Бесплатный фрагмент - Всполохи прошлого

Всполох к нежеланной встрече,

Грозный символ бытия.

Увидавшему — предтеча,

На распутье полынья.

Глава I
Россия. Москва

Фраза о всполохе из незнакомой песни, промелькнувшей по радио, когда стройная дама ехала с работы, как-то тронула душу. Даже подумалось, что это сказано о ней. Грозы, конечно, бывали иногда в жизни, но всполохи просто не покидали. Особенность фразы состояла в том, что это были отголоски других судеб и, как правило, из прошлого. Однако, они становились частью её странной жизни, над которой она, сотрудник районной библиотеки столицы, иногда задумывалась, что или кто так решил. Впрочем, сколько она себя помнила, так было всегда.

Наверное поэтому, Варвара Владимировна Орлова часто старалась отгородиться от внешнего мира, тем более, такого шумного, как в Москве. Даже в своей маленькой машинке «Риа Покато», ласково прозванной «шустрик», у неё был серьёзный взгляд, в котором проезжающие мимо водители без труда прочитали бы «отойди». Последнее время в попутчиках у библиотекаря были аудиокниги.

Это её родители мечтали купить, вернее, тогда говорили — «достать», хорошие книги. За собрание сочинений Пушкина или Толстого приходилось собирать макулатуру, копить деньги, стоять в очереди… Теперь достаточно в поисковой строке интернет-браузера написать волшебное слово «куплю», и предложения посыпятся со всех сторон. Впрочем, заветной «стенки» с книжными полками, манящими цветными корешками с буквами золотого тиснения у Вари не было. Она часто меняла наемные квартиры, а последние лет пять и загородные дома, но так и не свила гнёздышка, где можно было бы жить в тишине. Поэтому была большая пластиковая коробка с плотной крышкой и множеством отделений для мелочёвки, приспособленных для флешек с аудиокнигами.

У Орловой были любимые чтецы, голосам которых она доверяла. Некоторые использовали музыкальное оформление, соответствующее эпохе повествования или сюжету. Поэтому, по часу утром и вечером, когда она в своем «шустрике» ехала на работу и обратно, устраивались «литературные чтения». При этом библиотекарь в шутку называла себя не читателем, а «флешкиным». Впрочем, иногда, задержавшись допоздна на работе, Варя слушала лёгкую музыку. Было несколько радиостанций с интересными вечерними программами. Вот и сегодня, та песня о всполохах воробьиной ночьи, неожиданно совпала с её настроением.

Остаток пути с севера на юг столицы, точнее — от работы до квартиры мечты, как её назвала Орлова, не покидали размышления о том, правильно ли она поступила, согласившись принять такой дорогой подарок. Навряд ли в Москве нашёлся бы ещё один библиотекарь, способный приобрести квартиру в одной из трех комфортабельных башен на первой линии набережной с потрясающим видом. Не прошло и года, как друзья уговорили Варю принять эту роскошь. Трехкомнатная, из окон гостиной которой, почти на сто восемьдесят градусов вид на Москву-реку и закат. Не случайно этот благоустроенный район назывался «Остров мечты». Последним аргументом в споре будущей хозяйки и команды парусника «Форчун», с которыми она была в опасном круизе на Ямайку, было условие, что две комнаты её квартиры будут всегда готовы принять кого-то из той команды. Правда, пока так никто и не собрался в гости.

Постепенно библиотекарь привыкла оставлять своего «шустрика» на стоянке за пару кварталов от своей библиотеки, чтобы пешком приходить и уходить с работы. Варя освоилась и со своей второй ролью в новой жизни — обеспеченной дамы, которая может себе позволить жить в тишине и комфорте, к отсутствию любопытных соседей и проблем с подземной парковкой, неудобным переходам к метро или магазинам. Иногда ей казалось, что в этом новом доме почти никто не живет. Во дворе была детская площадка, рядом парк и дорожки для прогулок вдоль реки, где встречались редкие прохожие, ни с одним из которых она так и не познакомилась. Впрочем, объяснить это было несложно. Орлова только раз в сутки выходила из квартиры и опускалась на лифте в подземную парковку, вечером все в обратном порядке.

Прошло немало времени, как погиб её Лёшка, но все остальные оставались только остальными. Даже весна была вне стен удивительной квартиры Орловой, где ей нравилось сидеть с чашкой кофе в кресле у окна во всю стену гостиной и смотреть на закат или огни ночной столицы. В собеседниках был только миндаль, который обжаривали и продавали в красивых фирменных пакетиках кафешки на первом этаже. Высокий кавказец виртуозно превращал этот процесс в яркое шоу, попутно рассказывая о долгом пути зёрен из Чили в Москву. Всё это так контрастировало со съёмными коммуналками и хрущёвками, которые прошли какой-то сплошной серой полосой в её жизни, что и вспоминать не хотелось. Разве что те три недели, когда они с Лёшкой были вместе.

Впрочем, Орловой коротко и доходчиво объяснили — он был сакральной жертвой. У всех, кто по судьбе был Бродячей душой, по-другому не бывало. Возможно, откажись она в детстве от этого пути, всё могло бы обернуться иначе. Работа, семья, дети… Но обладательница звёздного имени Читающая Во Тьме иначе жить не могла. Её манила странная мечта — овладеть знаниями и силой девяти Книг Мудрости, при этом ещё чтобы не порвали на куски враги, коих с каждым годом становится всё больше, построить свой мир, взять туда Лёшку и быть счастливой всю оставшуюся жизнь. Возможно, это были только наивные мечты… Но иного пути просто не было.

Как сказал один знакомый демон по имени Раум… Варя едва не рассмеялась этой своей мысли о сороковом демоне малого кольца Соломона. Ведь, если кто услышит такую фразу, сразу в дурку сдаст…. Так вот, он как-то упомянул, «когда эта худышка размахивала молотом Тота, то на седьмом уровне силы так полыхало, что в том районе все железные штуки перегорели».

Кстати, о всполохах… Сколько раз она убеждалась, что ничего просто так не бывает. И эта песня неизвестного автора звучала, как предупреждение. Впрочем, несколько дней никто не заглядывал. К чему бы это?

Пустая кофейная чашка давно остыла, но, очевидно, и она уже привыкла к тому, что хозяйка ей попалась никудышняя. Ладно. Сполосну тебя и вытру красивым полотенчиком, да сварю ещё. Однако обещание было поспешным, кофе и миндаль закончились. Ладно бы по одному, а то — на пару. Сговорились, что ли?

С этим настроением Орлова в спортивном домашнем костюме решила сбегать в кафешку на первом этаже. Вернее, спуститься на лифте в фойе, где был вход в кафетерий и магазинчик при нём. Несмотря на поздний вечер, за столиками сидело лишь несколько пар да одинокий посетитель.

― Красавица, ― радостно встретил покупательницу улыбающийся кавказец, ― что так редко заходишь, у меня лучший в городе миндаль.

― И арабика, ― не моргнув, добавила Варя. ― Только тёмной прожарки, пожалуйста. По триста грамм.

― Девушка предпочитает эспрессо?

Варя утвердительно кивнула и уточнила.

― Молоть не нужно.

― Для такой красавицы сам домой буду приносить… Только намекни.

― Достаточно в пакетик, ― попыталась охладить пыл джигита скромница. ― Вернее, в два пакетика.

― На песочке в турке приготовлю… Садись у окошка. Три минуты.

― Спасибо. Мне с собой.

Неизвестно, сколько бы ещё продолжалась осада неприступной крепости, но колыхнулась занавеска из служебного помещения, и рядом с красноречивым джигитом бесшумно возникла женщина с красивым лицом восточного типа. Мужчина сник, а перед покупательницей на прилавке появились два фирменных пакетика с написанной карандашом ценой. Орлова достала кредитку. Так же молча перед ней появился pos-терминал для оплаты. Дамы все это проделали, не глядя друг на друга, только джигит виновато смотрел то на одну, то на другую.

Демонстративно гордо вскинув голову с короткой причёской, покупательница так же молча и неторопливо покинула поле боя явной победительницей. Только войдя в лифт, и увидев своё отражение в зеркале, она не смогла сдержать улыбки. Когда двери лифта уже закрывались, в кабинку протиснулся молодой парень. Он восторженно глядел на стройную фигурку и широко улыбался. Заметив на себе её строгий взгляд, тут же притворившись смущённым, пролепетал:

― Ничего, что я без билета… ― он растерянно развёл руками.

― Тогда мне придётся вас высадить, ― без тени иронии, холодно произнесла Орлова, всё ещё находясь в азарте едва закончившегося поединка.

― Так сегодня же… ― он не мог закончить фразу, столкнувшись со взглядом той, кого принял за студентку.

Лифт отсчитывал этажи, а парень остолбенел, не понимая, что с ним происходит. Он всегда так легко знакомился с дамами в любой ситуации, а тут весь боевой пыл куда-то испарился. Только когда лифт остановился на верхнем этаже, покоритель женских сердец едва выдавил из себя застрявшее слово последней фразы ― среда…

Но дама, повернувшись к открывающейся двери лифта, даже бровью не повела. Парень буквально вдавился в стенку кабинки, пропуская её. Проходя, мимо, она нажала кнопку первого этажа, и, пару секунд спустя, лифт покорно выполнил приказ.

Приготовив кофе, Варя вернулась в кресло, «на обзорную площадку», как она сама его назвала. Прикрыв глаза, сделала первый маленький глоточек. Прежде у неё не было привычки к вечернему кофе, но квартира мечты была полностью упакована ещё до продажи, и кофемашина на кухне соблазнила библиотекаря без вредных привычек.

Тем временем, майская ночь укрыла столицу, словно бархатным покрывалом, на что откликнулось множеством огоньков. С высоты двенадцатого этажа они казались светлячками, выстраивавшимися в длинные вереницы улиц, по которым неустанно двигались букашки автомобилей. Не случайно многие гости странной хозяйки квартиры на двенадцатом этаже, способные перешагнуть энергетический барьер между мирами, называли Москву большим муравейником, и вечно причитали, что отыскать тут ауру Читающей во тьме непросто. Варю это не смущало, поскольку для врагов это было ещё сложнее.

