Бесплатный фрагмент - Страсти зверя «маминого щенка» — 3

Глава первая

Разгулялся чудный, летний, московский вечер. Его минуты плыли плавно и навевали романтикой. Ей способствовала розовая волна над горизонтом, которая чудно разлилась как река. Её волны красиво звали за собой. Ярко сияли огни большого города и со стороны увлекали красиво. Веял лёгкий ветерок. Воздух наполняли редкие пьяные крики, лай псов, мяуканье котов и кошек и гул моторов крутых болидов, которых здесь на один квадратный километр насчитывалось много в районе Рублёвки. Воздух вдобавок сотрясали клаксоны самодельного агрегата дяди Паши Николаевича Кукушонкова. Он невысокий, в меру упитанный. Ему пятьдесят девять лет. Из них тридцать девять он посвятил изучению механики, физики и астрологии. Он безрассудно промотал всё до копейки наследство богатой прабабушки Лизы Онючкиной. Она прожила больше ста лет и позволяла себе немногое. Паша же, получив богатства, часто бывал в казино, где, как правило, играл в русскую рулетку и ставил на зеро. Он себе не изменял никогда. Он азартен нереально. Из университета его выгнали год назад за длительные запои и прогулы. Его сразу лишили бакалаврского звания. Но талант не пропьёшь. У него массивная голова, а лицо грубое, бешеное и чем-то походит на мордочу молодого жирафа. Его украшают редкие, средней длины, бурые волосы, которые завсегда стоят дыбом как наэлектризованные. У него мозгов целая палата, поэтому, скорее всего, он страдает. Но в его случае горе явно не от ума. Паша любит крепко выпить и чаще всего находится в состоянии аль-денте и полного драйва. Он уже набрался с утра пораньше пенного напитка и добавлял градусов всё время в свой организм. Ему, что естественно, захотелось ветерка. Паша уселся за руль своего самодельно скоростного болида. Его агрегат «Ревнивая Джессика» сварен из стальных велосипедных рам. Все четыре высоких колёса от разных мопедов, образуют высокую подвеску. Салон вместительный. Руль стоит от трактора, а все сиденья кожаные мягкие. Паша взял их для удобства из своего гаражного офиса. У самодельного болида есть даже багажник в виде старого сундука, где лежит запасное колесо, игрушечный винчестер и много пустых стеклянных бутылок. Вся тара обычно при движении агрегата звенит красиво. У техники под капотом два двигателя и два мотора. Кулибин заимствовал их у старых мопедов и бензопил. Он всё умело разобрал, смазал и наладил на свой крутой болид. Всё просто как апельсин, как он любит говорить, когда дело завершено. Паша набрался с утра пораньше и грезил драйвом. Он живо заскочил на свой скоростной самодельный болид и крепко взялся за руль. Паша тут же завёл свой странный автомобиль, который, по сути, собирал на свалках и салотопках. Но скоростной агрегат запел свою песню ровно. Паша врубил сразу повышенную передачу. У невиданной техники двенадцать скоростей. Его болид живо понёсся по широкой дороге. Паша выглядел как психопат, который недавно сбежал из дурдома. Он округлил свои шальные глаза. Его волосы запрокинулись назад, а ветерок вдобавок на скорости ещё как освежал и холодил лицо. Паша даже затаил дыхание. Он не заметил, как сбил три дорожных знака и помял пять автомобилей, припаркованный у дороги. Он ещё прибавил скорости и просто замечтался. Глаза глупые полные адреналина округлил. Он давил на гашетку, как полный дурак. Скорость тачки лишь возрастала. Он включил двенадцатую передачу. Его болид сразу понёсся как угорелый вепрь, что прямо «Формула одни» отдыхает. На большом округлом спидометре, который стоит в салоне, стрелка закрутилась против часовой и незаметно, а стекло в оправе прямо треснуло и вылетело на осколки. Болид прямо полетел, как ракета и порой даже отрывался колёсами от дороги, а иногда на миг терял трение и сцепление. Скорость уже равнялась триста десять километров в час. Большие обороты всё время колебалась и то падали, то возрастали. Паша, поздно одумавшись, крепко вцепился в руль. Он надавил на рычаг тормоза. Но управление отказало в самый неприятный и нужный момент. Болид словно сошёл с рельсов, как поезд. Его колёса заскрипели и тут же нырнули в небольшое перепутье, где стояли помойные бачки. Болид крепко врезался в большие контейнеры, а искра тут же ударила в бачок и прогремел мощный взрыв. Большое яркое облако подлетело высоко, а яркие искры посыпались во все стороны и прямо летели как большой фонтан. Через некоторое время вновь прогремел взрыв, а затем ещё одно пышное яркое облако взлетело ввысь, где быстро растворилось. Минутную тишину вновь оборвал взрыв. Но уже не такой громкий и дикий хлопок прогремел на всю округу. Кругом на лобном месте повяло дымком, который завилял как уж в траве. Паша резко вылетел из кабины. Он миновал двадцать метров, находясь в невесомости, как гусь лапчатый. Его полёт проходил нормально. Он упал плашмя на тротуар, но тут же поднялся и чудно глянул на свой разбитый болид. Паша ободрал себе нос, но не более того. Он махнул рукой и пошёл домой, как ни в чём не бывало.

