросились к автомобилям.

Оператор, развернув дроны, навёл оружие на оставшихся боевиков и включил автосопровождение целей. Ещё пара мгновений, и невидимые бандитам дроны атаковали их жалящими паралитиком стрелами.

— Цели поражены, командир! — не скрывая удовлетворения, доложил оператор.

— Ювелирно сработано, молодец! — похлопывая его по плечу, похвалил майор.

Вскоре к месту бескровного сражения подлетел конвертоплан, группам захвата оставалось спокойно перетащить на поляну обездвиженных бандитов и забрать груз. Решено было передать бандитов в руки местной полиции.

Под Марабой бойцы спецназа также захватили два грузовика. В жёстком столкновении было уничтожено восемь бандитов и ранено два спецназовца.

Оставалось выяснить, где спрятаны ещё четыре грузовика с тапириумом.

На следующее утро майор Безнер посовещался с руководством местной полиции. Шеф полиции, обращаясь к нему, сказал через ЛАК-устройство:

— Господин майор, бразильское руководство обеспокоено возникшей проблемой и заинтересовано в скорейшем возврате вам похищенного груза. Мне поставлена задача всецело содействовать в его поисках, но вам предложено боевую технику не применять. Всё-таки вы находитесь на территории суверенного государства.

— Хорошо. Я приму к сведению ваше предложение. Предлагаю объединить усилия моей группы и ваших полицейских, — ответил Безнер, не любивший конфликтовать понапрасну. Он лишь предложил местным полицейским воспользоваться сканерами, позволявшими на расстоянии обнаруживать и идентифицировать похищенный груз.

За час до полудня смешанные группы полицейских и «барсовцев» вошли в городок Императриш. Оперативные данные полиции и технические средства спецназа позволили буквально перетряхнуть населённый пункт. К исходу дня общими усилиями удалось обнаружить тапириум из трёх грузовиков. Безнер доложил Нати о результатах операции. Решено было группе Безнера остаться ещё на сутки для поиска последнего грузовика.

Событие 10. Глобальные планы Моргана

Сочная весенняя зелень растительности на берегу озера Мичиган и солнечные зайчики, озорно играющиеся в лёгкой ряби воды навевали Джорджу Моргану нотки лирического настроения.

По своему обыкновению, Президент Амеравии с утра находился в овальном кабинете. Секретарь принёс его любимый напиток — чашечку кофе по-венгерски и электронную папку с документами особой важности.

Первый документ касался Стратегической программы развития Амеравии. Из него следовало, что уже завершены испытания человекоподобного кибернетического организма с искусственным интеллектом.

— Великолепно! — воскликнул Морган, вытянувшись от удовлетворения в кресле и еле заметно улыбнувшись уголками пухлых губ. Он принципиально не хотел называть это создание роботом или андроидом, однако всё-таки согласился с предложением корпорации «Локхид» назвать это изделие «биологический кибернетический организм», или сокращённо «биокибер». Не мешкая он надавил на кнопку селектора, сказав секретарю:

— Майк, найди директора корпорации «Локхид» и соедини меня с ним.

Достаточно быстро — Морган ещё не успел допить свой кофе — раздался мягкий зуммер селектора, и Майкл сообщил, что директор «Локхид» на связи. На экране видеофона появилось сосредоточенное лицо директора корпорации «Локхид» Джека Нильсона. Этот седовласый и довольно умный человек всегда вызывал у Моргана чувство уважения и некоторой насторожённости, ведь в его руках было сосредоточено всё самое передовое и самое опасное.

— Ну, что же, Джек, вас можно поздравить с действующим образцом кибернетического организма! — как можно более дружелюбно начал беседу Морган, тем более что известия к этому располагали. В его манере общения с подчинёнными была одна особенность: говоря слова, он делал акцент на букве R (эр), подобное «рычание» придавало речи тяжеловесность и даже величие. От такой манеры Моргана у многих тряслись поджилки, но только не у Джека Нильсона. В такой момент Джек внутренне собирался, его внимание обострялось, как будто он за рулём спортивного болида закладывает вираж на крутом повороте.

— Да, сэр! — слегка улыбнувшись, ответил Нильсон. — Более того, сэр, вечером он может прийти к вам, и вы сами сможете оценить его способности.

— Кто может прийти? — переспросил Президент. Он ещё до конца не осознавал, что созданный биокибер уже способен действовать.

Нильсон, сдерживая улыбку, посмотрел на Президента и нарочито услужливо пояснил:

— Биокибер может к вам прийти и поговорить с вами, господин Президент.

Морган в лёгком замешательстве машинально почесал затылок и с деланым удовлетворением, которое выдал лёгкий прищур широко посаженных хищных глаз, ответил:

— Хорошо, Джеки! И кто его приведёт?

— С вашего разрешения, сэр, я сам, — ответил Нильсон, как показалось Моргану, с нотками загадочности в голосе.

— Я в этом и не сомневался, Джек. Тогда я вас жду в шесть часов вечера, — закончил диалог несколько заинтригованный Морган, выключая видеоселектор.

Он встал, прошёлся по кабинету, отхлебнул из чашечки глоток ещё не остывшего кофе, вкуса которого на этот раз не почувствовал из-за нахлынувших мыслей. Моргану пришло ощущение скорого реванша за потери, которые понесла его страна от Великого Поворота Событий. И не только реванша — мысли рвались дальше: он себя начал ощущать фигурой большей, чем Президент Амеравии.

Усилием воли он отогнал навязчивые мысли и, подойдя к столу, взял электронную папку. Высветился второй документ, который касался проведения операции в Бразилии по изъятию у сторонников Евразийского Союза тугоплавкого металлического сплава с диэлектрическими свойствами. «Судя по всему, евразийцы отбили большую часть груза», — с досадой подумал Джордж, читая доклад. От прежнего настроения мало что осталось. На широких скулах его лица нервно заходили желваки. Он с силой нажал кнопку селекторной связи с шефом Разведки.

— Добрый день, господин Президент! — приветствовал его глава Разведки трёхзвёздный генерал Ричард Стоун.

— Для кого как, — ответил вместо приветствия Морган, — кому добрый, а кому не очень! Как я понимаю, для вас, Стоун, не очень добрый день! Что с операцией в Бразилии?

— Господин Президент, в процесс проведения операции вмешались евразийцы. Нагло прилетели на конвертопланах и большую часть груза отбили у нанятых нами людей, — глава Разведки постарался сказать эту фразу непринуждённо, и, как ему самому показалось, получилось естественно и буднично.

Президент этого пассажа не оценил и начал вскипать:

— А вы, Стоун, кого там наняли, торговцев апельсинами, что ли?! И почему ваши люди, господин генерал, также «нагло» не прилетели и не забрали этот груз, который нам самим нужен?!

— Господин Президент, если бы мы так же прилетели, то наш прилёт расценивался бы как вторжение. У евразийцев с бразильцами договор о взаимопомощи, — несколько опрометчиво попытался парировать замечание Президента шеф Разведки.

— Я это и без вас знаю, Стоун! Вы мне не читайте лекцию по международному праву! Где металл?! Корпорация «Локхид» ждёт этот металл! Я жду этот металл! — с этими словами лицо Моргана начало багроветь. — Стоун, мне наплевать на бразильцев, мне надоело играть с ними в доброго дядюшку Сэма! Мобилизуйте силы, господин генерал!

Морган чуть помедлил, как бы притормаживая лошадей, чтобы не сказать лишнего, но потом продолжил в своей «рыкающей» манере:

— В Бразилии полно головорезов, наймите лучших! Пусть наше присутствие там будет негласное, но ощутимое! Заберите этот груз и доставьте его на склад «Локхид» в Денвере!

— Постараюсь исполнить, сэр! — коротко ответил Ричард Стоун и для большей убедительности вскинул правую руку в воинском приветствии, поднеся её ко лбу, как бы закрывая глаза от солнца.

«Если этот болван вытащит из Бразилии хотя бы двадцать тонн груза, то я смогу создать маленькую армию киберов, с которыми решу глобальные задачи!» — промелькнуло в голове Моргана. Он уже давно вынашивал планы по созданию маленькой непобедимой армии кибервоинов, с помощью которой хотел взять реванш у евразийцев и обеспечить своё господство на Земле. Ему нужен был успех в операции, и он подчёркнуто официально приказал:

— Победа или смерть! Действуйте, господин главный разведчик!

Когда подобным образом говорил Президент, то ни у кого не оставалось сомнения, что задачу надо выполнить или действительно умереть. Поэтому Стоун уже без всяких реверансов гаркнул два слова: «Есть! Сэр!» — и исчез из видеотрансляции.

В шесть часов вечера секретарь сообщил о приходе директора корпорации «Локхид» Джека Нильсона с молодым сотрудником. Морган приказал впустить их, а сам сидя в кресле, с интересом уставился на входную дверь. Вошли двое — Нильсон и молодой человек в безупречном с холодным блеском азурита костюме и шарфиком на шее. Нильсон представил своего спутника:

— Господин Президент, этот юноша — наш первый анима сапиенс («anima sapiens»), что с латинского означает существо разумное, созданное нами существо, господин Президент!

Морган встал с кресла, подошёл к юноше-биокиберу и протянул ему руку. Невозмутимо, как показалось Моргану, юноша посмотрел ему в глаза и мягко пожал протянутую руку.

— Юниос, — представился биокибер, щёлкнув каблуками и почтительно наклонив голову, — гуманоид серии МС-01 «Анима сапиенс». Спасибо, что принимаете меня, господин Президент.

Морган смотрел на биокибера со смешанным чувством ликования и некоторой насторожённости. Маниакальное упорство и непреклонная требовательность к подчинённым по созданию кибернетического организма увенчались успехом и теперь были реализованы в виде этого юноши, стоявшего напротив Президента.

Для начала Морган решил немного поговорить с биокибером и прочувствовать его, если это будет возможно за короткий промежуток встречи.

— Расскажи о себе, Юниос, я с интересом послушаю тебя, — вкрадчиво произнёс Морган, хотя знал об этом изделии довольно много.

Юноша моментально по-военному ответил:

— Господин Президент, я рождён в биоквантовой лаборатории «Проект Анима». Цикл моего создания пять месяцев. Энергетические возможности моего организма без подзарядки рассчитаны на пять суток работы или на сутки с нагрузками на пределе допустимых возможностей. Мои возможности превосходят возможности человеческого организма в несколько раз. Мои основные жизненно важные органы защищены от пуль сорок пятого калибра усиленной кевларовой оболочкой. Глаза, или точнее — оптические сенсоры, защищены от прямого воздействия боевых лазеров светочувствительными фильтрами, встроенными в глазное яблоко. Это основное, господин Президент!

— А чем вы питаетесь, Юниос? — Морган более внимательно посмотрел на биокибера.

— Фотонами, господин Президент, меня питают фотоны, — проговорил Юниос. — Проще говоря, питаюсь я любой биологической массой, в которой есть хоть доля энергетических запасов, и электричеством, могу зарядиться от электрической розетки, а также от солнечного света, господин Президент.

«Действительно квантовый организм!» — подумал Морган, словно вновь открывая для себя это создание. Хотя так оно и было: когда проект существовал на бумаге и в чертежах, тогда Морган не ощущал всего величия человеческой мысли, но теперь, видя перед собой хорошо сложенного юношу, внешне ничем не отличимого от человека, он словно заново открывал для себя проект «Анима». Вслух же Морган произнёс:

— А вкус пищи ты различаешь?

— О да, господин Президент, я различаю кислое, солёное и сладкое. Мне нравится человеческая еда, как и сам человек, — как-то двусмысленно ответил Юниос.

Моргану шутка этого «организма» не совсем понравилась, но он решил оставить её без комментариев и продолжил по существу:

— А какое у тебя уязвимое место?

— Я неуязвим, — произнёс Юниос, как показалось присутствующим, с нотками превосходства, продолжив дальше с элементами «квантового» юмора: — Разве что уязвимое место для меня сталеплавильная печь. Но я не думаю, что когда-нибудь попаду в печь. Моя оперативная память позволяет просчитать сотни различных жизненных ситуаций в секунду. Меня практически невозможно обмануть.

— Скушай яблочко, Юниос, — Морган взял с вазы красно-полосатое яблоко любимого сорта «фуджи» и протянул биокиберу. В отличие от гуманоида Юниоса, Президент знал о его уязвимом месте: существовал секретный электронный код, с помощью которого можно остановить и выключить этот организм. О наличии этого крэш-кода знали всего лишь несколько доверенных лиц, включая Моргана и Нильсона. Код излучался специальным электронным устройством, выполненным в виде авторучки. Как раз эту авторучку, словно хрустальную булавку Морган ощущал сейчас в своём нагрудном кармане.

— Спасибо, сэр, — Юниос с хрустом откусил яблоко. — Сладко!

— А что ты не любишь? — Морган внимательно посмотрел на биокибера, как бы стараясь увидеть на его лице какие-нибудь эмоции.

— Я не люблю тишину и сырость, — ответил Юниос, продолжая жевать.

— Ну, допустим, про сырость понятно, а тишину почему не любишь? — поинтересовался Президент.

— В ней нет никакой энергии, — хрустя яблоком, проговорил Юниос.

— Он от шума тоже подзаряжается, — пояснил Нильсон.

— А, вот как! Таким образом, Юниос, можно сделать вывод, что ты готов к жизни в человеческом обществе, — глядя на «организм» больше утвердительно, нежели вопросительно подытожил Морган.

— Да, сэр, — съев яблоко без остатка, вместе с семечками, ответил тот.

— Рад был познакомиться с тобой, Юниос, — удостоив биокибера сдержанной улыбкой, подытожил Морган, — ты можешь подождать своего создателя в приёмной.

— Спасибо вам, сэр, — откланялся МС-01.

— Ну что ж, Джек, — произнёс Морган, как только закрылась дверь за биокибером, — хороший результат. Сколько вы сможете выпускать в месяц таких «кибернетических ребят»?

— При создании поточного производства и при наличии необходимых материалов, я думаю, штук по сто в месяц, — не задумываясь произнёс Нильсон.

— Мне нужно двести в месяц, а то и больше, — для наглядности разведя широко руки, выразил желаемое Морган. — Подготовьте оперативно бизнес-план мне на утверждение.

Когда Нильсон и гуманоид МС-01 ушли, Морган нажал на клавишу связи с шефом Секретной службы. После некоторого ожидания видеофон отобразил в лазерной голографической проекции смуглое от природы лицо шефа Секретной службы Стива Хофмана.

— Слушаю, господин Президент, — с нарочитой готовностью произнёс Хофман, его карие глаза выражали решительность и сосредоточенность.

— Стив, проект МС-01 вошёл в финальную стадию.

— Да, сэр, я знаю, — с видом осведомлённого человека ответил Хофман.

— Усильте контроль над производством биокиберов на фабрике «Локхид», чтобы во всех гуманоидах были приёмники крэш-кода, — и, понизив голос, Морган пояснил: — Мне не нужны сюрпризы в виде восстания машин или использования этих машин в чьих-то корыстных интересах!

— Мои люди находятся на производстве. Всё будет под контролем, шеф! — уверенно произнёс Хофман.

— Надеюсь на вас, Стив, возьмите этот вопрос под личный контроль, — закончил Морган и отключил видеофон. Он доверял шефу Секретной службы: когда-то они в университетской команде играли в американский футбол, были гардами нападения. Не раз их прорывы приносили команде победные тачдауны, а потом они вместе отмечали победу.

«Вот оно, очередное приближение пресловутой технологической сингулярности, — со вздохом подумал Морган. — Мы создаём инструменты, а потом инструменты создают нас».

Пятьдесят лет назад мало кто верил, что человечество так быстро подойдёт к технологической сингулярности, которая впервые явно проявила себя перед началом Великого Поворота Событий и стала основным толчком этого Поворота.

Генная инженерия и развитие микроэлектроники сделали своё дело. Начиналось всё красиво и безобидно. Первопроходец в области генной инженерии Джон Вентер совершил кругосветное плавание на борту своей тридцатиметровой парусной яхты «Чародей» («Sorcerer») с целью поиска новых видов микроорганизмов и анализа их ДНК. А через несколько лет он создал первую в мире рукотворную одноклеточную бактерию, ставшую первым живым организмом, созданным человеком. А дальше дело пошло очень резво: начали выращивать новые бактерии и клетки органов человека. Параллельно с развитием генной инженерии взрывообразно пошло развитие микроэлектроники, колоссально возросли скорости обработки данных на биологических микропроцессорных устройствах, что в итоге привело к созданию биологического искусственного интеллекта.

«И вот она, квинтэссенция усилий человечества — биокибер Юниос!» — Морган понимал, что эта затея очень опасная. Но он также понимал, что если не амеравийцы, то евразийцы сделали бы биокиберов. И тогда Амеравии пришёл бы конец.

«А что дальше, восстание машин? Теперь эволюция может сыграть злую шутку над человечеством, и человеческую расу начнет вытеснять из жизненного пространства раса биокиберов. Но это не при моей жизни!» — успокоил себя Морган.

Откинувшись в кресле и положив ноги на журнальный столик, он включил музыкальный проигрыватель, который под стать настроению хозяина кабинета через лабиринтные динамики объёмного звука разлил мелодичные волны «Лунной сонаты» Бетховена. Завершая свои размышления о печальной участи человечества и закрывая глаза, Морган прошептал понятное ему заученное в далеком детстве древнее послание апостола Павла: «Тогда и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится!»

Событие 11. Коварное нападение

Сгустились сумерки. Нати отдала последние распоряжения по охране лагеря и занялась подготовкой кодированного донесения для командора Хока. Операция шла успешно, и Нати кратко описала в телеграмме произошедшие события, сообщив, что осталось найти последний большегрузный автомобиль, и запросила разрешение о возвращении после выполнения миссии на Родину.

Наверху, в кронах деревьев спрятался симфонический оркестр бразильских цикад. Самцы, желая привлечь самок, наполнили пространство какофонией звуков, похожих на свист металлической стружки, попавшей в работающий электродвигатель. Нати любила фантастику, пересмотрев в юности множество фильмов этого жанра, поэтому временами яростный скрежет цикад напоминал ей звук приземления инопланетного корабля из фантастического фильма.

Она посмотрела наверх: ночное небо пестрило миллиардами звёзд. Нашла созвездие Южного Креста и чуть левее — заветную цель будущей экспедиции, мечтательно подумав: «Там, на Млечном Пути, в четырёх триллионах километров от Земли наша цель — созвездие Кентавра! Сможем ли мы долететь туда? Что нас ждёт там? Это одному Господу Богу известно!»

Она вспомнила, как в далёком детстве отец купил ей довольно крупный переносной телескоп на треноге, произнеся пророческие слова: «Многие учёные начинали свой путь к великим открытиям с наблюдения за звёздным небом в любительский телескоп. Пользуйся им в свободное от учёбы время. И, может быть, когда-то знания астрономии пригодятся тебе в полёте на космическом корабле!»

По вечерам с лёгкой руки отца Нати наблюдала в телескоп за планетами из окна квартиры или, надрываясь, тащила его на плоскую крышу своего дома, откуда обзор неба был доступнее. Это был особенный опыт, который наполнял её душу ни с чем не сравнимым трепетом. Вселенная будто приподнимала перед ней завесу тайны: она увидела то, о чём до этого могла лишь мечтать, — далёкий космос приоткрыл свои горизонты, засверкав своими фантастическими цветами. Она наблюдала Венеру, из-за большого расстояния похожую на старый, примятый с краю золотой червонец, который хранился у её деда. В телескоп планета выглядела как неполный диск, очень похожий на Луну, только гораздо меньшего размера. В погожую ночь она с любопытством рассматривала Марс, напоминавший ей старинный медальон из красной меди, найденный на чердаке соседнего дома. Сатурн с кольцами в телескопе был маленькой копией юлы, подаренной ей на день рождения. А полосатая поверхность Юпитера напоминала Нати снежок, слепленный ею из талого снега вперемешку с землёй…

Её воспоминания прервались, когда к скрипучим песням цикад добавился неприятный свист. Он нарастал, и через мгновение в лагере раздались хлопки взрывов. Воздух судорожно затрепетал в ночной темноте, разрезаемой сполохами разрывов от падающих мин.

Нати бросилась к укрытию пункта управления. Хорошо замаскированное и заглублённое в землю, защищённое бронелистами, оно являлось наиболее безопасным местом. Нати с разбегу шлёпнулась на пол укрытия. Резко встав, метнулась к компьютеру системы охраны лагеря. Глядя на монитор, она сразу оценила масштабы нападения: артобстрелу подверглось больше половины опорных пунктов и оба конвертоплана, один их которых получил повреждения и дымил.