Несмотря на пару чашек эспрессо, Орлову клонило в сон, и, поставив для надежной защиты «Колокол Будды», она прикрыла глаза, вспоминая прошлое. Несмотря на защиту в сознании зазвучал катрен из песни.

Пустая чашка у свечи

Горчит миндаль былых признаний,

И лишь видения в ночи,

Но слаще нет воспоминаний.

Знакомый слегка насмешливый голос точно соответствовал настроению, но она пожурила его.

― Александр, только ты мог пройти эту защиту, ― но он не откликнулся, словно случайно проходил мимо, напевая услышанный где-то романс. Последнее время македонский царь намекал, что его ученица выросла и ей пора решать задачки самостоятельно.

В полночь Варя неожиданно проснулась. Не было грозы, не сверкали молнии, не гремел гром, но какое-то чувство тревоги разбудило Орлову. Стража у воина не спала и подняла тревогу.

Ночь была тихой и безлунной. Ни ветерка. На речной поверхности цепочки огоньков ночной столицы отражались, как в зеркале. Варе вспомнилась такая ночь в детстве, которое она провела в приморском курортном городке Геленджик. Так бывало в полный штиль на море, которое дугой охватывала бухта. Несмотря на поздний час толпы отдыхающих скапливались у парапета набережной, полюбоваться на необычное явление. Разноцветные линии на зеркальной морской глади от фонарей, огней ресторанов и кафе раздвигали границы, продолжая город в чаше, окружённой горами, далеко в море.

Неожиданно воспоминания о детстве прервались всполохами в чёрном небе. Это было красиво и тревожно. Читающая Во Тьме почувствовала, как атмосфера наполняется огромной энергией. Словно наводнение, она поднималась над землёй, готовая вырваться из невидимых оков. Орловой подумалось, что если кто-то, владеющий энергетическим ударом, то есть способностью управлять такими потоками энергии, сейчас тут, смог бы натворить дел и серьёзных. Она сняла защиту, убрав «Колокол Будды», и затаилась.

Прощупывая вниманием всё вокруг, и постепенно расширяя радиус сферы своего внимания, Читающая по тьме неожиданно почувствовала чёрную воронку. Позади, на возвышенности, кто-то собирал энергию, впитывая её, как огромная губка. Орлова тут же метнулась из квартиры на крышу, где была круговая смотровая площадка. К счастью, любопытных не было. Тихая ночь середины рабочей недели многих убаюкала сладким сном.

Где-то в километре от её башни на «Острове мечты», возвышалась другая башня повыше. На её крыше Читающая Во Тьме увидела горлышко чёрной воронки. Это мог быть только мастер ментального удара. Однако, по динамике вращения энергетической воронки, она поняла, что силишек у того бойца маловато. Сразу возникла идея сделать так, чтобы он захлебнулся. Пока мастер контролирует поток, энергия будет копиться, но если ему дополнительно дать сильный импульс, его «пробки перегорят», как говорят электрики.

Оставался вопрос, успеет ли она сама, набрать чёрной энергии и не попасться под подобную атаку. Варя раскинула руки в стороны и с минуту набирала энергию. Потом прислушалась. Чёрная воронка на той крыше медленно ворочалась, не меняя скорости потока. Похоже, противник был один и самонадеян. Он не проверялся. А зря! При таком наборе энергии нужно контролировать окружающее пространство, не управляемый им лишний толчок чёрной энергии сожжет его энергетические каналы в теле.

Проделав еще пару раз набор и контроль, Орлова не стала рисковать и ударила своим не очень большим сгустком энергии в горлышко чёрной воронки на противоположной башне. Шматки воронки полетели в разные стороны, но Варя успела выставить вперёд открытую левую ладонь и, прошептав мантру, поставила зеркало Апполона. Мантра была короткой, и зеркало устояло. Словно солнечный зайчик, несущийся на неё поток чёрной энергии, вернулся к неопытному бойцу ментального удара.

Поскольку он настроился на приём энергии, то вернувшиеся остатки разрушенной чёрной воронки, ничего не оставили от бренного тела. От такой мощности бедолага просто испарился в долю секунды, а свет во всей башне погас. Возможно у кого-нибудь перегорели включённые электроприборы, или кто-нибудь застрял в лифте. Но позднее время в среду минимизировало подобные проблемы.

Варя не торопилась с выводами и долго прослушивала. Никаких колебаний энергии больше не ощущалось. Поле над столицей постепенно успокоилось. Либо враг был один, либо остальные затаились, зная, что разрушить чёрную энергетическую воронку и поставить зеркало Апполона дано немногим. Силу уважают все.

Глава II
Польша. Вроцлав

Командор Восточной крепости Святого Ордена «Сынов Света» во Вроцлаве, как всегда, до полуночи был занят трудами праведными. Северная башня капеллы Святого Причастия, охраняемая от злых духов мистическими зверушками из резного камня по периметру, была рабочим местом брата Остина, закреплённой за монашеским Орденом уже более трёх веков. В отличии от рыцарских Орденов тамплиеров или госпитальеров, «Сыны Света» не участвовали в Крестовых походах на Святую землю и не бились на мечах. Их оружием было слово. Правда, доля лукавства тут присутствовала, поскольку это слово было не божьим промыслом, а некими свойствами сознания особенных детей, которых Орден искал по всему свету и воспитывал в своих монастырях по определённым методикам, готовя к, так называемым, «полным погружениям с Книгами Мудрости. У Ордена «Сынов Света» была одна из таких книг, а со второй по договору с другим владельцем, можно было пообщаться в пещере Сицилии. Именно пообщаться, поскольку Книга Мудрости сначала проверяла по каким-то своим критериям, состоится ли общение вообще. Поскольку любые знания можно использовать во благо и во вред, Книга Мудрости по каким-то своим критериям делает выбор. Если почувствует агрессию по отношению к себе может лишить разума наглеца. Причём, такая книга может хранить и пополнять свою энергию при ментальном общении.

Первые две Книги, Силы и Света, хранят знания предков о развитии в человеке удивительных свойств. Воспитанники монастырей Ордена «Сынов Света» постепенно овладевали знаниями и проходили обучение по ступеням мастерства ментального удара и защиты. Их называли в Ордене по-разному — разведчики: гловеры, бойцы: флэшеры и мастера: лайтеры. Магистр Ордена «Сынов Света» избирался Тайным Советом, куда входили командоры девяти крепостей. Из них выбирался Триумвират достойнейших, куда входил Инквизитор, боровшийся с ересью и хранитель Кольца Силы, как символа высшей власти Ордена, но только в период отсутствия Магистра. Полнота власти принадлежала Светлейшему, который должен был обладать всеми добродетелями Ордена, закреплёнными в Уставе и высшей степенью мастерства в ментальном ударе, чтобы лично гарантировать справедливость и верность Уставу Ордена «Сынов Света».

Подобные мысли не давали покоя брату Остину последние три года. Командор Восточной Крепости всегда хотел, чтобы Орден был похож на знаменитых тамплиеров или госпитальеров, состоящих из сильных приорств, рясы были бы не светло-серые, а чисто-белые или чёрные, на которых были бы красные христианские кресты или восьмиконечные белые, и чтобы на торжественных собраниях Ордена все рыцари были бы опоясаны настоящими мечами и могли демонстрировать мастерство наездников.

Увы, ничего этого не случилось. Детские мечты Остина остались где-то глубоко в душе, придавленные большим ворохом выдуманного этикета в Ордене «Сынов Света» и постоянной грызне верхушки за власть. Это прежде в Магистрах были Константин и Джефри, способные самостоятельно и мгновенно навести порядок, испепелив любого наглеца. Теперь же посредственность в лице толстяка Августина была временно назначена обладателем Кольца Силы Ордена, поскольку никчемный брат устраивал всех, кто сильнее, позволяя им вести свою независимую политику. Даже Инквизитор, воспользовавшись переездом официальной резиденции Магистра Ордена в Северную крепость, расположенную в бельгийском Намюре, нагло занял кабинет Светлейшего в английском Лестере, и позволяет себе ходить в чисто-белой рясе. Жаль, Августина мало что волнует кроме роскошной жизни в старинном замке рыцаря Лаво, где он гребет деньги, выполняя заказы богатеньких функционеров Брюсселя и банкиров, чтобы перекинуться в ментал на время, прячась от житейских проблем, а в их высокие кресла садятся различные демоны из преисподней. Прости мя, господи! Да, что говорить… Даже Попечительский Совет Ордена «Сынов Света», в лице сэра Ричарда, ищет какое-то волшебное кольцо с рубином. Ересь полнейшая…

Неожиданный звонок по внутренней связи прервал размышления прелата кафедрального собора Иоанна Крестителя.

― Инквизитор, Ваша Светлость… ― вздрагивающим голосом доложил служка.

― Вот как? ― удивился неожиданной новости Остин, ― проси…

Массивная резного дерева дверь в кабинете командора торжественно отворилась, и на пороге медленно, словно ниоткуда, возник престарелый Инквизитор Ордена.

― Храни Господь Святой Орден, ― комендант Восточной крепости стремительно выскочил из-за стола и жадно припал к сухой с синими венами руке Инквизитора.

― Аминь, ― едва не поморщившись от какого-то неприятного чувства, ответил тот. ― Я коротко. По делу.

― Конечно, конечно, ― засуетился Остин. ― Прошу. Тут будет удобно, Ваша Светлость… «Эрл Грей»?

Инквизитор сдержанно кивнул, но слегка прищуренный взгляд говорил, что старику было приятно, что кто-то помнит его предпочтение в сорте чая. Когда служка поспешил выполнять распоряжение, подтверждённое настойчивым взглядом командора, брат Робин тихим, с хрипотцой в голосе, произнёс:

― Я располагаю сведением, что двое ваших гловеров были командированы в Дублин с поручением разобраться в инциденте, произошедшим прошлым летом в столичном аэропорту Ирландии с вашими же гловерами Зосей и Юлией, направленных туда ранее…

Инквизитор пристально посмотрел в глаза брату Остину.

― Но отчётов не видел…

― Точно так, Ваша Светлость. Это Лешек Домбровский и Катажина Кобчик.

― В двух словах поясните детали командировки каждого.