Веял тонкий ветерок. У дороги чудно сияли придорожные фонари. Путь был свободен и открыт. На широком тротуаре нарисовалась высокая тень. Её размер стал уменьшаться по мере приближения статной фигурки. На розовых роликах неслась игриво российская фигуристка в одиночном катании Анна Щербик. На ней красовался короткий топик белого цвета, а низ украшали бордовые куцые шортики, которые плотно прилегали к изящному телу. Её волосы длинные, тёмно-золотистые собранные в пучок скрывались незаметно за спиной. Лицо румяное чудное смотрело прямо и выражало лёгкость. У неё брови тонкие домиком, глаза большие цвета бурной реки, как в Амазонии, нос изящный и чуть острый, губы бантиком, а подбородок острый и гладкий прямо достояние всей страны. У неё нереально гармоничное и сексуальное тело, пылкие упругие знойные «лимончики», а ножки стройные и от ушей. На них красовались гладкие роликовые коньки. Она проводила прогулку-тренировку. Анна сейчас напоминала куклу, которая сбежала из магазинной коробки и теперь разгулялась шибко. Она на миг остановилась, чтобы чутко глянуть на странный агрегат, который пролетел по дороге с невероятной скоростью. Она в тот момент находилась в стороне и провожала волнительным взглядом и смотрела чутко, словно на летающую тарелку. Аня в тот момент напоминала неумелого котёнка, который пытался выпрыгнуть из коробки. Глаза от любопытства просто полезли на лоб. Она невольно приоткрыла свой ротик, где оголила ровные белые зубы. Анна смотрела чутко на странный, быстрый болид, которым рулил местный чудак Паша Кукушонков. Он дрожал драматично, сидя за большим рулём, а вдобавок подпрыгивал высоко на кожаной седлушке и чуть не вылетал из открытой кабины. Болид нырнул на другую улицу, где мигом затерялся. Анна сразу вздрогнула, когда услышала дикий громкий гул. Она ещё шире приоткрыла рот, а голову запрокинула. Она увидела яркое облако, которое взлетело высоко, где языки пламени танцевали красиво. Анна вдоволь оценила это фаер шоу. Она чуть помотал головой и сразу поворотила. Она глянула на искорёженный самодельный агрегат. Его хозяин шагал уже на отдалении. Анна покрутила рукой у своего виска и покатила дальше, как ни в чём не бывало. Глаза любопытные округлила и смотрела прямо. Аня легко отталкивалась сильными ногами от асфальта. Её роликовые коньки катились плавно вперёд и несли свою хозяйку быстро куда-то. Анна мигом разогналась до тридцати километров в час. Она и не думала сбавлять обороты. Она обожает скорость, как русский человек. Она тем более себя обезопасила. У неё на голове находился специальный пластиковый шлем, локотки и наколенники. У неё значилось всё в полном ажуре. Анна катила быстро и просто стремительно. Мысли путались. «Вот это я разогналась. Хиихихиии… Бонни куда-то убежал. Но это ненадолго. Он меня догонит. Он парень смышлёный. Хиихихиии… Мне нужна нарабатывать силу пятерного прыжка. Я уже могу. Я переплюну русскую ракету. Тоже мне бомба. Я буду круче. Алёна сказала мне недавно, что типа, я круче тебя Аня… Знай своё место мелкая соплячка. Я мелкая? Она себя не видела в зеркале. То же мне крутая нашлась. Я отправлю её в группу карапузов. Она нарвалась на истинную чемпионку. Алина меня чуть подтолкнула на тренировке, когда проходила на лёд. Она что о себе возомнила. Типа она тут первая и ещё глянула на меня свысока. Она типа звезда. Тоже мне вылупонка. Чья бы корова мычала. Я отправлю Алину на пенсию. Хиихихиии… Но Камила. Ещё есть Камила. Она на меня крепко нажимает в погоне за золотом. Но мы подружки. Всё же Камила сильная и смелая. Как её победить? Я просто прыгну пятерной прыжок. Я его сделаю. И Камила не сможет со мной конкурировать. Я прыгну. Я уже могу. Что-то я зазевалась? Вот не думала, что увижу что-то невероятное. Но меня удивил тот мужик на самодельной штуковине. Он пронёсся так быстро по дороге, что у меня волосинки вздрогнули, и даже волна воздушная качнула меня заметно. Прямо форму один. Он так разогнался. Вот же псих. А потом он завернул резко за здание и сразу взрыв и яркое облако пламени. А потом дым тёмной трубой повалил. И ещё взрыв. Все автомобили загудели. Прямо оркестр из сигнализаций. Такой гул пронёсся по кварталу, что стёкла зазвенели. А шум в ушах до сих пор. А ему хоть бы что. Он пошёл куда-то по делам… А я дальше покатила. Вот же он псих. Он что не будет забирать свою гонку. Как он её так собрал? У него очумелые ручки. Надо смотреть прямо. Я что-то отвлеклась. Где же Бонни? Он бежал рядом. Но немного отстал и где-то затерялся. Вот же пёс дикий. Хиихихиии… Он сам меня найдёт. Он смышлёный малыш. Я должна победить на соревнованиях. Я возьму очередной трофей. Он мой…», — подумал она. Анна дышала ровно и плавно покатила на роликах по тротуару. Её волосы чуть развеялись, а грудь пылкая округлилась. Анна веселилась. Её увлекала скорость и драйв.