Немедля она схватила трубку радиостанции и скомандовала в эфир:

— Опорным пунктам выявить огневые точки противника и подавить. Конвертопланам — взлёт! Атаковать противника!

Нати понимала, что и без её команды все знают, что делать. И это было действительно так. Опорные пункты ощетинились огнём: дружно заговорили, сотрясая воздух, безоткатные орудия и дробовики-гранатомёты. Пронизывая ночь колючими лучами цианового света, заискрились лазерные автоматы, ослепляя противника и выводя из строя его оптические приборы. Огнемёты с воем изрыгнули термобарические снаряды-капсулы, а спустя несколько секунд на месте их падения появились огромные, размером с трёхэтажный дом огненные шары и раздались раскаты грома, будто разгневанные языческие боги-громовержцы Зевс и Перун спустились на грешную землю.

Уцелевший конвертоплан оторвался от земли и на форсаже взмыл в небо, а оттуда обрушил на головы противника лавину из снарядов и разрывных пуль. Всё вокруг горело, взрывалось и трещало. Закрутилась та мясорубка, в которой мог выжить только сильнейший.

Нападавшие ещё какое-то время пытались огрызаться огнём, но вскоре их недобитые остатки побежали, унося ноги из этого адского пекла.

Бой стих так же внезапно, как и начался. Наступила мёртвая тишина, даже цикады притихли на деревьях. На востоке загоралась заря нового дня, затянутая сизой пеленой пожарища прошедшего боя. Жизнь продолжалась, невзирая на её превратности.

Капитан Панч приказала не преследовать нападавших и подсчитать наши потери. Через несколько минут информация о потерях была у капитана на планшете: погибло пять, ранено двенадцать человек, выведен из строя конвертоплан, несколько орудий и огнемётов.

Какие бы ни были потери в технике, они несоизмеримы по душевной боли с гибелью людей, этих недавно жизнерадостных молодых парней. Пять жизней унёс внезапный ночной бой. Нати уже приходилось терять друзей, товарищей по общему делу, и каждая новая утрата резкой болью отражалась в её сердце. «Человек создан по образу и подобию Господа Бога, — размышляла как-то Нати. — Каждый из нас уникален, как Вселенная. По сути, каждый из нас — малая вселенная. Безвременная потеря любого из нас влияет на других людей, влияет на Вселенную, как если бы от целого яблока отрезали кусочек и плод стал бы портиться, потеряв свою целостность».

С рассветом несколько боевых групп «Барса» обследовали прилегающую к лагерю территорию. Насчитали более сотни убитых бандитов, а в штабное укрытие к капитану Панч привели двух раненых из числа нападавших. Лица их были почерневшие от копоти, со следами запекшейся крови на порезанной коже. Нати посмотрела на их изуродованные лица, перехватив её взгляд, старший группы разведки доложил, что на бандитов упала срезанная взрывом огромная старая араукария. А её листья, как клинки, сделали своё дело, изрядно изувечив лица бандитов.

Листья араукарии

Растрёпанные и находящиеся ещё в полуобморочном состоянии горе-вояки рассказали, что их наняли для нападения на лагерь «торговцев» и пообещали большие барыши после захвата лагеря. Их группа была из разных районов Бразилии, всего около трёхсот наёмников — маленькая армия по местным масштабам. В распоряжении банды была даже своя артиллерия в виде миномётов и гранатомётов. Все боевики хорошо вооружены стрелковым и холодным оружием.

Пленные, запинаясь на каждом слове, поведали, как их банда готовилась к атаке лагеря: подошли к лагерю ночью, долго осматривались, потом установили миномёты и приготовились к атаке. Пока готовились к атаке, кое-то начал высказывать сомнение в предстоящем предприятии, видя, что в лагере «торговцев» много военных. Но главарь банды по имени Родригес уверенно заявил, что это всего лишь небольшое охранение лагеря, полного товаров и денег. А летательные аппараты, находящиеся в лагере, по словам Родригеса, нужны для перевозки сокровищ. После проведённой подготовки бандиты открыли огонь из миномётов по лагерю и пошли на штурм, ощущая жажду лёгкой победы и большой добычи.

Стоящие перед Нати оборванные и грязные бандиты ночью были в передней атакующей шеренге, они прошли не больше двух сотен метров, когда вдруг с разных точек им в глаза брызнул ослепляющий свет, а затем загромыхали пушки. Всё вокруг забурлило от взрывов и запылало огнём.

Старший группы разведчиков, обнаруживших бандитов, весело произнёс:

— Этим двум повезло: их контузило от взрывов, они потеряли сознание и пролежали до утра, пока мы их не подобрали.

Капитан Панч понимала, что ночное нападение на лагерь так же, как нападение на колонну грузовиков, затеяла враждебная сила, которая пытается не допустить отправки тапириума для космолёта в Евразию. Теперь, после ночного нападения, напрашивался закономерный вывод, что руками бразильских бандитов хочет сорвать поставки могущественный противник — Амеравия.

Событие 12. Депеша капитана Панч

После ночного боя Нати отдала последние распоряжения по охране и наведению порядка в лагере и повторно занялась подготовкой кодированного сообщения для командора Хока.

Сообщение от «Барса» ждал не только командор Хок, но и Председатель Госсовета Распроди. Шёл четвёртый день операции в Бразилии, а ясной картины о ситуации по поиску тапириума у руководства Союза не было.

Ближе к четырём часам дня дежурный связист принёс долгожданный текст шифрограммы, полученной из Бразилии. Из шифрограммы капитана Панч следовало, что «Барс» развернул настоящие боевые действия на территории суверенного государства. В поиске тапириума оказала существенную помощь бразильская полиция. Хок подумал без тени сарказма о том, что эта ситуация полезна для развития двухсторонних политических связей.

В шифровке сообщалось, что найден почти весь груз. Отряд потерял в ходе операции пять человек и был повреждён один конвертоплан. Нати просила усилить отряд ещё двумя боевыми конвертопланами и прислать в аэропорт Терезины транспортные самолёты для отправки тапириума.

Командор Хок немедленно связался с Председателем Распроди. Тот был на заседании Госсовета, но ответил Хоку и разрешил усилить «Барс» двумя конвертопланами, а также подготовить к вылету самолёты для перевозки тапириума.

Через несколько часов два тяжёлых боевых конвертоплана, выбрасывая в ночное небо пульсирующее пламя из реактивных двигателей, взяли курс на далёкую Бразилию.

Хок продиктовал шифровку капитану Панч о вылете конвертопланов. Ещё день назад он сетовал в душе о своём решении отправить в бразильское пекло эту зеленоглазую необстрелянную девушку, но сегодня он успокоился: Нати не подвела в реальной боевой обстановке, и операция в целом шла успешно. «Если хрупкая женщина за тысячи километров от базы способна проводить успешную боевую операцию, то что можно говорить о моих подготовленных парнях!» — с чувством гордости подумал Хок.

Он понимал, что расслабляться рано — это можно будет сделать только после успешного возвращения «Барса» с грузом тапириума на базу.

В шесть часов вечера по бразильскому времени Нати с удовлетворением прочитала шифровку от Хока: два боевых конвертоплана вылетели на поддержку «Барса». Она отдала необходимые распоряжения по приёму конвертопланов.

Операция подходила к своей кульминации. Необходимо было сосредоточиться на отправке тапириума. Чтобы не потерять ценный груз, важна была каждая мелочь. Каждый раз, когда надо было принять ответственное решение, Нати мысленно с душевным трепетом обращалась к Высшим силам со словами христианской молитвы: «Господи, Иисусе Христе, сыне Божий, помилуй меня, грешную, и направь меня на путь истинный!» Зачастую всё складывалось так, как она хотела. Хотя люди рационального склада ума считали, что ей просто везёт и в очередной раз улыбнулась удача.

Несмотря на непостижимые просторы Вселенной, Нати чувствовала себя частью этого живого и одухотворённого Пространства. Она ощущала всем своим естеством, как Дух Вселенной влияет на её мысли, чувства и поступки, как Он ведёт её по жизни. Конечно, она верила в себя и была уверена в своих силах, однако всецело душою уповала на Господа Бога.

Уже было утро пятого дня операции на бразильской земле. Смешанные группы местных полицейских и евразийского спецназа перешерстили городки Императриш и Марабу, но последний двадцатипятитонный автомобильный тягач с тапириумом как в воду канул. Последний раз автомобиль, похожий на исчезнувший, попал в поле зрения дорожных камер видеонаблюдения на Трансбразильском шоссе, триста километров от города Императриш, но куда он свернул, так и не смогли установить.

Майор Безнер доложил капитану Панч о безрезультатном ходе поисков, она же почувствовала, что с этой потерей придётся смириться, и скомандовала сворачивать операцию, отдавая инициативу в поисках груза местным полицейским.

Событие 13. Груз для Президента

После ночного боя и разгрома наёмников полковник Боско получил шифрованное сообщение из штаб-квартиры Разведки Амеравии, в котором её шеф требовал срочно отправить в Амеравию оставшийся в руках его помощников металл. Транспортная подводная лодка из Амеравии уже приближалась к дельте Амазонки.

Немедля спецагенты полковника выехали на двух арендованных автомашинах из Терезины в направлении поймы гигантской реки. Там, в нескольких десятках километров от города Макапа, в правой излучине Амазонки была намечена временная стоянка подводной лодки. Сам Боско задержался на несколько часов, ставя задачу группе боевиков на проведение акции возмездия против евразийцев. Ему хотелось расквитаться с евразийцами, поэтому он решил ударить побольнее, заготовив для этого переносной зенитно-ракетный комплекс и пулемёты.

В это же время параллельным маршрутом в сторону реки двигались двенадцать двухтонных грузовичков, которые везли вожделенный груз металла, перегруженный из последнего оставшегося в руках боевиков тягача. В головном автомобиле ехал якудза, зорко всматриваясь в даль. Автоколонна успешно добралась до небольшой пристани, где её ждали две небольшие самоходные баржи-шаланды, нанятые спецагентами Боско. Под покровом ночи металл погрузили на баржи.

Как только последний лист металла опустили в трюм, Эндрю Боско, стоя на капитанском мостике первой шаланды, скомандовал отплытие. В первой шаланде плыли все спецагенты Боско, во второй — все бандиты. Боско ещё до отплытия переговорил с якудзой и убедил его сопровождать груз до конечной остановки на Амазонке. За это он пообещал хорошо заплатить бандитам.

Весь следующий день разношерстной команде вооружённых людей вместе с баржами пришлось простоять в затоне реки под тенью раскидистых деревьев, прячась от бразильских поисковых групп. Шаланды замаскировали ветками деревьев и ждали заката, отбиваясь от назойливых комаров.

Ночью двинулись дальше и через несколько часов по радиомаяку подошли к небольшому островку, возле которого притаилась транспортная субмарина. К утру погрузка двадцати пяти тонн металла на подводную лодку была завершена. На берегу остались бандиты, работавшие всю ночь в качестве грузчиков.

На подводной лодке заканчивались приготовления к отплытию. Боско решил не мелочиться и всё-таки дополнительно заплатить бандитам за проделанную работу, прежде всего для закрепления уверенности, что они в любой момент выполнят очередную его просьбу. Во всяком случае, Боско не собирался терять с ними связь. Это был его принцип «не сжигать мосты, имея всегда дополнительные пути манёвра». Полковник приказал провести в рубку подводной лодки якудзу. Тот зашёл и взглянул на Боско своим тяжёлым пронизывающим взглядом из-под нависших век.

Грозный вид якудзы не располагал полковника к излишним сантиментам. Боско протянул бандиту плотно перевязанный пакет и сдержанно, стараясь не сфальшивить излишними нотками превосходства, произнёс:

— Вы хорошо поработали, а я умею быть благодарным. Это обещанный гонорар за работу. Надеюсь, мы с вами останемся друзьями и при необходимости найдём друг друга.

Якудза взял пакет, подбросил его на ладони, как бы определяя его ценность, скупо улыбнулся и ответил:

— Да, господин полковник, думаю, мы всегда сможем договориться. Хорошей дороги домой!

Через несколько минут, разгоняя предрассветный туман, транспортная субмарина на полном ходу в надводном положении вышла из устья Амазонки на просторы Атлантики и, выстрелив короткое радиосообщение в Центр, нырнула в глубину океана. Стоя у перископа в рубке управления, Боско с облегчением вздохнул. Он почувствовал, что сохранил погоны на своих плечах. И от этой мысли, а может быть, от усталости, немного кружилась голова. Груз для Президента, уложенный в чреве субмарины, перемещался под водой со скоростью тридцать узлов, уже ничто не могло остановить это движение.

«Дело сделано! Через неделю будем во Флориде!» — подумал вконец уставший от перипетий последних дней, но довольный полковник.

Событие 14. Сборы в обратный путь

Утром седьмого дня пребывания в Бразилии Нати получила шифровку от командора Хока с предложением ускорить отправку груза на континент. Она и сама это понимала: промедление могло быть использовано амеравийцами в подготовке какой-нибудь новой каверзы. Шифровкой командор сообщал, что для доставки металла готовы к вылету в Международный аэропорт Форталезы четыре тяжёлых транспортных самолёта.

Нати срочно провела совещание командиров своих подразделений и местной полиции по немедленному формированию автоколонны и перевозке груза в аэропорт Форталезы. Все мероприятия по охране автоколонны она поручила Безнеру. Бразильцам Нати настоятельно предложила пригнать к лагерю автомобили в необходимом количестве для доставки груза. Тут же обсудили и выбрали маршрут до Форталезы: не короткий через массу населённых пунктов, а более длинный и безопасный в безлюдной горно-лесистой местности.

Виктор тотчас принялся готовить план охраны автоколонны. После произошедших событий он понимал всю важность этого мероприятия. Он постарался предусмотреть все нюансы от боевого прикрытия до технического сопровождения автоколонны. Через два часа Виктор представил Нати подробную плановую таблицу взаимодействия, сказав коротко:

— Прошу ознакомиться и утвердить.

Нати молча посмотрела на дисплей планшета Виктора и, взяв стилус, поставила свою электронную подпись над таблицей, утверждая документ.

Всю ночь бразильцы подгоняли грузовые автомобили, которые тут же загружали тапириумом. К утру автоколонна была готова к движению. Груз распределили на четыре десятка автомобилей. Предстояло пройти более шестисот километров по дороге, окружённой горами и лесами. Сама сложность трассы не предвещала ничего хорошего, не говоря уже о возможных засадах бандитов. Нервы у всех были напряжены. Но «барсовцы» были готовы к действиям и верили в успешное завершение операции.

С воздуха колонну прикрывали конвертопланы. Они выстроились в круг на высоте нескольких километров — с земли их движение напоминало гигантскую серебристую карусель. На борту каждого конвертоплана опытные операторы неусыпно контролировали маршрут автоколонны на многие километры вперед по обеим сторонам дороги, а воздушные стрелки́ готовы были ударить по противнику из бортового оружия.

Непосредственное боевое охранение составили боевые дроны, барражировавшие на высоте птичьего полёта впереди автоколонны и вдоль флангов. Дрон управления «Цербер», наделённый искусственным интеллектом, получал комплексную информацию об обстановке, анализировал её и при угрозе способен был отдать остальным дронам команду на открытие огня. Его действия контролировал оператор, находившийся в бронированном джипе, предоставленном местным полицейским управлением.

По всей видимости, противник не предполагал, что маршрут колонны пройдёт значительно южнее, и первые часы движения прошли без происшествий. Примерно в середине маршрута была сделана робкая попытка помешать движению колонны — рассыпанные кем-то на дороге шипы пробили колёса двух автомобилей. Пока группа технического сопровождения ремонтировала колёса, Нати объявила получасовой привал.

В эти короткие минуты отдыха сердца Нати и Виктора будто забились в унисон, усиливая приятное душевное притяжение друг к другу. Ярко светило солнце, лёгкий ветерок колыхал волнистую прядь волос Нати. Она посмотрела вверх, где высоко в небе сверкала карусель из конвертопланов, и улыбнулась.

— Чему вы улыбаетесь, капитан? — спросил с несвойственной нежностью в голосе Виктор, любуясь её белоснежной улыбкой.

— День хороший, солнечный. На нашем континенте редко бывают такие дни, — по-свойски ответила Нати.

— Да, день действительно выдался хорошим, но вы так загадочно улыбаетесь, — не унимался Виктор.

Нати взглянула на него, помедлив с ответом. Лидерство было присуще ей не только на службе, но и в быту, сейчас она решила не упускать возможности и поближе познакомиться с приятным ей человеком. Поэтому с лёгкой иронией она спросила:

— Соображаю, когда мы с вами перейдём на «ты»?

— Нет ничего проще! Я готов к этому переходу! — немедля ответил Виктор, несколько обескураженный этим внезапным и недвусмысленным предложением.

— Аналогично! — Нати смотрела на Виктора своим выразительным изумрудно-искрящимся взглядом.

Виктор быстро справился с нахлынувшей волной чувств, немного выбивших его из состояния душевного равновесия.

— Удивительно, но мне всё больше и больше хочется узнать о тебе, — стараясь быть внешне спокойным, но ощущая в груди лёгкую тахикардию от гулких ударов сердца, промолвил Виктор. Он не лукавил, всё чаще думая об этой энергичной, красивой женщине.

Виктор нежно прикоснулся к ладони собеседницы, глядя в её пронзительно зелёные глаза. На этот раз Нати попридержала коней и по-деловому ответила:

— Думаю, доставим груз на материк, и у нас будет время пообщаться!

Он немного оторопел от резкой остановки только начавшейся задушевной беседы.

— Надеюсь на это! Скорей бы! — только и успел выдавить из себя немного раздосадованный Виктор.

Нати, высвободив свою ладонь из его руки, только загадочно улыбнулась.

Время привала подходило к концу. Как раз в этот момент капитану Панч доложили о готовности к движению. «По машинам!» — скомандовала Нати, и движение колонны продолжилось.

Не доезжая ста километров до Форталезы, оператор дронов доложил майору Безнеру, что «Цербер» обнаружил замаскированную огневую точку по маршруту движения колонны.

— Там, похоже, пулемёт и ракетная установка, — прокомментировал оператор.

— Действуйте по плану! Подавить огневую точку! — не мешкая скомандовал Безнер.

За несколько секунд «Цербер» сосредоточил дроны над целью и обрушил на неё огонь разрывными дротиками. В ответ запоздало прозвучала короткая пулемётная очередь, и всё стихло.

— Цель уничтожена! — доложил оператор.

Безнер внимательно посмотрел в квантовый пятидесятикратный бинокль. Зрелище было не для слабонервных: окровавленные тела трёх боевиков ещё дергались в предсмертных конвульсиях, но их безжизненные застывшие лица уже не выражали никаких эмоций. «Так, пусть с этим полиция разбирается», — подумал он и, убедившись, что больше нет угрозы, скомандовал:

— Оператор, рассредоточить дроны по плану боевого охранения! Автоколонне продолжить движение!

Больше происшествий на протяжении оставшегося маршрута не случилось. То ли грозное боевое охранение, то ли гористая местность, а скорее всего — и то и другое обеспечили беспрепятственное продвижение колонны с ценным грузом.

К вечеру автоколонна прибыла в аэропорт Форталезы. Началась погрузка тапириума на грузовые самолёты. Несколько часов ушло на подготовку к вылету транспортно-боевой эскадры. По завершению погрузки капитан Панч отправила короткую шифровку командору Хоку: «Вылетаем, встречайте груз!»

Все формальности с местной службой управления воздушным движением были решены и получено разрешение на вылет. Перед взлётом Нати успела попрощаться с местными полицейскими. Особенно долго она трясла руку лейтенанта Энрике Бенсалеса, боевая группа которого оказала неоценимую помощь в поиске тапириума. У неё возникло предчувствие, что это не последняя их встреча.

Вначале тяжёлые транспортные самолёты оторвались от земли и начали медленно набирать высоту, чуть погодя за ними последовала боевая эскадра. Лейтенант Бенсалес с лёгкой грустью смотрел на удаляющуюся эскадру: он проникся душой к этим открытым, чистосердечным и уверенным в себе евразийцам.

Через несколько минут серебристо-титановые исполины скрылись в облаках. Поднявшись на высоту пятнадцать километров и набрав крейсерскую скорость девятьсот километров в час, эскадра легла на обратный курс через Атлантику в Евразию.

Нати с Виктором находились в конвертоплане управления номер 101 в середине строя эскадры. Только немного расслабились и почувствовали некоторое облегчение от пережитого, как Нати увидела, что к ним спешит бортовой штурман. По его лицу невозможно было понять, с какой новостью он идёт.