― Лешеку было поручено собрать и проанализировать с помощью искусственного интеллекта всю информацию по инциденту, Катажине нужно было выявить все аспекты возможного ментального воздействия на жертв… С учётом их специализации на курсах.

― Кому подчинялись?

― Мне лично… Поскольку инцидент привёл к психическому расстройству двух участников, что приравнивается к акту агрессии, посланные следом гловеры, получили свободу выбора в своём исследовании.

― И каков результат?

― Ваша Светлость, ― увильнул от прямого ответа Остин, ― Оба гловера здесь. Можете узнать все нюансы из первых рук… Пригласить?

Инквизитор сдержанно кивнул и стал осматривать кабинет командора, слеповато прищуриваясь, когда вглядывался в названия книг. Не успел он сделать пару глотков чаю, из простых чашек, принесённых служкой, как в кабинет командора робко постучали.

― Сначала Катажина, ― без предисловий холодно приказал гость.

Хорошенькая полька так волновалась, что сбивчивые ответы кроме раздражения у брата Робина ничего не вызвали, и он подытожил сам.

― Вы были у Зоси и Юли в клинике, как подруга по университету. Обе твердят о рыбалке, которая им не понравилась, и рыбак организовавший рыбалку тоже не понравился…

Катажина нервно кивнула.

― Зато обоим дамам очень понравился молодой ирландец… Да так, что они на кулачках решили выяснить, кто из них достойнее, и только служба безопасности аэропорта сумела довести поединок до ничьей, спеленав обоих и доставив палату клиники для душевнобольных в соседнем городке Сэндифорд… Где они до сих пор успешно отдыхают неподалёку от двух пацанов, которые отказались вернуть кашки в кафешке, объясняя, что эти чашки им лично подарил Святой Патрик. Эта вера была настолько крепка, что официанту пришлось вызывать два наряда полиции… И ещё одна радостная весть, в той же клинике проходили лечение уже покинувшие сей грешный мир две искательницы древних артефактов Тереса Кабрера и Карис Коул…

Неудачливый гловер совсем растерялся, а Инквизитор никак не мог успокоится.

― У нас в СМИ принято во всех смертных грехах обвинять русских, но в этом случае мне кажется, что это правда… А вам?

Чёткого ответа не последовало, и брат Робин жестом приказал испуганной девице покинуть кабинет. Второй гловер оказался покрепче, и ясно излагал свои мысли.

― Мне удалось проникнуть в базу данных аэропорта Дублина и сопоставить списки пассажиров на рейсы из России и обратно за месяц до и после инцидента с Зосей и Юлией. Все прилетевшие вернулись в диапазоне пары отпускных недель. К сожалению, поиск был вслепую, поскольку видео с инцидентом в зале ожидания был стерт оператором аэропорта. Причины могут быть разными, но воздействие на ментальном уровне я бы не исключал. Второе. На файлах записи с видеокамер, на автостоянке есть фрагмент, когда за молодым рослым ирландцем наблюдали наши гловеры. Десятисекундный фрагмент. Парень вышел из автомобиля и прошел неподалёку от Зоси и Юли. Случайность или нет, сказать сложно, но за ним дамы действительно наблюдали. Я проверил среди пассажиров, прилетавших или улетавших в тот день в Дублин, его там не было. Фото парня на нескольких кадрах имеется в нашем архиве. Если у меня будет возможность запустить поиск личности по фото, используя уличные видеокамеры хотя бы Ирландии, возможность определить его личность существенно вырастет.

Лешек умолк, поглядывая на Магистра. Тот неожиданно щёлкнул пальцами и распорядился прислать ему в офис Лестера все имеющиеся фото и видеоматериалы по данному инциденту, а брат Остин в который раз подумал, что все эти современные штучки заполняют привычный мир, проникая во все уголки, заставляя даже члена Тайного Совета, командора Восточной Крепости Святого Ордена «Сынов Света», ощущать свою никчемность. Тут его размышления прервал строгий голос Инквизитора.

― Брат Остин, я правильно помню, что пара гловеров, приведших брата Джефри, мир праху его, к ложной Четвертой Книге Мудрости в подземелье русской столицы, были тоже подготовлены вами?

― Аминь, ― командор Восточной Крепости Ордена испуганно перекрестился и растерянно подтвердил:

― Алис и Лола, ваша Светлость.

Магистр глянул на собеседника, словно удав на мышь.

― Брат Остин, вам надлежит сделать доклад на предстоящий ассамблее Тайного Совета Ордена о подготовке гловеров, выполняющих ответственные задания в вверенном вам командорстве.

Магистр коротко распрощался с братом Остином и вышел размять перед дорогой уже немолодые ноги. Соборная площадь у храма Иоана Крестителя была небольшой, поскольку собор стоял на острове, называемом в народе Тумским или соборным. Поэтому две высокие башни в готическом стиле казались солиднее на небольшом пятачке суши. У брата Робина всё более росло подозрение, не было ли у Остина каких-то корыстных целей в служении Ордену «Сынов Света». Шпионы Инквизитора в окружении командора Восточной Крепости доносили о его частых сравнениях родного Ордена с известным рыцарским Орденом тамплиеров и госпитальеров…

Инквизитор глянул на часы. До рейса из Варшавского аэропорта имени Фредерико Шопена до Шарля де Голля во Франции оставалось не так много времени, и нужно было торопиться… Около девяти вечера он будет в парижской гостинице «Сан Северин», где назначена личная встреча со старинным приятелем Жюлем. Хозяин сувенирной лавочки «Друг ван Гога» в Арле, неподалёку от собора Святого Трофима, был осведомителем Инквизитора, а по долгу службы охранял тайный вход в библиотеку Ордена с улицы, по соседству с соборной площадью.

По дороге в аэропорт и в самолёте Инквизитора посещали невесёлые мысли… Обычно, каждый его день в Лестере был плотно занят делами Ордена и различных служб в кафедральном соборе Святого Мартина, который брат Робин считал оплотом светлых сил не только в Англии, но и человечества… Эта уверенность помогала брату Робину, постепенно поднимаясь по лестнице Ордена до кресла Инквизитора и прелата собора Святого Мартина. Так было всю его жизнь, но вдруг, что-то поменялось в этой прочной многовековой машине, которая так уверенно катилась по накатанной широкой дороге…

Вот сегодня, слушая доклад молоденького гловера о командировке в Дублин, он не всё понимал из сказанного. Срочно надо догонять и вникать в детали, иначе как руководить братством. Просто не дотягиваюсь до их уровня, даже привставая на носочки. Конечно, есть опыт, есть возможность отсеивать ложь и внушать страх, но почва уходит из-под ног от непонимания… Всё чаще возникал вопрос. Как? Как они это делают, вчерашние сопляки, которым он вдалбливал прописные истины?

Стюардесса, извиняясь, принесла какую-то еду, но брат Робин отказался и попросил только чай. Файф о «клок он пропустил, а привычка есть привычка. К сожалению, перед ним оказался какой-то маленький чайничек с яркой этикеткой гордо возвещавшей какой пакетик плавает внутри… М-да, французы всегда пьют кофе, а с чаем у них прохладные отношения. Впрочем, стюардесса заметила это и, признав в пассажире англичанина, предложила Эрл Грей.

Поразмышляв еще, Инквизитор признался себе, что причина в его хандре была не в чае, а в результате командировки его гловеров на Ямайку.

Прошлым летом аналитический отдел в нижнем этаже резиденции Ордена «Сынов Света» в Лестере был оборудован по последнему слову техники. Он стал информационным центром с мощными дублированными каналами связи. Это раньше нужно было иметь распределённую сеть личных информаторов. Теперь достаточно подобрать толковых айтишников и посадить их за их любимые игрушки. Тогда они смогут «видеть» глазами всех уличных камер в разных городах и странах, слушать что говорят и пишут обладатели смартфонов и какие сводки печатают принтеры закрытых служб. Вопрос только цены и квалификации. Особо это касалось стран, которые не могли производить соответствующее оборудование и программное обеспечение, а всё покупали за свои деньги. Причем руководители сами ставили купленное оборудование в охраняемых кабинетах и носили в карманах. Многие из них обладали коммерческой или государственной тайной. Однако, Магистру порой казалось, что все эти байки только рекламные трюки производителей дорогостоящего оборудования.

Так умники его аналитического отдела где-то выцарапали информацию, что русский мастер ментального удара подвергся нападению на прогулочном теплоходе около Москвы. В итоге трое нападавших бесследно исчезли, а неуловимый доселе русский мастер отправляется на Ямайку. Пришлось срочно готовить группу во главе с комптуром аналитического отдела, чтобы наконец достать этого русского на островах. Правда, бойцов уровня лайтер в Лестере не осталось, пришлось выбирать из тех, кто есть. В итоге, потравив немало денег на погоню, те вернулись ни с чем. Невнятные объяснения и обилие фото кадров, какие привозят из путешествий любые отпускники. Либо ребята хорошо погуляли по барам и танцулькам, либо их умело обработали. Предоставленные им аренда частного самолёта и оплата номеров в дорогих гостиницах ничего нового о русском мастере не принесли. Даже его портрета среди сотен снимков командированные в спешке флэшеры указать не смогли.

Разгневанный Инквизитор пошёл на поклон к бывшему другу из Попечительского Совета, сэру Ричарду Харрису, который вдруг стал игнорировать любые встречи с братом Робином. Хотя прежде, всякий раз целовал руку в знак глубокого уважения. Среди представителей старинных фамилий Великобритании это не называлось предательством, а просто сменой ориентиров. Ничего личного и никаких вопросов о чести и достоинстве. Когда-то, в рыцарские времена, эти понятия были важны и отстаивались с мечом у руке, теперь — пустой звук. На мировой арене представители англо-саксонского мира стали мастерами интриг, дипломатических игр и явных диверсий, воспетых в сериалах о Джеймсе Бонде. Вымышленный герой собрал все эти качества в красивой обёртке.