Глава вторая

Небо выглядело чудно. Дали розовые, романтичные звали за собой. Повеял лёгкий ветерок. Большая далёкая улица опустела. Где-то далеко сияли автомобильные фары и забавно мелькали и переливались, а порой исчезали и вновь появлялись и посылали лучи. Местами возникали яркие баннеры, которые пестрили чудной разноцветной рекламой. Дорожные фонари сияли ярко и отражались блики в стёклах витрин, которые принадлежали то модному бутику, то ресторану-кафе, то обычному магазинчику. Анна Щербик легко и непринуждённо катила на роликах. Она дышала ровно. Глаза свои магические красивые округлила и смотрела прямо. Аня сейчас напоминала белку, которая участвовала в крутом аттракционе. Она готовилась прыгнуть высоко и драматично. Анна легко отталкивалась ногами, а ролики несли её свободно и быстро. Их душки на колёсиках сияли разноцветными огоньками, как софиты на дискотеке и чудно озаряли путь. Анна гладко прокатилась мимо автобусной остановки и тут же остановилась плавно неподалёку. Словно у неё закончился бензин. Но она странно повела глазами. Анна выпалила чудную гримасу и сейчас походила на всё ту же белку, которая вдруг решила, что ещё мало орешков в норке. Она тут же поворотила. Анна мигом развернулась и покатила обратно. Она остановилась напротив автобусной остановки. Она сразу округлила свои любопытные глаза и тонко, и мило, и очаровательно улыбнулась. Мысли путались. «Вот это да. Как он милый. Он прямо как небольшой медвежонок. Здесь щенок ползает по каменному полу и коробка перевёрнута. Здесь никого не видно. Его что бросили. Вот же дикари. Кто так поступает? Он тут совсем один и реально никого не видно. Улица опустела. Прямо тут ни души. Какой он милый… Этот щенок. Его, наверное, оторвали от мамы. Но он уже такой большой и пушистый. Он бурый и шерсть гладкая. Он похож на медвежонка. Он тут совсем один и, кажется, он пищит. Он кувырнул коробку. Скорее всего, так и было. Я же его не брошу здесь одного. Это как-то будет неправильно и даже нечестно. А может, я возьму его себе. У нас большой двор. И дома ему хватит места. Я возьму-ка его себе. Какой он милый. Он будет моим. Этот малыш. Он просто чудо. Как можно его было бросить? Вот же дикари дикие. Он тут совсем один. И он бежит сюда. Прямо ко мне. Какой мордастый малыш. Он будет верным псом. Кто он? Мальчик, наверное… Хотя не знаю… Но я беру его себе. Это глупо бросить его здесь на растерзание. Я не брошу его. Какой милый щенок. Прямо душка. Он же душка просто. Он прямо плюшевый, как мой большой медведь в спальне…», — подумала она. Аня выказала слегка сердитую гримасу, а глаза округлила и смотрела прямо на пушистого бурого малыша. Щенок небыстро двигался и на мощных когтистых лапках стоял неважно. Бурый питомец выглядел прямо как комочек шерсти. Но он уже весьма большой. Ему пара месяцев. У него массивная голова, а уши большие висячие. Глаза золотисто-бурые слегка блестели. Нос тёмно-бурый и влажный всё время дрожал, а пасть широкая, казалось, не закрывалась. Питомец и прямо походил на лесного собрата и тихо рычал как медвежонок. Он чуть косолапил. Его массивная морда совпадала на девяносто процентов с мордой лесного зверя. Он выглядел игриво и забавно и, казалось, хотел медку. Щенок тонко проурчал и заворчал. Он побежал чуть быстрее и споткнулся. Его история началась в большой квартире, где он появился на свет. Его порода что-то среднее между леонбергером, московской