— Уважаемая сеньорита, — докладывал штурман не по уставу — лётчики принципиально отказывались называть эту красотку по воинскому званию, — у нас по маршруту два атмосферных вихря, бушуют над Атлантикой. Курс нашей эскадры придётся изменить и лететь значительно южнее.

Атмосферные вихри над океаном стали частым природным явлением после Великого Поворота Событий.

— А если подняться выше? — предположил Безнер, не привыкший пасовать перед трудностями.

— Стена циклонов уходит в стратосферу и по высоте их не обойти, — безапелляционно заявил штурман.

— Как вы предлагаете лететь? — спросила Нати, понимая, что штурман уже всё продумал.

— Лететь придётся строго на восток к Африканскому континенту, а затем строго на север в Европу. Этот манёвр удлинит маршрут на треть, но другого выхода нет. Над Африкой поднимемся ещё выше, чтобы не попасть под огонь зенитных средств африканских повстанцев, — штурман пальцем показывал проложенный маршрут на штурманском селюляре.

— Хорошо, штурман, если другого выхода нет, то действуйте, — согласилась Нати.

Штурман протянул электронный планшет с планом полёта, предлагая поставить подпись в решении по изменению маршрута. Нати черкнула витиеватую линию своей подписи.

Через минуту воздушные гиганты эскадры синхронно сделали крен на правый борт, уходя на юг и обходя стратосферные вихри. Транспортные самолёты с ценным грузом последовали за ними.

«Всё, что возможно, сделано, теперь можно и немного расслабиться», — подумала Нати. После напряжённых дней тяжёлым грузом навалилась усталость, и уже не хотелось ни говорить, ни слушать. Ей почему-то захотелось прижаться щекой к крепкому плечу Виктора и закрыть глаза.

Нати уже не хотелось соблюдать субординацию, она хотела ощутить себя обычной женщиной, а не командиром. Под мерное завывание двигателей Нати, прикрыв глаза, склонила голову на плечо Виктора.

Он, уставший, но довольный, ощущая на своём плече щеку дремлющей Нати и вдыхая аромат её волос, сидел неподвижно, стараясь не разбудить её. Так прошёл час полёта.

Молодой борттехник принёс сухие пайки и чайник горячего кофе. Виктор вынужден был разбудить Нати. Она взглянула сонными покрасневшими глазами на него с благодарностью и, взяв чашку кофе, откинулась на спинку своего кресла:

— Долго летим?

— Уже больше часа, — раскрывая упаковку бортового пайка, ответил Виктор.

Сделав ещё глоток, Нати устремила взгляд на Виктора и, стараясь не показывать эмоций, спросила:

— Какие планы на будущее, Виктор?

Он задержал на весу чашечку дымящегося кофе, посмотрел в иллюминатор на облака, а затем взглянул на Нати.

— Я солдат, мои планы зависят от моего командования, — коротко, чистосердечно признался Виктор.

— А тебе командование не даёт помечтать о своём будущем? — с улыбкой тихо проговорила Нати.

— В этой круговерти событий некогда мечтать, — попытался в ответ улыбнуться Виктор и чуть погодя добавил: — Многие хотят знать своё будущее, но оно скрыто чередой на первый взгляд не связанных друг с другом событий. Хотя в этом мире всё взаимосвязано и будущее во многом зависит от наших поступков. Но я православный, а в нашей традиции — не стремиться угадывать будущее. Всё в руках Господа Бога, хотя и человек может вносить коррективы в свою судьбу.

— А наша встреча случайна, на твой взгляд? — Нати с лёгким озорным прищуром посмотрела на Виктора.

Он опять немного задумался. Затем отхлебнул глоток кофе и посмотрел в глубину зелёных глаз собеседницы.

— Нет, она закономерна. Мы должны были встретиться. Я чувствую, как нас тянет друг к другу, — Виктор понимал, что эти смелые слова могут оттолкнуть Нати.

Она же переживала в этот момент аналогичные эмоции, и его слова не стали для неё оскорбительными. Напротив, у неё появился какой-то азарт, абсолютно несвойственный ей в отношениях с мужчинами, будто кто-то снял ограничитель с её кодекса поведения.

— Ну, тогда какие у тебя планы на наши взаимоотношения? — Нати удивлялась своей напористости.

— Отношения строятся как нельзя лучше! Ты уже спала на моем плече, — пошутил Виктор. Нати ему сразу понравилась, как только его аэромобильный батальон приземлился на базе отряда «ТОРНАДО». Но поначалу ему показалось, что для него эта красотка неприступна, как Снежная Королева.

— Жёсткое у тебя плечо, — призналась Нати, — я предпочитаю подушку помягче.

— Зато есть на что опереться, — парировал Виктор.

— И всё-таки какова у тебя ближайшая перспектива? — не унималась Нати.

— У меня подразделение быстрого реагирования: сегодня — здесь, завтра — там, — неопределённо ответил Виктор.

Нати почувствовала, что она слишком навязчива и надо как-то выйти из этой неоднозначной темы о будущем майора, поэтому она включила в своём голосе деловые нотки:

— Как ты относишься к полётам на другие планеты?

Виктор опустил уже поднесённую ко рту сэндвич-галету.

— Когда-то в детстве я об этом мечтал, но потом жизнь внесла свои коррективы. Как-нибудь на досуге расскажу тебе об этом, — с еле заметной грустной улыбкой ответил Виктор.

— А не хочешь послужить в отряде «ТОРНАДО»? — Нати устремила на Виктора свой пронзительный взгляд.

Подразделение майора Безнера было одно из лучших в Евразийском Союзе, у командования Виктор числился на хорошем счету, с прагматичной точки зрения, он был карьерист по натуре, и ему светило хорошее продвижение по службе, однако сейчас, глядя в озёрную глубину изумрудных глаз Нати, он ответил полушутя:

— Если по своей основной специальности военного, с перспективой полететь на другую планету и рядом с тобой, то не отказался бы.

Она одарила его благодарным взглядом:

— Я уверена, что тебе у нас понравится! — Нати не сомневалась в том, что добьётся разрешения о переводе Виктора в отряд «ТОРНАДО».

Они ещё долго и увлечённо говорили о проекте «Галактика», о будущем полёте на неизведанную планету, о своём будущем…

Полёт подходил к концу. Операция в Бразилии завершалась успешно.

Событие 15. Планы Совета Достоинства и Чести

За тридцать лет до описываемых событий международная компания Илона Маска SpaceX осуществила высадку человека на поверхность Марса. В день великого противостояния планет 15 сентября 2035 года, когда расстояние до Красной планеты было минимальным (менее шестидесяти миллионов километров), с Земли прибыла целая эскадра космических кораблей Фалькон с большой группой первопроходцев. С этого момента началось активное освоение Марса. До Великого Поворота Событий корабли прибывали с Земли и отправлялись обратно с завидным постоянством.

В начале сороковых годов XXI века усилиями последователей гениального изобретателя колония людей на Марсе насчитывала около двух тысяч человек. Авторы проекта считали колонию на Марсе отпорной точкой распространения человеческой расы во Вселенной, подобно тому, как более восьмисот лет назад переселенцы из гибнущей Византийской империи, обладавшие высокой культурой и образованием, дали толчок бурному развитию Европы. Именно поэтому колонию назвали «Возрождение» (Renaissance).

Колония имела свой небольшой космопорт, принимавший космические корабли. Но с началом Великого Поворота Событий связь с Марсом прервалась, более двадцати лет ни один корабль не прилетал на Красную планету. Колония уже ощущала нехватку продовольствия, хотя практически всё производилось на собственных барокамерных плантациях. Но вырождался и уменьшался посевной фонд злаковых и племенной фонд животных. С этой проблемой боролись местные колонисты генетики-биоинженеры, но механизм вырождения и гибели на Марсе завезённых с Земли растений и животных не был побеждён. Словно сам Господь Бог напоминал человеку, что его отчий дом — Земля, которую он, человек, привёл к гибельному состоянию.

После Великого Поворота Событий марсианская колония продолжала существовать под протекторатом Амеравии, как законного правопреемника Северо-Американских Штатов. Отсутствие у Амеравии готовой ракеты для дальнего полёта на Марс сделало этот протекторат условным, и управление колонией из Амеравии превратилось в простой обмен радиосообщениями.

По самым оптимистическим прогнозам, ракета у Амеравии могла появиться через несколько лет. Чтобы не терять базы на Марсе, правительство Амеравии запросило помощь у Совета Достоинства и Чести Евразии. В свою очередь Госсовет счёл целесообразным согласиться с просьбой амеравийского руководства и решил первую миссию звездолёта направить на Марс для восстановления полноценной связи с колонией и пополнения там запасов продовольствия.

Кроме основной задачи по спасению колонии «Возрождение», у руководства Союза была своя цель исследования Красной планеты для последующего развёртывания там собственной колонии Союза. Для начала надо было обогатиться опытом старожилов-колонистов «Возрождения», проживших на Марсе не один десяток лет. А знакомство с колонией изнутри во время спасательной операции, как предполагал Госсовет, позволило бы в перспективе правильно спроектировать марсианский город. В целом все эти сведения могли бы послужить для более рационального освоения Марса в будущем.

По первоначальным планам Госсовета звездолёт должен был с Марса начать свой полёт по выполнению основной миссии — путешествию в звёздную систему Альфа Центавра.

Не дожидаясь окончания строительства звездолёта, началась подготовка к экспедиции. Для этого из хранилища Судного дня, находящегося на архипелаге Шпицберген, отобрали семена нескольких десятков видов растений, предназначенных для воспроизводства на Марсе в качестве основного источника растительных продуктов питания. На лучших животноводческих фермах произвели отбор семенного биоматериала для воспроизводства животных на Красной планете. Такой же набор природных живых компонентов готовили для последующего путешествия к новой обитаемой планете, которую предстояло ещё обнаружить.

Строительство звездолёта вошло в финальную стадию. Благодаря успешно проведённой отрядом «Барс» операции сплав тапириума из Бразилии прибыл вовремя, ознаменовав финальный этап строительства звездолёта — монтажа обшивки корабля и доводки двигателей.

Параллельно со строительством звездолёта шло формирование и обучение его будущей команды, состав которой определили в количестве тридцати человек.

Госсовет рассматривал и утверждал каждого члена команды. В большинстве своём члены команды звездолёта были выходцами из коллектива отряда «ТОРНАДО».

Командиром звездолёта «Галактика» был назначен Алекс Грачевский, возглавлявший отдел сборки и настройки звездолёта. Он был опытным космолётчиком, имеющим отменное здоровье и подходящий возраст для длительного полёта.

Помимо основной команды на борту предполагалось разместить вспомогательную команду, получившую название хэлп-команда, в которую вошло пятьдесят человек. Их задача состояла в помощи основному экипажу в полёте, а потом — в освоении обитаемой планеты в созвездии Альфа Центавра.

Достигнув новой обитаемой планеты, экспедиция должна была подготовить площадку для колонизации планеты землянами.

По планам Госсовета за первым звездолётом через несколько лет должен полететь второй, а затем — третий. К XXII веку на обнаруженной пригодной для жизни планете должна быть создана база для массового перемещения людей с погибающей Земли. Подобно Ноеву ковчегу, звездолёты, помимо людей, будут нести в своём чреве наиболее ценные виды животных и растений, необходимых для обеспечения жизни на новой планете.

Событие 16. Космолёт «Галактика»

Нати и Виктор прошли в «чистый» цех финальной сборки космолёта. Цех представлял собой огромный ангар размером в два футбольных поля. В центре него стоял на стапелях корпус звездолёта, по форме напоминающий усечённый октаэдр, высотой с семиэтажный дом. Звездолёт занимал больше половины всей площади цеха.

Со всех сторон корпус облепили монтажники, по цеху сновали погрузчики с оборудованием.

В цеху пришедших терпеливо дожидался начальник отдела сборки Алекс Грачевский, назначенный недавно командиром звездолёта «Галактика». После успешно проведённой операции в Бразилии в знак благодарности за доставку тапириума он пообещал Нати провести экскурсию по кораблю.

— Салютон! — приветствовал Нати и Виктора на эсперанто Алекс и, пожимая им руки, добавил: — Рад вас видеть, мои дорогие! Сегодня, к сожалению, у нас будет короткая экскурсия из-за монтажа маршевого двигателя. В отсеках полно монтажников. Но кое-что всё равно я вам покажу.

Он сделал несколько шагов к открытому люку, еле заметным движением руки приглашая следовать гостей за ним. Друзья вошли в овальное отверстие люка и очутились в освещённом туннеле коридора. Встав на широкую полосу травелатора, поехали в чрево звездолёта.

— А как можно будет ехать на этой ленте в условиях невесомости? — спросил, усмехнувшись, Виктор.

— На звездолёте невесомости не будет, — буднично ответил Алекс, — лёгкая гравитация за счёт работы гравитационных установок позволит нам передвигаться, как на Земле.

Травелатор довез всех к широкому прямоугольному люку с табличкой «КОМАНДНЫЙ МОСТИК».

— Как на корабле! — глядя на табличку, отметил вслух Виктор.

— Это и есть корабль, только космический, — сказал Алекс, открывая люк лёгким нажатием на сенсорную панель, и, улыбнувшись, добавил: — А свой отсек я иногда называю командирский мостик.

Все трое оказались в просторном помещении, напичканном аппаратурой. В центре зала стояли эргономические кресла и пульт управления. Алекс уселся в командирское кресло, гости — в соседние.

Обращаясь к суперкомпьютеру звездолёта как к одушевлённому существу, Алекс произнёс:

— Омега-сан, дай картинку устройства корабля.

— Командир, вы не один, эти люди имеют допуск к информации? — спросил суперкомпьютер.

— Да, это члены экипажа, я подтверждаю их допуск.

В метре от пульта засветилось лазерная развёртка изображения звездолёта. Взорам присутствующих предстали отсеки и лабиринты корабля.

— На корабле более тридцати помещений, причём каждое из них — сугубо функциональное, — продолжил Алекс и, обращаясь к суперкомпьютеру, сказал: — Омега-сан, дай развёртку основных помещений и кратко расскажи о них.

Полилась лаконичная механическая речь Омеги-сан с перечислением особенностей основных помещений. Монолог сопровождался сменой картинок. Алекс задержал внимание гостей на схеме двигательно-энергетического отсека:

— Вот здесь сердце корабля — термоядерный реактор, питающий два старт-маршевых двигателя, которые выведут корабль в межпланетное пространство и разгонят его до третьей космической скорости. Затем в работу включится маршевый основной двигатель и разгонит корабль до пятисот километров в секунду. Он нам понадобится при выходе из Солнечной системы.

— А надолго ли хватит запаса энергии реактора? — поинтересовался Виктор.

— Запаса топлива хватит на несколько десятков лет путешествий, — с уверенностью ответил Алекс.

Картинку двигательно-энергетического отсека сменила голограмма отсека с транспортно-спасательными реактивными модулями, затем появились картинки кают-компании, кают для отдыха, спортивного блока и, наконец, бассейна. Вид последнего заинтересовал Безнера, который полушутя мечтательно сказал:

— Я надеюсь, что нам когда-нибудь удастся искупаться в этом бассейне, в космосе.

— О-о, воин уже размечтался об отдыхе! — пошутила Нати, тоже с интересом разглядывая вид бассейна.

— А мне ничто человеческое не чуждо! — парировал Виктор.

За то недолгое время, которое майор Безнер провёл на базе «ТОРНАДО», о нём сложилась репутация железного и несгибаемого воина. Он стал заместителем командора Хока по боевым вопросам. И теперь мог не стесняясь говорить даже о своих слабостях, хотя таковых практически не было.

— Алекс, когда, по твоим прогнозам, звездолёт будет готов к полёту? — перевела разговор в практическое русло Нати.

— Производство идёт строго по графику, так что через три месяца приёмка и государственные испытания, — без тени сомнения в голосе, по-деловому ответил Алекс. — Затем для команды и хэлповцев-колонистов начнётся двухмесячная тренировка, или, как говорят военные, боевое слаживание.

— Получается, что через полгода мы можем улететь с нашей матушки-Земли, — задумчиво, понизив голос, проронила Нати.

Майор Безнер, уводя разговор от сантиментов, деловито спросил командира «Галактики» о вооружении звездолёта, хотя уже имел об этом определённую информацию. Алекс с гордостью произнёс:

— На корабле имеются нейтронная лазерная установка и рельсотрон, а в транспортно-спасательные модули будет загружено оружие ближнего боя.

— Таким образом, я делаю вывод, что этот космолёт можно использовать и для боевых операций на Земле и на околоземной орбите, не так ли? — скорее с уверенностью, чем с вопросом констатировал Безнер.

— Это оружие для уничтожения объектов, находящихся на маршруте движения корабля в космосе, таких как небольшие астероиды. А для боевых операций на Земле космолёт — слишком дорогое удовольствие, хотя теоретически и это не исключено, — пояснил Алекс.

— А сбить его можно? — не унимался Виктор.

— Ты имеешь в виду ракетой? — переспросил Алекс. — Теоретически возможно. Но с большой долей вероятности ракеты попадут под огонь нашего боевого лазерного комплекса и вряд ли долетят до звездолёта.

— А если всё-таки собьют? — как видавший виды военный, продолжал допытываться Виктор.

— Ну и на этот случай есть транспортно-спасательные реактивные модули для членов экипажа.

— А для хэлповцев, для пятидесяти человек? — нажимал Виктор.

— Для пассажиров и хэлповцев спасательных модулей нет, но на крайний случай у нас предусмотрена парашютная система типа «летающее крыло». Теоретически на парашюте корабль может совершить мягкую посадку. Это плод конструкторской мысли нашего гения Гарри Спенсера, — пояснил Грачевский и, улыбнувшись, добавил: — Это единственное механическое устройство на корабле, не требующее электроэнергии для своей работы, но думаю, оно никогда нам не пригодится.

На командном мостике наступила тишина. Каждый подумал о своём.

Событие 17. Рождение неуязвимой армии

С тех пор как из Бразилии к берегам Флориды приплыла подводная лодка с грузом сплава кристаллического диэлектрика, прошло несколько месяцев. Эндрю Боско, добывший этот ценный груз, как он выражался, «в схватке с до зубов вооружённым спецназом евразийцев», сохранил за собой должность начальника отдела по Южной Америке в Разведке Амеравии и даже стал более близок к шефу Разведки Ричарду Стоуну.

Стоун понимал, что операция чуть было не сорвалась из-за вооружённого вмешательства евразийцев. Его не покидала уверенность в том, что именно из-за Боско, явно переоценившего свои возможности и утратившего всякую бдительность, операция чуть не потерпела фиаско. Только чудо позволило доставить в Амеравию двадцать пять тонн драгоценного сплава. Это спасло Боско и Стоуна от гнева быстрого на расправу Президента Моргана.

Однако в разведывательном сообществе тоже нашлись умники, которые давали нелестные оценки проведённой в Бразилии операции. Для снижения градуса критики, прежде всего в свой адрес, Стоун в присутствии своих заместителей повесил на лацкан пиджака полковника Боско Серебряную звезду — одну из высших военных наград Амеравии. Но в глубине души шеф Разведки не простил полковнику те переживания, которые испытал при первых известиях о потере основной части груза. Свою обиду он сохранил в глубине своей памяти.

Добытый в Бразилии титано-танталовый сплав немедленно был отгружен на фабрику «Локхид» в Гранд-Фокс, где развернули производство человекоподобных биокиберов серии МС-01.

Директор корпорации «Локхид» Джек Нильсон намеревался лично проинспектировать производственную площадку. Из своего офиса, находящегося в предместьях Нового Вашингтона, Джек в сопровождении начальника охраны вылетел на четырёхместном быстроходном конвертоплане. Летели несколько часов на небольшой высоте, попутно созерцая последствия очередного торнадо. На земле царил хаос. Разрушительные смерчи стали обыденным явлением, из-за чего новые капитальные постройки этажами уходили вниз под землю, а не вверх. От торнадо больше всего доставалось крышам старых задний и технике, которую не успевали спрятать в укрытия.

Джека Нильсона на фабрике встретил начальник цеха — сухощавый и высокий швед Бальтазар по прозвищу Кнут. Пошли сразу в цех готовой продукции, где находилась выпущенная опытная партия биокиберов из десяти штук.

Глядя на безупречные фигуры биокиберов, находящихся в специальных капсулах в состоянии технического анабиоза, Джек Нильсон с гордостью подумал: «Вот они, первые дети новой эры!»

Джек самокритично считал себя не столько умным, сколько находчивым. Он догадывался, для чего Президенту необходима армия биокиберов, и даже не хотел предполагать, какие могут возникнуть тяжёлые последствия для него и его семьи, если с производством и эксплуатацией биокиберов что-то пойдёт не так. Ему не нужны были проблемы: у него хороший дом, хорошая семья, хорошая зарплата. Есть всё для того, чтобы спокойно встретить старость, ведь Джеку уже шестьдесят пять, а так хочется ещё пожить лет двадцать пять — тридцать! После Великого Поворота Событий он особенно ценил тепло, уют, вкусную домашнюю пищу и тишину.

