Бесплатный фрагмент - Сестренка

Сестренка

Телеграмма от сестры, для Валентины Алексеевны оказалось полной неожиданностью. Со своей младшей они расстались лет двадцать назад и за эти годы ни разу не виделись. Их общение сводилось к скупым письмам раз в год и редким телефонным звонкам. Причиной таких отношений послужил своенравный характер Татьяны. В свои юные годы она повстречала такого же бесшабашного геолога, как и она сама, и вопреки воле родителей уехала с ним на Дальний Восток. К семейному напряжению добавились и тысячи километров разделявшие их. Она толком ничего не знала о семье сестры, да и не особо стремилась. Татьяна писала, что родила дочь, но других подробностей не было. И вот, когда они с мужем взяли многострадальную путевку на юг, пришла короткая телеграмма в стиле сестренки «Встречай 15 августа племянницу. Поезд Владивосток-Москва». Какой вагон? Как зовут племянницу? Зачем едет и на сколько? Одни вопросы. Им самим ехать надо, а тут родственница с Дальнего Востока! Что делать? Не откладывать же поездку? Муж ходит словно туча. Валентина Алексеевна сама издергалась от переживаний. Встретить двоюродную сестру, можно было бы поручить и сыну Пашке, но как он ее на вокзале найдет? Эх, Таня, Таня, голова садовая. О чем ты только думала?

Павел понимал переживания родителей и считал целесообразным не откладывать поездку на юг. По большому случаю, если они даже всей семьей поедут встречать гостью, которую никто и в глаза не видел, то это не значит, что им будет сопутствовать успех. Москва — это не провинциальный городок и здесь приезжих, что грибов в лесу. Он предложил свой план. На перрон не пойдет, а станет ближе к вокзалу, чтобы все приехавшие прошли мимо него. Она девушка примерно его возраста. Не приедет же на поезде тысяча молодых девушек? Найдет, как-нибудь. А если нет, то через радиоточку вокзала объявит. Так даже вернее. Его план одобрили. Не сказать, что родители отправились в свой вояж с легкой душой, но хотя бы с надеждой, что все пройдет, так как надо.

На Ярославском вокзале парень узнал номер перрона, на который прибудет поезд из Владивостока и занял удобное место для наблюдения. Но оно было удобным до того момента, пока не открылись двери вагонов. Когда хлынула толпа приезжих, и засуетились грузчики со своими громоздкими тележками, он понял, что его план может провалиться. Пашка внимательно всматривался в лица проходивших мимо девушек, силясь понять, не ищут ли они людей, которые должны их встречать. Представительницы женского пола с озабоченными лицами спешили в сторону вокзала.

— Всё-таки придется идти к радиоточке, — подумал Дубов.

Он повернулся, чтобы двинуться к вокзалу, когда чуть не столкнулся со светловолосой девушкой, в клетчатой рубахе и джинсах, с большой спортивной сумкой на плече.

— Извините! — попытался он обойти незнакомку. Она пристально посмотрела на него.

— Ты не меня случайно встречаешь? — прищурившись, спросила гостья столицы.

— Все может быть, — не поверил он своей удаче.

— Ты Дубов? — задала вопрос незнакомка.

— Ну, да. Паша, — представился парень и быстро поправился: «Павел Дубов».

— Надя Суворова, — протянула девушка ему руку. Пашка облегченно вздохнул, сжимая ее кисть.

— Хорошо, что так получилось, а так бы разминулись. В телеграмме не был указан вагон. А так, пойди, узнай, кого встречать? Если бы не случайность, то побежал бы в радиоточку делать объявление.

— Случайность? — хмыкнула девушка.

— С телеграммой виновата я сама. Билета не было. Пришлось у проводницы проситься. Я думала, что тетя встречать будет. Настроилась на женщину, а здесь ты! Не сразу сообразила.

— Как тут сообразишь, если мы тебя ни разу в жизни не видели? И ты нас тоже. Прошли бы мимо друг друга, и знать не знали.

— Не прошли, — уверенно сказала она.

— Зов предков подсказал бы. Родная кровь.

— Какая кровь? Ты посмотри, сколько народа вокруг? Хорошо, что так закончилось. Давай свою сумку пойдем в метро, — предложил парень.

Надежда отдала поклажу и последовала за провожатым. Москва ее поразила своей архитектурой и размахами. Суворова только и успевала крутить головой по сторонам. Пашка стал даже переживать, чтобы не потерять в толпе свою родственницу. Метро ее вообще лишило дара речи. Павлу даже стало приятно, что город на приезжую гостью произвел такое впечатление. Он, как бы, был частью этого мегаполиса. Москвич, как ни как.

— Нравится? — спросил горожанин гостью, спускаясь на эскалаторе вниз. Девушка кивнула головой.

— Великий город. Только аура у него тяжелая, — добавила она.