Брат Робин только теперь понял, что его тривиально использовали пока Орден «Сынов Света» представлял кокой-то интерес, теперь и руки в перчатке не подадут. Собственных сил, опыта и средств почти не осталось. Великая империя «Сынов Света» рушится на глазах, а всё началось лет десять назад с гибели тогдашнего Магистра Константина. Он был лайтером седьмого уровня силы, но погиб за секунду от какого-то мощнейшего воздействия в Северной Крепости Ордена — средневековом замке Лаво. Энергетический удар прошёл, как раскалённый нож в масло, и через несколько метровых гранитных перекрытий между этажами замка и почти испепелил лучшего бойца Ордена.

Был ли это непойманный до сих пор русский мастер ментального удара или кто-то из своих лайтеров, брат Робин так и не понял, но сожженное, словно в крематории, тело Константина запомнилось на всю жизнь.

Впрочем, это было только начало. Цепочка смертей Магистров Ордена — Джерри, Джефри, Саймона внесла хаос и неверие среди братства «Сынов света». Кто бы мог представить прежде, что входящий в Триумвират Ордена куратор, библиотекарь в Арле Поль Катель, пользуясь своим положением, тайно читал Книги Мудрости, а Ордену подсунул три изготовленные им фальшивки. Только позже Инквизитор узнал, что библиотекарь задумал переворот в Ордене, чтобы, став Магистром, захватить власть… И все потому, что получил доступ к записям проекта «контактер», начатого и продолженного лайтерами Ордена. Все, кто не дошёл до шестого-седьмого уровня силы не чувствовали и не понимали ранее открывавшихся возможностей.

К их числу относился и брат Робин, хотя долгие годы находился радом с сейфом, где хранились наработки мастеров ментального удара и конкретные предложения их использования. Говоря современным языком, данный проект был новым оружием, которое могло изменить все войны. Любой человек, от соседа до президента, вернее его внешняя оболочка, могли быть заменены на другую душу, с совершенно другими идеалами и способностями.

Инквизитор догадался по изменениям, происходящим в Ордене «Сынов Света», что первым «вернувшимся от туда» был брат Саймон, бывший Магистром четыре года назад. И самое страшное в этой догадке было то, что внешняя оболочка могла быть любой… Прости, господи, мои грешные мысли! Это бесовщина какая-то… Ересь несусветная… Однако, многое объясняет.

Робин помнил Саймона начинающим лингвистом в хранилище старинных книг и папирусов библиотеки Ордена во французском Арле. Тогда бились над задачей установки контакта с Книгой Света. Использовали разные способы, но Книга была непреступной. Помог случай. Очевидно, увлечение молодым лингвистом различными наречиями древнего востока, позволили найти что-то общее, и Книга ему открылась. Была ли это цитата какого-нибудь мыслителя или витиеватый катрен поэта, возможно, забытая многими легенда о Гильгамеше или славном Артункаре, защитнике Эльдора. Так или иначе, но Книга вдруг откликнулась и заговорила, но только с Саймоном. Причём, было заметно, что каждый последующий сеанс становился длиннее и разнообразнее. Было высказано предположение, что Книга питалась энергией от Саймона, явно доверившись ему. После этого случая, для Книги отвели специальное помещение с кондиционером и охраной, чтобы никто не вспугнул капризное создание, рождённое чьим-то разумом в прошлом.

Так Саймон стал подниматься по карьерной лестнице Ордена и удивлял возможностями в области воздействия на психику человека, демонстрируя собой яркий пример, что знание — сила. Его стали побаиваться, хотя каких-то агрессивных наклонностей замечено не было, но многие сторонились неизвестного. Затем брат Саймон легко прошёл погружение с Книгой Силы и занял почетное место среди лайтеров. Силу уважают все.

Тучи стали сгущаться над сильным мастером, когда он рискнул провести эксперимент согласно записям проекта «Контактёр» предыдущего Магистра Джерри по обращению Бродячей Души из ментала в одного из учеников школы гловеров по имени Мелисса Жерандо, не получив на то разрешение от Тайного Совета Ордена. Когда всё открылось и Жерандо призналась, что является душой француженки Жанны де Бельвиль… Боже, прости мя, грешного! Инквизитору и сейчас было трудно соглашаться с этой ересью… Но это было! В Ордене, который с 1313 года служил светлым идеалам, провозглашённым господом нашим Иисусом из Назарета… да-а, эти проповеди лучше всего давались брату Робину, прелату кафедрального собора Святого Мартина в Лестере… А тут такое святотатство в сердце Святого Ордена «Сынов Света».

Инквизитор тогда инициировал обсуждение беспрецедентного случая на ассамблее Тайного Совета Ордена. Магистр Саймон пытался объяснить свою точку зрения, основанную на идее предыдущего Магистра Ордена Джерри, изложенную в проекте «Контактёр». Но… Саймону было выражено недоверие и он был отстранён от должности Магистра. Впрочем, не сопротивлялся, не применил силу в свою защиту, а безропотно отдал Кольцо Силы Инквизитору, сложив с себя все полномочия. Следующим утром брат Саймон уже покинул сей грешный мир.

Теперь, похоже, он снова вернулся… Прости мя, грешного, господи… С того света…

Брат Робин ещё ни с кем не поделился этой жуткой догадкой. Да, и не с кем было. Разве что, старый приятель Жюль с которым они начинали учёбу в одном из монастырей Ордена лет семьдесят назад. Тогда это было обычной практикой Ордена — искать брошенных или бездомных малышей в разных странах с необычными способностями, из которых, при соответствующем воспитании и образовании, можно было бы вырастить «воинов света». Все это выдавалось за благотворительность, на что Ордену жертвовали немалые средства. Система образования была выработана годами. Правда, воспитанники не всегда становились защитниками светлых идеалов Ордена. Тем не менее, бывшие ученики навсегда оставались лояльными к Ордену гражданами самых разных профессий в разных странах. Это была одна из возможных опор, ничем не проявляющая себя в обыденной жизни, но в какой-то момент оказывающая поддержку. В современных шпионских сериалах таких людей называют «спящими ячейками».

Брат Робин, погружённый в эти раздумья, не заметил, как пролетело время поездки и перелёта. Кто-то с трудом переносит маленькое пространство автобуса или салона самолёта, многочасовое неподвижное состояние в стиснутом со всех сторон креслами, кто-то принимается поглощать пищу или напитки, а Робину хорошо думалось. Он долго вел аскетический образ жизни монаха, и подобные неудобства его не отвлекали от дел праведных. А обдумать сложившуюся ситуацию в отсутствии звонков, визитёров, необходимости все бросать и принимать решение, в дороге было намного комфортнее.

Только суета в аэропорту имени Шарля де Голля быстро привела его в привычное деятельное состояние. По привычке он подмечал брошенную обёртку, сумку стоящую посреди дороги, забытый кем-то пакет на сиденье, быстро читал надписи и указатели. Как опытный путешественник без хлопот добрался до отеля «Сан Северин», номер в котором забронировал сам еще в Лестере.

Эту незапланированную поездку во Вроцлав Инквизитор ни с кем не обсуждал, даже скрыл от помощников. Последнее время он всё чаще прибегал к самостоятельности в получении информации, не доверяя это никому. Заодно решил поговорить со старым приятелем. Жюль не был штатным сотрудником библиотеки в Арле, но контролировал тайный вход в хранилище с соседней улицы. Это негласное распоряжение Инквизитора выполнялось уже не один десяток лет. По определенному сообщению, смысл которого понимали только двое, владелец сувенирной лавки «Друг ван Гога» приезжал на встречу в ресторан отеля «Сан Северин» часам к девяти вечера. Обычно Робин резервировал угловой столик на двоих. Там они могли непринужденно вспомнить прошлое и поговорить о насущном. Так Инквизитор был в курсе всех важных дел библиотеки, особенно тех, кто пользовался тайным входом в хранилище.

Судьбы Жюля и Робина сложились по-разному, но верность тем далёким годам всё еще связывала. Они даже иногда подшучивали друг над другом, вспоминая забавные случаи прошлых лет. Были дежурные шутки, которые повторяли, как ритуал встречи однокашников, основанные на каких-то реальных ошибках… Так однажды Жюль решил навестить даму сердца ночью и полез к ней в форточку, забыв, что уже не молод, а молодой прелат Робин перепутал даты и вместо проповеди на Вознесение Господне прочитал Успение Пресвятой Девы Марии….

Когда Инквизитор вошёл в зал ресторана отеля «Сан Северин», Жюль уже сидел за угловым столиком, потягивая виски, который специально для него заранее заказывал старый приятель. Судя по уровню в бутылке, он был тут давно, но явно не томился в ожидании. Заметив Инквизитора, Жюль по-дружески приветствовал шефа.

― Привет, старина.

― Привет, привет, ― они обнялись, похлопывая друг друга по спине.

― Не скучал?

― Так ты мне сосватал эту толстушку, ― Жуль кивнул на округлые бока бутылки, ― пришлось её развлекать.

― Надеюсь, она осталась довольна.

― Давай по глоточку за встречу, а то неизвестно, когда ещё получится, вот так без церемоний… И не говори, что Устав не велит. Это ж — лекарство… Я попробовал.

На правах принимающей стороны толстяк плеснул на донышко хрустальных стаканов. Затем, как-то смиренно сел напротив гостя, приготовившись к опросам.

― Скажи, дорогой, давно видел Мелису?

― О, ты опоздал…

― Красотка выбрала тебя? ― хрипло усмехнулся Робин.

― Нет. После того, как она неожиданно вернулась из клиники, куда угодила с Патриком год назад, она практически не расставалась с одной особой…

― С Клеманом? ― попытался угадать Роби.

― Нет. У этой Мата-Хари внезапно возникла дружба с Сюзанной Теру.

― Напомни мне кто это.

― Сам я её не знал, но мой человек в Турине сообщил, что красотка была солисткой в молодёжной группе, потом пропала на какое-то время и вернулась с Мелисой, открывшей заново эзотерическую школу в Турине.

― «Хельхейм»?

― Да.

― Забавно… ― тонкие бесцветные губы Инквизитора изобразили нечто вроде улыбки, ― там она опять продолжила свои эксперименты?

― Ещё какие… На примере певички Теру они демонстрировали, как стать знаменитой. Эта Сюзанна выступала с группой «Ночная русалка» и весьма успешно.