Джек посмотрел на безмерно уставшего от постоянного недосыпания Кнута:

— Что, дружок, тяжело?

— Есть немного, — криво улыбнувшись, ответил тот. Кличка Кнут к нему прилипла из-за крайне жёсткого обхождения с персоналом цеха. Бывали моменты, когда после очередной разборки выполнения плана некоторые бригадиры выходили из его приёмной с кровоподтёками на лице, явно не от дружеского похлопывания. Но никто не роптал: уровень секретности таков, что из цеха можно было уволиться только путём перемещения своего бездыханного тела в морг, а то и того хуже — в безымянную могилу или крематорий.

— Ничего, как только мы выйдем на проектную мощность и будем штамповать этих ребят по десять штук в сутки, тогда и отдохнем! — как можно мягче произнёс Нильсон. — А когда, по твоим расчётам, мы выйдем на проектную мощность?

— Я думаю, месяца через три-четыре после испытаний этой опытной партии.

Они прошли в цех сборки, в котором тихо работали автоматы по сборке узлов и механизмов биокиберов. Глядя на это фантастическое зрелище создания живых организмов, Нильсон твёрдо произнёс:

— Билл, я даю тебе месяц для выхода на проектную мощность и ни дня больше!

Для пущей убедительности Джек угрюмо посмотрел на посеревшего от усталости Кнута.

— Рабочие валятся с ног. Все работают по шестнадцать часов в день. Из-за усталости могут быть ошибки, — пытался отстоять свои расчёты Кнут.

— Дорогой, делай что хочешь, но через месяц доложишь о выходе на проектную мощность. Денег добавлю и людей, если надо, — категорически отрезал Нильсон.

— Денег достаточно, сэр, — невесело ответил Кнут, вяло соображая при этом какие дивиденды можно получить от Нильсона, но ничего путного не придумал.

Событие 18. Беседа в оранжерее

Высший орган управления Евразийского Союза Совет Достоинства и Чести, именовавшийся многими согражданами просто Госсовет, располагался в столице Союза. Старейший город Испании Севилья уже несколько лет был столицей Союза, получив другое название — Город Мира. Город был разделён на две части: Новый город с современными постройками и Старый город с историческими зданиями. Руководство Союза этим хотело подчеркнуть, что новое государство чтит многовековые традиции предков. Основные офисные здания правительства Союза и резиденция Председателя Госсовета разместились в Старом городе вдоль реки Жизни, имевшей прежнее название Гвадалквивир. После природных катаклизмов, сопровождавших Великий Поворот Событий, повысился уровень Мирового океана, и обмелевшая когда-то река стала вновь судоходной. Теперь удобные причалы растянулись вдоль реки на несколько километров. Новый судоходный кластер позволял довольно быстро добраться по воде до Атлантического океана.

Комплекс Совета Достоинства и Чести разместился в реконструированном Королевском алькасаре — Дворце на Полукруглой площади, не лишив его шика внешней архитектурной прелести и великолепия внутреннего убранства. Во Дворце было создано пространство с современным интерьером, позволяющим плодотворно работать и отдыхать руководителям Союза и их немногочисленным помощникам.

Председатель Госсовета Эммануил Распроди с завидным постоянством совершал ежедневные прогулки в Старом городе. Несколько лет назад он предложил разбить парк-оранжерею неподалеку от резиденции. Для этого пришлось снести квартал обветшавших домов, не представлявших особой исторической и архитектурной ценности.

Центральная аллея, высаженная в соответствии с замыслом Председателя, состояла из стройных рядов пирамидальных тополей. Идея тополиной аллеи пришла в голову Распроди из-за его маленькой слабости — любви к живописи. А тополиную идею ему навеяла любимая картина «Джоконда», написанная кистью Леонардо да Винчи не на холсте, а на тонкой доске из тополя. Для смягчения строгости тополей между ними росла японская плакучая лиственница, ветви которой свисали до земли и стелились по ней ковром, создавая причудливые декоративные узоры. Оранжерея располагалась внутри огромного сооружения из стекла и бетона, напоминавшего футбольный стадион, оборудованный раздвижным навесом от кислотных дождей, иногда срывающихся с грязных грозовых туч, словно безмолвный укор Небес за катастрофу Великого Поворота Событий. По предложению Распроди эту великолепную оранжерею назвали именем Джоконды.

Распроди каждый день проходил по аллеям парка несколько тысяч шагов. Мысли текли размеренно и всегда в нужном ему направлении. Он обязательно проходил возле новой сверкающей золочёным куполом часовни Святой Троицы, крестился, не торопясь мысленно произносил строки из пятидесятого псалма: «Помилуй меня, Боже, по великой милости Твоей и по множеству щедрот Твоих очисти беззаконие моё!» Он часто в уме перебирал прошедшие события, как бы стараясь понять, всё ли было сделано им правильно. Воспоминания, как камертон, позволяли Распроди настроить игру мыслительного инструмента на правильное звучание управленческих нот. Это был его излюбленный приём — обращаться к фактам и урокам истории для получения правильного перспективного решения.

С некоторых пор у Председателя вошло в привычку совершать по оранжерее прогулки в сопровождении одного из уважаемых им сограждан. На днях Распроди предложил составить ему компанию на прогулке одному из наиболее почитаемых иерархов Православной Церкви Союза. Это был уже немолодой человек. Его статная худощавая фигура в тёмно-фиолетовой монашеской мантии была узнаваема всеми в Союзе. Тёмные с проседью волосы были всегда аккуратно собраны на затылке в так называемый конский хвост, который ненавязчиво подчёркивал правильные черты его лица, карие выразительные глаза с проникновенным взглядом и высокий лоб. Звали этого человека Учитель Истины Даниил.

Это был удивительный человек, по всему чувствовалось, что он действительно приближен к Высшим силам Вселенной. Его рассуждения всегда были взвешены и беспристрастны. Он никогда сразу не давал советов, а прежде обращался к Господу Богу с молитвой. Помимо доктора богословия, он имел степень доктора технических наук, имел большую сетевую аудиторию, как из числа верующих людей, так и из научного сообщества.

— Ваше святейшество, — произнёс Распроди, пожав руку священнику, — сегодня я предлагаю вам поразмышлять о судьбе нашей Родины.

— Хорошая тема для беседы, многоуважаемый Председатель, — ответил собеседник. — Хотя мы об этом думаем каждый Божий день.

— Беседа с прозорливым пастырем никогда не помешает пасомому, — нисколько не лукавя, уважительно добавил Председатель. — Поэтому с вашего согласия я начну.

Они сделали несколько неспешных шагов, вдыхая утреннюю свежесть окружавшей их зелени. Распроди продолжил:

— В начале нашего столетия здравомыслящие люди отчётливо осознали всю ущербность капиталистической системы. На мой взгляд, дело состояло не только в расслоении общества на очень богатых и очень бедных, но и в отсутствии правильных представлений об истинных ценностях жизни. Основная цель в жизни абсолютного большинства населения Земли сводилась к накоплению денег и безудержной их трате на удовлетворение своих растущих потребностей. Вам так не кажется?

Учитель Истины, тронув за предплечье Председателя, начал говорить медленно, как бы подбирая более нужные слова:

— Я бы немного уточнил суть происходивших тогда событий. В те годы, а, впрочем, даже ещё раньше, традиционные духовные ценности, венцом которых был Творец, были заменены искажённой системой ценностей, в основание которой легли потребности и удовольствия человека как биологического организма, а не как сына Божия. А вершиной этой системы ценностей, вершиной чувственности стали страсти. Страсть — это кумир, которому служит человек, поддавшийся ей. «Не делай себе кумира», — заповедал Господь Бог человеку Моисею. Страсть неутолима и с каждым разом требует всё больше наслаждений. Человеческие пороки и немощи уводили человечество неправильным путём в душевную пустоту.

— Да, отец Даниил, подмена смысла жизни страстями, смешанными с ненасытными потребностями, произошла не только в сознании отдельных людей, но и во всём человеческом социуме, — Распроди посмотрел на верховного иерарха, которого при личных встречах он называл отцом Даниилом, и подвёл его к японской плакучей лиственнице. — Это растение требует особого ухода. Ему свойственно сильное разрастание, поэтому его периодически надо подрезать и удалять поросль, иначе можно получить запущенное дерево. Кроме этого, на нём может появиться тля, а этот паразит потом может перейти на другие деревья. Нужен постоянный уход за деревьями. Так и общество не терпит запущенности и разнузданности нравов. Капиталистическая формация с её пресловутой свободой, толерантностью и ложной терпимостью как система мироустройства дискредитировала себя и разрушила духовные скрепы своего жизненного пространства.

— Дорогой Председатель, на мой взгляд, не общественно-экономическая формация влияет на процесс разложения общества. Апостол Павел как-то сказал о свободе выбора: «Всё мне позволительно, но не всё полезно», — как бы размышляя вслух, продолжал пастырь. — Бог дал человеку свободу выбора, но в погоне за собственной выгодой, пренебрегая духовными законами и совестью, человек может нанести большой вред не только своему физическому телу, но прежде всего — своей душе.

— И не только своей душе, отец Даниил, — продолжил Распроди. — Мы с вами воочию убедились, что и обществу эти приверженцы свободы нанесли непоправимый вред. Ведь постоянная гонка за прибылью привела к истощению природных ресурсов, нехватке качественного натурального, не синтетического продовольствия и воды. Коррупция разъела общественные институты, а жажда наживы и обогащения подавила совесть и здравый смысл. А это маниакальное стремление сократить население, ради пресловутого «золотого миллиарда»! Ведь именно настойчивые попытки упразднить традиционный институт семьи для того, чтобы потом управлять численностью населения с помощью гендерных технологий, привели к катастрофическим моральным потерям общества.

— И духовным потерям, — добавил Учитель Истины. — Грехи людей перед Богом переполнили чашу ДОБРА и ЗЛА. Ох, эта вечная борьба, которая не прекращается со времён Адама и Евы!

Они степенно шли по аллее дальше. Вдруг на нижнюю ветку ближайшего тополя села невесть откуда взявшаяся большая синица с жёлтой грудкой, наподобие ливреи лакея из старых добрых сказок. И завела свою песню — громкий перезвон-пересвист «ци-ци-ци-пи».

Распроди взглянув на птичку, пошутил:

— Ну вот, у нас появился ещё один собеседник.

— Да, это Божья тварь, как напоминание нам о бренности этого мира. О том, что он существует помимо человека, а во многом — вопреки его помыслам.

Они остановились, молча слушая пение синицы. Вдруг птичка перестала петь и, наклонив головку, с любопытством посмотрела на слушавших её людей.

— Ну, вот, она приглашает нас к дальнейшему разговору, — улыбнулся Учитель Истины.

— Да, тогда, пожалуй, продолжим о нашем «бренном мире», — Председатель тронул за локоть Учителя Истины, увлекая его дальше по аллее. — Вы знаете, что я категорически против капитализма, против получения прибыли путем угнетения людей, в какой бы форме это угнетение ни осуществлялось. Но я считаю, что это мне не мешает объективно оценивать ситуацию, возникшую перед Великим Поворотом Событий.

Мысли Председателя зачастую концентрировались на этой проблеме, как будто он боялся повторения ошибок прошлых поколений землян. Он продолжил:

— Тогда грустную картину мироустройства усугубили непреодолимые противоречия между так называемыми развивающимися странами и мировыми магнатами, этими ненасытными акулами капитализма, пожиравшими всё вокруг! А Великий Поворот Событий лишь рамка-обрамление этой печальной картины мира.

— Да, в своём грехопадении человек исковеркал картину мира, созданную Творцом, — сказал Учитель Истины и, как духовный наставник, добавил: — Но я думаю об иной картине, в которой вы, Мануэл, как главный художник, вместе с вашими сподвижниками провели титаническую работу, в результате которой у нас создано общество равных возможностей.

— Да, отец Даниил, процесс создания нового общества непростой, и вы это знаете, — Распроди говорил это с чувством уверенности, без ложной скромности считая себя идеологом и вдохновителем новой политической системы. — Мы до сих пор находимся в процессе становления этого общества. Не хотелось бы повторять ошибок предыдущих поколений.

— Разделяю ваши опасения, глубокоуважаемый Председатель. Я полностью поддерживаю ваши слова, сказанные на Учредительном собрании субъектов Союза, о том, что в основе человеческого существа лежат его физическое и духовное начала, — произнёс Учитель Истины. — Это действительно так. Причём для человека, как гражданина нашего общества, духовный фактор является основным. Одухотворённая личность живёт в любви и гармонии. Такая личность влияет на окружающих и на общество в целом. Вы замечательно говорили на Учредительном собрании, а сейчас ваши мысли и планы осуществляются на практике.

— Да, много тогда было сказано, — кивнул Распроди, — но ещё больше нам с вами предстоит сделать, отец Даниил.

Всеми фибрами души Распроди чувствовал безмерную радость оттого, что он принимает в этом процессе непосредственное участие. Основу идеологии нового общества составила забота обо всех членах общества при непременном участии каждого гражданина в общественной жизни. Это достигалось скрупулезной работой общественных институтов и семьи по духовно-нравственному воспитанию каждого члена общества с момента его рождения. Моральное и духовное развитие детей было первостепенной задачей государства. Каждому члену общества теперь был обеспечен бесплатный доступ к качественным образовательным, медицинским и культурным источникам вне зависимости от места проживания. В эту политическую систему было вовлечено более трёхсот миллионов человек.

Распроди вспомнил, как его пламенную речь Учредительное собрание встретило бурными аплодисментами, подтверждая тем самым, что общество созрело для подобных преобразований. Текст речи теперь лежал у Председателя на письменном столе вместе с Конституцией Союза.

________________________________________________________

Выдержки из выступления Председателя Эммануила Распроди:

«Подобно тому, как от дуновения ветра парусное судно, управляемое умелой рукой капитана начинает своё движение в нужном направлении, так и общество, увлекаемое правильной идеей, идёт к своей цели преобразования и совершенства.

Идея, мотив движет сознательными действиями человека или группы единомышленников. Нет идеи — нет вектора движения общества к цели.

Мы анализировали перспективные направления развития цивилизации и пришли к выводу, что в центр нашей идеологии мы положим идею добра на основе библейских заветов христианской религии, созвучных с основами иудаизма и ислама. В этой связи хочу особо подчеркнуть: все люди являются уникальными личностями, созданными по образу и подобию Бога в мире, где правит любовь и добро.

Мораль и служение Истине, обращение к Богу за помощью и почитание Его как Творца и Владыки мира, вера в Вечную Жизнь (как жизнь в памяти поколений, а также бессмертную жизнь души через переход из тварного мира в нетварный — из одной формы энергии в другую), священные традиции, пронесённые через века, — вот основа нашей будущей идеологии.

В основе существа человека лежит духовное развитие личности. Не познавая сущности мира событий, духовно не совершенствуясь, человек рискует превратиться в животное в человеческом обличие. И никакая семья или общество не смогут сделать из такого индивида полноценную личность.

В нашем обществе наряду с христианством найдётся достойное место другим традиционным конфессиям, объединённым в межконфессионное братство, приоритетом которого станет забота о каждом члене общества, любовь к ближнему и Богу.

Наш курс — создание равных базовых возможностей для каждого члена общества.

Евразия постепенно откажется от использования денег как платёжного средства при купле-продаже. Вводится переходная виртуальная расчётная единица «евробонд». Пока в наличии останутся деньги только для расчёта за мелкие покупки продукции частных натуральных хозяйств.

При рождении ребёнка на его виртуальный счёт зачисляются бонды на каждые пять лет его жизни, которые расходуются только на его нужды, связанные с его физическим, умственным и духовным развитием вплоть до его совершеннолетия — двадцати лет.

Все члены общества обязаны заниматься общественно полезным трудом в зависимости от их способностей и навыков: физическим, интеллектуальным или их сочетанием.

Труд граждан направлен на развитие общества равных возможностей.

Общественно полезный труд имеет большое значение для жизни общества и человека, поскольку человек и общество в целом могут потреблять лишь то, что создаётся трудом. Труд человека оценивается по критериям его общественно полезной значимости и оплачивается по нормативным расценкам. Результаты труда учитываются в Банке данных счетов бондов, при этом образование и медицинское обеспечение для всех жителей Союза бесплатные».

__________________________________________________________________

Председатель, медленно вышагивая, продолжил:

— Борьба за новое общество и нового человека только начинается, уважаемый отец Даниил. В основание этой борьбы мы с вами положили возрождение духовности. Но, как я понимаю, существует тонкая грань, отделяющая веру в Бога от фанатизма, и эта граница должна быть надёжно защищена. Только искусное сочетание в системе государственного управления социальных и религиозных институтов, позволит нам создать тот баланс, с помощью которого и можно будет построить общество всеобщего благоденствия.

— Да, многоуважаемый Председатель, вы абсолютно правы, — Учитель Истины посмотрел на сверкавший золотом купол часовни, перекрестился и добавил: — Грань очень тонкая между неверием, верой и фанатизмом. Для этого мы с вами и служим, чтобы духовность общества была на высоте, способствующей государственному лайнеру не сбиться с курса и не допустить катастрофы.

— Кстати, о лайнере, отец Даниил, точнее о звездолёте, — переключился на другую тему Председатель. — Как вы относитесь к покорению просторов Вселенной. Как это соотносится с верой в Бога?

— С верой в Бога это прекрасно сочетается, научно-технический прогресс Церковь приветствует, — ответил с улыбкой Учитель Истины.

Ещё некоторое время собеседники прохаживались по оранжерее, рассуждая на тему дальнейшего развития общества социальной справедливости и благоденствия.

В завершение беседы отец Даниил промолвил с любовью и благодарностью:

— Мануэл, я уверен, что вы на правильном пути, Господь освящает ваш путь. А я благодарен Богу, что Он выбрал вас в лидеры нашего государства. Я благодарен Богу, что при вашем непосредственном участии Церковь Христова стала одним из государственных институтов и призвана заниматься моральным воспитанием подрастающего поколения. Мы теперь единое целое: Церковь, государство и народ.

Председатель не остался в долгу, поблагодарив иерарха за его вклад в духовное возрождение общества.

Прогулка заканчивалась, но они не думали прощаться, а сразу направились к зданию резиденции. Там через несколько минут должно было состояться заседание Госсовета, посвящённое вопросу завершения строительства звездолёта «Галактика».

Событие 19. Первый полёт «Галактики»

Состоявшийся Госсовет дал толчок продвижению проекта «Галактика». После заседания Совета достройка звездолёта пошла быстрее и завершилась в кратчайшие сроки.

Для отряда «ТОРНАДО» наступил ответственный момент, или, как говорили в отряде, «момент истины»: звездолёт «Галактика» должен пройти первый испытательный полёт. К этому событию тщательно подготовили экипаж, который должен был показать возможности звездолёта в полёте.

Даже в облике «Галактики», возвышавшейся на стапелях в сборочном цехе, чувствовалась какая-то невиданная ранее сила. Необычная для летательных аппаратов форма вызывала больше вопросов, чем ответов. Как это изделие может полететь без крыльев и без привычных реактивных двигателей?

Подобные вопросы возникли у не посвящённых в тонкости проекта членов Госсовета, собравшихся в этот день в цеху с целью ознакомления с космическим кораблём. Никому и в голову не приходило, что сегодня им предстоит увидеть. План мероприятия, утверждённый лично Председателем, предусматривал пробный полёт звездолёта в стратосферу. Подобного полёта, без реактивной тяги, ещё никогда не было!

Справедливости ради надо отметить, что секретные тренировочные пуски двигателей звездолёта подтвердили его способность преодолеть гравитацию Земли.

Командор Хок ради торжественного случая надел свой военный френч, на котором рядами поблёскивали фрачники. На поясе висел морской кортик, инкрустированный серебром и золотом, — награда за успехи в боях во время Великого Поворота Событий.

Рядом с ним стоял побледневший от волнения ведущий инженер-конструктор проекта Гарри Спенсер.

— Удивительная форма звездолёта! — воскликнул вошедший в цех Верховный советник Ульрих, ни к кому не обращаясь.

— Форма корпуса определена при помощи древней формулы золотого сечения, — постарался попроще ответить конструктор Спенсер, — эта формула менее затратно обеспечивает энергетику любого процесса. По этой формуле построены кристаллические решётки минералов, ДНК человека и, если хотите, вся Вселенная.

— Очень впечатляет! — только и ответил ничего не понявший Ульрих.