— Это на тебя так подземка влияет, — высказал свое мнение парень. Из-за большого количества людей он оставил все расспросы на потом. От метро им пришлось добираться и автобусом. Семейство Дубовых проживало на окраине столицы. Там, где жил Павел, был уютный внутренний двор, окруженный хрущевскими пятиэтажками. Они зашли в чистенький подъезд и поднялись на третий этаж. Дубов открыл дверь, пропуская вперед гостью.

— Прошу. Будь как дома.

Девушка прошла в зал и осмотрелась по сторонам.

— Уютно у вас. Тетя с дядей, наверное, на работе?

— Нет. Они уехали отдыхать по путевке. Раз в жизни выпала такая возможность, отдохнуть вместе. До этого, все отпуска были в разное время года, — пояснил молодой хозяин.

— Это правильно, — поддержала Надежда такое решение. — Тебя одного на хозяйстве оставили?

— А, что со мной будет? Я уже не маленький, — ответил Паша, приглашая гостью в ванную. — Можешь с дороги умыться. Полотенце я повесил. Сейчас обедать будем.

Суворова смыла с лица дорожную пыль и внимательно посмотрела на свое отражение в зеркале. Поправила прическу, и вышла к парню. Тот суетился на кухне.

— Присаживайся, — кивнул Павел на стул.

— Может тебе чем-то помочь? — предложила свои услуги девушка.

— Лучше расскажи о себе. Мы считай двоюродные брат и сестра, а ничего друг о друге не знаем. Чем родители занимаются? Надолго ты в Москву, и по каким делам? — задал сразу несколько вопросов парень.

— Живу с матерью. Отец геолог, ушел в экспедицию и не вернулся. Сказали, что его порвал медведь. В Москву приехала поступать в медицинский институт. У меня экзамены скоро. Если сдам, то переберусь в общагу. Если нет, вернусь к себе. Стеснять не буду, не беспокойся, — несколькими предложениями изложила девушка свое семейное положение, и цель прибытия в златоглавую столицу.

— Я и не хотел тебя чем-то укорить, просто спросил, — не понравился такой ответ Пашке. — А почему поступать поехала так далеко? Ближе институтов не было?

— Мать так захотела. Москва-это престижно! — с некоторой иронией ответила Надежда.

— Теперь давай ты, — попросила она.

— Отец работает в министерстве, правда не министром, — хихикнул Павел, пытаясь так же кратко рассказать о своей семье и себе. — Мать учительница. Я учусь на втором курсе политехнического института. Живем здесь, — он развел руками, показывая на комнату. — Вот, наверное, и все. А где ты живешь? — в свою очередь поинтересовался парень.

— В Приморском крае, в поселке Лучегорск. Там у нас электростанция. Впрочем, что для Москвы какой-то Лучегорск? Точка на карте. Мать на почте работает. Я школу закончила и подала документы в медицинский ВУЗ. Мать говорит, попробуй дочка поступить. Не поступишь, так хоть родственников навестишь. Не получится сюда, тогда во Владивосток поеду.

— Приехали бы вместе с матерью. Ее моя мать уже лет 20 не видела. Погостили у нас. Места хватит. Москву посмотрели. К бабушке съездили, пока она жива, — предлагал Павел.

— К бабушке, мамка очень хотела приехать. Только знаешь, где наш Лучегорск? То-то и оно! Сюда семь суток езды на поезде и обратно столько — же. Кто это выдержит? Да и денег немало стоит, — пожаловалась Надежда. — Может когда-то и решится, — вздохнула девушка, орудуя вилкой.

— Скажи, а почему именно медицинский? — не переставал интересоваться молодой человек.

— Как тебе объяснить? Хорошее это дело людям помогать. Я в травах немного разбираюсь и еще кое-что могу. Почему бы и не попробовать? Если не получиться, другую специальность найду, — не совсем аргументированно ответила гостья.

— Бабушка тоже в травах разбирается, — отметил Пашка. — Тебе бы было интересно с ней встретиться.

— И я бы хотела. Посмотрим, как у меня тут дела пойдут, — не отрицала такую возможность Суворова. Парень тут же предложил: «Будет свободное время, я тебе Москву покажу».

— Спасибо конечно. Ты бы мне с институтом помог. У меня адресок написан, а как туда добраться не знаю. Поможешь? — попросила она.

— Конечно! Какие проблемы? Может, с дороги приляжешь? Я тебе сейчас свою комнату освобожу, — засуетился парень.

— А сам- то где? — участливо поинтересовалась дальневосточница.

— В зале на диване. Ты за меня не переживай. У нас не так часто гости бывают, особенно с Дальнего Востока, — настаивал на своем Павел.

— Спасибо. У тебя девушка есть? Ты не подумай, что я лезу в твою личную жизнь. Я просто к тому, чтобы ты ее предупредил о моем визите. А то ведь, будет как в кино, ты выйдешь в булочную, а я открою дверь. Потом доказывай, сестра я тебе или не сестра, — немного переживала Надя.

— В этом плане не беспокойся, нет у меня никого.

Суворова хотела поинтересоваться почему, но посчитав это не тактичным вопросом, промолчала. После приема пищи Паша показал гостье свою комнату, в которой ей придется пожить. Надя достала из сумки конспект.