сторожевой и овчарки. Его мамочка отменно погуляла и родила целых пять щенков. Из них четверо ушли с молотка за символическую сумму. Их приютили добрые руки. Один щенок остался в семье Малюткиных. Папа Карл был весьма недоволен тем, что постоянно наступал в какашку и мочу на прихожем коврике. Он интеллигент и чистюлю. У него овальная голова всегда заросшая кудрявыми, чёрными, средней длины волосами. Лицо малоприятное узколобое, — глаза тёмные навыкате, нос как у буратино, а губы тонкие витые и со шрамом. Он в пятницу просто озверел. Он пришёл пьяным с небольшого кооператива, где был сейшен. Он узнал, что ему изменила любовница-пышка Валя Рыстакова. Он прямо застал её в момент полового акта. Она горячо пыхтела, отдаваясь целиком и полностью мускулистому мачо из службы доставки пиццы. Двужильный лоб дышал как паровоз. Он, надо признать, умело ублажал похотливую гламурную львицу. Карл, уже находясь дома в дурном настроении, в очередной раз наступил на какашку щенка Люлика. Ему такую забавную кличку дала дочка Мелиса. Она стройная и милая хохотушка. Карл одичал, когда запахло неприятным запахам на всю квартиру. Он в порыве горячки схватил питомца за шкворень и открыл широко окно. Но не бросил сразу пушистого малыша. Он задумался, глядя на несмышлёную морду щенка. Но он всё же бросил от отчаяния малого приятеля в открытое окно. Он сил не пожалел. Щенок полетел в невесомости, где живо закувыркался. Он широко расставил лапки, а голову прижал к телу. Его полёт проходил нормально. Глаза волнительные округлил и слегка заворчал, как обычно. Он не понимал по виду, что происходит. На его счастье, что он ничего не понимал. Он просто летел и падал стремительно вниз. Люлик угодил прямо на спину уличной бродяжки. Она как раз проходила в том месте, куда падал щенок. Он свалился на свою спасительницу. Её имя Анисья Емельяновна Каллиник. Ей уже отроду семьдесят один год. Но она выглядит бодро и уверенно. Её рост немного ниже среднего, а плечи узкие, но развитые. Голова овальная завсегда покрыта средней длины, тёмными волосами, где есть пробелы и седина. Её несколько грубое и неказистое лицо заметно претерпело изменения от уличного образа жизни. Её фейс припух и загорел. Его покрывали местами глубокие морщины. Она часто выпивает горилку собственного приготовления. Но любит покупать и в магазине разные вина и пенные напитки. Она много выпивает и мало не пьянеет. Как-то недавно в баре она осушила пять больших кружек пива. Но пошла из бара ровно и нисколько не пошатнулась. Бармен Денис Бойцов удивился крепко. Он-то парень фактурный и двужильный. Он похож на киногероя, который спасает мир и свою девушку. У него приятный фейс, как у известного боксёра. Он боксирует неплохо на любительском уровне. Он любит тоже пригубить на работе бесплатного пивка. Но с пяти кружек он как-то упал наповал. У него просто был спор с местным алкашом Веней Куропаткиным. Тот легко выпивает даже десять кружек пенного напитка, когда хорошее настроение и ему хоть бы что. В тот приятный вечер Веня оказался на высоте. Он получил приз пять тысяч рублей от Дениса. Видный парень признал поражение. Он хотел продолжить, но блеванул прямо на столик. Он сразу потерялся. Его быстро вывели из бара вышибалы. Анисья такими делами не страдает. Она знает себе цену. Хоть уже и бродяжничает десять лет, как вышла на пенсию. В молодости она выглядело весьма мило и