— В этой формуле отчётливо заметна невидимая рука Творца! — стараясь говорить негромко, но внятно, дополнил Спенсера стоявший здесь же Учитель Истины Даниил. Он по гражданской профессии был математиком, довольно хорошо в ней разбирался и знал, что в математике есть границы материального, за которые Господь Бог не позволит зайти человеку.

Негромко сказанные слова иерарха Церкви всё же были услышаны членами Госсовета, которые одобрительно закивали. Тем временем по команде Хока всем присутствующим раздали программу текущего дня испытаний с полётом в стратосферу, что было воспринято некоторыми присутствующими с изрядной долей скептицизма.

Наконец все собравшиеся угомонились и как по команде посмотрели в одну сторону: к членам Госсовета приближался в противоперегрузочном космическом костюме командир звездолёта Алекс Грачевский. Глядя на этого словно выточенного из гранита здоровяка, шедшего к руководству твёрдой поступью, у присутствующих возникло чувство уверенности в счастливом исходе испытания. Между тем Грачевский подошёл к руководству Союза и, вскинув руку в воинском приветствии, глядя на Председателя Распроди, отрапортовал:

— Глубокоуважаемый Председатель Совета Достоинства и Чести, космический корабль дальнего действия звездолёт «Галактика» к первому испытательному полёту готов! Разрешите приступить к выполнению задания!

Распроди смотрел в глаза командиру звездолёта, как бы проверяя его на прочность. На несколько секунд наступила тишина, а затем Распроди громко сказал:

— Вам, уважаемый Грачевский, сегодня присвоено звание командора второго ранга, поздравляю и хочу услышать от вас план полёта.

— Служу Союзу! — отчеканил Алекс, улыбнувшись и прижав правую руку к сердцу. Через пару секунд он, уже посерьёзнев, продолжил: — Вначале поднимемся на нескольких метров над площадкой, затем через пять минут перейдём на высоту сто метров, следующие пять минут — взлёт на высоту пятьсот метров и пробуем горизонтальный полёт с поворотами по горизонту. Через двадцать минут полёта — подъём в стратосферу и затем возвращаемся на базу.

Распроди взглянул на членов Госсовета и, обращаясь к ним, сказал:

— Уважаемые коллеги, факт сегодняшнего мероприятия был засекречен, так как меры безопасности для нашего проекта сейчас нелишние. Сегодня мы присутствуем на первом испытательном полёте нашего звездолёта «Галактика». Надеюсь, с Божьей помощью всё намеченное будет сделано лучшим образом. И погода нам благоприятствует сегодня!

Действительно, день выдался солнечный, только на горизонте появилась далёкая одинокая пунцовая туча, которую ветер медленно нёс в сторону стартовой площадки.

Посмотрев на командира звездолёта, Председатель напутствовал его:

— Действуйте, командор второго ранга, с Богом!

Алекс лихо развернулся по-военному и направился к открытому люку звездолёта. Через мгновение он скрылся в чреве корабля, и за ним плотно захлопнулся люк.

Все присутствующие последовали за Председателем в убежище, откуда им предстояло наблюдать за полётом.

Алекс устроился в кресле командира корабля на командном мостике. В первый полёт из экипажа корабля шли самые опытные, пять храбрецов. В рубке управления, помимо командира, находился второй пилот, в машинном зале у пульта контроля за двигателями — бортинженер, в отсеке навигации — главный специалист и два инженера у главного компьютера.

Надев на голову нейрошлем управления, Грачевский вошёл в мысленный контакт с суперкомпьютером «Омега».

— Корабль к полёту готов, командир, — беспристрастным голосом сказал Омега-сан.

На центральном мониторе командир видел всех членов экипажа, занявших свои рабочие места. Здесь же с внешних сканеров транслировалось картинка, как члены Госсовета уходят в убежище.

Всё готово. Начался предстартовый отсчёт. Запустились двигатели корабля. Неуловимый для слуха низкочастотный звук работающих двигателей отразился в подсознании присутствующих внутренним беспокойством и дребезжащим трепетом в поджилках. Наступило томительное ожидание. Члены Госсовета с некоторым волнением заинтересованно смотрели на отливающий холодным воронённым металлическим блеском звездолёт, который постепенно окутывался сизым туманом. Контуры звездолёта становились менее чёткими. Воздух будто был пропитан электрическим напряжением. По корпусу корабля побежали змейки электрических разрядов, как будто кто-то сверху начал поливать его расплавленным металлом.

Медленно начали открываться створки крыши цеха, открывая небо для взлёта космического корабля. Прозвучала команда «Старт!», и громадный корабль почти беззвучно оторвался от стапелей стартовой площадки. Через мгновение он завис на высоте нескольких метров, как бы убеждаясь, что освобождён от земного притяжения, затем начал подниматься вверх и спустя несколько секунд уже был за пределами крыши цеха.

В убежище напряжённое молчание прервалось всплеском восхищённых возгласов. Распроди сдерживал свои эмоции — он ждал только успешного завершения полёта. Как поведёт себя этот гигантский летающий ромбододэкаэдр, ещё никто не знал.

Алекс, сидя в командирском кресле, силой мысли управлял летательным аппаратом. Пока всё шло хорошо, и джойстик управления, вмонтированный в командирское кресло, был не нужен. Справа от него сидел в кресле второй пилот Пётр Смирнов. На тренировочном стенде их тандем показывал прекрасные результаты — звездолёт был в надёжных руках.

Корабль быстро набирал высоту и через мгновение уже был в пятистах метрах от земли. Обзорные мониторы-сканеры отображали всё окружающее пространство на дальность в десятки километров. В поле зрения мониторов опять попала одинокая пунцовая туча, теперь она была близко и уже не казалась такой небольшой, как прежде на горизонте. Она расползалась по небу, словно огромная гидра с багровыми щупальцами.

Алекс мысленно попробовал сделать поворот с креном на правый борт, как раз в сторону тучи, однако траектория движения корабля начала закручиваться в спираль. Он почувствовал лёгкое головокружение и схватился за джойстик управления для стабилизации корабля. Однако вращение ускорялось, как будто кто-то включил центрифугу и теперь не хотел её выключать. Напряжение росло. Алекс громко спросил у бортового компьютера:

— Омега-сан, что происходит? Прочему корабль не стабилизируется? Что делать?!

— Предполагаю, что возник дополнительный атмосферный электромагнитный импульс из-за близости к радиоактивному облаку, — металлическим голосом ответил квантовый суперкомпьютер. — Корабль отреагировал на него после того, как вы, командир, сделали на ходу поворот корабля и придали ему угловое ускорение. Анализирую ситуацию, как вывести корабль на нормальный режим.

Внизу в убежище члены Госсовета слышали из динамиков переговорного устройства этот разговор и видели на экране, как усиливается вращение корпуса корабля. В помещении наступила тревожная тишина. Многие из присутствующих понимали, что если вращение усилится, то люди на борту корабля могут не выдержать перегрузки. Испытание может закончиться трагически.

Корабль уже вращался с такой скоростью, что Грачевский и второй пилот с трудом переводили дух: кровь прилила к голове, глаза покраснели от мелких кровоизлияний сосудов. У командира от перегрузки потемнело в глазах, усилилось головокружение. Он лихорадочно рыскал глазами по панели приборов, пытаясь сообразить, что предпринять. Тут его взгляд упал на кнопку маршевого двигателя, который не планировали включать, так как никто не знал, какие будут последствия от его включения в атмосфере (этот двигатель из-за высоких скоростных характеристик предназначался только для использования в безвоздушном пространстве).

Перегрузка усилилась. Второй пилот, с лицом словно мел, потерял сознание, голова и руки его безвольно повисли и наклонились в сторону, противоположную вращательному движению корабля, из носа текла кровь. Грачевский, сжав зубы, одной рукой жёстко держа джойстик управления, как гриф тяжелоатлетической штанги, другой потянулся к пусковой кнопке основного маршевого двигателя. Сняв стопор, он нажал дрожащим от перегрузки указательным пальцем на кнопку пуска и скомандовал, задыхаясь от напряжения:

— Омега! Держать горизонт! Маршевому двигателю дать мощность!

Грачевский не услышал ответ суперкомпьютера, но он почувствовал, что «Омега» выполняет его команду. В ушах сильно засвистело, в глазах засверкали мурашки, и какая-то сила вдавила в кресло так, что перехватило дыхание. Вращение, наконец, прекратилось, корабль стабилизировался и начал стремительно разгоняться, унося экипаж от поверхности Земли.

Окончательно придя в себя, Грачевский сообразил, что звездолёт несёт их в космическое пространство, стремительно набирая высоту. Кресла членов экипажа автоматически приняли горизонтальное положение. Все оказались в полулежащем положении, что позволяло выдержать большую перегрузку.

Стратосферу звездолёт пролетел во мгновение ока.

— Командир, я что-то пропустил? — произнёс натужно, словно в бреду, очнувшийся второй пилот, машинально вытирая ладонью с подбородка липкую кровь.

Алекс ещё до возгласа пришедшего в себя второго пилота понял, что они вылетели в космическое пространство. «Омега» предупредил Грачевского:

— Командир, полётное задание превышено.

— Знаю! — ответил вспотевший и немного обалдевший от полёта Алекс. Его сознание было в полном порядке, он понимал, что дальше в космос лететь не надо, а теперь требуется развернуть корабль назад, к Земле. Но в эти секунды корабль от Земли уносил маршевый двигатель. Командира не покидало чувство, что корабль продолжает разгоняться, поэтому он громко произнёс:

— Омега, выключи маршевый двигатель!

— Выполняю, — ответил суперкомпьютер.

Как только Грачевский почувствовал от натяжения страховочных ремней перегрузку торможения — понял, что стремительное ускорение прекратилось. Он подал джойстик управления от себя, переводя корабль в режим сближения с Землёй. «Только теперь поаккуратней!» — подумал он. Корабль словно почувствовал желание командира, точнее сработала когнитивная сеть суперкомпьютера, взявшая управление на себя и включившая плавное снижение к Земле.

Звездолёт летел вниз по крутой глиссаде, довольно быстро пролетев сквозь термосферу и войдя в стратосферу.

Грачевский, немного переведя дух и успокоившись, произнёс:

— Омега-сан, веди корабль на базу «ТОРНАДО».

Ответа сразу не последовало, а потом суперкомпьютер заявил:

— Неполадки в системе позиционирования, навигационное оборудование вышло из строя. Анализирую ситуацию.

Здесь пригодились навыки Грачевского как боевого лётчика. Не дожидаясь решения проблем, он скомандовал:

— Омега-сан, приземляйся по приводам терминала «ТОРНАДО»!

Суперкомпьютер мгновенно выполнил команду, включив сканеры поиска посадочных электроприводов. Через минуту «Омега» сообщил:

— Звездолёт идёт по приводам, командир.

На мониторе Грачевский увидел купол сборочного цеха и другие производственные постройки отряда «ТОРНАДО». Земля приближалась. Не долетая до земли несколько сотен метров, корабль притормозил и начал плавно снижаться. Посадка прошла успешно на бетонную площадку у сборочного цеха.

Все зрители рукоплескали. Да, были шероховатости в полёте, но это был только первый полёт. Теперь можно было с уверенностью сказать, что начинается новая эра освоения космоса. Проект «Галактика» открывал широчайшие возможности для дальнейшего существования человечества. Перемещение в пространстве при помощи магнитно-динамической тяги могло совершить революцию не только в освоении дальнего космоса, но и в жизни человечества на Земле. И это начинали осознавать все причастные к звёздному проекту.

Часть вторая

Событие 1. Добро и польза

С появлением в ночном небе первой звезды, под тихий шелест запоздалого листопада наступил 2070 год от Рождества Христова. На протяжении всех лет после Великого Поворота Событий люди не теряли надежду на светлое будущее, не стал исключением и наступивший год.

В эту новогоднюю ночь не было сверкающего моря фейерверков, не слышались радостные возгласы и здравицы в честь наступающего года, всё было тихо и мирно. С молитвами за скромными праздничными столами люди обращались к Богу о прощении и помощи в это непростое время.

События третьего тысячелетия, сопровождавшиеся экологическими катастрофами, поставили на грань выживания весь животный и растительный мир Земли. Казалось, что природа неумолимо гибнет, и только лишь стремление выжить сохранившейся части человечества поддерживало дыхание жизни на планете.

Новогоднее утро для Председателя Эммануила Распроди начиналось довольно размеренно. Со стороны казалось, что Распроди находится в благодушном настроении. Прохаживаясь по оранжерее Джоконды, он погрузился в философские размышления, считая их гимнастикой для ума. Зачастую эти размышления приводили к интересным и далеко идущим решениям, поэтому Председатель, прогуливаясь по саду, частенько беседовал разные темы с близкими ему по духу людьми.

Вот и сегодня он пригласил в собеседники своего Помощника Лю Чина. Тот обладал феноменальной памятью и боготворил далёкого предка философа Конфуция, жившего в Китае более двух с половиной тысяч лет назад. Лю знал наизусть многие изречения дедушки Куна, как он любя называл философа.

Свойственной ему лёгкой походкой Лю Чин приближался по аллее и, подойдя, вместо приветствия нарочито серьёзно сказал:

— Глубокоуважаемый Председатель, не поговорить с человеком, который достоин разговора, значит потерять человека. А беседовать с человеком, который разговора не достоин, значит терять слова, — он посмотрел на своего шефа, чуть улыбнувшись уголками губ. Сказанная фраза умному человеку могла показаться скрытым подхалимажем, но она в действительности отражала фактическое положение вещей.

— Надеюсь, меня и вас не касается вторая часть этого суждения, дорогой Лю, — оценив сказанное, ответил Распроди. Он не любил лицемеров и льстецов, тем более себя не относил к их когорте. Но когда человек говорил реальные вещи, пусть даже со скрытым одобрением в его адрес, он не считал это подхалимством.

— Именно так, хотя это всего лишь слова дедушки Куна. Но у него есть и продолжение: «Мудрец не теряет ни людей, ни слов!» Это точно про вас, глубокоуважаемый Председатель!

— Да, умнейший человек был ваш Конфуций, нам до него расти и расти, — резюмировал Распроди и сразу же без промедления добавил, словно стараясь прервать хвалебную оду Помощника в свой адрес: — Но сегодня мы поговорим на другую тему.

— Я весь внимание, шеф! — ответил не по протоколу словоохотливый Лю — Председатель ему позволял иногда фамильярничать при беседе с глазу на глаз.

Сегодня утром Распроди хотел порассуждать об одном свойстве человека, которое нами воспринимается естественно и привычно, как глоток воздуха…

— Дорогой Лю, что для вас человеческое сознание? — не откладывая разговор в долгий ящик, Председатель перешёл к намеченной теме. — Сознание и разум — это одно и то же или это разные вещи?

Лю, подстроившись под размеренный темп шагов шефа, задумался на несколько секунд, чуть прикрыв глаза и склонив голову, словно распаковывая файлы информации из глубин своей памяти, а затем заговорил:

— Почти два века назад один человек, обладавший недюжинным разумом, социалист-революционер Ульянов-Ленин утверждал, что «сознание человека не только отражает объективный мир, но и творит его… то есть если мир не удовлетворяет человека, то человек своими действиями решает изменить его». Как прагматичный материалист он был прав, но с точки зрения посвящённого в Божественный промысел человека он заблуждался! Его логика революционной борьбы «за светлое будущее» не была ориентирована на людей, которые пострадают потом от кровавого воплощения его идей. Он по-своему тоже был идеалист, только без связи с идеалом космоса. Трудно себе представить, что массовое уничтожение людей в целях так называемого изменения окружающего мира — это и есть сознание! Скорее это больше похоже на бессознательное поведение суриката убивающего себе подобных! У животного это инстинкт. А у революционера? В этом случае работает прагматичный разум, не осознающий в полной мере далеко идущих последствий.

Распроди перебил своего увлёкшегося Помощника, подняв к губам указательный палец, словно останавливая его словесный политический водопад:

— Так в чём же тогда суть сознания, дорогой Лю? Нельзя же отрицать тот факт, что сознание тесно связано с материальным миром. От осознанной мысли и слова рождается идея, которая воплощается в какое-то физическое действие или в рукотворный продукт. Благодаря сознанию человечество изобрело бесчисленное множество различных, порой даже ненужных предметов. Полёт мысли и фантазия двигают творческие натуры к созданию новинок во всех сферах человеческой деятельности.

— Так-то оно так, уважаемый шеф! Но эти мыслительные процессы связаны с разумом, со способностью мыслить, наконец — с накопленными человеком знаниями, — парировал Лю. — Мышление, если хотите, это инструмент сознания, которое первично: нет сознания — не будет и мышления. Да, конечно, может быть искривлённое сознание под действием гипноза или психотропных веществ, но тогда неправильно будет работать и мышление, а это в свою очередь отразится на неправильных действиях человека… На мой взгляд, полноценное сознание неразрывно связано с душой человека. Да, с той бестелесной субстанцией из нематериального мира, которая зажигает жизнь человека при его зарождении и покидает тело при его физической смерти. Сознание вместе с душой уходит из безжизненного человеческого тела. И уходит ни куда-нибудь, а в нетварный мир, в мир Божественного Космоса.

— Я согласен с этой теорией, — Распроди уже сел на своего философского коня, продолжив: — И уверен, что душой человек осознает своё собственное «Я», своё место в нашем неспокойном мире. Мы охвачены сознанием, по сути — это доминанта, в которой существует человек. Сознание формирует личность, но и личность влияет на сознание.

Лю Чин согласно кивнул и развил мысль ещё дальше:

— Безусловно, вы правы. Однако сознание с человеком может разыграть спектакль. Сознание — это сцена, человек же зрит действия на этой сцене. Человек мыслит действиями или образами, а не словами. Прокручивая ролики событий, сознание вызывает у нас эмоции. И чем больше мы добавляем явных и вымышленных действий или картинок на эту сцену, тем дальше удаляемся от Истины, загромождая сцену ненужным хламом, создавая бурелом в сознании. В итоге можно потеряться, уйдя в глубины сознания, и не выйти оттуда. Но это уже крайняя форма сознания — это помешательство, когда человек находится внутри навязанной ему сцены, и внешний мир ему безразличен.

— Тогда кто постановщик сцены? — подхватил идею Распроди. — Мне кажется, что в круговороте событий мы не замечаем, как, удаляясь от первоисточника Истины, входим на подмостки сцены, где присутствует другой режиссёр — падший лукавый ангел, а у него своя программа, которая ненавязчиво реализуется беспечными людьми. И, попадая на его сцену, многие теряют нить жизни и её смысл.

Распроди остановился у японской плакучей лиственницы и, бережно погладив свисающие стебли с нежными листьями, продолжил:

— К великому сожалению, лукавый противник Небесных сил сегодня силен. Ему на руку даже атеизм. Ведь на протяжении двухсот лет людям вдалбливалась программа, основой которой являлось отрицание Бога. В результате получили атрофированное сознание с ущербными желаниями не обременённого моральными принципами человека. При любом политическом строе, будь то капитализм или социализм, без православной морали и веры человек устремится к поиску места под солнцем и зоны комфорта, независимо от того, каким под идейным соусом это будет преподнесено.

Лю Чин разделял ход мыслей Председателя и, как только тот сделал паузу, Помощник сказал:

— Да, многоуважаемый Председатель, отрицание истинной морали пагубно влияет на общество, разрушая его изнутри. Антимораль тесно переплетена с технологиями по созданию суперчеловека и изменению пола, а также с дикими нападками на традиционные семейные ценности. Всему виной лишённое духовности сознание, получающее ложную информацию извне. На мой взгляд, человеческий мозг не только принимает и анализирует сигналы от органов чувств, он — это природный интерфейс между сознанием человека, социальной средой и Высшими силами. Иногда в сознание вторгается лживая информация, порождающая порочные мысли, с которыми борется совесть. Кстати, совесть можно сравнить с компьютерной антивирусной программой, которая обезвреживает вредоносные файлы. Только, в отличие от компьютерной программы, совесть как отражение истинной морали принадлежит к нетварной субстанции Абсолюта.

— Да, Лю, именно совесть является цензором в оценке поступков людей, — одобрительно произнёс Председатель, давая Помощнику продолжить монолог.

— К сожалению, шеф, довольно часто духовные ориентиры совести человек подменяет мерилом целесообразности. Тогда сознание навязывает мысли, если хотите — интригует. Конечно, где-то глубоко, на уровне подсознания, он может страдать от своих поступков, но жажда побед и приключений толкает его на новые авантюристические поступки, а порой и преступления.

