Бесплатный фрагмент - От обычного до таинственного

На обложке фотографии Марии Романушко

(из нашего семейного архива)

Кратко о свободном русскоязычном трёхстишии

Это трёхстрочный верлибр, не имеющий прямого отношения к другим известным формам трёхстиший: даже к хокку (хотя именно хокку послужили начальным импульсом). Подробнее я написал об нём в книге «Три любимых жанра». Вот выдержки оттуда:

Свободное трёхстишие — это три ритмические волны, приоткрывающие душу. Это необъяснимые полустихи, напевные полуразмышления, недовысказанные полувздохи.

Два внешних свойства трёхстишия уже много значат. Это лаконичность, которая роднит его с афоризмом, а также свобода от размера и рифмы.

Создание музыкального ритма без непременной размеренности и достижение внутренней гармонии стиха без обязательной рифмовки позволяют свободнее искать выразительные образы, улавливать переклички смыслов и тонкие связи явлений, использовать одновременно рациональное и образное мышление.

Освобождение от обязательности рифмы и размера даёт дополнительный простор для создания образов. Вместе с тем гораздо тоньше становятся взаимоотношения автора с языком поэтической речи. Расширяется диапазон поэтического слуха, углубляется внимание к взаимодействию слов друг с другом.

Лаконичность трёхстишия обостряет афористическое внимание к мысли. Ей легче приобрести самостоятельное значение, легче соединяться с переживанием и с образом.

Те, кому трудно воспринимать верлибр как привычную поэтическую речь, могут отнестись к трёхстишию как к своеобразному трёхстрочному афоризму, где переход от одной строки к другой играет роль особого знака пунктуации. Однако всё-таки это стихи.

Позволю себе ещё одно размышление о том, почему свободные трёхстишия кажутся мне особенно естественными для самовыражения.

Триединство, то есть представление об уникальной соединённости трёх конкретных понятий или явлений, играет особую роль для осмысления жизни человеком. Это проявляется в самых разных областях, начиная (исторически) с религиозно-мифологических представлений, возникших многие тысячелетия назад. Ближе к нам во времени христианское представление о Троице.

Если говорить о философии, наиболее известно диалектическое понятие триады: столкновение первоначальной идеи с её противоположностью, а затем их взаимодействие друг с другом.

Что-то таинственное происходит в поэтической встрече трёх строк свободного трёхстишия — как и в живописном триптихе, в писательской трилогии, в трёхчастном музыкальном произведении… Что-то напоминающее о том, что у человека не два глаза, а три, как считают экстрасенсы, и о том, что пространство знакомой нам жизни трёхмерно.

Хотя в поэзии используются и другие трёхстрочные конструкции, но все они служат элементами большего по объёму поэтического текста. Именно трёхстишие воплощает в себе дух триады как таковой. И наверняка у каждого поэта это будет проявляться по-своему.

Буду рад тем, кто напишет мне про своё впечатление о путешествии по этому не совсем обычному жанру. Мой адрес — в конце книги.

Часть 1. Многообразная обычная жизнь

Благодарность предмету

* * *

Урчит холодильник,

как белый полярно-домашний кот,

сочиняющий таинственные сказки.

* * *

Заботливо накладываю черепашке гречневой кашки.

И всё лучше понимаю каждодневный смысл

душевного слова «питомец».

* * *

Не застревать бы в раздумьях и мечтаниях,

где приятно, мягко и тепло, —

в нежном сыпучем песочке недодуманного и недоделанного.

Земные чудеса

Творчество — чудо. Но заменить перегоревшую лампочку —

тоже чудесное таинство,

полное обаяния обыденной жизни.

* * *

Мирное ночное противоборство сна с не-сном,

когда радуешься победам каждого из них,

как разным струям контрастного душа.

* * *

Поблагодари вещь за помощь и участие в твоей жизни!

Можно молча: услышит и поймёт.

Пока это ещё наука откроет вещное сознание…

* * *

Неугомонная ребятня — эти бытовые проблемы! Не дают покоя.

Поладишь с одной, так их ещё целая орава.

И все претендуют быть главными.

* * *

Бегаешь по лабиринтам, оптимизированным чиновниками,

и вспоминаешь с умилением про советское позавчера,

когда врачи были сердечнее, а правила человечнее.