зажигательно. У неё характер прямо боевой и волевой. Она стремилась покорить Москву. Анисья приехала в столицу из деревушки Бычково, которая расположена на окраине. Она поступила в театральный вуз. Но лишь со второй попытки. Она не доучилась. Анисья взяла академический отпуск. Она забеременела от легкомысленного режиссёра Эдика Кукина. Он слыл рослым и заметным «мачо». Его лик приятный весьма внушал доверие, а шевелюра отменная золотистая густая выглядела красиво как у знаменитого хиппи, который смачно играл на гитаре в переулках за деньги. Он всегда носил изысканную одежду. Парень был высокого мнения о себе. Он обрюхатил милашку, когда она училась на третьем курсе. Анисья купилась на все приветливые слова и недорогие подарки явного альфонса. Эдик же жаждал лишь секса. Она узнала об измене через месяц, а затем вновь повторилась измена. Как оказалось, он обычный бабник и альфонс. Эдик забавлялся со многими легкомысленными девушками. Но в итоге он нарвался на ревнивого «мачо» Демида Абрамкина, который слыл загорелым южанином. У него грубый лик, как у мафиози. Он носил тонкие тёмные усики, точно такие как у главаря из криминального мира. Его глаза с блеском пираньей чешуи пронзали насквозь. Демид сурово избил оппонента. Эдик кричал от боли. Ему крепко досталось по лицу. Нос был сломан и все губы треснули. Ему челюсть вывихнуло крепко от плотных ударов крепкого ревнивца. У него вся правая сторона лица сильно опухло. Эдик долго лечился. Он даже больше не смог влюбляться. Демид крепко ногами отбил тому переднее место. Анисья же родила дочку, которую назвала Наташей. Милашка выросла бойкой красоткой. Она легко выучила английский язык ещё в начально школе. Её заметил один богатый папик Фёдор Емелин. Он увёз видную крошку в Нью-Йорк. Она теперь живёт, как королева в своей вилле. Наташа порой пишет письма домой. Но она приезжает очень редко. Наташа уже покинула папика. Она живёт отдельно в своём доме. Она быстро разочаровалась в любвеобильном старом параноике. Он изменил ей прямо на их спальном ложе с темнокожей пышной, а заодно с легкомысленной девкой в одном лице Люси Орси. Она гулко стонала, когда Наташа застала любовников врасплох. Люси сидела на оголённом мачо и жадно скакала. Её большие «дыни» болтались эффектно, а соски острые набухшие явно твердели. Наташа тут же переехала в свою квартиру, где живёт мило. У неё большой денежный счёт в банке «Транскорпарейшен». Она не очень жалует свою маму. Ей сильно доставалось от мамочки в бедном действе. Анисья любила распускать руки и порой сильно колотила родную дочку. Наташа запомнила её удары в пах и живот. Но Анисья била любя. Она не признает обиды. Она же после долгих скитаний, всё же доучилась. Но её карьера актрисы не задалась. Её снимали в большом кино редко, а если брали то в эпизоды, которые оплачивались копейками. Она вдобавок работала в театре «Шалом». Но художественный руководитель Игнат Хренов часто срывался на милашке. Он невысокий, как шкаф. У него диковатое загорелое лицо, а глаза сильно навыкате, словно его кто-то сильно напугал в детстве. Он обладает страшным басистым голосом. Он плевался, когда кричал, и это замечали все актёры. Анисья не выдержала пытки. Она ответил грубо, что, мол, пошёл ты несчастный придурок… Я от тебя ухожу. И всем советую… Плевать мне на твой долбаный спектакль. И засунь свои копейки себе в сраку. Мне они не нужны. Проживу как-нибудь…

