Бесплатный фрагмент - Штетлы Беларуси

Предисловие

В книге дано общее понятие штетлов.  Рассказано об их особенностях,  об образе традиционной культуры и трудной судьбе евреев Беларуси,  о произведениях Алеся Сурова.

Я проживаю в Беларуси и меня весьма заинтересовала тема еврейских штетлов в моей стране. Поэтому я написала об этом данную книгу.

В этой книге написано далеко не все о штетлах в Беларуси. Но считаю, что каждый из штетлов заслуживает подробного описания. Планирую продолжить работу над темой и надеюсь, что она интересна не только мне. По ряду штетлов (Мир,  Радунь,  Шклов,  Калинковичи и др.) книги уже опубликованы.

I Беларуское еврейское местечко (штетл) и виртуальный штетл из Польши

1.1 Понятие беларуского местечка. Местечки западно- и восточно-беларуские

«Только наружу из дому выйдешь,

Сразу увидишь:

Кончился идиш, кончился идиш,

Кончился идиш.

В Чешских Градчанах, Вене и Вильно,

Минске и Польше,

Там, где звучал он прежде обильно,

Нет его больше.

Тех, кто в местечках некогда жил им».

(А. М. Городницкий)

Понятие беларуского местечка

Местечки возникли в Беларуси в 14-м столетии, они были еще не городами, но уже и не деревнями. Были меньше городов, но больше деревень.

У поляков и сегодня город называется как «място», в Украине — «мисто». Вот и получается, что местечко — что-то наподобие городка, и располагалось оно обычно рядом с имением и торговыми путями.

Местечки стали В Беларуси возникать в 14-м столетии рядом с храмами, причем как христианскими, так и иудейскими, и мусульманскими. Люд в местечках был довольно пестрым по национальному составу. В них имело место проживание и беларусов, и поляков, и евреев, и татар, и русских, и цыган. Были местечки, в которых преобладало еврейское население.

Местечки по количеству населения были меньше городов. В них проживали и мещане (торговцы и ремесленники,) и крестьяне.

Обычно в местечках не было оборонительных сооружений. И даже самые незначительные местечки уже не считались сельскими поселениями, поскольку часть их населения была занята разного рода промыслами и ремеслами.

Немного поодаль от местечек зачастую располагались в старину замки.

Местечки западно- и восточно-беларуские

Между местечками западно-беларускими и местечками восточно-беларускими была большая разница.

Если говорить о местечках западно-беларуских, то их отличало небольшое число улиц, наличие центральной площади и компактность. Их жители были по большей части ремесленниками-торговцами. На площадях было размещение самых разных культовых, административных, торговых и иных строений.

У западно-беларуских местечек здания были каменные либо кирпичные. Улицы таких местечек мостились камнем.

У восточно-беларуских местечек были одна-две вытянутые улицы. В их разных частях наблюдалось проживание ремесленников-торговцев и крестьян. Здания на них были обычно деревянными одноэтажными. Центральной площади чаще всего не было. Если и были в них культовые и административные строения, то в малом количестве. Основным зданием была синагога либо церковь, иногда костел.

В подобных местечках имело место развитие крестьянского сектора. Промышленных предприятий почти не наблюдалось.

В ВКЛ местечки были либо государственными (королевскими), либо частнособственническими, либо церковными. Главным из владельцев земель был Великий князь. Местечки государственные были его собственностью.

1.2 Возникновение еврейских местечек и их особенности. Изменение беларуских местечек Февральской и Октябрьской революциями 1917 года, военным коммунизмом и борьбой «со старым миром»

«Когда народ живет в местечке сто лет, у этого населенного пункта появляется свой характер, а у его жителей, говоря сегодняшним языком, особый менталитет, Это было особенностью нашей жизни в Восточной Европе, где каждое местечко было целым миром». (Гирш-Довид Катц)

Возникновение еврейских местечек и их особенности

У еврейского местечка, возникшего в Восточной Европе в 17-м — 18-м столетиях была как бы роль торгового посредника между деревней и городом. Это был для окрестных деревень ремесленный центр.

Население в местечках в основном состояло из членов еврейской общины. По количеству местечки были разными — и с 1000 человек, и с 20000, и даже более.

Местечко отличалось особым образом жизни, культурой, традициями, создаваемыми общиной, жившей по законам Галахи (или Закона). Были местечки, в которых располагались известные высшие религиозные иудаистские структуры (их называли иешивы).

Несмотря на стремление проживающих в местечках евреев к сохранению культурных особенностей своего мира, имело все же место проникновение в этот мир культурных нюансов рядом проживающих народов. Это, в частности отражалось на еврейском фольклоре (в еврейских поговорках и песнях много беларусизмов).

