Бесплатный фрагмент - В слезах серебряной росы

Книга звёзд

Вселенная живёт своей древней и непостижимой космической жизнью. Галактики медленно вращаются в бескрайней тьме, скрывающей тайны рождения и гибели вселенных. Чёрная бездна хранит в себе новые звёзды и целые миры.

Звёзды рождаются из галактической пыли и раскалённого газа, медленно формируясь в безмолвных ловушках пространства. Одни миры только начинают свой путь, другие уже проживают миллиарды лет, неся на себе следы времени и космических бурь.

Звёзды вспыхивают среди чёрной бездны, озаряя бесконечность светом, а затем угасают в глубинах вечности, превращаясь в пепел и мёртвые осколки.

Созданные ими планеты разрушаются распадаясь на астероиды и метеориты, которые веками блуждают среди звёздных течений. Пылающие кометы пронзают космос, оставляя за собой сияющие хвосты.

И среди этого бесконечного движения, хаоса и разрушения существует невидимый порядок, которому подчинено всё — от маленькой частицы космической пыли до гигантских звёздных систем.

Я солнечный ветер. Летаю во вселенной, между планетами мои космические дороги. Сквозь мои крылья пролетают кометы. В моих ладонях снуют астероиды. Солнечная галактика — мой дом, мысли — бесконечность, а заветная мечта — стать хранителем вселенной.

Для меня нет преград, от меня нет спасения!

В бескрайнем космосе у меня есть друзья — космическое время и великая галактика Андромеда.

Космическое время медленно ведёт звёзды сквозь вечность, хранит рождение миров и наблюдает за угасанием древних солнц. А Андромеда сияет среди тёмной бездны, словно далёкий маяк в океане вселенной. Её свет летит миллионы лет через холодное пространство, преодолевая безмолвие космоса.

Иногда мне кажется, что я слышу дыхание галактик и вижу, как вращаются их бесконечные звёздные дороги.

Однажды галактики Млечный Путь и Андромеда сойдутся в великом космическом танце. Их столкновение не станет концом — наоборот, из сияния, пыли и звёздного огня родиться новая галактика, ещё более таинственная и прекрасная.

И даже тогда космос не остановиться. Звёзды продолжат своё вечное движение, кометы будут рассекать тьму, а вселенная сохранит свои древние тайны среди бесконечной чёрной бездны.

Во Вселенной существуют космические пираты — беспощадные охотники за редкими минералами, древними артефактами и энергией угасающих звёзд. Их корабли появляются внезапно, словно тени среди бесконечного мрака галактик. Они разоряют далёкие миры, забирают богатства планет и оставляют после себя лишь руины, холодное безмолвие и мёртвый свет погибающих цивилизаций. Их алчность не знает границ. Ради власти и силы они готовы уничтожать целые звёздные системы, превращая цветущие миры в пепел космоса. Для них не существует законов, чести или сострадания — лишь жажда добычи и страх, который они несут сквозь глубины вселенной.

Я солнечный ветер, хранитель вселенной, стою на их пути.
Моя судьба — защищать планеты, звёздные цивилизации и древние миры от надвигающейся тьмы. Пока во мне горит сила звёзд, я буду сражаться за покой вселенной. Даже если битва продлится вечность, я не позволю космическим пиратам поглотить свет галактик. Эти злодеи не дремлют. Стоит мне отвлечься хотя бы на одно космическое мгновение, как они уже вторгаются в новые миры, захватывают планеты и уничтожают всё живое на своём пути. Их флот скрывается в туманностях, среди чёрных дыр и забытых секторов космоса, куда не решаются отправляться даже самые смелые странники.