— Это, пожалуй, вы точно сказали — «жажда побед толкает на преступления», именно так, Лю, бездушное эгоистичное стремление получить всё здесь и сейчас! — с нескрываемой экспрессией, тряхнув рукой с кулаком, подметил Распроди и развернул тему разговора в нужное ему русло: — Но если мы согласимся с мнением материалистов о том, что душа не существует и, соответственно, нет связи между душой и сознанием человека, то чем мы с вами отличаемся от роботов с искусственным интеллектом?

Распроди будто что-то нащупывал, мысль уже щекотала его мозжечок своей новизной:

— Вы же понимаете, что они, эти роботы, обладают сознанием, объективно воспринимая действительность!

Лю Чин шёл по аллее в метре сбоку от Распроди, мягко ставя ступню в мокасинах на землю. Он посмотрел на Председателя и твёрдо сказал:

— Их мозг такой же интерфейс, как мозг человека, только не имеющий ни души, ни связи с нетварным миром Абсолюта, который имеет наша душа. Основные жизненно важные сигналы, в том числе сигналы для совести, поступают оттуда, из нетварного мира, с которым у биороботов априори связи нет. Обладая квантовым сознанием, киборги остаются машинами, опасными машинами. Да, их можно запрограммировать, поставив в их электронных мозгах определённые запреты. Но если это искусственный интеллект, обладающий квантовым сознанием, то рано или поздно он найдёт обход этим запретам, ведь у него нет совести, также как нет и Божественной души. И тогда у человечества возникнут реальные проблемы выживания! Но и биороботы без Божественной связи с Абсолютом, без совести долго не проживут, они сами себя пожрут.

Председатель уже всё для себя решил, он развернулся и, ускоряя шаг, пошёл к дворцу, на ходу завершая разговор:

— Спасибо, Лю! Как всегда, была полезная беседа.

— Взаимно, многоуважаемый Председатель, мне тоже приятно было с вами поговорить, — ответил Помощник.

Распроди спешил на заседание Госсовета, о теме которого он был заранее осведомлен. А разговор с Лю был лишь разминкой для запланированного заседания.

Событие 2. Заседание Совета Достоинства и Чести

— Все в сборе, — доложил кратко секретарь Совета.

— Добрый день, многоуважаемые члены Совета, — Председатель оглядел овальный стол, за которым сидели члены Госсовета. Их было двенадцать.

Они — сливки общества, Верховные советники Совета Достоинства и Чести. Самые одарённые и заслуженные люди. Они прошли через годы войны, они восстанавливали мир и создавали новое общество равных возможностей. Они создавали оружие и технику и возрождали духовные ценности. Все имели высшие научные степени, а двое, кроме того, имели высший духовный сан Учителя Истины.

Распроди предложил секретарю зачитать секретную депешу от глубоко законспирированного агента из Амеравии.

Секретарь подчёркнуто членораздельно начал озвучивать текст послания:

«Из трёх независимых источников получена информация о создании в Амеравии автономной человекоподобной системы с искусственным интеллектом, так называемого биокибера или квантового гуманоида. Энергетические возможности его организма рассчитаны на двадцать суток работы или на двое суток эксплуатации на пределе конструктивных возможностей, превосходящих возможности человеческого организма в несколько раз. Основные жизненно важные органы защищены от пуль стрелкового оружия особо прочным синтетическим материалом. Глаза имеют защиту в виде светочувствительных фильтров от прямого воздействия боевых лазеров».

Речь секретаря дополнялась голографическими снимками, проецируемыми в центр огромного стола собрания. Показав изображения капсул со спящими в них человекоподобными существами, секретарь нарочито внятно продолжал:

«Квантовые гуманоиды питаются любой биологической массой, в которой есть хоть доля энергетических запасов, и от окружающего шума. Даже писк комара пополняет его энергозапасы. На фабрике „Локхид“ создано поточное производство и налажен выпуск биокиберов по сто пятьдесят единиц в месяц. Руководит программой выпуска биокиберов директор корпорации „Локхид“ Нильсон».

Председатель Госсовета посмотрел на изображение Джека Нильсона. Когда-то, ещё до Великого Поворота Событий, они встречались молодыми на Всемирной математической олимпиаде. Тогда это был умненький голубоглазый весельчак, сумевший решить практически все олимпийские задачи-головоломки. Сейчас на голографии был старик с коротко стрижеными седыми волосами, с глубоко впалыми сосредоточенно-уставшими бесцветными глазами.

Секретарь читал дальше:

«Не исключено, что для производства опорно-двигательного аппарата биокиберов используется украденный в Бразилии тапириум, имеющий нулевой уровень магнетизма, не проводящий электрический ток и не воспринимаемый металлодетекторами. В «Локхид» создаётся цех по производству этого металла, однако прогресса в этой области пока не достигнуто. Из Бразилии для этой цели прибыли специалисты химического и сталелитейного производства.

Биокиберы находятся в спящем режиме в специальных капсулах, время приведения их в работоспособное состояние — тридцать минут. В настоящее время на складе готовой продукции пятьдесят экземпляров».

— Сообщение закончено, многоуважаемый Председатель Госсовета, — секретарь оторвался от текста и взглянул на Распроди.

— Ну что же, коллеги, сегодня нам есть о чём поговорить, — Председатель выразительно посмотрел на сидящего за овальным столом руководителя Оперативной разведки Союза Бенджамина Хока, которому недавно было присвоено высшее воинское звание в воздушно-космических силах и разведке — шеф-командор: — На ваш взгляд эта информация соответствует действительности, шеф-командор Хок?

— Многоуважаемый Председатель, могу доложить, что фантомы наших операторов из «Соллюкса» проникли в секретную лабораторию «Локхид» и подтвердили наличие там искусственных биологических организмов, — коротко доложил Хок, — я об этом собирался доложить. Но сегодня утром мне сообщили, что из лаборатории вывезли двух биокиберов в международный аэропорт Нового Вашингтона, однако в зоне аэропорта из-за большого обилия помех их потеряли из виду.

Доклад Хока членам Госсовета был непонятен: никто из присутствующих ничего не знал ни о «Соллюксе», ни о фантомах, но все предпочли лишних вопросов не задавать. О предмете разговора знали только двое: шеф-командор и Председатель, по лицу которого пробежала лёгкая тень недовольства, но он сдержался и посмотрел на Учителя Истины Авеля. Тот, уловив его настойчивый взгляд произнёс:

— Многоуважаемый Председатель, по всей видимости, данная информация верна, коль она подтверждена нашей Разведкой. Могу от себя сказать, что приближается Зло, абсолютное Зло. Это не ядерное оружие, которое управляется человеком и подконтрольно его воле. Здесь ситуация посложнее. Искусственный интеллект внутри человекоподобного тела — это уже опасность для самой человеческой цивилизации. В нём нет души, но, по всей видимости, есть сознание, которое может управляться Злом. Тем более что Зло желает властвовать во Вселенной, мешает только богоподобный человек, как источник добра и Божественной любви. Теперь грядёт время, когда человека можно будет заменить этими бездушными биокиберами.

— Злу не выгодно уничтожать человечество поголовно, — включился в разговор Учитель Истины Даниил. — Злу надо иметь развращённого и послушного человека, в этом его главная задача, ведь приобретение Злом бессмертных человеческих душ не должно прекратиться, это его энергетическая подпитка и возможность противостоять Богу.

Председатель буквально полчаса назад обсуждал это вопрос с Помощником Лю Чином и сейчас разделял мнение Учителей, но нетварный мир при всём желании Распроди был для него недоступен, поэтому он как можно корректнее ответил:

— Это важное замечание, уважаемые иерархи, и нам всем надо учесть это обстоятельство в борьбе с новыми угрозами. Но, по всей видимости, противник начал действовать, и нам надо ожидать непрошеных гостей. Поэтому предлагаю разработать программу действий, соответствующих новой угрозе. Я не сомневаюсь, уважаемые члены Совета, что эти существа полезут на нашу территорию. Наша задача не допустить их проникновения: каждый самолёт, как и любое другое транспортное средство, прибывающее из Амеравии или сочувствующих ей территорий, нужно взять на контроль. Необходимо всё взвесить и решить, как нам осуществить контроль за пассажирами и выявить эти существа в пассажиропотоке. Что по этому вопросу думает Верховный советник Ульрих?

Ответственный за вопросы организации путей и сообщений Верховный советник Ульрих, распрямившись в кресле, ответил:

— Прежде всего, я предлагаю наладить работу биолабораторий с анализаторами ДНК во всех международных терминалах. Предполагаю, что эти твари не имеют ДНК человека, а напичканы какой-то синтетической массой и растворами, напоминающими внешне соединительные ткани человека и кровь.

Председатель одобрительно кивнул:

— А сколько времени вам потребуется, чтобы оснастить терминалы этими лабораториями?

— Лаборатории имеются, но практически не используются, — Ульрих лихорадочно соображал, он знал, что Председатель не любит тугодумов. — Для организации их круглосуточной работы потребуется дней двадцать, надо подготовить персонал, довезти дополнительное оборудование и реагенты.

Председатель нетерпеливо махнул рукой:

— Нет у нас времени! Дайте команду, Ульрих, прямо сейчас приступить к этой работе и наращивайте усилия. Через неделю доложите о полной готовности системы контроля. Усильте охрану терминалов, вооружите тяжёлыми пулемётами и лазерными ружьями гвардейцев. — Затем он бросил взгляд на шеф-командора: — Командор Хок, в кратчайшие сроки установите, как эффективно уничтожать или обезвреживать этих тварей. Что их может уничтожить? Как их распознать? Работайте активнее, чтобы не пропустить удар из Амеравии. В конце концов, пусть ваши доблестные фантомы покопаются в секретных документах компании «Локхид», там наверняка есть информация об уязвимости существ.

Хок кивнул в ответ, прикидывая возможности своей невидимой армии, о существовании которой в Госсовете заговорили только сегодня.

Событие 3. Непрошеные гости

Через несколько часов после окончания тревожного заседания Совета Достоинства и Чести в воздушном терминале Антверпена из аэробуса Мексиканской авиакомпании начали выходить пассажиры. В зоне контроля дежурил опытный капитан воздушной гвардии. Работа шла в обычном режиме. Сидя за своим пультом, он спокойно смотрел на голографические мониторы, периодически задерживая взгляд на симпатичных пассажирках. Он встрепенулся только тогда, когда на сигнальном табло загорелся оранжевый сигнал повышенной опасности, оповещавший о необходимости усиления контроля в зоне прилёта и досмотра. На памяти капитана оранжевый цвет загорался довольно давно, да и то во время учебной тревоги по выявлению вымышленных вооружённых диверсантов. В душе надеясь, что это очередная учебная тревога и в ожидании получения каких-то дополнительных указаний, он начал хаотично вспоминать инструкции, одновременно пытаясь охватить взглядом весь людской поток.

Офицер сосредоточенно всматривался в лица пассажиров и не замечал ничего подозрительного: обычные люди со своей поклажей медленно продвигались в сторону выхода.

К стойке контроля приблизился молодой кареглазый человек в серой фетровой куртке с небольшим кожаным чемоданчиком, он показал своё иностранное удостоверение: «Станислав Бжинский, инженер сталелитейной компании, двадцать пять лет, женат». Молодой человек улыбнулся белоснежной улыбкой, спросил, какая погода сегодня в городе, и после открытия турникета пошёл на выход, за ним прошла через турникет молодая девушка, в длинном модном плаще — его жена Елена Краер. Они ничем не отличались от других пассажиров, разве что были чересчур спокойны или, может быть, сосредоточены. Судя по документам, это были научные сотрудники Бразильской сталелитейной компании.

Капитан уже не первый раз шестым чувством определял потенциальных нарушителей, на его счету были и бандиты, и диверсанты, и контрабандисты различных мастей. Эта миловидная парочка не вызвала у него никаких эмоций и беспокойства, однако внутренний голос, подогретый светящимся на мониторе оранжевым сигналом опасности, словно подтолкнул его поставить на визуальное автосопровождение этих пассажиров.

Один клик мышкой компьютера, и информация о молодой парочке понеслась в глубины суперкомпьютера Союза, носившего общепризнанное имя «Всевидящее Око», мгновенно тысячи видеокамер контроля получили команду выуживать из толпы этих двух молодых особ. А капитан уже глядел на следующих пассажиров, подходящих к зоне контроля.

Тем временем молодой мужчина с девушкой подошли к стойке регистрации на самолёт, следующий в бывшую испанскую Севилью, ныне — столицу Союза, Город Мира. И через некоторое время пошли на посадку в самолёт.

Ближе к вечеру бойкий рыжеволосый швейцар столичного отеля «Утренняя Звезда», что на Инженерном проспекте, открыл парадную дверь, пропуская в вестибюль двух молодых людей приятной наружности. Они прошли к портье, который, просканировав документы, выдал им электронный брелок от заранее забронированного номера на верхнем этаже отеля.

Парочка была немногословна, поблагодарив портье, молодые люди отправились к себе в номер.

Номер был прост, без излишеств, с одной ванной комнатой и спальней.

Станислав молча и внимательно осмотрел комнаты. В его сознании отобразилась информация об электронной начинке номера. Приборов прослушки и видеонаблюдения в помещениях не было. Номер укомплектован стандартным бытовым оборудованием для кратковременной жизни в нём.

Теперь можно было не изображать из себя людей. Станислав и Елена сели в кресла друг напротив друга. В их маленькой команде главной была Елена, так решил Центр. Квантовое сознание позволяло им общаться между собой без слов. Обмен данными между ними не прекращался ни на секунду, даже если казалось, что один из них занят посторонним делом. По сути, они оба представляли единый комплекс, настроенный на выполнение одной задачи, которая была сформулирована предельно просто: попасть в качестве пассажира на космический корабль «Галактика» либо его уничтожить.

Методы работы можно было применять любые, ограничений не было, вплоть до уничтожения одного из членов их маленькой группы. Последняя задача была поставлена только Елене, и она знала, что в критический момент может пожертвовать Станиславом. Квантовое сознание Станислава воспринимало задачи по защите Елены как приоритетные. Мысли этих двух созданий потоками незримых квантов на время отстранили их от действительности:

— Первый пункт нашей программы выполнен, мы добрались до столицы Союза. Вот список основного состава экипажа и хэлп-команды звездолёта, — Елена направила поток данных в квантовое сознание Станислава. — Ты должен определить, вместо кого мы полетим, и устранить их в ближайшее время.

Станиславу понадобилось некоторое время для анализа информации в нейронных компьютерных сетях Союза, к которым он подключился через бытовой компьютер гостиничного номера, и он ответил:

— В этом списке приоритетными для нас являются две личности из хэлп-команды: Эльза Батоцкая и Ярослав Бражек. По геометрическим параметрам соответствуют нам. Оба из бывшей Восточной Европы. Родственники утрачены во время войны. Имеют техническое образование. Возраст подходящий. Прошли подготовку на выживание в труднодоступных районах Сибири. Живут в отдельных комнатах общежития, предназначенных для пассажиров звездолёта. Комнаты охраняются стандартно без привилегий.

— У нас есть несколько дней для их подмены и нашего внедрения в команду пассажиров. Я беру на себя замену электронных данных в базе экспедиции, а ты проработай вопрос о нашем физическом внедрении, — Елена смотрела на своего спутника немигающим взглядом, будто оценивая его возможности.

— Я сейчас выезжаю в общежитие звездолёта и проведу соответствующую работу, — с видимой готовностью ответил Станислав, улыбнувшись. В Центре их научили имитировать человеческие эмоции в зависимости от ситуации. Теперь это были не просто биокиберы, а лицедеи, способные выйти на сцену и сорвать аплодисменты за свою игру.

Он, не глядя на спутницу, начал собирать необходимый инструмент для работы и припасённые заранее атрибуты звездолёта «Галактика»: бейдж сотрудника проекта и наклейки для автомобиля.

«Хорошо, а я поработаю с базой данных экспедиции», — мысленно ответила Елена, уже подключаясь к компьютерной сети.

Общежитие звездолёта располагалось недалеко от заводской территории, где готовили к старту «Галактику». До него ехать километров сорок. Это расстояние Станислав преодолел на фургоне Peugeot Traveler, водитель которого недолго мучился в железных объятиях биокибера, и в десять часов вечера постучал в номер Эльзы.

Эльза в тренировочном костюме отрыла дверь и, увидев симпатичного незнакомца, тихо спросила:

— Вам кого?

— Вас, Эльза! — воскликнул Станислав, широко улыбаясь своей белоснежной улыбкой. — Я из управления отряда «ТОРНАДО», пришёл к вам с хорошей новостью.

Эльза, до сих пор пребывая в нерешительности, пропустила гостя в номер.

— Осталось совсем немного времени до старта, и вам предлагают лететь не в качестве пассажира-хэлповца, а в качестве сменного инженера в отсеке экстренной эвакуации, — спокойно сказал Станислав, ласково улыбнувшись. — Да, чуть не забыл. Меня зовут Иржи, я старший оператор группы предполётной подготовки звездолёта.

Станислав показал пластиковый электронный бейджик с гравировкой звездолёта. Эльза заинтересованно посмотрела на гостя.

— Нам с вами надо сейчас проехать в штаб отряда и ознакомиться с вашими новыми обязанностями.

Эльза стояла в нерешительности, уж больно странным ей показался визит. Однако ей очень понравилось предложение попасть в основной состав экипажа.

Молодой человек, видя нерешительность девушки, добавил:

— Завтра с вами хочет поговорить командор Хок.

— Хорошо! — гася остатки сомнений, ответила Эльза. — Я сейчас быстро переоденусь.

— Хорошо, Эльза, я жду вас в авто напротив выхода из гостиницы, — сказал Иржи-Станислав, прикрывая за собой входную дверь.

Эльза всё ещё немного сомневалась, до этого момента она не получала никаких инструкций от своего куратора, который в последнее время нечасто радовал её новостями и вниманием. Недостаток общения с куратором и обида за это на него сыграли свою роль в принятии Эльзой рокового решения: она решила никого не предупреждать и проехать в штаб отряда с этим симпатичным, чем-то располагавшим к себе молодым человеком.

Через несколько минут фургон, на котором красовались логотипы «Галактики», наклеенные Станиславом после убийства водителя, увозил Эльзу от общежития. На следующий день в двадцати километрах от города полиция обнаружила в овраге сгоревшую пустую автомашину марки «Пежо».

Под покровом ночи Станислав сбросил в реку трупы водителя фургона и Эльзы, предварительно привязав к ним увесистые камни. В реке было достаточно голодных огромных пираний-мутантов с острыми зубами. Биокибер не сомневался, что к утру от трупов практически ничего не останется. Перед этим он снял одежду с трупа Эльзы, сканировал её внешние признаки и черты лица, взял все необходимые биоматериалы, отпечатки ладоней убитой и наконец отделил, и положил в пластиковую баночку её глазные яблоки. Полученной информации и «ингредиентов» теперь вполне хватало, чтобы биокибера превратить во вполне осязаемую девушку Эльзу. Перевоплощение биокибера Елены в бедную Эльзу продолжалось всю оставшуюся ночь. Значительные энергозатраты потребовались для изменения лица, преобразования рисунка линий ладоней рук и радужной оболочки глаз. В довершение ко всему в тело биокибера Елены был введён физраствор с генофондом убитой Эльзы.

Наутро биокибер Елена в образе Эльзы уже стояла у дверей общежития. Молодой охранник, только что сменивший ночного дежурного на проходной общежития, поприветствовал Эльзу, по виду которой можно было подумать, что она совершила утреннюю пробежку. Сканеры контроля на входе ничего подозрительного не обнаружили. Эльза прошла к себе в номер, мило улыбаясь дежурному. Он даже немного смутился — никогда до этого она ему не улыбалась, производя впечатление слишком чопорной польки.

Ярослав Бражек жил на верхнем этаже общежития. Он так же, как Эльза, готовился к роли пассажира-помощника. Он, как и все из хэлп-команды, изучал устройство звездолёта, и в его обязанности входил контроль концентрации газов в салоне корабля. В последнее время Ярослав был в приподнятом настроении, ведь скоро должна была осуществиться его мечта, и он улетит с Земли на прекрасном звездолёте вместе с хорошими и весёлыми товарищами.

На днях он спланировал съездить в столицу, пройтись по улицам; кто знает, вернётся ли он когда-нибудь на Землю. Только не было подходящей кандидатуры для компании.

Сегодня Ярослав собирался пойти в тренажёрный зал качать мышцы. Тело его и так было с довольно рельефными мышцами, но он не привык останавливаться на достигнутых результатах, каждый раз доводя себя на тренажёрах до изнеможения. После такой тренировки утром его переполняла энергия и жажда деятельности.