Игнат не оставил без ответа актрису Анисью. Он сказал своё слово, что, мол, ты мне и не нужна бездарность. Проваливай отсюда на хрен. Ты актриса погорелого театра. И ничего не можешь… Ты даже не сексуальная. И я тебя не хочу ни как актрису, ни как женщину, и даже ни как путану в спектакле. Проваливай на все четыре стороны. Я тебя не держу стерва ты бешеная… У меня таких как ты миллионы. Стоит только свистнуть… И сразу прибегут дура ты бестолковая. Я тебя увольняю без выходного пособия дура и не приходи больше… Будешь мыть полы в нашем театре. Там тебе и место. Полная ты бестолковщина и неумеха. Проваливай, я тебя не держу. Грош тебе цена и твоему таланту. У тебя его вообще не видно. Убирайся, куда хочешь… Но я тебе перекрою весь кислород. Так и знай. Ты никуда не устроишься на работу. Я об этом позабочусь. Зря ты меня кинула и обозвала. Я тебя запомнил бешеная дура… Анисья показала факью и ушла с высоко поднятой головой. У неё затем началась весёлая житуха. Она часто меняла профессии, а толком нигде не задерживалась. Анисья сменила массу предприятий и всегда уходила с большим скандалом. Она же являлась инициатором конфликтов. Она проработала максимум около трех месяц на том или ином месте, но больше не получалось. Анисья пристрастилась к выпивке и часто бывает в злачных кабаках, где часто участвует в челиндже, кто больше выпьет пива. Она, как правило, всегда побеждает. Она даже дёрнула чемпиона Мишу Бычка, а ещё Севу Ириску, Витю Кабана, Нонну Носатую и ещё многих несчастных забулдыг. Она авантюристка. Сейчас она живёт в доме родителей на окраине города. У неё есть своя точка у реки, где она установила палатку, которую нашла на солотопке. Анисья мило обустроилась в переносном домике, где часто варит щи и уху в небольшом стальном котелке. Но у неё получается не очень. Она совершенно не умеет стряпать. Но зато знает толк во всяких приговорах, заговорах и колдовстве. Она потомственная гуру таких вещей. У неё ещё прабабушка Зина умело владела такой техникой. В селе ходили слухи, что она прямо летала на метле и могла посылать воздушные волны. По мнению людей она многих так проучила, кто её невзлюбил. Анисья синья тоже кое-что умеет. Но особо не хвастается. Она начитанная и образованная и любит узнавать что-то новое. Она обожает почитать книжки. У неё в закромах и сусеках много всяких заклинаний и такой разной дикой магии.