Во времена Трёх Лун, когда над Мидгард-Землёй сияли древние спутницы — Леля, Фатта и Луна, мир был иным. Ночи озарялись серебряным светом трёх небесных сестёр, а океаны пели под их таинственным притяжением.
Но однажды Солнце коснулось Мидгард-Земли своим солнечным ветром. И в тот миг изменилось всё. Небо почернело, тяжёлые тучи нависли над планетой, словно сама вселенная затаила дыхание. Солнечный свет померк, звёзды исчезли во мраке, а воздух стал неподвижным и тяжёлым. Земля дрожала ожидая своей судьбы. А затем пришло пробуждение. Мир вспыхнул невиданными красками жизни. Энергии космоса проникли в каждую каплю воды, в каждый камень и живое существо. Над древними морями засияли незнакомые сияния, в небесах открылись огненные разломы, а среди туманов появились призрачные существа — хранители новых сил и забытых тайн. Шли тысячелетия. Менялись эпохи, исчезали материки, поднимались новые царства. Менялись энергии, менялась сама Земля, но вечной оставалась жизнь — неугасимое пламя вселенной. Однажды покой Солнечной галактики был нарушен. Возник далёкий гул, похожий на раскаты грозы среди звёзд. Затем в небесах вспыхнули огни приближающихся шаттлов. Сквозь тьму космоса к Земле двигался неизвестный флот. Это были Серые Существа. Древняя раса из необъятных глубин вселенной, странники холодных миров, и охотники за энергией живых планет. Их корабли пересекали галактики, оставляя после себя лишь пепел погибших цивилизаций. Они пришли не ради мира. Они пришли за своей добычей.

Космическая вселенная — бескрайние просторы!

Звездные галактики, космоса узоры.

Звезды — чародеи создают планеты.

Сверкающему космосу, шлют они приветы.

Бескрайняя вселенная из газа и пыли

Космические звезды в пространстве сложила.

У каждой звезды, есть диска скольженье.

И в дисках мы видим, планет зарожденье.

В газовом облаке, быстрых частиц.

В звездных ловушках, звездная жизнь.

Звёзды мы видим, планеты узнаем.

Абсолют, мы душой созидаем.

На борту космических галер и боевых шаттлов звёздные разбойники пересекли безграничные просторы вселенной, неся гибель мирам и разрушая судьбы целых цивилизаций. Под покровом холодной космической тьмы их флот приблизился к таинственной галактике Андромеды — древнему миру, скрытому среди сияния далёких звёзд. Но планеты загадочной галактики встретили захватчиков мощным гравитационным излучением. Пространство искривлялось, небеса вспыхивали огненными бурями, а шаттлы пришельцев не выдерживали чудовищной силы и сгорали в раскалённых атмосферах планет. Злодеи получили сокрушительный отпор. Казалось, их коварные замыслы были уничтожены, а космическое вторжение навсегда остановлено. Однако, не сумев покорить Андромеду, пришельцы устремились к владениям Млечного Пути. Там они начали медленно распространять своё влияние, подчиняя далёкие миры и проникая в сердца космических гигантов, нарушая ход вещей. Их тени скользили среди звёзд, а страх охватывал древние цивилизации. Время стёрло многие легенды. Исчез из памяти людей священный санскрит — таинственный язык, на котором когда-то были записаны древние Веды. Но войны прошлого не прошли бесследно. Сквозь века в изломы времени продолжают проникать древние энергии, протягивая невидимые нити от древнего Мидгарда к Мидгард-Земле, к миру людей. Порой границы измерений растворяются во времени, и разные эпохи соприкасаются друг с другом в безмолвных объятиях вечности. Тогда вместе с зарождающимся рассветом приходят призраки — невидимые духи, древние наместники Земли. Они наблюдают за человечеством из тени времён, и являются людям в слезах серебряной росы.

Кровавый полдень

Я снова бродил в предрассветный час. Пробуждающийся луг манил меня колдовством трав и тонким ароматом цветов. Он был прекрасен и таинственен. В серебристой росе отражались призраки — бесплотные тени ночи. Их голоса сливались с шелестом листьев и шёпотом ветра, а первые отблески рассвета мягко колыхались над землёй.

Я видел их — и они видели меня. Сверкающие и прозрачные в голубоватом свете, призраки пронзали небосвод, уходили в землю, растворялись в воде. Они проходили сквозь меня, оставляя холодное прикосновение, и исчезали в предрассветной мгле. Призраки уходящей ночи и приближающегося дня — свободные и вездесущие энергии планеты, древние, как само время. Моё имя — Клот Авий. Я был простым рыбаком. В городе Помпеи проходила моя жизнь. Здесь я продавал свою рыбу. Люди охотно покупали её и вновь возвращались ко мне.