― Ну, итальянцы любят песни… И сейчас поёт?

― Местные блогеры писали, что после каких-то гастролей то ли поездки, эта парочка едва вернулась… Там мутная история, трепались, что у Мелисы Жерандо какой-то нервный срыв… Короче, они пропали из медийного пространства.

― А эта Теру?

― Обе пропали, как и пару лет назад.

― Подлечиться?

― Не знаю… Мой кореш приедет, поболтаем… У него сувенирная мастерская в Турине, время от времени бывает в Арле и заходит ко мне в лавку. От Арля до Турина 400 километров.

― Понятно… Ну, до встречи, старина… Я тебе номер оплатил, отдохни перед дорогой домой.

Глава III
Россия. Москва

После разрушения чёрной энергетической воронки с помощью зеркала Аполлона, Орлова не смогла надолго заснуть. Внутренний охранник заставил её вернулась в кресло «на обзорную площадку». Ночь была безлунная, и надеяться можно было только на своё, развитое особыми методиками, чувство колебания энергетических полей. Рискуя попасть под удар, она внимательно сканировала окрестности. Двенадцатый этаж её башни как нельзя лучше подходил для этого. Прошло немного времени, и знакомый холодок пробежал по спине Вари. Это был явный признак сканирования её ауры. Можно было бы уйти в оборону, спрятавшись под «Каирской ночью», но какое-то чутьё подсказывало, что это не враг. Орлова решила подождать, но была наготове жестко ответить на любые атаки.

Холодок ещё раз пробежал по её спине, но не нагло, а слегка, почти незаметно. Это был не новичок, а мастер ментального удара, демонстрирующий свои намерения весьма деликатно. Варя не шелохнулась, но не напрягалась, как это бывает в физическом плане у опытных бойцов восточных единоборств. Если мышцы слегка расслаблены, им потребуется меньше времени для атаки из неудобного положения. Такие бойцы могут атаковать или уклоняться от жёсткой атаки не перестраиваясь. Мгновенно. В такой ситуации успех решают крохотные доли секунды. Да, и страх сковывает, а медлить — смерти подобно. На первый взгляд, использовать эту технику просто, однако, те, кто хоть раз попробовал её в реальном поединке, понимают, что тут требуются длительные тренировки, и не только физические.

Когда касание ауры повторилось, Орлова решила пообщаться.

― Назови своё имя… ― спокойно, но уверенно прозвучал в ментале её голос.

― Йозеф. Настоятель храма ионитов в городе на Неве. Позволь войти, Читающая тьму.

Звёздное имя Варвары было названо неверно, но она вспомнила, что так к ней обращался только монах из хранилища в подземелье Михайловского замка Питера, где она была всего дважды. Первый раз лет десять назад, когда оставила там шкатулку императора Павла I. Под печать. Второй раз лет пять назад, сообщив о предательстве своей воспитанницы Ниночки.

― Что привело тебя в Москву, Йозеф, ― задала Орлова второй вопрос, не разрешая визитёру перейти энергетический барьер из тонкого плана, что вполне соответствовало принятому этикету.

― Я пришёл с просьбой, которую хотел бы изложить лично.

Варя поняла, что произошло нечто серьёзное, если монах явился в ментале. Его реальный уровень силы не позволил бы при жизни переходить по девятому ключу из плотного плана в ментал, а вот о возможности обладателя двух артефактов в тонком плате знали все.

― Заходи, ― коротко скомандовала она, сделав привычный жест правой рукой и прошептав соответствующую мантру.

Посреди гостиной появился фантом монаха в чёрной рясе, смиренно сложивших вместе ладони и откинутом на спину капюшоне, открывавшим лицо. Он не торопился и покорно ждал. Варя поняла, что вопрос, с которым явился Йозеф нужно обсуждать конфиденциально. Она произнесла вслух мантру и сделала жест рукой.

― Надеюсь «Колокол Будды» позволит сохранить втайне от любопытных тему, которую ты хотел обсудить… И ещё, если не затруднит, произноси моё звёздное имя правильно. Оно звучит, как Читающая Во Тьме.

― Приношу свои искренние извинения, Читающая Во Тьме. Я ориентировался на упоминание в книге Предсказаний, что Читающая тьму вернёт шкатулку чёрного дерева в Орден Иоанна Иерусалимского, поэтому позволил себе так произносить твоё звёздное имя.

― Интересно, ― удивилась хозяйка квартиры на двенадцатом этаже, потом добавила, ― я правильно помню, что книга Предсказаний первоначально была в ларце чёрного дерева, который у нас в России называют шкатулкой императора?

― Верно.

― Вместе с ней в шкатулке был ещё черный брусок из какого-то плотного отполированного материала.

― Верно.

― А каково предназначение этого чёрного бруска?

― Собственно, он и есть книга Предсказаний, но во времена его создания было принято нечто важное записывать в разных письменных системах. Например, Бехистунская надпись Дария была скопирована на древнеперсидском, эламском, акадийском или арамейском.

― Поэтому в черной шкатулке рядом с оригиналом лежала копия на пергаменте.

― Потому, что оригинал могла прочесть только Читающая тьму.

― Постойте! ― воскликнула Орлова. ― Значит, прежде была та, чьё звёздное имя звучало иначе чем моё.

― Возможно, поскольку в молитве открывающей и запирающей тайник в библиотеке под Михайловским замком, упоминается тридцать восемь тысяч лет. Основатели твоей страны после глобальных катаклизмов мигрировали южнее, в те места, где теперь Иран или Индия. Язык другой. Поэтому, чтобы знания не потерялись со временем, была копия. Хотя думаю, что главное хранит только черный брусок, и прочесть его может только рождённая в определённый день с большим периодом во времени.

― Это день Тхар, ― догадалась Орлова, ― двадцать второе июля с периодом тысяча сто семьдесят три года

― Но не для каждого, родившегося в этот день и на определённой широте. В этот день активизируется участок ДНК только у тех, кто является его носителем, а это очень редкий род Наследников Истины.

― Я правильно понимаю, что лингвисты Ордена ионитов всё это смогли прочесть из копии книги Предсказаний на пергаменте?

― Верно.

― Тогда почему оригинал и шкатулка были разъединены?

― Среди рыцарских Орденов тоже нет мира, хотя все одной веры, и подчиняются Папе Римскому, ― с сожалением произнёс монах. ― Иониты, Тамплиеры, Тевтонцы, Калатравы, Алькантары, Орден святого Лазаря… Все жаждут денег и власти, хотя лозунги, символика, обеты, обряды самые что ни наесть возвышенные.

― Да я помню, что тамплиеры стали настолько богаты, что одалживали деньги королю Франции, а он, чтобы не платить по долгам 13 октября 1307 года, приказал арестовать всю верхушку Ордена.

― Верно. Обвинения содержали до сотни пунктов. Расследования и публичные казни… Впрочем, десяток рыцарей вывезли основные ценности на паруснике в Англию, и Ордену удалось выжить, но книги Предсказаний у них нет. Тамплиеры, да и не только они, охотились за ней, поэтому иониты разделили шкатулку и книгу. Шкатулка с драгоценностями в виде приданого Софьи Палеолог отправилась к Ивану III. Копия книги Предсказаний на пергаменте была подсунута в Ватикан, как никчемный пергамент… Тогда руководствовались логикой «храни свои секреты у врага», и думали, что тот пергамент затеряется где-нибудь в необъятном хранилище. Однако, позже стало известно, что лингвисты Ватикана открыли интересное свойство копии книги Предсказаний…

Варя слушала, не перебивая монаха.

― Она могла хранить все, то, о чем думал читающий её, едва открыв книгу или пергамент. Нашлись и те, кто мог слышать всё, хранимое такой книгой. Понимая, что во время молитвы думают о сокровенном, это хранилось в книге, а позже становилось доступным для чтения и анализа, лингвисты Ватикана придумали уникального шпиона. Они аккуратно стерли со всех листов пергамента чернила и записали на них Библию. В добавок сделали десяток простых копий. Далее Папа Римский в качестве подарка дарил эту необычную Библию родственникам монарших семей Европы. Шпионы через некоторое время поменяли её на пустышку, внешне не отличимую, потому что делать какие-то заметки на подарке самого Папы считалось святотатством. Так необычная Библия кочевала по разным странам и потом рассказывала хозяину о сокровенных мыслях монарших семейств.

― Этот подарок не миновал и Павла I, ― догадалась Орлова.

― Верно. Кто-то подсказал матушке-императрице сделать дорогие подарки в день бракосочетания будущему императору Всея Руси и его невесте Софии Марии Доротее Августе Луизе Вюртембергской (в православии Марии Фёдоровне) — бриллиантовую пряжку, убор из изумрудов и старинную библию.

― Мне довелось читать, что Библия супруги Николая I считалась очень редкой, поскольку сопровождала в молитвах всех цариц.

― Думаю, что не совсем так, ибо Библия, подаренная Марии Фёдоровне при венчании, на сто лет была спрятана в библиотеке самодержцев России, поскольку хранила завещание Павла I, в письме, которое должны были прочесть только век спустя. Причём, именно в шкатулке чёрного дерева, которую получил Иван III, как часть приданого Софьи Палеолог, племянницы последнего императора Византийской империи.

― Но ведь её уговорили принять католичество, после бегства из осажденного османами Константинополя в Рим, поскольку раскол церквей Рима и Константинополя произошёл в 1054 году. С тех пор византийцы называли себя носителями истинной веры.

― Верно. Папа Римский надеялся этим актом объединить всех христиан Европы под Римской верой. Однако, Иван III был не прост. Он сначала вернул невесту в православие и заключил с ней династический православный союз, объявив себя наследником православной Византийской империи, которую называли в то время Вторым Римом. Так Москва стала называться Третьим Римом.

― И стала врагом Папы Римского, да и всей католической Европы… На долгие века… И все походы Европы на Русь считались священными.

― А первым, кто прочёл завещание Петра I, был Николай II.

― Верно… И, возможно, прочтённое им предсказание, о том, что на нём прервётся династия русских царей, послужило решением отречься от престола в марте 1917 года.

― Да, к сожалению, он не был похож на Петра Великого…

Грустные мысли заставили обоих умолкнуть, но вдруг Варя вскинулась.

― А чёрный брусок остался в Ордене?

― Верно. Книга Предсказаний всё время оставалась в тайнике библиотеки ионитов под Михайловским замком, ожидая ту, что видит белые руны.

― И никто не смог установить контакт с восьмой Книгой Мудрости?

― Таких данных в библиотеке Ордена нет.

― Понятно… Йозеф, а есть еще подобные шкатулки?

― Из разных источников мне известно, что после взятия Персеполиса, Александр Македонский получил огромные богатства Дария и Ксеркса, но обычно речь идет о тысячах талантов золота и серебра и сожжённом экземпляре Авесты.

― Признаться, меня удивляет утверждение, что она была написана золотыми чернилами на бычьих шкурах… Кто-нибудь из этих специалистов знает толщину бычьей шкуры, и как такую гору шкур нужно было бы хранить.

― Согласен. Мифов, связанных с именем Александра Великого много… Как с именем Одиссея…

― А шкатулка у царя македонцев была? ― серьёзно спросила Орлова.

Монах помолчал, пытаясь, что-то вспомнить, но не торопился с ответом, поскольку пришёл с просьбой. Услуга за услугу всегда способствует доверительной беседе, а он умел быть терпеливым.

― В походе на Египет армии Александра быстро покорились Палестина, Иудея, Иордания и Сирия, народы которых сильно притесняли персы. Александру было важно иметь в своём тылу дружественные страны, которые обеспечат безопасность доставки грузов. Для этого великий македонец даже стал фараоном Египта. Он самолично спланировал план будущей Александрии и вернулся в малую Азию, оставив наместником некоего Клеомена.

Монах опять умолк, очевидно, заставляя собеседника поволноваться, и продолжил.

― Мне встречался пергамент, в котором Пармениум от имени Александра приказал наместнику Египта Клеомену срочно доставить под охраной в Акабу шкатулку с артефактами для бальзамирования, подаренную македонцу жрецами в Сиве, где его провозгласили воплощением Зевса-Амона. Были непроверенные данные, что новоявленный фараон поверил в процесс бальзамирования, который дарует бессмертие. Возможно это была именно та шкатулка.

― Она была чёрного цвета? ― не выдержала Варя.

― Точных данных нет, но вполне можно предположить, что было именно так… Дело в том, что в те времена научились так обрабатывать самшит, что он становился твёрдым, как металл. Причем, чёрного цвета. И если нужно было хранить нечто ценное, то лучшего места, чем шкатулка из самшита не было.

― А как бы доставили груз из Египта, если то приказал Александр?

― На Синай, Иорданию, Иудею быстрее всего морем. У египтян был сильный флот. Они научились делать галеры из ливанского кедра. Раскопки показали, что на побережье Красного моря у египтян были крупный порт в районе современной Хургады. Туда из современного Шарм эль Шейха веками везли медную руду.

― Признаться, ― с волнением произнесла Орлова, ― лет пятнадцать назад я достала из старинного деревяного судна, затонувшего неподалёку от Шарм эль Шейха чёрную шкатулку со статуэткой Анубиса. У египтян это был проводник в загробный мир и покровитель мумификации…

― Можно только позавидовать такой находке, ― улыбнулся монах и перекрестился. ― И какова судьба этой шкатулки?

― Её пришлось отдать профессору университета в Каире, поскольку у меня не было лицензии на подобные работы… Если не ошибаюсь Мухаммеды Насер… Он оставил мне только фотографии надписи на внутренних стенках той шкатулки.

― Интересно, что же там было написано?

― Фраза из книги Мертвых о том, что только достойные могут возродиться. Впрочем, я не специалист в этой области.

Орлова оценила терпение и тактичность монаха, который ни единым словом не выразил своего недовольства в беседе, возможно не относившейся к цели его визита, и с уважением произнесла:

― Готова ответить на все ваши вопросы, дорогой Йозеф.

― Это, скорее, неожиданное предложение, Читающая Во Тьме.

Собеседники переглянулись.

― Начну издалека… Представители Ордена ионитов появились в России во времена Екатерины Великой, поскольку обладали сильным флотом на Средиземном море и охотно делились опытом. Россия искала базу на островах, чтобы расширить своё влияние не только на Черном, но и Средиземном море. Англия интриговала против. После захвата Наполеоном Мальты, где была столица госпитальеров, Орден получил убежище в России. Павел I был дальновидным политиком, а союз с Орденом был взаимовыгодным. Русский император предоставил мальтийским рыцарям Михайловский замок и дворец для приорства в Гатчине, сам стал Магистром Ордена. Англичане забеспокоились и провели грандиозную лживую компанию, как теперь говорят в СМИ, представив Павла I эдаким самодуром и неумехой. Вдобавок организовали его убийство руками русских. Наследник трона, Александр I отказался от звания магистра, но особо Орден не притеснял. Многие представители известных русских фамилий числились рыцарями Ордена ионитов.

Монах умолк ненадолго, проверяя, не наскучил ли хозяйке экскурс в историю.

― Думаю, многое из этого известно. Вопрос в текущем моменте.

Орлова утвердительно кивнула.

― Возможно вы не интересовались, но 3 марта 2026 года с соизволения Великой княгини Марии Владимировны (не являющейся гражданкой РФ), учреждён Союз сподвижников императорского Дома Романовых. 25 марта Союз получил государственную регистрацию в Министерстве юстиции РФ, а 21 апреля объявили о наборе в члены этого Союза всех желающих. Дата странным образом совпала с мифологической датой, когда Ромул основал Рим. При том, что Канцелярия Главы Российского Императорского Дома Романовых была зарегистрирована и начала работу 19 декабря 2002 года, а 17 января следующего года она была зарегистрирована, как НКО.

Подумав, Орлова возразила.

― У нас сейчас действует множество общественных международных организаций.

― И все они помимо благотворительной деятельности объявили одной из своих целей интеграцией в общественную жизнь РФ для всестороннего участия в ней… Канцелярия ведёт делопроизводство и обнародует заявления и прочие акты Российского Императорского Дома, и Мария Владимировна Романова вручает ордена и дворянство Российской Империи разным российским деятелям.

― Ну, там, наверное, очередь из вспомнивших свои корни.

― Некоторые вспоминают о шкатулке императора…

Монах многозначительно замолчал, глядя куда-то в прошлое.

― Кажется, я догадываюсь о причине вашего визита, дорогой Йозеф, ― серьёзно добавила к сказанному Орлова.

― Да. Это шкатулка чёрного дерева в библиотеке Ордена ионитов под Михайловским замком в Питере. Наследники Павла I несколько раз настойчиво обращались ко мне с просьбой подарить или продать её… Но всё закончилось автомобильной катастрофой. У меня нет никаких улик или доказательств, но, надеюсь, Читающая Во Тьме догадается.

― Понимаю. Это не только символ династии Романовых, но и ценный артефакт.

― А использовать его может лишь один известный мне человек.

― И что вы предлагаете?

― Стать хранителем книги Предсказаний.

Варя даже отпрянула назад, слегка вдавившись к спинку кресла, от неожиданного и вздорного предложения.

― Я даже не член Ордена, не говоря о рыцаре с мечом и щитом.

― Проводник Бродячих Душ стоит армии средневековых рыцарей.

― Рискнувшего на неправомерные действия с артефактом, ждёт неминуемое наказание всех реальных сил, не говоря о высших.

― Позволю себе открыть одно из утверждений книги Предсказаний, которое есть в копии на пергаменте.

Монах медленно поклонился, с почтением глядя в глаза Варваре.

― Оно гласит, что способная читать белые руны имеет право взять под защиту книгу Предсказаний, если та находится в опасности.

― Погодите, дорогой Йозеф. Вы хотите сказать, что книга Предсказаний это восьмая Книга Мудрости, известная, как книга Белых Рун?

― Верно… До некоторых пор я и сам не знал об этом.

Лицо Читающей Во Тьме озарилось такой счастливой улыбкой, словно она отыскала давно пропавшего дорогого человека.

― И какая же опасность грозит Книге Предсказаний, если она находится в тайнике подземной библиотеки Михайловского замка и под охраной целого рыцарского Ордена?

― Предательство…

Печально признался монах, и собеседница уверенно произнесла:

― Если восьмая Книга Мудрости в опасности, я могу сохранить её в дуате на северном Урале рядом с четвёртой Книгой Ариев, которую сейчас называют Чёрной Книгой Мудрости, поскольку пятая глава в ней была исправлена.

― А до того момента она называлась Белой Книгой?

― Да.

― А сестрички, которых зовут Принцессами Силы?

Орлова насторожилась и внимательно посмотрела на монаха.

― У меня было предположение, что год назад, когда я по незнанию нарушила закон Проводника Бродячих Душ и утратила своё звёздное имя, вдруг появились близнецы из Питера… Йозеф, признайтесь, их приезд был неслучайным.

― Каюсь, ― гость наклонил голову, чтобы скрыть улыбку, ― к тому времени моё подозрение в измене одного из братьев Ордена окрепло и я искал решение. Вы понимаете, что за обладание Книгой Мудрости со шкатулкой, желающие не постояли бы за ценой. Пять лет назад, известная вам мадам Гридман, будучи членом Ордена, купила только шкатулку с китайской книгой из запасников Ватикана, заплатив тридцать миллионов долларов на аукционе. Тогда вам удалось её перехватить и привезти мне в хранилище под Михайловским замком. Теперь цены подскочили.

― Я вмешалась по указанию старца, чей образ мы видели с Ниной, внучкой Гридман, в иерусалимском храме Христа Спасителя.

― И поступили абсолютно верно, поскольку и бабушка и внучка Гридман оказались предателями, для которых служба золотому тельцу была превыше всего. Однако, не только они.

Монах тяжело вздохнул, но продолжил рассказ.

― Когда я узнал о готовящейся краже шкатулки и Книги Предсказаний, начал действовать тайно. Во время поездки на Тибет, по делам Ордена, натолкнулся в одной из сувенирных лавочек на чёрный брусок, очень похожий на оригинал восьмой Книги Мудрости. План созрел моментально, ведь никто кроме Читающей Во Тьме не мог отличить подделку от оригинала.