Изменение беларуских местечек Февральской и Октябрьской революциями 1917 года, военным коммунизмом и борьбой «со старым миром»

Из-за Февральской и Октябрьской революций 1917-го года, военного коммунизма, борьбы с устоями старого мира произошло существенное изменение как экономики, так и уклада жизни местечка. Местечкам с их и жителями довелось испытывать на себе все политические повороты, зигзаги и эксперименты, беды и «подарки» индустриализации и коллективизации, сталинской национальной политики.

Советской властью создавалась новая идеология, заботящаяся о том, чтобы шло построение культуры и общества социализма и коммунизма.

1.3 Приход в беларуские местечки новой культуры. Местечко как потребитель культурных ценностей евреями

Приход в беларуские местечки новой культуры

пп

Местечки благодаря революции и «советам» стали обзаводиться новой культурой. Клубы и Дома Соцкультуры организовывали литературные, посвященные творчеству разных писателей и поэтов (Ш. Алейхема, Д. Бергельсона, П. Маркиша и др.), вечера.

Театрами и драмкружками ставились пьесы писателей-идишистов. Но в культпрограммах превалировали определенные произведения. В данных культурных программах наблюдалось присутствие определенного набора произведений, показывавших тяжесть жизни евреев в царские времена и превращение их в счастливых ваятелей социализма.

Евреям, вероятно, была нужна их особенная культура (как и еврейские школы). Им нравилось, когда приезжали именно еврейские писатели и театральные труппы, люди, творившие на идише, которые принимали участие в их скромной местечковой жизни. Это давало им осознание национальной их неповторимости и уникальности.

События культурного плана в местечках Беларуси не были такими уж частыми. Кроме того, новая культура была коллективной, не принимать участие в ней было просто нереально, ведь обеспечивалось обычно приурочивание культурных вечеров к каким-то политически значимым событиям либо разъяснительным кампаниям.

Одним из проявлений культуры были чтения в избах-читальнях, и также библиотеки. Они обычно существовали при Домах Соцкультуры и клубах. Книги подбирались сообразно партийным линиям. Книги были писателей-идишистов и классиков еврейской литературы. Но присутствовала литература и на русском — книги Н. Островского, М. Горького, а также номера газет и журналов.

На идише книг было в местечках не много. В те времена даже писали, что в таких местечках как Житковичи, Наровля, Паричи и других мало литературы на идиш. Эти книги не популяризовались среди населения, новые книги не приобретались. Евреи не всегда знали хорошо письменный идиш. В общем культура на идиш с точки зрения чтения развивалась не вполне активно.

Новой культурой бросался вызов и еврейской традиционной музыке — религиозным мелодиям и идиш-фольклору. Молодежью создавались еврейские стильные ансамбли. Ими устраивались вечера вокальной идиш-классики с музыкальным сопровождением творений советско-еврейских композиторов.

Певцами, например, Сарой Фибих, давались в местечках концерты. Слушатели знакомились не только со старыми народными песнями, которые родились в царские времена, но и с новыми песнями советской направленности, написанными на стихотворения еврейских поэтов-пролетариев.

В Беларуси шла агитация за борьбу со старыми мелодиями и песнями, у которых была националистическо–клерикальная окраска, петь рекомендовалось исключительно свои советские песни, пронизанные духом большевизма, коллективизма, интернационализма.

Новая советская культура впускалась в местечки сверху, она соответствовала идеологии сталинизма. Это касалось, разумеется, культуры на идиш. Нельзя было отходить от генеральных линий, нужно было ориентироваться на воспитательные цели, демонстрируя большие преимущества новой культуры и жизни в сравнении со старой.

Местечко как потребитель культурных ценностей евреями

Местечкам уже не отводилась роль создателей культурных еврейских ценностей, они стали потребителями новой, навязанной им культуры. Молодежью, пионерами и комсомольцами а также частью взрослых людей новая культура не всегда с радостью, но все же потреблялась.

Советские песни на русском пелись, особенно еврейской молодежью. Велась борьба со стороны властей со старой песенной культурой на идише. Но она все же оставалась жить в семьях.

Конечно, советские новые песни пробирались в массы. Евреи, как и представители других национальностей, должны были праздновать советские праздники (День первомая, например), принимать участие в мероприятиях, связанных с солидарностью, с призывом в армию, с Днем молодежи и т. д. Нужно было присутствовать на митингах и торжественных собраниях, а также считаться, несомненно, со сталинским культом. Иначе не должно было быть в тоталитарном государстве.