Анисья Каллиник в тот приятный вечер, когда ей на спину упал щенок, шла своей дорогой. Она держала в руках авоську, набитую до отвала мятыми железными банками. В сумке ещё лежала бутылка кефира, французский батон и пара бананов. Она неплохо затарилась в больших контейнерах, которые находятся на знаменитой богатой Рублёвке. Она шла на автобус, чтобы поехать домой. Она резко вздрогнула, поймав на спину щенка. Питомец даже слегка её оцарапал. На ней тогда красовалась жёлтая блузка, юбка длинная акриловых тонов и белые кроссовки. Анисья сразу приласкала милого бурого щенка. Она несколько удивилась. Глаза свои округлила, а рот открыла и показала свои белые, но витые зубы. Она, задумавшись, невольно заглотила слюнку. Она взяла питомца в руки и чуть приподняла, чтобы лучше рассмотреть. Тот тонко запищал, но был весел. Он чуть задвигал лапками. Его морда душевная ей сразу понравилаь. Глаза щенка засияли. Казалось, он был рад, что оказался в добрых руках. Анисья мило улыбнулась и чутко глянула на странного питомца, который прилетел, словно с другой планеты. Но она понимала, что это такая игра и что питомец вылетел из какого-то окна и чудом не разбился в дребезги. Но она оказалась рядом с лобным местом, и теперь он был жив и весел. Щенок по виду обрёл свою «мамочку». Анисья помахала кулаком, глядя на верхние окна высотки и выказала сердитую гримасу. Он была подшофе и закричала, что, мол, я вас всех выведу на чистую воду… Кто так поступает? Вот же сволочи. Вас бы выбросить из окна. Сукины вы дети… Мы вас потом закусаем как сморчков. Слышите вы меня… Это вы козлы. А не этот щенок… Анисья ещё кричала около пяти минут, но потом горячий пар вышел. Она плотно прижала пушистого малыша к себе, как родного ребёнка и ещё раз глянула на него милую бурую мордашу. Она прямо заворожилась и улыбнулась чудно. Анисья поцеловала питомца в мокрый носик и сказала мило, что, мол, ты мой сладкий малыш… Я теперь твоя мамочка. Иди ко мне сладенький ты мой. Я тебя не брошу. Ты мой сорванец… Я тебя воспитаю. Я совсем не то, что эти придурки бешеные… Их бы так выбросить. У меня бы сил хватило. Но не буду пылить здесь. Я могу все окна выбить своим ором. Но не буду… Пошли малыш. Я тебя не брошу. Теперь я твоя мамочка. Хиихихииии… Какой ты милый? Прямо медвежонок. Я тебя не брошу. Ты будешь моим. И я тебя назову Авоська. Хиихихиии… Авоська. Авоська… Он отзывается. Хиихихиии… Авоська мой щенок. Вот это малыш какой… Он будет моим верным псом. Пойдём малыш. Тут недалеко остановка. Я тебя не брошу. Сейчас посажу тебя в коробку. Тут недалеко где-то валялась… Анисья нежно прижала питомца к груди и пошла своей дорогой. Она посадила того в небольшую коробку, которую оставила на скамейке остановки. Анисья же пошла по небольшой нужде в тень киоска, где затерялась. Её малыш Авоська не хотел сидеть в коробке. Он кувырнул свой новый «домик» легко и оказался на каменной поверхности. Он упал неловко и кувырнулся на спину. Он тонко заскулил и ретиво задёргал лапками. Он тут же нашёл точку опоры и поднялся. Его глаза немного сияли. Он чутко принюхался и сразу стал познавать мир. Он неуклюже побрёл вперёд. Но резко показал силу и пробежал живо пару метров. Он чуть, казалось, не выскочил на дорогу, где быстро промчалась красная крутая тачка-мазда шестой модели. Автомобиль моргнув яркими фарами, живо пропал из виду.