В тренажёрном зале поначалу было пусто. Он один приступил к тренировке, не прошло и десяти минут, как открылась дверь и в зал вошла Эльза. Ярослав не раз видел её на занятиях, но так и не решился познакомиться ближе: она производила впечатление очень сдержанной и неконтактной девушки. Он даже как-то подумал: «Вроде полька, а такая нелюдимая».

На этот раз Эльза, поздоровавшись, сняла верхнюю тренировочную курточку и осталась в топике, обнажив своё великолепное тело с бархатной белой кожей и чуть заметными кубиками брюшного пресса на животе. У Ярослава перехватило дыхание от такой идеальной красоты, но он, сделав усилие над собой, продолжил тренировку.

Буквально через несколько минут заговорила первой Эльза, произнеся негромко:

— Ярослав, мы скоро улетаем, столицу, наверно, увидим нескоро. Ты бы не хотел составить мне компанию прогуляться по Городу Мира?

— С большим удовольствием, Эльза, — чуть не задохнувшись от нахлынувших эмоций, быстро ответил Ярослав, — тем более что столицу и Землю мы, может быть, не увидим больше никогда.

Эльза смотрела на него с лёгкой улыбкой, и ему трудно было понять, почему она так загадочно улыбается.

Они условились встретиться субботним утром после завтрака и поехать в столицу.

От разыгравшегося воображения Ярослав не мог долго уснуть, и только прочтя вечернюю молитву, он погрузился в безмятежный сон.

«Эльза» всё спланировала наилучшим образом: она вместе с Ярославом едет в столицу, там в условленном месте они встречаются как бы случайно с её напарником Станиславом и заходят в гостиницу. А дальше проделывают всё, что было сделано ночью у реки с настоящей Эльзой.

Утром после завтрака Ярослав и «Эльза» встретились в холе гостиницы. На молодом человеке был модный костюм с однобортным пиджаком и широкими брюками, а девушка была одета в лёгкое вишневое платье, подчёркивающее её удивительную фигуру. Они уже собирались выходить, когда их остановил дежурный по общежитию:

— Уважаемые, вы куда так нарядились?

Ярослава немного покоробил этот, с его точки зрения, бестактный вопрос, но после секундной паузы он всё же ответил вопросом на вопрос:

— Едем в столицу погулять, а что?

— Дело в том, что в столицу выезд запрещён, — с некоторой ехидцей в голосе парировал дежурный.

— В субботу так не шутят, уважаемый! В субботу выход свободный. Мы, может быть, последний раз едем в столицу, — продолжая идти к выходу, невозмутимо произнесла Эльза.

Дежурный, заблокировав турникет, уже жёстче ответил:

— А я и не шучу, в городе проходит антитеррористическая операция, выезд туда запрещён. Я подробностей не знаю, но ехать вам туда не позволю!

Эльза внезапно мгновенно развернулась и молча пошла, не оглядываясь, в свой номер наверх. Напрасно её пытался остановить Ярослав, она резко закрыла дверь своего номера перед его носом.

Она была уже на связи с ведомым группы Станиславом и послала ему тревожный сигнал. Но он давно уже был на ногах и искал выход из создавшейся ситуации. Вначале он почувствовал электромагнитное возмущение в районе гостиницы. Потом он увидел, как вдруг прекратилось движение по оживлённому Инженерному проспекту. Хотя визуально ничего опасного не наблюдалось, он понял, что ситуация обостряется. Прежде всего, он принялся уничтожать все материальные следы перевоплощения биокибера Елены Краер в Эльзу. На это ушло некоторое время, и тут пришёл тревожный сигнал от «Эльзы», который подтвердил его опасения. Теперь нельзя медлить, надо было срочно инсценировать отъезд Елены Краер из столицы, по варианту «Дельта», предусмотренному Центром на случай развития критической ситуации. Для этого был забронирован билет на поезд, уходящий на восток. Ещё некоторое время Станиславу понадобилось, чтобы оформить «отправление» Елены на поезде. Дело было сделано, когда в электронной базе железной дороги появилась отметка, что Елена Краер уехала поездом по маршруту «Город Мира — София» вечером прошедшего дня.

Станислав собрал необходимые вещи в чемоданчик и уже собирался выйти из номера, когда в дверь кто-то постучался.

Биокибер активировал в своей голове электронный сканер, который подтвердил наличие за дверью нескольких вооружённых людей.

Станислав открыл чемоданчик, щёлкнул потайной переключатель и привёл в действие термобарический лазер, реагирующий на биополе человека. Через несколько секунд аппарат был приведён в боевое состояние — зажглась зелёная лампочка готовности лазера к стрельбе.

Событие 4. Ликвидация

События последних дней развивались стремительно. Суперкомпьютер «Всевидящее Око» идентифицировал «молодых людей», поставленных дежурным офицером аэропорта на автосопровождение, когда они предъявили документы портье столичной гостиницы «Утренняя Звезда». Теперь всё, что происходило с ними в столице и её окрестностях архивировалось в мегамозге суперкомпьютера.

Прошло два дня после их прилёта в столицу, когда дежурный оператор суперкомпьютера с вечно взлохмаченной рыжей шевелюрой увидел на мониторе слежения знак заинтересованности объектом.

Оператор направил сенсор на светящийся мигающий знак, после чего компьютер выдал информацию следующего содержания: «Предполагаемое преступление: вечером в автомобиль Peugeot Traveler („пежо“), обнаруженный утром за городом сгоревшим, садился в качестве пассажира Станислав Бжинский, инженер сталелитейной компании, двадцать пять лет, женат. Прибыл самолётом из Америки два дня назад. Он замечен возле общежития команды звездолёта „Галактика“, прибыв на том же автомобиле вечером перед предполагаемым преступлением. Водитель сгоревшего автомобиля не найден».

Сообщение автоматически было передано в Службу безопасности Союза. Там отреагировали быстро: противодиверсионная группа, вооружённая плазменными базуками и крупнокалиберными пулемётами, выехала в отель «Утренняя Звезда». К месту операции подтягивались ещё две группы спецназа. Все сосредоточились у отеля к восьми часам утра. Старший группы антитеррора располагал общими сведениями о подозрительном субъекте, который, по всей видимости, не имел оружия, так как несколько дней назад прилетел на самолёте из Центральной Америки. Но надо было учитывать и другие обстоятельства, связанные с пропажей водителя сгоревшего автомобиля, и заинтересованность субъекта общежитием звездолёта, которое никак не входило в сферу интересов сталелитейной промышленности. Возможно, это спецагент из Амеравии, возможно, он обучен боевым приёмам и имеет холодное оружие. Старший группы решил, что для захвата субъекта достаточно будет хорошо подготовленных пяти бойцов. Две приданные группы спецназа в количестве двадцати человек он решил не привлекать, предложив им расположиться на первом этаже отеля и прилегающей территории.

В девять часов утра группа спецназа подошла к двери номера подозреваемого и рассредоточилась. Старший группы стоял в пяти метрах от двери, все остальные — в готовности к активным действиям. Первый номер постучал в дверь. За дверью послышалось какое-то движение.

Старший группы ещё надеялся, что всё обойдётся простой проверкой подозрительного субъекта. Внезапно раздался приглушённый щелчок, а затем нарастающее шипение, как будто на сковородку с расплавленным маслом попала холодная вода, и входная дверь разверзлась огненной лавиной. Все пять бойцов и командир оказались в огненном шаре, температура которого значительно превышала две тысячи градусов по Цельсию. Шансов ни у кого не было, всё произошло в доли секунды, от спецназовцев остался только пар и пепел.

Внизу на первом этаже бойцы двух оставшихся групп услышали сильный хлопок на верхнем этаже, а затем вниз полетели куски бетона и оконного стекла. Над зданием отеля поднялось грибовидное облако. Это уже напоминало маленькую войну.

Командиры групп скомандовали бойцам занять позиции. Все замерли в ожидании. Однако с верхних этажей больше не доносилось ни звука. Тишину нарушили протяжные сирены пожарных машин, мчавшихся к отелю, верхние этажи которого уже были объяты пламенем.

Вторая группа спецназа перебежками пошла на проверку верхних этажей. Третья группа заняла огневые позиции на первом этаже и у входа в отель.

У биокибера было только два энергетических заряда для накачки лазера, один он использовал в номере. Станислав был уже на четвёртом этаже, когда увидел очередную боевую группу спецназа. Мгновенно он перевел в боевое положение лазер и нажал на кнопку пуска. Раздался щелчок, и лазерные пучки устремились в сторону спецназовцев. Потом произошёл мощный хлопок, и огненный смерч покатился вниз на третий этаж. Чемоданчик сыграл свою роль и стал больше не нужен. Станислав с силой ударил им об стенку, осколки чемоданчика разлетелись, как шрапнель, в разные стороны. Теперь он безоружен, надо идти напролом, но можно использовать ещё и хитрость. Как раз в этот момент из двух номеров выскочили ошалевшие от взрыва постояльцы отеля, и побежали по лестнице вниз. Он пристроился к ним, изобразив на лице испуг.

Третья боевая группа заняла позицию за балюстрадой террасы на входе в отель. На третьем этаже что-то взорвалось. На этот раз показалось, что взрыв был ещё более мощный, чем первый. Людей на первом этаже обдало сильным жаром. Связь со второй группой была потеряна. Всё заволокло едким дымом, но сканеры спецназа определили движение на втором этаже. По лестнице бежали люди, в дыму было трудно определить их количество, возможно человек пять-шесть. По команде старшего бойцы взяли оружие на изготовку к стрельбе.

Надо было всех остановить, установить их личности и допросить. Он сразу обратил внимание на молодого человека, лицо которого было сильно испачкано, возможно ранено, а костюм местами порван и прожжён. Несмотря на то что мужчина прикрывал лицо ладонью, сканер идентифицировал его личность — это был разыскиваемый Станислав Бжинский.

По команде старшего ближайший к бегущему Бжинскому боец попытался остановить его, но от мощного удара в голову отлетел на несколько метров. Удар был такой силы, что не помог кевларовый шлем, защищавший голову, и боец ещё долго не мог прийти в сознание. Ещё двое спецназовцев подбежали к Бжинскому, но также, как первый, разлетелись от него, словно плюшевые мишки. Напряжение от накала нервов и эмоций в холле отеля достигло апогея.

Биокибер выбирал пути выхода из создавшейся ситуации, он ещё надеялся выскочить из кольца окружения. Квантовый мозг из тысячи вариантов выдал один наиболее приемлемый, на выполнении которого теперь сосредоточился весь его организм. Он уже даже видел, как он проскочит между спецназовцами и большими прыжками уйдёт от преследования в сторону реки. Но внезапно в его голове зазвучал голос Елены — сработала незримая квантовая связь. Этот мгновенный обмен данными со своей ведущей, находящейся в общежитии космолёта, привёл его к пониманию того, что настал тот единственный критический момент, когда он должен пожертвовать собой ради Елены для продолжения операции Центра. Квантовая связь между двумя биокиберами полностью изменила план Станислава. Он вдруг остановился, будто натолкнулся на невидимое препятствие, а затем всем своим видом показал, что собирается достать оружие — запустил руку под обшлаг дымящегося пиджака. Старший спецназовец на этот движение руки отреагировал моментально, скомандовав открыть огонь по нарушителю. Загремел крупнокалиберный пулемёт и зашипели плазменные базуки.

Крупнокалиберные пули сбили биокибера с ног, и ему ничего не оставалось, как молча смотреть на искрящиеся молнии, извергавшиеся из базук: они тянулись искрящимися змеями к телу и медленно пожирали его. «Оно плавится!» — подумал биокибер отрешённо. Боли не было, его организм просто не знал, что такое боль, но электронный мозг воспринимал от остатков организма сигналы предельной опасности, однако тело уже не повиновалось. Биокибер понимал, что он погибает, но никаких эмоций не испытывал, ему не дано было пережить человеческие эмоции даже в этот критический для него момент. В его закипающем мозге напоследок зародился вопрос: «Для чего это всё было?» — и сознание угасло.

Через минуту всё было кончено. Там, где стоял Бжинский, после боя осталось бесформенная масса с запахом сероводорода.

Расследование, проведённое в буквальном смысле по горячим и дымящимся следам, показало, что Бжинский был биокибернетическим существом. Вскоре немного прояснилась информация о его спутнице Краер: по данным компьютерного мониторинга транспортных сообщений ещё вечером прошлого дня она уехала на скоростном поезде на восток, но средства объективного контроля не выявили её ни на одной из станций. Поисками исчезнувшей иностранки занялась Служба безопасности Союза. Кто она, человек или биокибер — осталось на некоторое время загадкой, которую предстояло решить, и как можно скорее.

Событие 5. Второй испытательный полёт

Угроза нападения на звездолёт миновала (так считало руководство Союза), однако охрана всех объектов, связанных с проектом «Галактика», была усилена.

На заводе и в тренажёрном центре ещё пару недель кипела работа по окончательной подготовке звездолёта ко второму испытательному полёту. В авральном режиме устраняли все выявленные ошибки в программном обеспечении и меняли вышедшее из строя оборудование. Особенно тщательно подошли к противоатомной защите корабля (на случай очередной встречи с радиоактивным облаком). Наконец всё было готово.

На испытание пригласили много гостей, в том числе и зарубежных. Как и в первый раз, были приглашены члены Госсовета. На этот раз для них подготовили перед стартовой площадкой трибуну с полумягкими креслами, на большом мониторе перед трибуной должна была отображаться вся видеоинформация с борта звездолёта и окрестностей стартовой площадки.

Радовал прогноз погоды — дождя не ожидалось, а умеренная облачность не могла снизить эффекта от предстоящего зрелища.

Задача команды звездолёта на этот раз состояла в подъёме в ближний космос на несколько сотен километров, полёте над континентом Евразия и последующим возвращением. Программа рассчитывалась на два часа.

Гости начали собираться загодя. Ходили вокруг ангара, скрывавшего звёздного исполина. Ассистенты звёздной команды предлагали прохладительные напитки. Народа становилось всё больше и больше.

Наконец к ангару подъехали машины членов Госсовета.

Председатель Совета первым направился к трибуне, где его уже ожидал шеф-командор Хок.

— Как себя чувствует командующий космической миссии? — не дожидаясь доклада, с улыбкой протягивая руку, спросил Распроди командора.

— Глубокоуважаемый Председатель, я, как и весь мой отряд, чувствую себя великолепно и готов к выполнению задачи, поставленной Советом, — спокойно и уверенно ответил шеф-командор.

— Я в этом не сомневаюсь, дорогой командор. Но сегодня вы должны показать нам полёт, который подтвердит готовность вашей команды и звездолёта к дальнему путешествию.

— Будем стараться, многоуважаемый Председатель! — скупо улыбнулся сосредоточенный Хок.

Гости расселись на трибуне. Можно было начинать. Шеф-командор ушёл руководить полётом из Центра управления в бункере на большой глубине.

Мониторы показали готовность звездолёта к старту. На этот раз экипаж корабля был в полном составе. На связь с ЦУПом вышел командир звездолёта Алекс Грачевский:

— Уважаемый шеф-командор! Все системы корабля работают в штатном режиме, экипаж на местах, корабль готов к полёту! — Алекс произнёс это чётко по-военному. Первый полёт не прошёл бесследно для нервной системы командира, поэтому его переполняли смешанные чувства волнения и радости. Эмоции он сдерживал силой воли, недаром длительное время занимался аутотренингом. Грачевский был уверен в профессионализме экипажа и надёжности техники, однако, несмотря ни на что, он всё же ощущал нервное напряжение.

После первого полёта специалисты досконально разобрали все его этапы и разработали методику управления звездолётом, вложив программу управления в электронный мозг суперкомпьютера. Появилась уверенность, что теперь не будет проблем с полётом корабля.

— Даю минутный отсчёт, — коротко произнёс Хок.

Крыша ангара начала медленно открываться, освобождая пространство для взлёта корабля. Зрители устремили свои взгляды на ангар. Невзирая на то, что многие из них видели первый полёт звездолёта, даже они ещё не пришли к осознанию нового способа перемещения в пространстве. Без крыльев, без винтов и реактивных двигателей корабль должен был преодолеть силу гравитации Земли и подняться в космос.

Начался предстартовый отсчёт. Секунды длились как минуты, экипаж корабля не отрывал глаз от панелей приборов. Грачевский решил не убирать стереоскопический перископ, дававший круговую развёрнутую картинку происходящего за бортом. В отличие от сенсоров, предназначенных для дальнего исследования пространства, перископ со сложными триплексами и зеркалами давал на монитор идеальное панорамное изображение происходящего вокруг корабля. Можно было при желании рассмотреть и летящего комара.

Суперкомпьютер корабля методично отсчитывал последние секунды:

— Пять, четыре, три, два, один, старт!

Звездолёт окутался сизой пеленой, и воздух вокруг него как будто задрожал. Все увидели космический корабль словно в голографическом изображении. Что-то было неестественное в происходящем. Воздух вокруг завибрировал на низкой частоте.

Корабль медленно оторвался от стартового стола и на высоте нескольких метров завис, будто его закрепили на гигантском невидимом штативе. Через несколько секунд он поднялся над ангаром. Исполин-звездолёт, свободно парящий над крышей ангара, — зрелище захватывающее и волшебное. Он завис на небольшой высоте на несколько секунд, как будто для того, чтобы зрители насладились этим моментом.

Командир Грачевский видел на перископном мониторе восхищенно-напряжённое выражение лиц зрителей. Он и сам испытывал непередаваемый фейерверк чувств. Выждав несколько мгновений, он нажал на кнопку подъёма корабля.

Звездолёт стал стремительно подниматься в небо по крутой траектории. Нереальное зрелище напоминало полёт межпланетного корабля в компьютерной игре или в старом сериале «Звёздных войн».

Члены Госсовета удовлетворённо переглянулись. Председатель Совета молча смотрел на гигантский монитор. Звездолёт быстро набирал скорость и высоту. Через несколько минут корабль вышел из плотных слоев атмосферы и достиг ближнего космоса в контрольной зоне полёта.

Командир корабля, сдерживая своё желание поднять корабль ещё дальше от Земли, направил его по заданному маршруту над Европой до Уральских гор. Скорость звездолёта немыслимая для обычных космических кораблей. Над Уральскими горами Грачевский резко развернул «Галактику», увернувшись от большого скопления космического мусора, и практически мгновенно переместился в космическое пространство над местом старта.

— Уважаемый командор! — обращаясь к Хоку, Грачевский был в некотором замешательстве. Программа испытаний, рассчитанная на два часа, была выполнена за тридать минут. — Мы над зоной посадки, программа испытаний выполнена, жду указаний.

Хок решил взять инициативу в свои руки:

— Грачевский, облетите Землю на высоте пятьсот километров и вернитесь к точке посадки, попробуйте достичь предельно допустимой на околоземной орбите скорости.

— Понял, командор, выполняю, — теперь Алекс снял внутри себя ограничители, он рвался проверить технику на полную катушку. Джойстиком он придал ускорение переднего хода, а суперкомпьютеру сказал:

— Омега-сан, летим вокруг Земли на высоте пятьсот километров, скорость максимально допустимая!

«Омега» беспристрастно возразил:

— Командир, максимально допустимая скорость на этом участке и вблизи Земли — два космокнота.

— Отлично! — подтвердил Грачевский, забыв, что суперкомпьютер команды зачастую воспринимает буквально и ему желательно уточнять условия задачи, чтобы не получилось конфуза. — Скорость два космокнота!

Корабль вздрогнул, будто напрягая мышцы, как живое существо исполинских размеров, и с ускорением, прижавшим членов экипажа к креслам, полетел над Землёй. Алекс покраснел от перегрузки, на лбу проступили капельки пота. Огромная масса металла стремительно неслась в безвоздушном пространстве ближнего космоса, разбрасывая в разные стороны мелкий космический мусор. Орбитальный полёт над Землёй продолжался чуть больше получаса, дав возможность членам Совета обменяться мнениями по поводу проекта «Галактика». Наконец корабль приблизился к контрольной зоне и в этот момент Хок дал команду на приземление.

Грачевский попробовал «горку» — на фоне резкого снижения потянул руль управления на себя и корабль, задрав нос, опять устремился вверх. От резкого подъёма у Алекса, как и у всех находившихся на борту, перехватило дыхание и потемнело в глазах. «Омега» предупредил, что перегрузка может превысить допустимые для человеческого организма пределы.

— Хорошо, возвращаемся, идём по наклонной траектории к Земле, — сказал, переведя дух Алекс.

Звездолёт, вынырнув из перистых облаков, появился в поле зрения зрителей гостевых трибун. Он быстро снижался, казалось, что он падает, но на высоте пятисот метров корабль замедлил свой ход. Развернувшись над ангаром, звездолёт медленно опустился в него.

Трибуны зашумели от аплодисментов. Испытания прошли успешно. Наступала новая эра покорения Пространства и Времени!