* * *

Не превращать быт в бытовщину, чтобы

было чему радоваться и что любить

вместе с теми, кому радуешься и кого любишь.

* * *

Не торопись сбрасывать с себя привязи обязанностей.

Может быть, это нити привязанности либо ремни безопасности.

От всего можно избавиться, но не всегда это на пользу.

* * *

Колыбель быта баюкает и малого, и старого — чтобы

было побольше дремоты и поменьше капризов, а то

мало ли какое озорство втемяшится в голову.

Образный камертон
дружбы с жизнью

* * *

Прислушайся — всё в тебе пульсирует в такт с жизнью.

И самому бы — пульсировать

ради той жизни, что бьётся повсюду.

* * *

Дружить с жизнью, окружающей и наполняющей…

Создавать осмысленное, а не разрушать его…

Становиться собой, готовясь к иномирью…

* * *

Каждый предмет на удивление разговорчив, если прислушаться.

Каждый человек полон открытий, если стараешься его понять.

У всякой частицы мироздания есть свой голос для внимательного.

* * *

Мозг мира соткан из нас, наделённых разумом.

Но тайна жизни шире и глубже всего выразимого.

Всего, что мы способны уразуметь.

* * *

Ткань жизни часто кажется непонятной — пока

не начинаешь чувствовать всей душой

смысл её переплетений и узоров.

* * *

Не бодриться, а быть бодрым.

Не придумывать, а думать вглубь.

Не беспокоиться о завтрашнем дне, а заботиться о нём.

* * *

Словно целый пучок жизней в одной земной —

то слитых друг с другом, то расщеплённых.

Тормошащих по-разному — или одаряющих спокойствием.

* * *

Не медлить и не спешить — золотые правила земной жизни.

Да ещё стоит уметь разбираться:

когда какое из них применять.

* * *

Как не радоваться тому, что удалось осуществить, — и

тому, от чего удалось отказаться. Но знаю:

не всё сделал, не от всего ускользнул.

* * *

Мечтая о счастье, не путай радость с удовольствиями:

они запросто заведут в уютное болото, где

много липкого кайфа, но ни радости, ни счастья.

* * *

Руководствуйся всегда тем, что живее.

И помогай становиться живее каждому, кто живёт.

Ведь впереди — вечная жизнь, а не вечная смерть.

* * *

Дружишь с жизнью не ради каких-то привилегий,

а ради взаимопонимания с ней и согласия

в непростые моменты взаимного существования.

* * *

Образ дружбы с жизнью может стать для тебя

образным камертоном всех твоих поступков.

Прислушайся: он заведомо точнее безóбразного.

* * *

О какой жизни мечтаешь? — спрашивает Судьба, —

об успешной или о полноценной?..

Обдумай ответ получше: обидно ошибиться.

Климат резвится

* * *

Метеорологи ворожат.

Но любая погода — завораживает,

что бы ни напророчили, сбылось или нет.

* * *

Климат резвится.

Как фокусник, удивляет погодными аномалиями

и прочими непростыми сюрпризами.

* * *

Дни переливаются всеми оттенками погоды и непогоды,

радуя, удручая и даже устрашая —

словно испытывая нашу преданность жизни.

* * *

Разнообразие звуков природы вдохновляет.

Утомляет куролесица искусственных шумов.

Внутренний заповедник тишины — бережёт и спасает.

* * *

Воздух милостиво преисполнен прохладой и влагой,

а мы, неблагодарные, уже скучаем

по его недавним сухим и жарким объятиям.

* * *

Зелёные друзья. Молчаливые учителя. Вольнолюбивые невольники.

Спасибо, что живёте рядом. Спасибо за дружбу, за уроки роста,

за укоренённое вольнолюбие.

* * *

Погода природна. А нам

природа и разум помогут

к ней приноровиться.

* * *

Ветрено. Повсюду. Это даже не о погоде, хотя и о ней.

Набегают облака. Нередко и тучи.

Со всеми вытекающими. Сверкающими. Громыхающими.

* * *

Погода — капризная особа.

То и дело меняет наряды и настроения,

заставляя нас терпеть и приспосабливаться.

* * *

Привет, красное облако виноградных листьев!

Привет, задумчивый черепаховый парень Макс!

Здравствуйте, полномочные послы окружающей жизни!

* * *

Для нас плачут дожди, улыбается солнце, бушуютиспытующие грозы.

Для каждого, кто умеет переживать и задумываться,

или постепенно учится этому.

* * *

Сдвинутся пласты гималаев и альп.

Земля затрепещет в предчувствии перемен.

А нам всё будет мало намёков.

Любуясь вьюнком на балконе

Голубые ворóнки вьюнка утягивают куда-то взгляд,

а выразительное многосердие листочков

придаёт бодрости в земной многосложной жизни.

* * *

Настоящая весна пробивается сквозь весеннюю зиму,

учит нас упорству подлинного среди декораций. И мы

впитываем её уроки, как почва — тающий снег.

* * *

Кокетливая погодка. Всячески привлекает внимание:

То ласками, то встрясками. И теплом, и прохладцей…

Только бы её оживлённее обсуждали.

Время не переиначишь

* * *

Время превращается в дела. Или в делишки.

Становится поступками. Или уступками.

Его не переиначишь: оно почему-то не повторяется.

* * *

Обитателю времени жизненно важны

и наследие прошлого, и веянье будущего, и вкус настоящего.

И — особенно — наполняющее их дыхание вечности.

* * *

Время высыпается через невнимание к жизни.

Когда спохватываешься, уже не сосчитать, сколько

драгоценных земных крупинок унеслось пó ветру.

* * *

Волна времени накатывает неумолимо,

Сокрушая корабли, переворачивая лодки

и уважая отважных, чутких к её порывам.

* * *

Времени не так уж мало, но не так уж и много.

Каждая его крупица драгоценна,

если проживаешь её по-настоящему.

Пронзительное
самодовольство цивилизации

* * *

В городе хватает загадочных звуков.

Но не назвать их таинственными.

Разгадаешь или не разгадаешь — тайны в них не обнаружить.

* * *

С чуждым барственным дружелюбием город сжимает меня

в жарких и душных объятиях,

скрежещущим рыком бормочет что-то невнятное.

* * *

Чего не услышишь в предутренней многоэтажной тиши…

И вздохи, и охи, и рыки, и вскрики, и ахи, и бахи…

А чего только не расслышишь в шуме дня!..

* * *

Гулко лают городские собаки —

бродячие, сторожевые или квартирные телохранители.

Свидетели частичного озверения человечества.

* * *

Стога людей в многоэтажках — мечта

столичного градоначальника, умеющего управляться

с людьми и деньгами, но не со вкусом и совестью.

* * *

Город бодрит разноголосым порыкиванием,

Исполненным равнодушия к частной жизни

и увлечённости своей общественно-коммерческой.

* * *

На городском горизонте строят очередную вавилонскую башню.

Но всё равно сверху небо, до которого им не добраться —

просто потому, что там им делать нечего.

* * *

Чем чернее ночь, тем пронзительнее её городские глаза,

глазки и глазищи, полные бесстрастного электричества.

В них ничего не прочесть, кроме самодовольства цивилизации.

* * *

Понял: это не вентиляция, а вдохновенный курлыкопровóд,

вещающий из чердачной голубиной мансарды

о предполётных новостях городской крылатой жизни.

* * *

Новостройка с бесстекольными окнами похожа на подсолнух,

в который ещё не вставили семечки с их содержимым,

хотя владелец уже бойко ведёт распродажу.

* * *

Вспыхивают огоньки восхода в окнах с видами на восток

Наши — с видом на запад — вернут их бликами заката

в завершение общей дневной эпохи.

Целительные иглы судьбы

* * *

Жара испытывает нас на растекаемость.

Но мы крепче снеговиков.

И можем не дать раствориться внутреннему жару во внешнем.

* * *

Великая эстафета жизни — не только в генах.

Ещё и в том, чтобы дети и внуки

оживляли вокруг себя тех, кто оживляем.

* * *

Из спокойной жизни — в беспокойную.

Из самоуглублённой — в испещрённую общением.

Из сочинения книг — в сочинение жизни.

Судьба

Слалом между бедами к малым и большим победам.

Учишься прямо на склоне, по ходу дела.

Стараешься успеть разобраться до финиша в тонкостях мастерства.

Иглоукалывание

Сетовать ли на острые занозы неприятностей — если

это просто целительные иглы судьбы,

метко нацеленные в особые точки душевного организма?

* * *

Не верь, что жизнь тебя обманывает: это судьба испытывает.

Выдержи испытание достойно — и

сдружишься с жизнью крепче прежнего.

Привычная норка мировосприятия

* * *

Ловкачи завораживают своими умениями так,

что кажется: видишь высшее мастерство —

неизвестно чего… неизвестно зачем…

* * *

Все мы — примеры друг для друга,

положительные или отрицательные,

понятные или не очень.

Мы

Удивительные клеточки гигантского организма —

самостоятельные и самовольные, знающие и незнающие,

счастливые, мучающиеся и мучащие.

* * *

У каждого есть своя норка мировосприятия —

настолько глубокая, насколько сумел дорыться.

Не всегда в ней уютно, но всё же привычно.

* * *

Те, кому не так уж интересно вдумываться в смыслы

свойств мироздания, разума, души и духа,

называют себя публикой и жаждут развлечений.

* * *

Трудно расставаться с теми, кого любил и любишь.

Но некоторые вовсю стараются, изменяются так,

чтобы облегчить другому такое переживание.

* * *

На несуществующей выставке подарков Судьбы

мало кого пленяют неизвестность и неприхотливость.

Люди толпятся у богатства, славы и власти.

Жалостливых немало

Сновидец избегает снов, чтобы не износились.

Мыслитель глупеет из страха перегрузить свои мысли.

Эгоист бережёт дорогую ему самость от ожирения.

* * *

Ох, уже эти самодельные нимбы! Мало кто умеет

мастерить их, носить, и ухаживать за ними, а главное —

кустарь никогда не удостоится настоящего Сияния.

* * *

Если жить интересно, где тебе понять того, кому скучно.

Или того, кто говорит «случается» о том, что происходит.

Или того, кто вяло ожидает инициатив от судьбы.

* * *

Жить в зыбком мире полуиллюзий, не споря с Истиной,

не штурмуя неведомые глубины Тайны, — сложно, однако

удобно по равновесию желаний и возможностей.

* * *

Раздражение, возмущение, негодование — три вида

внутридушевной вулканической деятельности,

сигналящих о приближении — или начале — извержения.

* * *

Бело-серый дом напротив аж разрумянился от погожей зари.

А его обитатели деловито позадёргивали шторы, чтобы

светило не мешало привычной утренней суете.

* * *

Подбирая себе подобострастных помощников,

ненароком отгораживаешься от своих ошибок:

дружный хор приближённых провозглашает их достоинствами.

Среди любимых и неуёмных

* * *

Подросшие внуки, их повзрослевшие родители.

Удивительно интересно!

Заходите, заходите…

* * *

Неужели сейчас в дверь позвонит вся семья подросших внуков…

Как же их разом расцеловать — чтобы каждый

почувствовал себя бесконечно единственным и любимым?

* * *

Встреча родни полна любопытнейших чувств:

словно едешь на машине времени

сразу в разные стороны.

* * *

Переполнен встречальными хлопотами и гамом внуков

удивлённо отдыхаю от писанины

и радуюсь этой неожиданной встряске.

* * *

Среди бурного бедлама внучки и трёх внучат

стараюсь быть не надзирателем, а участником

повседневного фестиваля самовыражений.

* * *

Рядом с удалой многодетной дочкой чувствую себя

многодетным дедом, но рядом с внуками понимаю,

что ещё не дорос до волшебного педагогического искусства.

* * *

На плотике московской однушки, весело и бурно,

под букетом-парусом сиреневых хризантем

переплываем от краткой встречи к долгому расставанию.

* * *

Вот и заканчивается мимолётная четырёхдневная жизнь

среди любимых и неуёмных детей — родителей и внуков.

Снова возвращаемся вдвоём в творческие непокои.

Несравненный дар земной жизни

* * *

Пришелица душа, мыследум разум, любвецентричное сердце…

Нераздельная разносторонность

человеческой жизни.

Миры

Внешний мир полон шумных подсказок.

Внутренний — разномастных догадок.

Горний — приходящих озарений.

* * *

Не все впечатления надолго впечатываются.

Случаются впечатления-гуляки:

появились, пофорсили — и улетели.

* * *

Выныриваю из горсти воды, которую плеснул в лицо, —

к невероятной земной обычности,

полной ласковых и грозных чудес, радости и скорби.

Говор мира

Говор мира соткан из тысяч голосков, голосов и голосищ.

Из очертаний и красок. Из осязаний, вкусов и запахов.

Из размышлений, догадок, озарений… Из жизни.

* * *

Звёздными искрами любви

одаряет человека судьба —

чтобы что-то главное понять в этом мире.

* * *

Могучий пульс Вселенной, многомиллиардный пульс человечества…

Чудесной причастностью к ним откликается

привычный пульс дарованного мне тела.

Годовой круг

Закончилось летнее блаженство?.. Возможно.

Но теперь нас осеняет щедрая осенняя грусть.

А впереди — зимние сюрпризы и чудеса весеннего возрождения.

* * *

Мир поразительно прочен, но для каждого

земная жизнь может непредсказуемо прекратиться.

Хотя это, наверное, лишь конец введения…

* * *

Невезучий оптимист знает цену промелькнувшему мимо везению.

Но понимает, что дар самой жизни несравненно дороже,

так что он всё равно в выигрыше, — и благодарно улыбается.

* * *

Водопад впечатлений может обрушиться на человека,

даже если он безвыходно сидит у себя дома —

при условии, что умеет быть человеком.

* * *

Знаете — среди фактов и выдумок веселее жить, чем

только среди фактов, хотя и они бывают фантастичны.

Увлекательное занятие: разбираться, что к чему в этом мире.

* * *

Самый верный твой спутник по жизни — одиночество.

Даже близкие и родные уходят, когда настаёт срок,

но одиночество всегда с тобой. Цени его за это.

Часть 2. Творческое раздолье

Крылатое время

* * *

Созидательный смерч. Спасительное извержение.

Шторм, насыщающий силой. Гроза, несущая радость.

Сколько непростых ликов у творчества!..

* * *

Что бы ни делал — пусть

время жизни, посвящённое этому,

будет крылатым!

* * *

Творчество способно расцветать в любую погоду —

если у тебя хватает жизнелюбия.

И если не путаешь цветения с процветанием.

* * *

Откуда композиторы добывали бы музыку,

если бы она не была заложена в жизнь,

в каждого, кто её слышит?..

* * *

Частенько замысел кажется авантюрой, но

лихо ввязываешься в это, сражаешься, побеждаешь, ликуешь — и

понимаешь, что просто делал своё дело.

* * *

Прозрачный конь солнечно-голубой масти

зовёт в седло, слегка пританцовывая

от предвкушения предстоящей скачки.

Настраиваюсь

Небо прекрасно промывает взгляд.

Слух бодрее от городского шума.

Мысль животворнее от воспоминаний и надежд.

* * *

Когда пришло вдохновение, не мешкай.

Когда оно уходит — не спеши прощаться.

Порадуйся ободряющей встрече!..

* * *

Парадоксальна способность творческого человека

тихо, по-пластунски, добираться до цели

большими решительными скачками.

* * *

Глубокие следы тех, кто шёл раньше, помогают с направлением,

но ещё и с выбором своего, целинного пути, чтобы

не застревать в чужих отметинах пройденного.

Начало новой дневной эпохи

Песня жаворонка

Взлетать — никогда не рано.

Петь — никогда не напрасно.

Пусть будет, чем встретить вечер.

* * *

Вылупился наутро из ночной скорлупы

птенцом, которому всё любопытно, —

в день, полный тайн и откровений.

* * *

Новодневный взгляд в небо — и вот:

готов жить заново,

опираясь на прожитое, которое уже не стареет.

* * *

Начало дня — само по себе подарок, если

уметь с ним обращаться,

выбравшись из мягкой клетки сна.

* * *

Каждое утро благословенно —

тем, что проснулся и можешь

наполнять открывшийся день новым смыслом.

* * *

Снова выныриваю из пучины сна к земной жизни,

где столько интересного, важного и несделанного

ждёт меня с нетерпением. Бросаюсь навстречу.

* * *

Внимательно смотрим с днём друг на друга:

он — испытующе,

я — с надеждой.

* * *

Рассвет приходит на смену ночной темноте:

светлеющий холст для веры и воображения.

Надежда для разума. Простор для деланья.

* * *

День уже шепчет что-то своё — но важное.

Стоит расслышать и понять его тихую речь,

чтобы стать достойным нашей общей жизни.