Богатый и многолюдный город жил шумно и ярко. Красивые скверы и просторные площади, величественный амфитеатр и мраморные колоннады радовали глаз. Арки и террасы были увиты виноградом и цветами, наполнявшими улицы сладким ароматом. На базарных площадях торговцы громкими голосами зазывали народ, предлагая ткани, масло, рыбу, пряности и вино.

В крыльях небес, горит заря! В тенях земли, магия ночи! И пересмешник до зари, Рассказывает сказки ночи!
Пылает день, колдует мгла! Танцует с сумраком заря! И дней шальная колесница. Несёт земную жизнь в века!

Земля, на которой мы жили, была щедрой и плодородной. Из глубин поднимались горячие источники, согревая почву, а виноградники и сады тянулись до самого горизонта. Над городом величественно возвышался Везувий — могучий хозяин этих земель.



Мы боялись его и одновременно поклонялись ему. Просили у горы силы, удачи и защиты. Каждый раз, отправляясь в море, я обращался к Везувию с мольбой о богатом улове. Но временами земля начинала дрожать под ногами, а из жерла вулкана вырывались огонь и густой дым. Тогда казалось, будто исполин гневается на людей. Слишком много среди нас было жестоких, коварных и лживых. Город утопал в грехах, и многие говорили, что праведный гнев горы однажды обрушится на Помпеи. С древних времён жители хранили легенду о том, что когда-то на нашу землю спустились Боги. Они прилетели с небес, и богатства природы поразили их. Пришельцы воздвигли адские машины, и сокровища земных недр бесконечным потоком устремились во врата созвездия Большой Медведицы. После них остались гигантские горы из чёрных отходов. Говорили, что небесные существа принесли с собой загадочные частицы из глубин космоса и скрыли их в земных недрах. Так появились вулканы. Так родился и наш Везувий. Его жар и влага подземных источников сделали эту землю удивительно плодородной и прекрасной. Страх перед грозным исполином был ничтожен по сравнению с красотой мира, окружавшего нас. Мы жили словно в ладонях великой колдуньи-природы — среди солнца, моря, цветов и плодородных полей. Однажды в сердцах людей поселился необъяснимый ужас. Низменные страсти вырвались наружу, и души жителей стали напоминать сам вулкан — раскалённый, бушующий и готовый взорваться. И сам Везувий изменился. Из молчаливого великана он превратился в огненный столп. Всё чаще из его глубин вырывались пламя и дым, а ночное небо окрашивалось багровым светом. В Помпеях бушевали нечеловеческие страсти. На аренах гладиаторы с деспотической жестокостью истязали друг друга, даря толпе кровавое зрелище смерти. Народ ревел от восторга, а знать утопала в роскоши и пороках. Тем временем бедняки изнывали от голода и бессилия. Озлобленность и раздражение витали в воздухе, словно невидимый яд. И над всем этим, подобно разгневанному божеству, ревел Везувий

— Ночью мне приснился сон: неподвижная водяная гладь, летающие рыбы и дрожащие отражения звёзд в чёрной воде. Из морской глубины поднялась дева-рыба. Она молча поманила меня за собой. Я шёл на её зов, не чувствуя страха, словно зачарованный. Вдруг передо мной распахнулось жерло вулкана. Огненная бездна, подобно гигантскому магниту, тянула меня к себе. Сердце сковал ужас, и я проснулся. Открыв глаза, я увидел, что стою в воде. Волны Средиземного моря подбрасывали меня, то выталкивая на берег, то снова увлекая в морскую пучину. С трудом выбравшись на сушу, я почувствовал, как мир сна и мир яви смешались в моём сознании. Я не понимал, где нахожусь и что со мной происходит. На берегу росли дикие кустарники и цветы. Я направился к ним. Ранний рассвет укрыл остров серебристой росой. И тогда среди холодных капель я увидел призраков. Они были огромны и прозрачны, словно сотканы из тумана и лунного света. Их взгляды казались всеведущими и беспощадными. Мир звуков, чувств и мыслей исчез для меня. Всё человеческое отступило, когда эти величественные и грозные существа приблизились ко мне. Они проникли в мою плоть, в мысли, в самую сущность моего бытия. Я чувствовал, как становлюсь одним из них. Это перевоплощение было мучительным и отвратительным. Я больше не принадлежал себе. Чужие мысли метались в моей голове, словно тени в буре. Кто-то настойчиво шептал мне: — Беги… беги прочь… — Беги в море, как можно дальше от этой земли. Здесь поселилось горе — чёрное, древнее горе. Его не смыть ни дождями, ни волнами. Призраки мягко и властно управляли моим телом, и я невольно верил им. Нужно было бежать. Немедленно. Но от кого и почему — я не знал. И вдруг пробуждение, словно вспышка света, проникло в моё сознание и вернуло меня к жизни.