— Мне бы подготовиться немного, — заявила она.

— Конечно, — согласился парень и, покинув комнату, прикрыл за собой дверь. Он успел смотаться в магазин, посмотреть телевизор, пока сестра штудировала свои записи. Вечером дверь открылась и к нему вышла чумная от зубрежки Надя.

— Павел, мне бы утюг попросить. Платье на завтра погладить. Не в джинсах же на экзамен идти, — попросила девушка о помощи.

Пашка достал утюг и гладильную доску, и теперь сидя на диване с умилением смотрел, как Суворова уверенно выглаживает свой наряд. В доме, кроме мамы, никто этим не занимался. Ему почему-то было приятно смотреть на сосредоточенную двоюродную сестричку.

— Может, ванну примешь? Я воды наберу, — предложил Дубов. — Чего себе отказывать в удовольствии? Ты меня не стесняйся. Так как насчет ванны?

— Ты такой обходительный. Никогда не думала, что у меня где-то есть брат. Если ты так настаиваешь, то давай набирай воду, я уже заканчиваю, — не стала упираться Надежда.

Пашка приготовил не только ванну, но и полотенце, и халат матери. Не будет же Надя снова надевать штаны после водных процедур? Идею с купанием девушка одобрила. Она нежилась в теплой воде, погрузившись в нее по самую шею. Используя душистое мыло и мочалку, соскоблила с себя слой пыли и пота, который покрыл ее тело за семь суток езды в поезде. А тут еще Пашка и ужин приготовил! Они сидели на кухне пили чай, посматривая в окно на вечерние огни Москвы, и мерно вели беседу о всякой чепухе. Ее мать, так переживала, как примут Надю, близкие родственники, которых она никогда не видела. Оказалось, что приняли хорошо! Пусть она не застала тетки и ее мужа, но Пашка оказался настоящей «душкой». Их идиллию прервал звонок в дверь. Парень непонимающе заморгал. Он явно никого не ждал. Суворова оставалась на кухне, пока хозяин пошел к двери. Послышался мужской голос.

— Привет. А Петрович, где?

— Так он с матерью в отпуск уехал, — пояснил парень неизвестному гостью.

— Везет же некоторым! А тут весь отпуск на даче проишачил. Так ты сам? — интересовался назойливый мужчина.

— Ну, не совсем, — промямлил молодой хозяин квартиры.

— А, что надо-то? — хотел он знать причину визита гостя.

— Так, чемпионат по футболу идет! Ты, что не в курсе? Мы с Петровичем заядлые болельщики, — услышала девушка объяснения чужака.

— Так, он уехал! — хотел Павел завершить на этом общение с соседом.

— Ты-то остался? У меня телек сломался, а где я еще чемпионат посмотрю? Не к Борисовичу, этому алкашу идти? Вот думаю, загляну к вам на огонек? Чего ты замер? Или не рад? — не собирался уходить мужчина.

— Рад, конечно, но это все так неожиданно. У меня немного другие планы были, — извиняющимся тоном заговорил парень.

— Ты, что девушку привел? Молодец! Родители из дома, а ты не теряешься! Возьми пивко, и поставь в холодильник, — нагло распорядился незнакомец.

В прихожей звякнули бутылки и послышались грузные шаги, но не Павла. На кухню заглянул круглолицый коротыш в майке, заправленной в спортивные штаны. На вид ему было около 50 лет. Пивной животик говорил о том, что мужчина любил коротать время на диване у телевизора, не отказывая себе при этом в слабоалкогольных напитках.

— Здрасьте! — весьма придурковато поприветствовал толстячок гостью, окинув сидящую девушку оценивающим взглядом.

— Добрый вечер! — ответила Надя, ошеломленная такой бестактностью мужчины.

— Включай телек, а то пропустим матч, — распоряжался он, как у себя дома. Гость прошлепал в зал.

— А девка ничего! — отметил мужичок внешние данные Суворовой. -У тебя губа не дура! — похвалил назойливый болельщик Павла.

— Это моя двоюродная сестра с Дальнего Востока, — попытался Павел пояснить статус девушки.

— Ты пивко-то, поставь в холодильник. Я холодненькое люблю. А за девушку, я матери ничего не скажу, не переживай, — обещал гость.

Пашка забрел на кухню с двумя бутылками пива, пребывая в полной дезориентации.

— Кто это такой? — поинтересовалась Надежда.

— Наш сосед сверху. Батя с ним на рыбалку ездит. Мать его на дух не переносит, — признался парень.

— Так выгони его! — посоветовала Суворова.

— Не могу. Неудобно как-то. Что потом отец скажет? — смутился Дубов.

— Спасибо скажет, — буркнула Надя.

— Паша, что у тебя тут со звуком? — послышалось из зала.

— Начинается! — простонал парень, ставя бутылки в холодильник. Вечер, который так хорошо начинался, был испорчен.

— Ну, я, пожалуй, пойду, почитаю на ночь. Футбол, я однозначно смотреть не буду, — заявила Надежда. Дубов вздохнул, но ничего не сказал.