― И двое близнецов, ставшие прошлым летом флотскими офицерами, сыграли свою роль в вашем плане?

― Вы правы… Я схитрил, но ради спасения шкатулки и книги…. Два статных молодца с флотской выправкой не оставили равнодушными двух сестричек их глубинки.

― Это должно было случиться, ― улыбнулась хозяйка квартиры.

― Мой коварный план состоял в том, чтобы Принцессы Силы приехали в Питер, и я бы смог передать и шкатулку с Книгой.

― Слушайте, вам бы писать исторические романы… Ведь именно так всё и произошло.

― Но кто-то сильный играл против меня. Думаю, тут не обошлось без англичан, извечных врагов Ордена ионитов… Молодых офицеров срочно вызвали из отпуска и отправили в дальний поход. Сестрички уехали домой.

― В Благодатку, ― кивнула Варя.

― Бла-го-дат-ка? ― вопросительно и по слогам произнёс монах.

― Так называется посёлок, откуда сестрички родом… Место действительно благое.

― Хорошо… Я продолжу. Поняв ситуацию, я изменил свой план, рискнув головой. Доверяться никому не стал… Подменил в шкатулке Книгу Предсказаний на купленный брусок, а восьмую Книгу Мудрости спрятал в надежное место. Вовремя… Через несколько дней, возвращаясь ночью домой, был сбит на пустынной улице большим чёрным джипом, потерял сознание. Какое-то время спустя очнулся, поняв, что тону. Это было последнее ощущение в той жизни, Я не Бродячая Душа, но кое-чему научился… Новости были печальными. Оказалось, ко мне в квартиру нагрянули воры… Труп так и не нашли… В Ордене пустили слух, что я сам украл шкатулку с Книгой и скрылся.

― Да, деньги правят миром… ― с сочувствием смотрела на гостя Орлова.

― Я в ментале долго не задержусь. Сорок дней заканчиваются… С трудом нашёл вас тут, поскольку опыта нет, а довериться некому… Одна надежда на Читающую Во Тьме, иначе тайну унесу с собой.

― Дорогой Йозеф, сделаю всё, что в моих силах.

Монах грустно улыбнулся и серьёзно переспросил:

― Вы поставили надёжную защиту?

Варя уверенно кивнула. Гость всё же вплотную приблизился к Проводнику Бродячих Душ и быстро зашептал ей на ушко.

― Запоминайте. У меня две квартиры в Питере. Одна просторная на Васильевском острове, вторая скромная однокомнатная в цокольном этаже. Я там дворником подрабатывал при шиномонтаже на первом этаже, зато ценности никто искать не будет и недалеко от Михайловского замка. Не пугайтесь, там специально много хлама. В стенном шкафу дверь на узкую винтовую лестницу вниз. Ключ от двери в коробке с сахаром на кухоньке. По лестнице спуститесь в тоннель, который приведет к библиотеке в Михайловском замке. От моей двери в шкафу идёте налево с четверть часа. Возьмите фонарик. По правую руку увидите на стене красочную надпись «Спартак чемпион». От неё отсчитайте двадцать метров вперёд. На левой стене в пятом ряду снизу один кирпич можно вдавить с силой на пять сантиметров, откроется узкий проход. Протискивайтесь сразу. Закрывается быстро, а повторно можно открыть только через пару часов. Проход приведёт к каменной плите это вход в библиотеку. Она открывается той же фразой, что и зеркало в помещении кордегардии наверху. Помните?

― Все тридцать восемь…

Монах сделал резкий предупредительный жест рукой, чтобы Варя не продолжала.

― Это условная фраза для своих. Никакой электроники, просто поверху проложен материал, хорошо проводящий голос. Если свой человек находится в библиотеке, откроет. Система зеркал отражает стоящего перед зеркалом наверху в кордегардии. Там голос только в ментале. Но сейчас вам туда не стоит заходить. Думаю, всю библиотеку перерыли и наверняка нашли мою фальшивку. Настоящая книга спрятана снаружи. Вам нужно пройти мимо каменной двери в библиотеку и еще минут десять попетлять по коридору с кирпичными стенами. Справа увидите заделанную кирпичом большую пробоину. Кладке лет двадцать, заметно по цвету и фактуре, это латали, когда метро строили. Что-то там обвалилось. Напротив неё в третьем ряду снизу найдите щербатый кирпич. Он прочно сидит на цементе. Его нужно аккуратно выбить, так что возьмите на моей кухне молоток. За ним кирпича нет. Там, за дощечкой, в тряпице чёрный брусок. Это ваша книга.

― Йозеф, вы меня просто поразили сегодня.

― Не удивляйтесь. Родители мне дали имя деда, поскольку я потомственный рыцарь и хранитель библиотеки… А душой я русский и болею за Россию, где родился, вырос… но где похоронят не знаю.

― Я буду вас вспоминать… ― у Вари навернулись слёзы. ― Может чем-то помочь вашим родным?

― Я одинок. Свято верил в традиции Ордена и хранил обет безбрачия… Похоже зря.

― Нет. Вы прожили замечательную жизнь честного человека и настоящего рыцаря. Непременно расскажу сестричкам.

― Из Бла-го-дат-ки? Неожиданно улыбнулся монах.

― Конечно.

― Лучше, чтобы никто больше не знал, иначе на вас объявят охоту… Вот ещё что. Я завещал свои квартиры двум морским офицерам в равных долях. Надеюсь, у них не будет с этим проблем. Завещание у адвоката Сергеевой Надежды, объединение «Наследник». Телефон и координаты в справочниках Питера. Впрочем, там нужно подождать с оформлением… И ещё. У этой Надежды я оставил старый фотоальбом с реальными фотографиями для некой Галочки, соседки некой Вероники Михалны из Москвы, которую когда-то давно знал одинокий мужчина. Галочка обещала заехать по пути в Питер и передать этот альбом своей соседке. Паспортных данных мнимой Галочки я не знаю, но уговорил адвоката что посыльная скажет пароль. Это строка Пушкина. «В томленьях грусти безнадежной. В тревоге шумной суеты»… Легенда для того, чтобы в обложке старого фотоальбома вы нашли ключ от убогой квартирки номер 7 в цокольном этаже дома 12Б по Инженерной. Вход с улицы. Во дворе шиномонтаж.

Монах умолк, словно перебирал в памяти дела, которые не успел закончить в реальном мире.

― Вообще-то было бы здорово, если библиотека под Михайловским замком останется у Принцесс Силы. Вам можно организовать надёжное хранилище Книг Мудрости в Питере, а девчонки останутся со своими моряками. Да и вам в кругу друзей будет интереснее… Не отказываетесь. Подумайте. И мне станет теплее сознавать, что всю жизнь служил добру… Впрочем, главное, Книга Предсказаний… Когда я вас искал, был сильный всплеск энергии. Это говорит о том, что за Книгой и вами идет охота. Будьте осторожны. Надеюсь, что вы справитесь… Всё запомнили?

― Запомнила… и буду вспоминать вас добрым словом всю жизнь.

Монах только грустно улыбнулся и, поклонившись хозяйке, растворился в темноте.

Глава IV
Бельгия. Брюссель

Выбор Брюсселя в качестве столицы Евросоюза был неслучайным. Историческое переплетение наций, языков и традиций, многообразие их особенностей с точки зрения отцов-основателей общего Европейского дома очень подходило к идее человека мира. То есть человека без роду и племени, живущего в любом месте и любых условиях, проще — не помнящего родства, как это долго пытались вдолбить русам. Зачем? Управлять удобно, поскольку никакие законы или правила не будут противоречить чьим-то национальным особенностям. Отсюда смешение языков и полов, отказ от вековых традиций и ориентации на самобытность. Хотя в медийном пространстве всё это теперь называется свободой.

На самом деле считается, что Нидерланды это конституционная парламентская монархия, во главе которой стоит король Вильгельм-Александр из Оранской монархии, но он занят только в церемониально-представительских мероприятиях. Это символ, который ничего не решает и мало известен в Европе, хотя королевство Нидерландов это суверенное государство. Ранее оно называлось Королевство Объединённых Нидерландов, куда входили Бельгия, Нидерланды и Люксембург, которые во многих учебниках истории скромно упоминают, как страны Бе-Ни-Люкс, а на карте мало кто мог точно определить их границы. Зато языков и диалектов много — английский, французский, немецкий, западнофламандский, восточнофламандский, брабантский, лимбургский, валлонский. Всё это привело к тому, что в соседних районах одни и те же слова не только по-разному пишутся и звучат, но и обозначают разные вещи. А какой-нибудь посёлок может гордо утверждать, что тут Фландрия или они кикерды, но не все соседи это знают. Нередко туристы, попав сюда, вдруг затрудняются набрать свою фамилию на компьютерной клавиатуре если она содержит латинские a,s,q,w. Хотя есть официальный язык всего региона — голландский, название которого звучит, как «бельдж».

Впрочем, многим приезжим, имеющим средства, здесь жилось очень вольготно. К ним относилась и француженка Лаура Ламар, арендовавшая шикарную квартиру в одном из модных деловых центров Брюсселя, в подземном гараже которого стоял новенький спорткар ярко красного цвета. Выделяться во всём было свойственно для мадемуазель, будь то макияж, одежда или аксессуары. В свое время она гордо поверила, что способна на большее, чем быть женой работяги и самой каждый день сидеть за кассой магазина или перебирать бумаги в офисе. Пройдя обучение в нескольких эзотерических школах Парижа, Ламар расширила свои знания в манипулировании собеседником и отточила приёмы воздействия на незащищенную личность.

«Подавляй и властвуй» — повторяла себе Лаура, перефразировав известную фразу, которую историки приписывают то итальянцам, то французам. Если можешь, конечно… Она научилась. Поэтому приехала именно в Брюссель — современный центр управления Европой, скопление влиятельных и состоятельных людей. Хотя, на практике оказалось, что многие из них недоучки, и француженка знала почему. Группа олигархов сажает в высокие кресла послушных исполнителей, а не интеллектуалов, способных собирать и анализировать информацию, на основе чего принимать эффективные решения и контролировать их выполнение. Это удел хозяев больших денег, и чужие там не ходят. Зато клоуны на виду, их высмеивают, ругают, против них выступают недовольные народные массы, наконец их меняют, но на таких же исполнителей. Эта карусель крутится, а главное происходит незамеченным — денежные потоки спокойно идут куда надобно.