Заискрилась волна Раскачал лодку ветер. Прибрежная пена Кружевами берег расцветит.
Рассмеются небеса Белыми облаками. Замашут деревья Зелёными ладонями.
Расцелует ночь, зарю Прохладными устами. Улыбнётся Солнце дню Над облаками.

Оказавшись на берегу моря, я вновь и вновь перебирал в памяти всё увиденное в промежуточном мире. Кто-то пытался предупредить меня, спасти от надвигающейся беды. Я понял: нужно бежать. Бежать в море. Туда, куда манила меня дева-рыба. Вернувшись в предрассветной мгле в свою хижину, я украдкой поцеловал спящих жену и детей. Затем молча собрал снасти и отправился на рыбный промысел. Солнце только поднималось над горизонтом, когда я твёрдым шагом шёл по каменной мостовой. Как и всегда, перед выходом в море я обратился к вулкану — могучему исполину, хранителю и благодетелю прекрасного острова. Я просил у него богатого улова и удачи. Слова лились из самой души, молитва звенела в утреннем воздухе. Но вместе с ней росла тревога. Я поднял взгляд на Везувий. Сегодня он казался неприступным и чужим, будто скрывал в своём каменном сердце страшную тайну. На мгновение великан стал по-настоящему ужасен. От страха я так сильно сжал снасти, что ногти впились в ладони и расцарапали пальцы. Мир словно наполнился безмолвными проклятиями. Великий вулкан стоял неподвижно и мрачно. И тогда, в первых лучах рождающегося дня, я увидел огненного дракона. Он вырвался из раскалённого жерла вулкана, охваченный пламенем. Его крылья горели среди бледных звёзд. Это был демон смерти. Я уже видел его изображение на древних папирусах в храме Солнца. В памяти всплыли слова жреца, показавшего мне таинственный свиток: — В пламя и пепел обратится земля эта.