Надя лежала на кровати, пытаясь запомнить информацию из конспекта, но шум телевизора и комментарии соседа, касающиеся футбольного поединка, не давали ей сосредоточиться. Последнее, что запомнила Суворова, перед тем, как она сомкнула веки, так это требования толстяка принести ему вторую бутылку пива. Проснулась она от свиста закипевшего чайника. Она открыла глаза. За окном светило солнце. Надя вскочила словно ужаленная. Проспала! Посмотрела на будильник. Семь. Значит, еще не все потеряно. Когда заправляла постель, то обратила внимание, что конспект, с которым она уснула, лежал на столе, а настольная лампа была выключена. Значит, Пашка заходил к ней в комнату. Что он хотел? Глупые мысли роем промчали у нее в голове, но она быстро их прогнала. Ничего дурного Павел не сделал. Вооружившись зубной щеткой, гостья вышла в коридор. Парень готовил бутерброды к чаю.

— Доброе утро! — приветствовала она молодого хозяина.

— Как спалось на новом месте? — задал родственник вопрос. Надя задумалась.

«Стоит ему говорить, что их футбол не дал ей, как следует позаниматься? Парень тут ни при чем. Он сам заложник ситуации. Наверняка, если она выкажет свое неудовольствие, ему будет неприятно».

Пришлось ответить нейтрально.

— Без задних ног. Ванна сделала свое.

— Тогда умывайся и будем завтракать, — озвучил парень план дальнейших действий. Надя привела себя в порядок, и прибыла на кухню в полной боевой готовности.

— Хорошо выглядишь, — сделал Дубов комплимент девушке.

— Спасибо! Если бы это только помогло на сдаче экзаменов, — поблагодарила она, потянувшись к бутерброду. — Как футбол? — с сарказмом в голосе поинтересовалась Надя.

— Да ну его, этого соседа! Весь вечер испортил, — недовольно буркнул Паша.

— Сегодня снова придет? — поинтересовалась Надежда.

— Н-е-е-т! Я сказал, что занят, — замотал головой Павел.

— Придет, — подумала про себя гостья. Но сейчас не это было важным. Пашка уверенно потащил двоюродную сестричку через весь город в медицинский институт. Нашли приемную комиссию и группу, которая собралась на сдачу экзаменов. Пашке пришлось ожидать родственницу в скверике возле института. Надя, в своем ярком цветастом платье, выглядела привлекательно. Ожидание затянулось на несколько часов. И вот, девушка появилась на пороге учебного заведения.

— Ну, что? Получилось? Чего такая грустная? — поспешил ей навстречу Дубов.

— Лучше не спрашивай. Результат объявят позже. Осталось еще парочку и, можно отправляться домой, — грустно ответила собеседница.

— Все так плохо? Придирались? — сочувственно поинтересовался двоюродный брат.

— Наверное, не в этом дело. Лучегорск и Москва, как две разные планеты. Что у нас гениально, здесь в порядке вещей. Уровень не тот. Надо было все-таки ехать во Владик! — переживала Суворова.

— Тогда бы я никогда не узнал, что у меня есть двоюродная сестра. Постой минуточку! — он метнулся в сторону и вернулся с порцией мороженого в руках.

— Вот возьми. Пусть оно подсластит тебе жизнь.

Надька улыбнулась и по-дружески толкнула его в плечо.

— Издеваешься?

— Ни в коем случае! Должен же быть и в этой жизни праздник? Пусть такой маленький, как этот вафельный стаканчик, но все же праздник. Не расстраивайся, все у тебя получится! — постарался парень приободрить девушку.

— Умеешь ты утешить! Нет худа, без добра! Так любит говорить моя мать. Покажи, что ли Москву? Хоть будет, о чем дворовым рассказать, — попросила Суворова.

— А как же подготовка? — хитренько улыбнулся Павел.

— Вечером готовиться буду, — решила Надя.

Дубов с радостью принялся выполнять эту просьбу. Одно ВДНХ заняло целый день. А там было на что посмотреть. Надя для себя приняла решение, что горевать, сильно не стоит. В жизни пригодится любой опыт. Не получится сейчас, получится на следующий год. Возвращались домой уставшие, но веселые. Прошли через арочный проход и оказались в своем дворе. Дело было к вечеру и поэтому лавочки возле подъездов оккупировали всезнающие бабушки. По их негодующим репликам, и по тому, как моментально опустел двор, Надя определила, что кто-то из жильцов выпустил погулять большую собаку и без намордника. Действительно это был красавец пес, породы восточно-европейских овчарок.

— Стой, не шевелись! — прошептал Павел, прижавшись к стене дома. Собака обнюхала детскую песочницу, из которой мамы своевременно забрали детей, и сделала круг по примитивной спортивной площадке, состоящей из сваренных из труб турника и брусьев. Суворова смело зашагала по асфальту и свистнула, подзывая собаку.

— К чужому не пойдет, — заметил седовласый пожилой мужчина в деловом костюме, со старомодной шляпой на голове.