Может ко-то из евреев и верил в светлое коммунистическое будущее. Однако все же в основном еврейское население беларуских местечек не забывало о своих традиционных еврейских праздниках, таких как Песах, Пурим, Рош Хашана, и о своем родном языке идише, и предпочитало их праздникам советским.

1.4 Изменения в беларуских местечках. Сохранение культуры на идише в местечках

Изменения в беларуских местечках

В Беларуси с 1920-х годов (с их начала) происходило закрытие хедеров, иешив, синагог. Уже 1918-м году Государственным комитетом по просвещению был издан приказ, согласно которому запрещены были занятия в еврейских хедерах. В 1921-м году имело место подтверждение данного приказа и немного позже, в этом же году в соответствии со специально изданным приказом деятельность иешив и хедеров была запрещена. Учителей хедеров в Мозыре, Полоцке и в иных местах судили.

В 1922-м году, согласно правительственному указу о закрытии хедеров, их стали беспромедлительно закрывать, а их учителей осуждать.

Многие евреи в беларуских местечках не стремились к изменению своего жизненного уклада, хотя их можно было с первого взгляда принять за законопослушных граждан. В общинах тайно производился сбор денег для того, чтобы помогать учителям иешив и хедеров, которые подпольно продолжали заниматься обучением детей несмотря на запреты властей.

В Беларуси оставались наиболее крупные иешивы. В Минске, к примеру, до 1937-го года проходила работа двух иешив на 115 человек-слушателей. Проведение работы двух иешив имело место в Витебске. Осуществлялась работа в учебных группах в таких городах как Бобруйск, Гомель, Могилев, Полоцк, Слуцк и др.

Даже у малоимущих евреев находились деньги для оказания учителям материальной помощи, разумеется, оказывалась поддержка и моральная. В некоторых из синагог в 1920–е годы кибуцами и порушимами изучались поднятые в Талмуде, в Торе проблемы, связанные с нравственностью. Простые, преданные иудаизму евреи, собирали для них средства.

Сохранение культуры на идише в местечках

Многие из молодых евреев подались в крупные города, чтобы получать образование. Но оставшиеся в местечках сохраняли многие из традиций. Еврейская молодежь, получается, разделилась.

К разделению привели не только различия во взглядах на проблему еврейского местечка, его обычаи, традиции, жизненный уклад, язык и т. д. Различий особых, кстати, в этих вопросах и не было. Главная причина различий состояла в том, что уехавшие в города молодые евреи должны были считаться с отношением госструктур, с которыми они не желали конфликтовать.

Советский режим проводил политику национального нигилизма, которая наиболее пагубно влияла именно на евреев. Тем не менее, имело место продолжение существования нелегальных хедеров, в которых обучались даже дети евреев-комсомольцев. Во многих семьях еврейская культура, традиции еврейского народа и язык идиш были любимы. Их знали, старались передавать новым поколениям. Хотя, к сожалению, число людей, которые их знали, неуклонно уменьшалось. Но некоторые эмигрировавшие люди никогда не забывали свои корни.

1.5 Гирш Довид Катц, его лекции

Основные сведения о Гирше-Довиде Катце

Уроженцем Нью-Йорка Гиршем-Довидом Катцем была возглавлена программа исследований идиша в Оксфорде (в1978-м—1997-м годах). Он был приглашен (в 1998-м—1999-м годах) как профессор Йельского университета в Вильнюс и поселился там.

В Вильнюсе в 1999-м-2010-м годах он работал в качестве профессора идиша. Продолжает проводить исследование этого языка, работает, в частности, над созданием атласа лингво-диалектологическим литвакского идиша).

Еще одна область его интересов и деятельности — проблема реагирования на попытки стран Восточной Европы изменить, подстроить под свои интересы историю Холокоста.

В перечень книг его входят: «Грамматика языка идиш», «Слова в огне: незавершенная история идиш»), «Культура евреев Литвы», «Семь королевств литваков», 3 сборника прозы на идише. Опубликование новой его книги под названием «Идиш и власть» произошло в начале 2015-го года (издательство Palgrave MacMillan).

Им издается веб-журнал www.DefendingHistory.com, его труды часто публикуются в разных международных изданиях. Личный сайт Гирша-Довида Катца на котором размещен перечень его публикаций и книг, находится по адресу: www.DovidKatz.net.

Гирш-Довид Катц имеет отношение к Беларуси и ее местечкам, так как в этих местах его корни.

Лекция Гирша-Довида Катца «Что такое «современная культура идиш»?

Cодержание лекции взято из источника в списке литературы [36]: