Бесплатный фрагмент - Про хомяков и Евдокима

СКАЗКА О ХОМЯКАХ И УГРЮМОМ ЕВДОКИМЕ (чАСТЬ 1)

Эта сказка непроста,

Без начала и конца,

А расскажет нам о том,

Как вдруг стал хомяк — котом!

Ну да ладно, пошутили,

Чаю с пряником вкусили

И пошли на этот раз

Слушать истинный рассказ!

На опушке, в тёмном лесе,

Куда люд не куролесит,

Проживает царь-хомяк,

Строгий внешне, сам — добряк.

Чай с утра он выпивает,

И газетку не теряет.

В курсе всех лесных событий.

Нет тут хомки деловитей.

И живёт хомяк в угоду,

И себе, и всяк народу.

Лишь взгрустнётся вечерком,

Что живёт в лесу глухом.

И что с детства сирота,

И в домишке пустота:

Ни подруги, ни жены,

На ближайшие версты.

Часто хомка горевал,

Что по жизни сплоховал.

И собрался он в поход,

Вспомнив под горою ход.

В узелок орех сложил,

На ту гору поспешил.

Обуял в дороге страх,

Что всю смелость потерял.

Что оставил он на воле

Все орехи в чистом поле,

Что придет зима могуча,

И сурова, и скрипуча,

А еды не будет впрок

Вот вам, деточки, урок!

Хомку страхи обступили,

Тёмны щупальца пустили,

Но набрался хомка сил,

На весь лес он завопил:

— Уходите, страхи, брысь!

И взвились те тотчас ввысь.

Хомка выдохнул немного

И пошёл опять дорогой.

Решил думать о хорошем,

О счастливом, о пригожем.

Не успел начать он думать,

Как услышал много шума.

На дороге перед ним

Вырос дядька-пилигрим.

— Друг сердечный, хомка милый!

Нет тебя сейчас унылей.

Не сочти за наважденье,

Прояви ты уваженье.

Пошли вместе путь-дорогой,

Буду я тебе подмогой.

Не ответил царь-хомяк,

Нутром чуял, что не так,

Не подмогой путник будет,

А скорее так заблудит.

Дядька молча идет следом,

Не стесняясь тет-а-тетом.

Ночью спать легли сурово,

Не промолвили ни слова.

Тут не выдержал хомяк,

Убежал, как друг-беляк.

Снова топает хомяк,

Как заправский холостяк.

Только утром на рассвете

Он читает в интернете,

Что знакомый пилигрим-

Местный сторож Евдоким,

Мтал известен многим тем,

Что лягушек массу съел.

И не брезгует он даже

Запивать всех простоквашей.

Выдохнул опять немного,

И пошёл свободной волей.

Тут красавицу встречает,

Хомячиху привечает.

— Здравствуй, милая подружка,

Вижу сразу — хохотушка!

Мне такая и нужна,

Чтоб общаться допоздна.

Если я тебе мил-дорог,

То хватай скорей весь творог!

И пойдем обратно вместе

С разговором али с песней!

Улыбнулась, повернулась

И лягушкой обернулась.

— Ну скажи-ка, царь хомяк,

Коли сильно не обмяк!

Как тебе я в новом цвете?

Или нужна только в карете?

— Что ты, что ты, дорогая!

Мне нужна ты прям любая!

Хоть в карете, хоть в жилете,

Хоть на старом драндулете!

Для меня ты навсегда —

Хомячиха ты моя!

Улыбнулась, поперхнулась,

И обратно обернулась.

Хомячихой снова стала,

Как была совсем сначала.

— Ладно, ладно, дорогой,

Побежим скорей домой,

Ходит в поле пилигрим,

Сей угрюмый Евдоким.

Он лягушек пожирает,

Шкурки с них потом снимает.

Ты же видел, что лягушка

Есть моя вторая тушка.

Будешь мне теперь защитой,

Сильной, смелой, башковитой.

Расскажу тебе секрет,

Как избавиться от бед.

Встретим в поле Евдокима,

Злого дядьку пилигрима,

Надо сразу хохотать,

Чтобы грозный нрав унять.

Ну а дальше во все щеки

Надо дуть, как при ожоге.

Больше дуть на пилигрима,

Вот где кроется вся сила!

Ветром в поле унесёт,

Там есть хилый звездолёт.

И мои друзья по крови,

Пусть порою непутёвы,

Привезут его в пустыню,

Превратят его в гусыню.

И не сможет больше он,

Слышать наших громкий стон.

Поразмыслил царь-хомяк,

Согласился сделать так,

Как поведала лягушка,

Новая его подружка.

Пилигрим тотчас явился,

Точно прям не запылился.

Дальше помнил, как во сне,

Оказался он на дне.

Вспыл, увидел море,

Ну а в море — тёмны горы.

Здесь оставим мы его,

Ибо тут неглубоко.

Ну а наши голубки…

Тьфу ты, это ж хомяки!

Наши мягкие друзья

Прям сейчас уже семья!

Поживают в теплой норке,

Что на солнечном пригорке!

ПРИКЛЮЧЕНИЯ ЕВДОКИМ В ПУСТЫНЕ (ЧАСТЬ 2)

Наш угрюмый Евдоким,

Тот, что старый пилигрим,

Оказался враз в пустыне,

В образе глухой гусыни.

Вот не думал, не гадал,

В сказку мощную попал.

Что в пустыне? глухота,

На все вёрсты — тишина.

Только дно морское рядом

Плещется вода каскадом.

Он оттуда, не таясь,

Выбирался, как карась.

Впрочем, что мы всё о нём?

Сказка стала вдруг о том,

Как мужик гусыней стал,

Даже, в общем, не дышал.

Ну так вот наша гусыня —

Настоящая твердыня!

Отряхнулась, встрепенулась,

Во все дали оглянулась.