— Профессор, заберите свою собаку! — требовали на лавочке.

— Мы на вас участковому жалобу напишем! — угрожали мужчине жильцы.

— Одевайте ей намордник и ведите в парк, — выдвигали свои требования бабушки.

— На вас бы намордник одеть! Пес очень умный и никому вреда не причинит, — огрызался мужчина.

— Прямо-таки умный? Весь в хозяина! Точно профессор! — едко поддернули его.

— Как зовут? — подошла поближе Надя.

— «Малыш», — подсказал профессор.

— Малыш, Малыш ко мне! — позвала Суворова. Пес остановился, поднял голову и стремглав бросился в ее сторону. Бабы на лавке охнули. Собака остановилась в метре от Суворовой, внимательно рассматривая человека.

— Сидеть! — требовательно прикрикнула Надежда. Пес на удивление всем, выполнил команду. Надя воодушевилась таким успехом. Она присела напротив «Малыша».

— Ну, что будем знакомиться? Ты умный песик. Дай лапку, — протянула она руку в его сторону. «Малыш» и в этот раз выполнил команду. Бабушки разве, что не зааплодировали.

— «Малыш», ко мне! — приказал ревнивый хозяин.

— Девушка, наверное, занимается кинологией? — задал вопрос седовласый жилец дома.

— Нет, что вы! Просто люблю собак. У отца лайка была. Тоже, очень умная, — ответила Суворова.

— Почему была?

— Отец брал ее с собой в экспедиции. Он геолог. Из последней экспедиции не вернулся ни отец, ни лайка — дрожащим голосом добавила девушка.

— Грустная история. Здесь, я вас вижу впервые. Вы новосел? — проявил любознательность пожилой мужчина. Пашка, набравшись храбрости, оторвался от стены.

— Нет. Она ко мне в гости с Дальнего Востока приехала. Это моя двоюродная сестра, — командным голосом доложил Павел, ни сколько для профессора, сколько для совета пенсионеров дома. Нештатные осведомители местного участкового, сразу же зашушукались между собой.

— Если мне не изменяет память, то молодой человек сын Валентины Алексеевны и Николая Петровича Дубовых?

— Все правильно, — подтвердил Павел.

— Если будет оказия, можете заглянуть к старику на чашечку чая. Я в свое время посещал те далекие края, хотелось бы послушать, как там сейчас, — сделал он предложение.

— Если будет время. Я здесь ненадолго, — и не отказала и не обещала Суворова. Профессор с собакой двинулись в арку, а парочка к своему подъезду.

— Гостья в дом, а родители на курорт? — заработал женский комитет. Молодежь думала прошмыгнуть мимо бабушек, но не тут-то было. Пришлось «отстреливаться».

— Я поступать приехала. Не отменять же из-за меня путевку?

— И надолго к нам? — продолжился перекрестный допрос.

Это «к нам», звучало так, словно Надя приехала не к Дубову, а к самим бабушкам.

— Экзамены сдам, а там видно будет, — держала она отчет.

На этом вопросы бы не закончились, если бы не крики из окна четвертого этажа. Бабульки, как одна, повернули головы в ту сторону.

— Ванька, алкаш, опять скандал устроил. Все мало! Когда он уже этой водкой зальется? Снова Клавке на орехи влетит. Бедная баба, — посыпались комментарии. Пользуясь такой возможностью, что они стали не интересны для бдительных старушек, молодежь заскочила в подъезд.

— Ну, ты и сорвиголова! Такую псину не побоялась! — восхитился Паша храбростью сестренки.

— А чего ее бояться? По ней видно, что она дрессированная. Бабушки и то опасней, чем «Малыш», — пошутила Надя. Они стали подниматься по ступенькам наверх. С каждой ступенькой шум нарастал. Павел повернул ключ в замочной скважине и в это время этажом выше, хлопнула дверь и послышались быстрые шаги. Они не успели войти в квартиру, когда мимо них пробежала женщина в халате и домашних тапочках.

— Опять Борисович, нажрался и жену гоняет, — пояснил Павел, переступая порог квартиры.

— И что на него управы нет? — не понимала девушка.

— Был здесь и участковый. Помогло, но ненадолго, — пояснил Паша.

Очутившись в своих четырех стенах, все вопросы соседей отошли на второй план. Включили телевизор, а там сплошь передачи о боях в Дагестане. Сложный этот 1999 год для страны оказался. Надя села за чтение конспектов, а Пашка копался в ванной комнате. Наверное, собирался принимать душ. За окном уже изрядно потемнело. Тут звонок в дверь. Дубов чертыхнулся, недовольно отозвавшись о незваном госте, из-за которого придется выходить из ванной.

— Паша, я открою, — крикнула Надежда, отправляясь к входной двери. На лестничной площадке стоял сосед в тех же спортивных штанах и майке.

«А Пашка говорил, что не придет! Приперся, как миленький», — подумала Надя. Этот круглолицый коротышка был типичным энергетическим вампиром, и это считай, у него было написано на лбу. Почему только люди этого не замечали?