Исполин, страж острова, пробудится и начнёт изрыгать огонь. И не будет людям спасения. Огнём и чёрным пеплом накроет он землю, раскалёнными камнями сокрушит дома, лавой затопит дороги, дымом задушит всё живое. Принесёт он гибель людям. Разбудит же его демон-птица: расклюёт очи великана, выманит на свободу, и сама сгорит в небесном пламени. Воспоминание обожгло душу. Теперь я видел собственными глазами: пророчество начало сбываться. Я бросился домой. В спешке разбудил жену и детей, умоляя их спасаться. Затем побежал к соседям, предупреждая о беде. Я кричал, убеждал, молил людей покинуть остров. Несколько семей рыбаков поверили мне. В панике они хватали детей, спешно садились в лодки и уходили в море, оставляя дома и всё нажитое позади. Мы отплыли ещё до рассвета. Море было спокойным, словно зеркало, отражавшее последние звёзды. Когда звёзды погасли и на горизонте поднялось солнце, берег уже остался далеко позади. Заброшенные сети бурлили форелью и белугой. Летучие рыбы срывались с волн и падали прямо в лодки. В золотых кружевах солнечных лучей они казались сказочными созданиями. Шум моря сливался с прохладой воды, теплом солнца и солёным дыханием Средиземного моря. Весь день мы трудились не покладая рук: вытаскивали тяжёлые сети, освобождали их от рыбы и снова опускали в воду. К одной из сетей мы прикрепили двустворчатые раковины, чтобы приманить моллюсков. И случилось невероятное — в неё попались два осьминога. Один был рубиново-красным, другой — почти прозрачным, словно созданным из стекла. Его бесцветное тело поразило нас настолько, что на короткое время мы забыли о страшном знамени, увиденном на рассвете. Но внезапно гора ожила. Везувий заревел, загрохотал, завыл раненым зверем. Из разверзшегося жерла вырвались огонь и чёрный дым. Чем яростнее ревел вулкан, тем страшнее становилось его дыхание. Исполин изрыгал пламя, словно обезумевший бог войны. Мы оцепенели от ужаса в своих маленьких лодках, доверху наполненных рыбой. Там, на острове, оставался город живых людей — беззащитный перед яростью проснувшегося чудовища. Наши сердца сковал страх. Горечь отчаяния жгла души, ведь мы ничем не могли помочь тем, кто остался на берегу. Ни спасти их, ни подарить надежду. Мы были бессильны перед гневом стихии. Рёв вулкана становился всё сильнее. Казалось, древний хранитель острова превратился в беспощадного убийцу. Тот, кто веками дарил людям плодородие, тёплые источники и цветущие сады, теперь нёс им смерть. Небо заволокло чёрными тучами дыма. Солнце исчезло за огненным саваном. Из жерла хлынула раскалённая лава, сжигая всё на своём пути. Море тоже восстало. Поднялись чудовищные волны высотой с башни. Начался шторм. Наши лодки швыряло вокруг острова, перебрасывая с одного гребня волны на другой. Казалось, само море играло с нами в жестокую игру. Мы не могли противостоять стихии. Пришлось выпустить улов обратно в море, спустить паруса и полностью отдаться власти бури. Когда очередная волна обрушивалась на нас, мы набирали полные лёгкие воздуха и из последних сил цеплялись за борта лодок, пытаясь удержаться за выступы лодки, чтобы стихия не унесла нас в открытое море. Две рыбацкие лодки опрокинули волны, и рыбаки пошли на корм рыбам. Но нас берегло проведение, и мы оставались живы. Наш цветущий и прекрасный город превратился в груду застывшей серой лавы, пепел рассеялся по округе на 10 километров.

Мы трое суток не могли приблизится к берегу. На третий день вулкан затих, море успокоилось. И мы подплыли к острову.

Крестоносцы

Грозно взирает небо на землю, а земля ещё строже смотрит на людей, когда они поднимают оружие друг против друга. Беспокойна человеческая природа. Стоило людям научиться возводить города, прокладывать дороги через леса и горы, пересекать моря на кораблях и покорять дальние земли, как они принялись делить между собой мир. Они спорили за поля и реки, за богатства и власть, за веру и право называться хозяевами земли. Во время войны страшно всем. Страшно тому, кто падает под ударом меча, и тому, кто этот меч заносит. Страшно матери, ожидающей сына, и ребёнку, который ещё не понимает, почему взрослые идут убивать друг друга. Война приходит в дома вместе с горем и оставляет после себя лишь пепел, вдовьи слёзы и заброшенные могилы. Иногда я задумывался: если бы способность двигаться получили деревья, травы и цветы, стали бы они сражаться между собой? Стремились бы захватывать чужие поля и леса? Возможно, нет. Они росли бы рядом, тянулись к солнцу и жили по законам природы. Звери убивают ради пищи и защиты потомства. Но человек часто проливает кровь во имя славы, золота, власти или собственных убеждений. Он научился превращать войну в искусство и ремесло. Кузнецы куют мечи и копья, мастера строят осадные башни и тараны, полководцы составляют планы сражений, а летописцы записывают победы и поражения. Проходят годы. Ржавеют мечи. Рассыпаются крепости. Исчезают великие государства. Умирают короли и герои. Но война продолжает жить, словно древний дух, который веками странствует по миру, переходя от одного поколения к другому. Я — Гамфри де Монтгомери, потомок старинного английского рода. Наш герб украшали серебряный лев и алый крест — символы мужества и веры. Мои предки участвовали в великих крестовых походах. Их имена сохранились в родовых хрониках, старинных песнях и легендах, которые рассказывали детям долгими зимними вечерами у камина.