* * *

Выбравшись из засады снов и полупросыпаний,

вспоминай поскорее, чем живёшь, бодрствуя,

ради чего стоит просыпаться к утреннему обновлению.

* * *

В зеркале — взъерошенные волосы.

В голове — взбудораженные мысли.

Чувства на взводе: новый день впереди — всегда праздник!

* * *

Тихо-тихо начинаю новую дневную эпоху,

стараясь не потревожить любимую — и

не спугнуть новые мысли.

* * *

Трогательная утренняя толкотня мыслей — суматошных и

жаждущих персонального внимания,

ради которого они готовы изменяться, не изменяя смыслу.

* * *

Дар дня — начинающаяся рассветом новизна.

Она ободряет к своему, человеческому рассвету.

Очередной ненавязчивый урок земной жизни.

* * *

Бутон утра не раскрывается сам по себе:

только под горячим дыханием того, кто перед ним.

Для каждого он раскроется по-своему.

Созревание замысла

* * *

Отчаянно-прекрасный мир у нас —

прекрасный по Замыслу и отчаянный по нашей беспечности,

по нашим сумбурным чаяниям.

* * *

Смотреть вокруг любящим взглядом — значит

видеть, как всё задумано,

сквозь то, что понаделали.

* * *

Парадокс замысловат.

Он уходит за пределы земного мышления —

к Замыслу.

* * *

Лепестки мечтаний облетают, оставляя

завязь замысла — будущий плод,

которому созревать и созревать.

* * *

Всё уже сотворено, всё осуществлено — и вместе с тем

всё находится в осуществлении.

Ты, я, каждый из нас — его участник.

* * *

Всем нам непросто постигать жизнь:

кому — потому что она замысловата,

кому — потому что исполнена Замысла.

* * *

Парадоксальный груз замыслов:

тянет вверх и вверх

вопреки законам земного притяжения.

* * *

Смыслы не только окружают нас.

Мы сами состоим из них,

даже если не замечаем этого.

* * *

Творческое убежище выстелено перламутром

внутри непривлекательно грубоватой раковины

и бережёт мягкотелого для порученной работы.

* * *

Дай расцвести Замыслу о себе и помогай в этом каждому,

кто хочет того же, чтобы дружнее войти

в ожидающее всех будущее.

День сияет огоньками возможностей

* * *

Закрытый ларец дня — как его приоткрыть?

Вот он передо мной, но его словно нет,

пока не прикоснулся к нему.

* * *

Жить в спокойном напряжении дела,

умерять волнение верой,

вдохновлять веру надеждой.

* * *

Начинается новый, непрожитый день.

Жаждет осуществления.

Сияет, как новогодняя ёлка, огоньками возможностей.

* * *

Посулим друг другу успешное сотрудничество, —

скажу сегодняшнему дню, очухавшись ото сна.

Право же, нам есть чем вместе заняться изо всех сил.

* * *

Новый день — прислушайся — звучит по-новому.

Не стоит пытаться прожить его, как прежде.

Даже незаконченные дела выглядят иначе.

* * *

Если кажется, что все летние радости позади,

а впереди — лишь осенние дожди да зимние холода,

значит, просто не хватило дальнозоркости.

* * *

Чистая страница дня ждёт — или мечтает —

чтобы на ней было написано такое,

чего не вырубить топором.

* * *

Как день заканчивается погружением в сон,

так земная жизнь приходит к своему завершению

ради погружения в пробуждение к чему-то иному.

Тут-то и возникает поэзия

* * *

Когда переживание и слово поддерживают друг друга,

когда сливаются до нерасторжимости —

тут-то и возникает поэзия.

* * *

Поплавки ежедневных стихов помогают душе —

даже среди нешуточных волн, одолевающих тело, —

держаться на плаву.

Школа трёхстиший

Тонкие, ни на что не претендующие, они учат

волшебной органике речи, перекличке звучаний — и,

разумеется, переливам догадок и смыслов.

* * *

Спасительная свобода верлибра, сторонящегося

дисциплины метрик и силлабик, плена рифмовок — ради

парящих образов и перекличек словесных открытий.

* * *

Поэтическое слово способно проникать туда,

куда иногда не могут проникнуть полчища умных слов, —

в человеческую душу.

* * *