Надежда кивнула головой, мол, чего надо?

— У меня телек поломан, а сегодня передача о Дагестане будет. Вот зашел по старой памяти, — аргументировал он свой визит вежливости. И главное сунется в двери, как у себя дома. Суворова возьми и упри руку в дверную раму, перед самым его носом. Рука словно шлагбаум и, причем в положении закрыто.

— И что? — с вызовом в голосе поинтересовалась она.

— Так, посмотреть надо! Я по-соседски, со всей душой, — не хотел уходить сосед.

— Некогда нам соседей принимать, заняты мы, — отрезала Надежда.

— Чем это вы заняты? А-а, понимаю! Любовью занимаетесь? Так, впереди еще целая ночь, — попытался задеть ее за живое жилец дома.

— Послушайте дядя, какое вам дело, чем мы занимаемся? У нас здесь, что кинозал? — резко отреагировала Суворова.

— Да кто ты такая? Эй, Паша! — позвал он хозяина квартиры.

— Кто там? — донеслось из ванны.

— Ошиблись адресом, — крикнула Надя за дверь.

— Как это ошиблись? Пусти — ка меня в комнату, я сейчас Пашке все растолкую, — рвался в квартиру знакомый отца Павла.

Он попытался преодолеть барьер, но Надька цепко держала позицию.

— Я, по-моему, все ясно сказала. Не чего вам здесь делать, и забудьте дорогу в эту квартиру.

— Не много ли на себя берешь? Я Валентине все расскажу, как вы тут оргии устраивали, — начал он шантажировать девушку. Девушка скептически окинула его взглядом.

— Дурак ты, дядя! — хлопнула Надя дверью у него перед носом. Не успела она сделать шаг в сторону, как в нее зазвонили вновь. Надька недовольно засопела. У порога стоял все тот же сосед.

— Убери руку! — прошипела Суворова на мужика. Увидев недобрый взгляд незнакомки, он убрал руку от звонка.

— Позови Пашу! — потребовал сосед. Этот вампир начинал ей надоедать. Девушка прикрыла за собой дверь, выходя на площадку.

— Послушай, милейший, — зло продолжила дальневосточница.

— Мой тебе совет, не выводи меня из себя, — грозно выпалила Надежда круглолицему в лицо.

— А то, что? — не унимался любитель телепередач.

Она взяла его за край майки и, толкнула вперед, предварительно наступив ногой на тапок. Назойливый мужчина отпрянул назад и чуть не упал, оставив под стопой девушки свою обувь.

— А то, полетишь ты у меня по лестнице до первого этажа! — угрожающе произнесла Суворова, и толкнула тапочек в его сторону. Он еще что-то возмущался, но жительница Дальнего Востока его не слушала. Она развернулась и вошла в квартиру. Храбрости позвонить еще раз у соседа не хватило.

— Кто там был? — спросил Пашка, покинув ванную комнату.

— Ошиблись адресом, — спокойно ответила Надя.

— Бывает, — согласился парень, не вдаваясь в подробные расспросы. Этот вечер они смогли провести вдвоем по намеченному плану.

Утром, как обычно, кто в мед, кто в политех. Спускались вниз по ступеням, а возле подъезда собрался консилиум из женщин, спешащих на работу. Причем было четко слышно, о чем они разговаривают.

— Бабы, не поверите, сегодня утром голубь прилетел на подоконник в кухню. Я, как раз завтрак готовлю мужу. А он как забьется в стекло, словно влететь хочет и стучит клювом тук-тук! Четко два раза. Как вы думаете к чему это? — послышался вопрошающий глас одной из собеседниц.

— Весточка какая-то придёт, — рассуждали участницы беседы.

— А может гости нагрянут? — послышался еще один вариант.

— Какие гости? — буркнула хозяйка новостей о птице.

— Сын на Кавказе, сестра в Тюмени. Может, кто из родственников мужа припрется? — размышляла вслух женщина. — Этих может нелегкая принести, — не лестно она охарактеризовала представителей семейства своего супруга. Павел толкнул дверь подъезда, и они вышли на улицу. Разговор затих и все повернули головы в их сторону. Надежда, услышавшая суть беседы не смогла удержаться от комментариев.

— Голубь, это близкий человек. Скорее всего, ваш сын. Если стучал два раза, то значит послезавтра ждать гостей, — выдала порцию информации девушка. Женщина, рассказавшая о голубе, внимательно посмотрела на Надю.

— Думаешь, Ванька приедет? — переспросила она.

— Если сына Иваном зовут, то точно он, — уверенно подтвердила Суворова. Молодежь продолжила путь, а сзади послышался вопрос соседки: «А кто это такая?»