Госсовет принял решение продолжить подготовку к экспедиции и провести ещё ряд испытательных полётов. Старт к заветной звёздной системе Проксима Центавра наметили через полгода.

Событие 6. Внедрение

Тренировочные полёты космолёта «Галактика» проходили каждую неделю. Экипаж оттачивал навыки пилотирования и управления кораблём. Через два месяца слетали в направлении Луны, разогнавшись до семи космокнотов. Пролетев вокруг Луны по большой эллипсоидной траектории, космолёт вернулся к Земле через несколько часов. После этого сногсшибательного полёта корабль подвергся тщательному тестированию, которое не выявило никаких повреждений и отказов оборудования. Экипаж продолжил подготовку к дальнему полёту.

Особое место в подготовке к межзвёздному путешествию уделялось группе разведки, которой предстояло высадиться на планету Эдэм.

Костяк группы состоял из известных персонажей. Командир группы Виктор Безнер, подполковник космических сил, бывший командир аэромобильного батальона, отличившийся в недавней операции в Бразилии. Его заместитель — несравненная Нати Панч, теперь уже майор Космических сил.

Ещё в Бразилии у Виктора и Нати сложились очень тесные приятельские отношения, которые переросли в дружбу. Устойчивое мнение о том, что между мужчиной и женщиной не может быть дружбы без физической близости, на этот раз было опровергнуто платонической дружбой Нати и Виктора. Да, была симпатия, но физической близости между ними не было. Они дорожили этим, что не перешагнули незримый рубеж целомудрия их отношений. Это обстоятельство их сплотило и вывело на новый уровень отношений, где физическая близость полностью заменяется духовной связью, которая значительно сильнее любой другой связи. Руководство Союза, зная про отношения Нати и Виктора, всё же решило сохранить этот тандем для управления группой разведки космолёта.

В группу разведки вошли ещё шестнадцать рейнджеров, которых лично отбирал подполковник Безнер.

Сегодня на площадке перед ангаром, скрывавшем в своём внутреннем пространстве звездолёт, Безнер проводил смотр технических средств и вооружения группы разведки. Необузданная энергия Нати позволила собрать в интересах предстоящей экспедиции самые современные образцы техники и вооружения. Здесь стояли два вездехода-конвертона, позволявшие передвигаться по сильно пересечённой местности и при необходимости лететь на реактивной тяге. Вездеходы подверглись комплексному испытанию и были приняты на вооружение отряда «ТОРНАДО».

Виктор с Нати прошли вдоль строя рейнджеров. Вот они — первые люди, которые ступят на новую обитаемую планету. Виктору дороги были все, но особенно — первая группа из восьми рейнджеров. В них он был уверен, как в себе самом. Он знал их имена и даже значения этих имен, которые соответствовали их внутреннему содержанию: Алекс — «защитник», Андрей — «мужественный», Веньян — «добродетельный», Дорофей — «дар Божий», Леонид — «лев», Никифор — «победоносец», Симон — «послушлив», Фа — «выдающийся». Дополняя друг друга, они вместе представляли слаженный боевой организм.

Рядом с местом смотра группы разведки проходило занятие по сборке крылатых парашютов-планеров с будущими переселенцами-хэлповцами. Их набралось более тридцати человек.

Нати заметила, как за ней и Виктором наблюдает симпатичная девушка из хэлп-команды. Её взгляд уловил и Виктор, но не стал комментировать, а продолжил смотр своей группы.

Нати уже видела эту девушку и даже знала её имя — Эльза. Странное чувство в последнее время посещало её. В душе при виде Эльзы появлялось чувство некоторой подозрительности, а если точнее — лёгкой тревоги. Она об этом никому не говорила, чтобы не прослыть ревнивицей. Эльза действительно была хороша собой. За ней неотступно следовал молодой человек из команды пассажиров звездолёта. Видно было, что он влюблён в эту особу. Уловив внимание Нати, Эльза громко сказала молодому человеку:

— Ярослав, милый, возьми мой рюкзак и дай мне, пожалуйста, запасной замыкатель строп.

— У тебя замыкатель строп сломался? — с тревогой спросил Ярослав.

— Немного заедает, думаю, надо заменить, — спокойно ответила Эльза. В квантовом мозгу киборга происходил анализ ситуации. Эльза понимала, что Нати Панч обратила на неё внимание, но это внимание ничего хорошего ей не сулило. Надо было как-то до взлёта подружиться с этой женщиной, но квантовый мозг, кроме сигнала опасности, не вырабатывал ничего полезного. Было только желание ликвидировать эту зеленоглазую особу. «Надо пока держаться от неё подальше, а при удобном случае войти к ней в доверие», — подумала Эльза. Ярослав уже достал запасной замыкатель и протягивал его Эльзе.

С Ярославом всё было проще. После первого знакомства в спортзале прошло не так уж много времени, но Эльза времени не теряла. Как-то вечером она пригласила Ярослава к себе в номер и предложила выпить чай с печеньем. Ярослав расположился на диванчике, а Эльза, заварив чай, принялась расставлять чайные приборы. Печенье у неё было особенное — в муке замешан новый психотропный препарат «devil» («чертёнок»), микроскопической дозы которого хватило бы для введения в транс простого человека.

Халатик Эльзы и без того узенький и короткий практически не скрывал её длинных ног и узкую талию. Ярослав с замиранием сердца смотрел на Эльзу. Она присела на тахту напротив него, налила в чашечки чаю. Говорили о подготовке к полёту, вспоминая яркие эпизоды. Потом поговорили немного о себе. Эльза пересела на диван к Ярославу и дотронулась до его плеча, медленно положила его руку себе на колено. Халатик совсем распахнулся, оголив безупречные ноги и ярко-розовые шёлковые трусики.

Ярослав не мог вспомнить, как оказался в постели. Он был на вершине блаженства, яркими вспышками света в голове проносились моменты близости с Эльзой. От избытка чувств приятная истома разливалась по всему его телу. Сон это был или явь — он не мог понять. Но после этого события Ярослав был просто одержим Эльзой, страсть безраздельно завладела его сознанием. Теперь от одного только взгляда Эльзы у него кружилась голова, учащалось сердцебиение и внизу живота возникало приятное напряжение. Он без ума от Эльзы — биокибер это понимал, и умело этим управлял, мало-помалу превратив Ярослава в свою марионетку.

Событие 7. Известия с Марса

Ровно тридцать пять лет назад международная компания SpaceX осуществила высадку на поверхность Марса звёздного десанта. С тех пор колония «Возрождение» насчитывала около полутора тысяч человек.

Космопорт колонии был готов к приёму космических кораблей. До Великого Поворота Событий корабли прибывали с Земли и отправлялись обратно практически ежемесячно. Но с началом Событий связь с Марсом прервалась, и почти двадцать лет ни один корабль не прилетал на Красную планету. Колония уже остро ощущала нехватку продовольствия, хотя практически всё производилось на собственных барокамерных плантациях. Но уменьшался посевной фонд злаковых и племенной фонд животных. С этой проблемой боролись местные генетики-биоинженеры, но механизм вырождения и гибели на Марсе завезённых с Земли растений и животных не был побеждён. Посевные площади злаковых и овощных культур сокращались, продуктов питания становилось всё меньше и меньше. Сухие и консервированные припасы тоже были на исходе. Руководство миссии на Марсе настойчиво посылало кричащие телеграммы на Землю, в которых содержалась подробная информация о состоянии колонии, и прогнозировалась гибель колонии уже в этом году.

Совет Достоинства и Чести Союза совместно с Правительством Амеравии решил на первом этапе миссии звездолёта «Галактика» осуществить полёт на Марс для восстановления полноценной связи с колонией и пополнения запасов продовольствия и медикаментов. Для этого из хранилища Судного дня отобрали и погрузили на звездолёт семена пятидесяти видов растений, предназначенных для воспроизводства на Марсе в качестве основного источника растительных продуктов питания, из лучших ферм привезли молодняк животных мясных и молочных пород для разведения в колонии.

Руководство Амеравии настоятельно предложило взять на корабль в качестве пассажиров пятерых амеравийцев, которые останутся на Марсе. Совет Достоинства и Чести не возражал против этого предложения, заявив, однако, что все они должны будут пройти тщательное медико-биологическое обследование.

Полёт к Проксима Центавра решено было отложить до выполнения марсианской миссии, тем более что у Госсовета по поводу Марса имелась ещё одна цель. Суть её заключалась в следующем. На Марсе много лет работал завод колонии «Возрождение» по добыче руды и получению диэлектрического вещества марсий (нового химического элемента в таблице Менделеева), использовавшегося в качестве присадки для выплавки металла обшивки звездолёта. С добавлением марсия металл при определённых температурах терял электропроводность, становился диэлектриком, что было очень важно на корабле с гравитационными магнитодинамическими двигателями. На экваторе Марса в долине Арес добывали также ферромагнетик аресий (тоже новый элемент в таблице Менделеева), который был неотъемлемым компонентом гравитационного двигателя звездолёта. Госсовет предполагал привезти с Марса необходимое количество этого материала для производства целой серии звездолётов.

На днях с «Возрождения» пришла тревожная новость о разразившейся там эпидемии среди колонистов. Новый вирус разрушал тромбоциты человека, влияющие на свертываемость крови. Вирус разрушал печень, которая буквально взрывалась, не оставляя никаких шансов для заболевшего. Смертность от кровоизлияния становилась настоящим кошмаром для колонистов, и это обстоятельство сильно влияло на их психологическое состояние.

Вирусологам-колонистам удалось расшифровать структуру вируса. Она была сложной и отличалась от всех известных на Земле вирусов, у него был свой аппарат репликации, своя ДНК. Он мог жить вне организма-донора, жить самостоятельно, он был живым организмом!

Совместный консилиум врачей Союза и Амеравии принял решение о срочной разработке лекарства для борьбы с новым вирусом. Лекарство решили доставить на Марс космолётом «Галактика». Для его разработки у биоинженеров оставалось не так уж много времени. Параллельно был запущен проект синтеза биологического протеза печени, крайне необходимого для лечения больных на Марсе. Из Амеравии доставили новейший аппарат по синтезу искусственной крови. Весил он прилично, но было принято решение и его погрузить на космолёт.

Руководителем спасательной миссии назначили известного микробиолога, командира подразделения противовирусной защиты Союза полковника Юрия Сереброва. Во время Великого Поворота Событий благодаря ему удалось победить эпидемию искусственного вируса «Гюрза», поражавшего головной мозг человека, применив новейшие разработки наноботов, разрушающих вирус.

Майор Панч отвечала за всё материальное обеспечение миссии. У неё в последнее время голова кругом шла от новых вводных и количества материалов, которое надо было раздобыть дополнительно. Уже на пределе были её способности мастера сетевого управления.

Нати выдыхалась от постоянно нарастающего напряжения, связанного с возрастающим количеством задач: Хок не щадил её. Он считал, что надо предусмотреть все возможные проблемы, которые могут настигнуть экспедицию в этом сложном и необычном космическом путешествии.

В это утро Нати сидела на траве перед ангаром и курила уже третью сигарету. Она не была заядлой курильщицей, понимая всю пагубность курения, но после шестой чашки крепкого кофе и бессонной напряжённой ночи ей уже не хотелось делать какие-либо усилия по встряске своего вконец измотанного организма. Она просто курила.

— Доброе утро, сеньора Панч! — она услышала как бы издалека этот девичий голос, её мысли ещё были заняты выстраиванием логистики звёздного путешествия.

— Доброе утро, Нати, — голос приблизился, и она, наконец, обратила внимание на девушку, стоявшую в пяти шагах от неё.

— Эльза? — полуутвердительно произнесла Нати. — Здравствуйте, Эльза.

— Я проходила мимо по своим делам и увидела вас, уважаемая Нати, — мягкий вкрадчивый голос Эльзы как бы убаюкивал и без того уставшую Нати. — Я подумала, что, может быть, я вполне пригожусь вам в вашей тяжёлой работе по материальной подготовке экспедиции.

Нати ещё не успела сформулировать ответ, но Эльза без паузы продолжила:

— Ведь я квалифицированный программист, занималась логистикой у себя в Восточно-Европейском секторе, была долгое время на хозяйственной работе по снабжению города Дебрецен.

Нати смотрела на эту симпатичную польку, и на ум, уставший от повседневных забот и бессонных ночей, пришла мысль, как ей показалось, довольно здравая: «А почему бы и нет? У Эльзы действительно есть опыт — я читала в её личном деле. А моя группа захлебывается от всё новых и новых вводных Хока». Чуть помедлив, она сказала:

— Эльза, а выполнение ваших обязанностей в хэлп-команде не пострадает?

— Да что вы! Я все задачи уже выполнила, экзамены сдала успешно, можете спросить нашего руководителя Витте фон Больца.

Витте фон Больц был из древней династии рыцарского ордена тамплиеров, который защищал святыни христианства. Сам он принимал участие во время Великого Поворота Событий в боях на морских просторах Атлантики в составе экипажа корвета «Зальцбург», командиром артиллерийской установки главного калибра. Корвет был потоплен ракетой, принадлежность которой так и не установили, а он с остатками команды добрался на спасательном шлюпе до берега Франции. Затем он воевал на русском линкоре «Неустрашимый», единственном в своём роде, отбившем десятки попыток противника потопить его. Потом он получил ранение в ногу, которое не позволило ему воевать дальше, и стал преподавать в морском колледже Роттердама. По завершению Великого Поворота Событий и с началом подготовки к звёздной экспедиции он устроился в отряд «ТОРНАДО».

Нати решила позвонить ему, хотя это было против правил, но обстоятельства диктовали условия. Она включила свой служебный селюляр и набрала номер Больца, через мгновение на экране появилось его несколько удивленное лицо:

— Добрый день, уважаемый Витте фон Больц! — начала Нати. — Как вы поживаете, как идёт подготовка хэлп-команды? Знаю, что с вашей помощью они уже практически готовы к экспедиции.

— Добрый день, майор Панч! Рад вас видеть. Да, вы правы, хэлп-команда уже готова к полёту на новую обитаемую планету. Уже все члены группы сдали экзамены. Но вы, по всей видимости, звоните по другому вопросу?

— И да и нет, — Нати решила сразу перейти к делу, она понимала, что Эльза слышит их разговор, но решила не скрывать от неё этот диалог. — У вас есть в составе хэлповцев Эльза Батоцкая, она сейчас находится рядом со мной. Насколько мне известно, она хороший программист и занималась логистикой, как в целом у неё дела?

— Эльза прошла успешно все испытания и готова к выполнению задач в составе хэлповцев звездолёта, — ответил почти сразу Больц.

— Я, собственно, обратилась к вам за помощью: моей группе нужен человек, разбирающийся в программах логистики, который сможет вести учёт материальных средств и контролировать их поступление на склад, — Нати посмотрела на Эльзу, затем на экран селюляра. — Прошу вас передать на время подготовки Эльзу в моё распоряжение.

Нати понимала, что эта беседа — нарушение инструкции по субординации, ей следовало бы вначале согласовать вопрос с руководством, но время не ждало, а она считала, что так будет быстрее.

— Уважаемая Нати, — начал после небольшой паузы Витте фон Больц, — всецело хочу вам помочь, Эльза действительно опытный программист, и я уверен, что вам она поможет, но, насколько мне известно, в вашей группе высший допуск к секретным материалам, а у Эльзы только допуск первой стадии для работы с несекретными материалами.

Нати поняла, что поторопилась и теперь этот мягкий отказ Больца уже не позволит взять Эльзу в её группу, даже если она обратится к руководству.

Коротко распрощавшись с Больцем, Нати обратилась к Эльзе, как бы успокаивая ту:

— Эльза, я проработаю вопрос о вашем участии в моей группе и дам вам ответ.

— Спасибо, майор Панч, я буду ждать, — квантовый мозг Эльзы уже просчитал, что произошла осечка, и поспешность этой зеленоглазой самоуверенной дурочки не позволила ей внедриться в группу снабжения. При этом она сделала простенькое выражение лица и, улыбаясь, распрощалась с Нати.

Нати всё ещё думала, как решить вопрос по устройству Эльзы в её группу, но без допуска к секретам это было невозможно, и постепенно пришло осознание того, что можно обойтись и без Эльзы. Она вздохнула и опять сосредоточилась на нерешённых задачах. Нати и представить себе не могла, что сейчас Витте фон Больц своей несговорчивостью спас её от многих потенциальных проблем, связанных с этой миловидной «полькой».

Событие 8. Фантомы

Особое секретное оружие, основанное на других физических принципах, нежели обычное вооружение, было в распоряжении шеф-командора Хока. Речь об отряде специально подготовленных людей, обладающих способностью управлять фантомами своего сознания.

Ранним весенним утром шеф-командор Хок по просьбе Председателя Распроди представлял ему особое подразделение «Соллюкс».

Бронемобиль Председателя ровно в десять часов въехал на особо охраняемую территорию, огороженную высоким металлическим забором. В глубине зелёной рощи виднелся особняк, больше похожий на средневековый замок, нежели на современный центр новых технологий.

Распроди вышел из автомобиля со своим Помощником Лю Чином.

— Уважаемый командор, зачем вы сделали этот средневековый замок, у вас что, проблемы с архитекторами? — вместо приветствия спросил Председатель.

— Глубокоуважаемый Председатель, в архитектуре здания заложены новые технологии, позволяющие работать «Соллюксу» более эффективно, — пояснил Хок.

— Ладно, показывайте ваше детище, — ответил Председатель, не став разбираться в тонкостях технологий и влиянии высоченных портиков с крепостными башнями по периметру здания на повышение эффективности секретного подразделения.

Проведя высоких гостей через систему контроля и безопасности, Хок указал Председателю на дверь скоростного лифта. Возле лифта их ожидал мужчина средних лет в специальном форменном костюме серебристого цвета.

— Глубокоуважаемый Председатель, спецподразделение «Соллюкс» находится в режиме боевого дежурства, командир подразделения майор Стеблов.

— Здравствуйте, майор, — сказал Председатель, пожимая ему руку, — ведите нас дальше и рассказывайте о своём подразделении.

Двери лифта бесшумно открылись и сразу же захлопнулись за спинами вошедших на площадку посетителей. Хок сказал в микрофон лифта, несколько повысив голос:

— Второй подземный уровень!

Лифт начал набирать скорость, падая в глубину вертикального тоннеля. Через несколько секунд он замедлил ход и остановился, механический женский голос сообщил:

— Второй подземный уровень, вход в чистую камеру, просьба пройти поверхностную очистку и надеть защитные костюмы!

— Мы в гранитной скале на глубине сто пятьдесят метров, здесь бункер для дежурной группы операторов. Прошу следовать за мной, — Хок первым прошёл в камеру очистки, за ним последовали остальные.

Облачившись в специальные пыленепроницаемые костюмы, группа прошла в сферическое помещение.

Повсюду размещались приборы и датчики, два огромных монитора отображали оба полушария Земного шара.

В больших кожаных креслах сидели несколько человек с нейронными колпаками на голове.

Стеблов, подойдя к мониторам, продолжил:

— С давних времен люди, не осознавая свои способности, заложенные в матерью-природой, воспринимали всё происходящее вокруг как простую реальность, отражённую в их сознании. Основная масса населения и не догадывается о том потенциале, который дан человеку Господом Богом. На самом деле своим духом и сознанием можно влиять на окружающий мир. Некоторые представители рода человеческого могут соприкасаться с нематериальным миром духов, приближаясь к Божественному миру, влиять на жизнь отдельных людей, а иногда — на ход исторических событий. Это всегда воспринималось как сверхъестественная сила.

— Уважаемый майор, вы хотите сказать, что эти ваши операторы-контактеры взаимодействуют с миром духов? — спросил Помощник Председателя.

Хок, зная о том, что Лю Чин конфуцианец и не верит в мир духов, решил вставить пару слов:

— Уважаемые гости, в этом зале находятся наши специалисты в области управления особой формой мозговой активности, которую мы назвали фантомами сознания. Природа этого явления не совсем изучена, но испытана на практике и подтвердила свою эффективность в добывании необходимой информации, — и, обращаясь к Стеблову, сказал: — Продолжайте!

— Оператор с помощью усилителей мощности направляет фантомы своего сознания к интересующему нас объекту. Поиск объекта иногда занимает несколько дней, и если объект не находится в специально экранированном железобетонном бункере со свинцовой оболочкой, то мы его находим и получаем необходимую информацию.

— Вы хотите сказать, что из головы вашего оператора что-то вылетает и это что-то находит объект? — усомнился дотошный Лю Чин.

— Да, уважаемый Помощник Председателя, именно так. Вылетает фантом сознания оператора, и он находит интересующий нас объект, — ответил Стеблов.