Теперь пришёл мой черёд продолжить историю нашего рода. Вместе с великим королём Ричардом Львиное Сердце я отправлюсь в Третий крестовый поход. Но прежде чем поведать о собственном пути, я расскажу о человеке, чьи деяния стали частью нашей семейной легенды и заложили фундамент славы дома де Монтгомери. Я вспоминаю Перегрина де Монтгомери — знаменитого рыцаря, гордость нашей династии. Старики говорили, что судьба человека подобна дороге. Одних она ведёт через богатство, почести и победы, других испытывает голодом, лишениями и бесконечными испытаниями. Судьба Перегрина была именно такой дорогой — долгой, трудной и полной опасностей. Он родился в непростые времена. Наш род владел небольшими землями на севере Англии, однако годы неурожаев, войн и междоусобиц подорвали прежнее благополучие семьи. От былого величия остались лишь старый каменный замок на ветреном холме, потускневший герб над воротами и рассказы седых ветеранов о славных подвигах. Когда по всей Европе разнеслась весть о призыве освободить Иерусалим, Перегрин увидел в этом не только религиозный долг, но и возможность изменить судьбу своей семьи. Он продал часть владений, собрал все доступные средства, приобрёл доспехи, коня и оружие, после чего присоединился к огромному войску, направлявшемуся на Восток. Первыми выступили плохо организованные толпы крестьян и паломников под предводительством проповедника Петра Пустынника. Воодушевлённые верой, но не обладавшие ни военной подготовкой, ни дисциплиной, они были почти полностью уничтожены сельджуками в Малой Азии ещё до прибытия основных сил. Затем двинулись армии великих европейских феодалов. Среди их предводителей были Готфрид Бульонский, Боэмунд Тарентский и Раймунд IV Тулузский. Их путь пролегал через Малую Азию, где крестоносцы одержали важные победы при Никее и Дорилее. Особенно тяжёлой стала осада Антиохии. Город долго сопротивлялся, и лишь благодаря предательству одного из стражников, крестоносцы покорили город. Однако после захвата города сами победители оказались осаждены и едва не погибли. Лишь невероятная стойкость и вера позволили им продолжить поход. В этом великом предприятии собрались самые разные люди. Рядом шагали короли и крестьяне, могущественные лорды и бедные ремесленники, монахи и закалённые воины. Одни стремились освободить святыни христианства, другие надеялись искупить свои грехи, третьи искали славу, богатство или новые земли. Были и те, кто просто хотел увидеть мир, лежавший далеко за пределами родных деревень. Но действительность быстро разрушала романтические мечты. Долгие переходы, болезни, голод и постоянная опасность заставляли людей смотреть на войну иначе. Многие начали понимать, что величие похода измеряется не только победами на поле боя. В самые тяжёлые дни к лагерю пришёл старец. Его слова оказались неожиданными:

— Путь к Богу лежит не через возвращение камней и стен, а через служение людям. Эти слова запомнились многим. Люди стали чаще помогать раненым, делиться водой и пищей, поддерживать друг друга молитвой и добрым словом. Однажды к лагерю подошли мусульманские мирные жители. Они пришли без оружия и принесли хлеб. Между людьми завязался простой разговор. На короткий миг исчезла граница между врагами. Кто-то произнёс: — Мы тоже люди. Война не прекратилась, но этот случай заставил многих задуматься о цене ненависти и о том, насколько похожи между собой люди по обе стороны фронта. Летом 1099 года крестоносцы подошли к Иерусалиму. Городские стены возвышались над раскалёнными холмами Палестины, словно последнее испытание на пути паломников и воинов. Во время осады произошло событие, которое многие сочли знамением. Один монах рассказал, что ему во сне явился покойный епископ Адемар де Монтей — духовный лидер похода. По словам монаха, епископ предсказал скорую победу и повелел совершить крестный ход вокруг стен Иерусалима. Воодушевлённые этим видением, крестоносцы несколько дней постились и молились. Затем босыми ногами, с крестами и хоругвями в руках, они совершили торжественный крестный ход вокруг города. Спустя несколько дней начался решающий штурм. После ожесточённых боёв стены были преодолены, и Иерусалим пал. Так состоялась первая встреча нашего старинного английского рода со Святым городом. Когда битва завершилась, многие считали, что достигли величайшей победы своей жизни. Однако годы спустя Перегрин говорил об этом иначе. Он рассказывал своим детям: — Главная победа человека заключается не в покорении городов. Настоящая победа — сохранить честь среди жестокости, милосердие среди ненависти и человечность среди войны. Именно этот урок он завещал своим потомкам. Прошли десятилетия. Затем столетие. Но всякий раз, когда над замком де Монтгомери поднимался родовой стяг и ветер развевал знамя над древними башнями, люди вспоминали Перегрина — рыцаря, который отправился к стенам Иерусалима в поисках славы, а вернулся с пониманием истинной цены человеческой жизни. И его история стала не просто частью семейной памяти. Она превратилась в наследие рода, которое передавалось от поколения к поколению вместе с мечом, гербом и честью имени де Монтгомери.