— Так, это к Дубовым дальняя родственница приехала, — пояснили женщине. Что дальше говорили, Надя уже не услышала. На автобусной остановке они расстались с Пашкой. Им надо было ехать в разные стороны. В институте снова пришлось сдавать экзамен. Причем, сдача затянулась, и возвращалась Суворова уже вечером. Час пик минул, и поэтому в транспорте людей было поменьше, чем утром. Она сидела на краю сидения, почти в проходе, и размышляла над своими шансами на поступление в высшее учебное заведение Москвы. А таковых, судя по всему у нее было маловато. Не зная почему, но блуждающий взгляд девушки сосредоточился на опрятно одетой бабульке, возле которой терся какой-то городской пижон. Может, ее внимание привлекла как раз и не бабулька, а молодой человек, который вел себя странным образом. Она и сама не могла понять, что в его поведении не так. Не понравился он Наде и все тут. Решила присмотреться, и увидела, как наглец тащит кошель из бабкиного кармана. Надька от удивления даже протерла глаза. « Не примерещилось ли? Так нет же! Все точно! Никогда в жизни не видела, как работают карманники. Разве что по телевизору слышала, а тут все перед глазами. Что делать? Закричать? Так сбросит гаденыш кошелек и ничего не докажешь. И бабку жалко. Может, этот жулик ее последнюю пенсию стащил»? Пока она решала, что предпринять, парень двинулся в ее сторону, явно собираясь сойти на следующей остановке. Все получилось как-то само собой, автобус качнуло, Надя подставила воришке ножку и он, не удержавшись на ногах, рухнул на соседнее сидение. Пассажиры заохали, а Суворова даже помогла парню занять вертикальное положение, но не из-за особой любви, а, чтобы вытащить незаметно кошелек из его кармана. Карманник возмущенно отверг помощь девицы. Еще чего не хватало! Надька-то сильно и не переживала, заветный кошель уже был у нее. Ушлый москвич протиснулся к выходу и стал копаться по карманам, чтобы убедиться в целостности трофея. Надежда иронично смотрела, как менялось выражение лица карманника. Обыскав карманы, парень устремил взор на пол автобуса. Может, выпала добыча ненароком? И тут Надежда, свою блестящую операцию завершила финальным аккордом.

— Бабушка, а это не ваш кошелек случайно выпал? — поинтересовалась она у старушки, держа в руках ценную вещь. Бабуля перепугано хлопнула себя по карманам и, не обнаружив там вожделенного предмета, обрадованно протянула руки к пропаже. На ее лице сияла блаженнейшая улыбка, будто-бы это был не простой кошелек, а дорогостоящая икона. Физиономия вора наоборот светилась яростью и негодованием. Губки сжаты, глаза прищурены. Без труда, можно было догадаться, что он желает встречи, с юркой девицей, которая посрамила его профессиональное мастерство и желательно, чтобы эта встреча произошла, на какой-то узкой тропинке. Суворова мило ему подмигнула, мол, понимаю я, чего ты хочешь, только эта встреча будет не скоро, и может повернуться не в твою пользу. Таких уродов надо сдавать в милицию. Молодой криминальный элемент на остановке соскочил со ступеньки и показал Надежде кулак. Она хмыкнула сама себе. Видали мы таких! Бабуля благодарила бдительную пассажирку и ее благодарность только вдохновляла Надю на новые подвиги. В приподнятом настроении она проскочила через арочный проем в жилом доме, и оказалась в своем дворе, условно своем, конечно. Бабулек на удивление возле подъезда не было. Надя поднялась на нужный этаж, и хотела было нажать кнопку звонка, чтобы известить Павла о своем прибытии, когда этажом выше раздалась нецензурная брань, какой-то грохот и хлопнула дверь квартиры.

— Чтоб ты ею залился идиот проклятый! — полетела тирада обидных слов из женских уст, и послышались шаги на лестнице. Не трудно было догадаться, кому эти слова были адресованы. Соседка с верхнего этажа одарила девушку холодным взглядом, и хотела было пройти мимо, когда Надя заговорила первой.

— Опять Борисович напился?

Женщина смерила ее придирчивым взглядом. Стоит ли разговаривать о своих семейных неурядицах с незнакомкой? Открытый взгляд Надежды располагал к себе. С кем тут еще можно поговорить, если пьяные выходки муженька достали всех жильцов?

— Не уймется никак. Все ему мало. Когда трезвый, то на человека похож. С ним и поговорить нормально можно, а хильнет беленькой, и нет человека! Мало того, что орет, так и руки распускает, — пожаловалась соседка.

— Закодировать не пытались? — не спешила давить на кнопку звонка Суворова.

— И кодировали и в милицию его вызывали. Грозили, просили, ничего не помогает. Жизни мне с ним нет, — в сердцах призналась женщина.

— Может, стоит развестись? Вы женщина видная, и одна не пропадете, — сделала Надя комплимент собеседнице. Такие слова пришлись соседке по вкусу. Она даже спину выровняла и поправила упавшую на лоб челку.

— Жилплощадь на нем, а эти судебные тяжбы, кому они надо? Дочка мне тоже говорит, чтобы я его бросила, а я не могу. Привыкла что ли? Страдаю, а бросить не могу, — посетовала собеседница.

Надя, не смотря на свой юный возраст, уже встречала подобные семьи в своем Лучегорске. Ей было искренне жаль эту женщину.