Повеял лёгкий ветерок. Дорога пустынная убегала далеко и терялась где-то там из виду. Ярко сияли придорожные фонари, которые бросали замысловатые тени на проезжую часть и придорожные площадки. Фигуристка Анна Щербик чуть пожала развитыми плечами. Глаза любопытные округлила и смотрела прямо на чудного бурого питомца. А тот забавно двигался и чуть шатался из стороны в сторону. Он слегка ворочался, как дикий медвежонок. Он уткнулся прямо в ноги фигуристки и забавно зафыркал. Щенок по виду бурно заворчал. Его глаза сияли, а шерсть гладкая забавно блестела. Авоська прямо слегка прыгнул на роликовые коньки девушки и тут же решил обойти её стороной. Он направился в сторону дороги. Щенок живо и смешно задвигал маленькими, но сильными когтистыми лапками. Он явно грезил свободой. Анна недоумевала. Она смотрела прямо на щенка и тут же склонилась. Она схватила того в руки, чтобы малыш не оказался на проезжей части. Аня плотно прихватила пушистого и прямо плюшевого малыша. А в её коллекции тут же прибыло плюшевых игрушек. Она мило улыбнулась, а глаза свои тёмно-золотистые округлила и смотрела прямо на забавную мордочку чудного зверя. Авоська игриво задёргал лапками, находясь на весу. Он заворочал красиво. Глаза бурые сияли и смотрели прямо. Он показал силу, но вырваться из рук Ани не мог по определению. Анна тут же оценила его крепкий вес, лёгкую взбалмошность и дикость.

— Ууууууууууу, — заверещал щенок.

— Кто тут у нас такой милый? Тебя что бросили малыш? — мило сказала Аня.

— Уууууууууу…

— Какой ты тяжёлый? Тебя что кормили булочками. Или мама долго тебя поила молочком. Хихихииии…

— Ввввввууууууу…

— Ты забавно ворчишь. Ты прямо похож на медвежонка. Какой ты милый.

— Ууууууууууу…, — ответил щенок.

— Хиихихииии… Какой ты забавный малыш. Хиихихиии…, — веселилась Аня.

— Уууууууууу…

— Кто тебя здесь бросил? Ты что один, — мило сказала Аня. Она чудно глянула на мордочку питомца и сразу осмотрелась, — Я никого не вижу. Ты сидел в автобусной остановке. В коробке, верно. И та перевёрнута. Значит, ты бежал из коробки. Щенок, если бы не я ты бы выбежал на дорогу. И тогда тебя могли легко превратить в лепёшку. Я тебя спасла.

— Уууууууууу…

— Хиихихиии…, — мило засмеялась Аня, — Но всё же какой ты забавный малыш. Какой ты тяжелый уже и просто душка. Ты похож на медвежонка. Прямо у меня такой дома есть. Он плюшевый. Я тебя назову. Я тебя назову…, — задумалась Аня. Она посмотрела куда-то на небо, — Как мне тебя назвать? Подскажи мне. Хиихихииии…

— Ввввввввуууууу…, — тихо заворчал щенок.

— Какой ты бурый и пушистый. Ты прямо как будто из леса вышел. Хиихихиии… Но ты щенок. Ты не медвежонок. Кажется, я тебя добавлю в свою коллекцию плюшей. Хиихихиии… Всё равно ты ничей. Хиихихиии…

— Ууууууууууу…

— Какой забавный. Ты хочешь пойти со мной малыш?

— Уууууууууу…