Знал английский рыцарь Гамфри де Монтгомери легенду и о другом своём знаменитом предке — Рено де Монтгомери. В возрасте двадцати пяти лет он последовал зову креста и под знамёнами англо-нормандского графа Меланского отправился во Второй крестовый поход.

Этот поход был необычен тем, что его возглавили сами величайшие монархи Европы — король Франции Людовик VII и король Германии Конрад III. Причиной нового крестового похода стало падение Эдессы — первого крупного государства крестоносцев на Востоке. Мусульманский правитель Имад ад-Дин Занги захватил город и разрушил надежды христиан сохранить свои владения в северной Сирии.

Французские и немецкие армии двинулись на Восток сушей, через земли Византийской империи. Для Рено этот путь оказался долгим и тяжёлым испытанием. Крестоносцы пересекали бесплодные равнины и высокие горы Малой Азии, страдали от палящего солнца, жажды и голода. Болезни косили людей не менее беспощадно, чем вражеские мечи. На каждом переходе их подстерегали сельджукские всадники, внезапно налетавшие из степей и горных ущелий.

Тысячи рыцарей покидали свои дома под знамёнами креста, мечтая о славе, подвигах и Божьем благословении. Но лишь немногие возвращались назад. Большинство находило на Востоке не бессмертную славу, а смерть, голод, поражение и разбитые надежды. Армии крестоносцев таяли с каждым днём, а дорога к Святой Земле становилась всё тяжелее.

Когда остатки европейских войск достигли Леванта, стало очевидно: вернуть Эдессу уже невозможно. Город лежал в руинах и находился глубоко в мусульманских владениях. На пути крестоносцев стоял великолепный Алеппо — богатый и укреплённый центр мусульманской власти на севере Сирии. Однако предводители похода приняли другое решение. Вместо Алеппо они направили свои силы против Дамаска.

Так началась осада одного из древнейших городов мира.

Дамаск окружали плодородные земли Гуты — бесконечные сады, рощи и оросительные каналы. Эти зелёные насаждения стали надёжной защитой города. Тяжеловооруженные рыцари не могли действовать здесь так же свободно, как на открытой равнине. Их кони путались среди садов и каналов, а защитники Дамаска устраивали внезапные вылазки, обрушиваясь на врага из-за деревьев и укрытий.

День за днём крестоносцы терпели потери. Устав от непрерывных нападений, они решили перенести лагерь к восточной стороне города. Однако там их ожидали новые бедствия. Восточные стены окружала открытая, выжженная солнцем местность. Здесь почти не было воды и тени. Нестерпимая жара изматывала людей, а защитники Дамаска продолжали тревожить лагерь постоянными вылазками.

Постепенно положение крестоносцев стало отчаянным. Лишённые воды и возможности быстро взять город, они сами оказались окружены враждебными силами. Лишь своевременное отступление спасло остатки армии от полного уничтожения.

Дамаск не покорился крестоносцам. Второй крестовый поход завершился тяжёлой неудачей.

Мой прадед Рено де Монтгомери так и остался лежать в Святой Земле. Родные никогда не увидели его возвращения. Но память о его мужестве, стойкости и неугасимом стремлении идти вперёд сохранилась в нашем роду. Он не обрёл победы, но обрёл бессмертие в семейных преданиях.

Таковы были судьбы моих предков — их великие стремления, громкие победы и горькие поражения. Они оставили после себя славу, добытую кровью и верностью своему долгу. Но это была их жизнь и их подвиги.

Теперь настало моё время.

Я был готов совершить собственный подвиг, пройти свой путь через испытания и опасности, чтобы однажды прославить своё имя в веках и оставить потомкам память о человеке, который не посрамил честь своего рода