— А народными средствами пользовались? — снова задала она вопрос.

— По бабкам не хожу. Да и где сейчас нормальную бабку найдешь? Одни шарлатанки. Деньги возьмут, а помочь не помогут, — вздохнула собеседница.

— Чтобы нужное зелье приготовить, не обязательно быть бабкой, — заметила Суворова. Женщина теперь уже с интересом посмотрела на дальнюю родственницу Дубовых.

— Ты хочешь сказать, что разбираешься в этом? — слегка прищурив глаза, спросила жена Борисовича.

— Разбираюсь. Вот хочу в медицинский поступить. Может, как врачу эти знания пригодятся, — не стала увиливать Надя.

— Так может, ты того? И мне поможешь? — неожиданно поинтересовалась соседка сверху. — Я заплачу, ты не сомневайся, — неизвестно почему, вдруг поверила собеседница в способности девчонки.

— Могу и помочь, только не ради денег, — согласилась юная гостья из Дальнего Востока. — Мне пару дней надо, чтобы собрать нужные ингредиенты.

— Вот и договорились, — обрадовалась супруга пьяницы. — Меня кстати Клавдией Петровной зовут, — представилась собеседница. — Я живу…, она не успела договорить, как Надя прервала ее.

— Я знаю, где вы живете. Меня Надей зовут, — в свою очередь назвала свое имя и Суворова.

— Вот и хорошо Наденька, считай, договорились, — ответила Клавдия Петровна, еще не совсем поверившая в свою удачу. Эта родственница Дубовых хоть и была, считай девчонкой, но как-то располагала к себе, и жена Борисовича верила, что у девушки есть, несомненно, какой-то талант. Просто так, в Москву в медицинский институт не поступают. Надежда наконец-то нажала на кнопку звонка, а Пашка сразу открыл дверь, будто-бы знал, что она должна прийти. Рассказывать о своем договоре с Клавдией Петровной она не стала, а вот о приключениях в автобусе поведала. На следующий день, пока Павел ходил по своим делам, она прошлась по ближайшим аптекам в поисках нужных трав. Подобные зелья она уже делала, и клиенты остались довольны полученным результатом. Мать только дивилась, откуда у дочери такие знания и тяга к народной медицине, хотя сама говорила, что ее мать, то есть бабушка Надежды, слыла знаменитой травницей, если не сказать больше. У бабули был дар и скорее всего, и Надя унаследовала нечто подобное. Она никогда не рассказывала матери о своих видениях и странных снах, чтобы не пугать ее. Хватит того, что в школе ее дразнили ведьмой. Не со зла, конечно, а просто по непониманию. Ну, получилось предсказать пару событий, кому-то травами недуг излечить, так это не значит, что ведьма. Темный народ на Дальнем Востоке, суеверный. Пока Пашка не вернулся, она успела закончить с отваром и даже проветрила кухню, чтобы у парня не возникли ненужные вопросы. Нашептала нужный заговор, и поставила бутылку с антиалкогольным эликсиром в темное место, чтобы настоялся. Вечер молодежь посвятила знакомству со столицей. Гуляли допоздна, благо Наде в институт надо было явиться только послезавтра.

Утром Суворова позволила себе подольше понежиться в постели. Все делала не спеша. Удостоверившись, что ее снадобье приобрело нужную окраску, решила подняться к Клавдии Петровне. У соседей женщины, громко играла музыка. Надька даже удивилась. Вроде бы и не вечер, но кто-то явно отдыхал, наслаждаясь ритмами зарубежной эстрады. Ее клиентка была дома одна. От приглашения войти в комнату Суворова отказалась и передала эликсир из рук в руки прямо на площадке.

— Запомните, на бутылку водки чайная ложка настойки, — инструктировала она женщину.

— Может вызвать рвотный рефлекс. Это нормально. Несколько приемов алкоголя и тягу к спиртному должно снять, как рукой, — уверенно докладывала Надежда. Клавдия Петровна понимающе качала головой.

— А если увеличить дозу? Ну, чтобы сразу вопрос решить? — поинтересовалась соседка.

— Ни в коем случае! — предостерегла ее Надя. — Все должно делаться поэтапно. Организм может не выдержать такой нагрузки.

Женщина вздохнула. Сколько ж ее гад еще водки выжрет, чтобы его отворотило?

— А, что у вас за веселье? — кивнула Надя головой в сторону соседской двери, из-за которой на высоких тонах ныл магнитофон.

— А ты, что не знаешь? — сделала удивленный вид жена Борисовича.

— Так, Ванька Баконин в отпуск из армии пришел, — доложила Клавдия Петровна. Надя вспомнила рассказ женщины о голубе на подоконнике. Значит, она угадала верно, это знамение.

— Тамарке, радость, то какая! Ванька, он контрактником служит на Кавказе, а там сама знаешь, каково! — назидательно ответила собеседница.

— Знаю, — согласилась Суворова. — Я, пожалуй, пойду. Вы держите меня в курсе всех событий, — попросила она женщину.

— Ну, конечно! — обещала жена Борисовича.