Свои наблюдения Ламар никогда не высказывала публично, а только использовала в достижении намеченных целей — быть рядом с этими потоками, идти по бережку, умелыми лапками вылавливая рыбешку.

Однажды ей открылась уникальная возможность получать приличное вознаграждение за умелое использование своих навыков в эзотерике. Работать на грани двух миров в роли некоего сталкера, не подставляясь при этом под неминуемое наказание высших сил, поскольку по судьбе проводником не была. Француженка лишь передавала так называемые кольца демона из ментала желающим в плотном плане поменяться с ним судьбами. Причем не сама, а через несведущего посредника, поскольку тот неминуемо сам угодит в Хельхейм после тринадцатой передачи, ведь незнание законов не освобождает от ответственности… Впрочем, это уже совсем другая история, о которой привлекательная и обаятельная Лаура скромно умалчивала при беседах с кандидатами на обмен судьбами.

Таковых именно в Брюсселе было много. Кто-то хотел убежать от долгов или появившемся на горизонте казенном доме, грядущих разборок, разводов и ошибок молодости, а то и просто потешить своё неуёмное желание приключений. Ламар умела быстро «прочитать» такого клиента и нашептать ему на ушко желанную сказочку. Работа именно для такого авантюриста, как она, поэтому француженка проделывала её с выдумкой и азартом, что помимо гонорара приносило несравненное удовольствие.

«Подавляй и властвуй».

Одним из крупных клиентов был Магистр Ордена «Сынов Света». Хитрый проныра и услужливый исполнитель чужих замыслов. Упитанный, недалёкий и чванливый, с которым было удобно «работать». Однажды на деловом обеде в резиденции Магистра, так называемом замке рыцаря Лаво, мадмуазель Лаура прошла по его венечной чакре и просканировала область мозга, отвечавшую за логическое мышление. Оно у «Светлейшего» из «Сынов Света» оказалось на уровне хитрого и лживого подростка. Это было забавно, а игра со степенным мужем превратилась в «кошки мышки». Зато её счет в банке давно перестал казаться игрушечным.

― А с этого места поподробнее…

Неожиданно прозвучало в сознании француженки, заставив оглянуться. Однако в шикарной гостиной её квартиры посторонних не было.

― Ну, почему же посторонних… ― Ламар узнала этот голос.

― Саймон… Простите ваша Светлость… Я…

― Задумалась о своём, о девичьем.

Из коридора медленно вошла Сюзанна Теру. С улыбкой глядя на растерянную хозяйку, продолжила женским голоском итальянки из Турина.

― Такое впечатление, что меня тут не ждали, ― обиженно произнесла Теру, ― а охранник внизу узнал, как родную, даже чемоданчик поднёс и своей карточкой дверь открыл…

― Привет, дорогая, ― подавленно поприветствовала бывшую подругу Лаура, постепенно включаясь в новую игру.

― Ну, твоя подруга год как перекинулась в Хельхейм. Прямо вот с этого диванчика… Не звонила? ― ехидно хихикнул в сознании француженки голос Саймона.

― Пока нет. Но она девочка сообразительная. Найдёт способ…

― Не в этой жизни, ― грубо оборвал её бывший Магистр Ордена «Сынов Света», ― там при первом случае надо зубы показывать, а лучше клыки и все сразу. Это здесь некоторые пытаются красные линии чертить… Карандашей не хватит.

Ставший демоном в том мире, не пытался казаться лучше, чем был.

― Там овечки на полях не пасутся. Мир богини Хель полон слабых, больных и предателей, где все влачат убогое существование в мучениях и моральных страданиях… В этом мире слабые всегда платили дань сильным. Будь то соседняя братва или степняки, но теперь всё хитрее. Кучка финансистов, выросшая на лозунге «своим в долг под процент нельзя давать, а гоям можно», построила пирамиду, вынуждающую все страны покупать у них ровно нарезанную бумагу за реальные ресурсы, а потом ещё и проценты выплачивать… Да ещё время от времени воевать с соседними племенами, рисуя кровавый образ врага у земляков… Ну, как малые дети в песочнице… Извини, я о своём, о девичьем.. Поделился наблюдением, а то ты своим клиентам райские кущи обещаешь, подменяя чертог богини Хель, чертогом Одина. В Вальхаллу, на бесконечные пиры попадают только самые смелые войны, погибшие в славных сражениях. Валькирии знают, как отличить их души, и только они уносят героев на вечный праздник… Но попасть в Хельхейм для викинга считалось позором. Есть еще мир Фолькванг, куда богиня Фрейя уносит души героев погибших за идеалы, а не ради наживы.

Демон умолк и присел специально на тот диван, где поменялся душами с итальянкой Сюзанной Теру после передачи тринадцатого ключа.

― Хотя Бродячие Души всё равно скучают по этому миру, где прошло их детство, знакомство с миром, первые радости и горести, где остались их друзья и близкие. Наверное, это можно сравнить с родным домом в далёкой забытой богом деревеньке, где можно было радоваться цветущему весеннему саду, сладкому яблоку больше ладошки, тихой рыбалке на зорьке и крынке парного молока, которую матушка заботливо накрывала тряпичкой, оставляя своему сорванцу на ужин с краюхой простого хлеба из печи… Потому, что больше на струганных досках простого стола ничего не было.

― Ты ничего этого не нашёл, вернувшись? ― неожиданно спросила хозяйка квартиры.

Демон умолк и только отрицательно покачал головой.

― Ничего не повторяется, и по судьбе ничего не вернуть… Впрочем, можно отыскать и прочесть девять Книг Мудрости, и девять рун откроют Звёздные Врата и ты сможешь построить свой мир. Забрав туда всё, что было дорого тут.

― Это реально?

― Говорят…

― А Полю Кателю удалось?

― Последний раз я общался с ним через мощный ментальный канал. Он был в какой-то комнате и всё время читал манускрипты. Был ли это его мир или нет, не знаю.

― А Жерандо?

― С ней сложнее, ― отчего-то улыбнулся демон, ― по заданию Поля, переданному мне Августином, я заехал в дурку городка Чиппенхаум, чтобы вытащить Мелиссу для одного задания. Пришлось эту авантюристку ещё и восстанавливать, она в той клинике бестолку год провела… Забавно, что после выполнения задания, через год, мне пришлось её опять сдать в ту же клинику… Так что её мир ограничивается стенами больничной палаты в Чиппенхаум.

― Что-то очень трагично звучит… ― покачала головой Ламар.

― У каждого своя судьба.

― Так ты приехал с отчётом к Августину?

― Много чести, ― сморщился, как от чего-то неприятного, бывший Магистр Ордена «Сынов света»… Мы с тобой договорились в последнюю встречу, что половина гонорара за переход демона из ментала в плотный план, моя.

И Сюзанна Теру протянула открытую ладошку хозяйке квартиры.

― Это так неожиданно, ― растерянно промямлила Лаура, настороженно глянув на демона в женском обличии.

― Девичья память? ― ладошка итальянки сжалась в кулачок, но он показался Ламар кувалдой.

― Саймон, дайте мне немного времени и я соберу нужную сумму.

― Дорога ложка к обеду, ― хмыкнул собеседник, ― правда, по-английски она звучит не так убедительно.

― Ну, могу предложить мой спорткар.

― Я не пожарник…

― Саймон, вы на что-то намекаете, но я, право, теряюсь в догадках.

― Мне нужна помощница для одного деликатного дела.

Мадемуазель Ламар вопросительно глянула на собеседника, пытаясь понять, что тот имеет в виду.

― Успокойся, ― неожиданно мило улыбнулась Теру, ― мы не будем грабить банк, хотя деньги на расходы понадобятся… Дьявол кроется в деталях.

Последняя фраза прозвучала в сознании хозяйки весьма зловеще.

― Сегодня, ― голос мадмуазель дрогнул, ― у меня встреча с Августином…

― Знаю, ― итальянка перебила её и вновь мило улыбнулась, ― в 19.

Неожиданная острая боль сжала сердце Ламар, да так, что оно остановилось на несколько секунд… Потом боль исчезла, так же неожиданно, как появилась. Сердце бешено застучало, словно навёрстывая упущенное, и постепенно вошло в норму.

― Я зайду к тебе и спрячусь в уголок.

Спокойно прозвучал в сознании Лауры голос Саймона. Даже если бы это была угроза или рычание, француженке не было бы так страшно. Она призналась себе, что полностью во власти демона.

Всё оставшееся время до поездки в замок Лаво, они молчали. Незваная гостья из Турина сидела расслабившись на диване, словно задремала с дороги. Глаза её были прикрыты, но проверять, спит ли она, у Ламар желания не было. Постепенно, занимаясь привычными женскими делами, перед деловой встречей, Лаура успокоилась, хотя, старалась придерживать свой внутренний голос, понимая, что соглядатай всё слышит и понимает. Это было весьма непривычное и неприятное состояние, но многолетние духовные практики помогли держать под контролем свои эмоции.

Выйдя из квартиры и запирая входную дверь, мадмуазель неожиданно для себя, решилась пошалить и мысленно произнесла:

― Августин наверняка распорядился на счет ужина, а я так растерялась, что не предложила гостье перекусить. Отказаться от тех блюд, которые виртуозно приготовит Рафаэль будет неудобно, поскольку его Святейшество уверен, что путь к сердцу женщины лежит через желудок. Так, что мне нужно будет изображать восторг и восхищение перед тем обжорой.

― Ну-у… ― вздохнул Саймон, ― не обижай толстячка, он просто любит покушать. Кстати, опыт у тебя уже есть… Помнишь?

― Ах, да! ― неожиданно для себя улыбнулась Лаура, ― ты уже проделывал этот фокус со мной год назад, когда только перекинулся в Теру.

― Только не говори об этом Августину, а то он начнёт тебя кормить за двоих.

― Ни за что! Мы лучше сходим потом в ресторан. Хотя мне придется нелегко.

― Предлагаю сделать заказ в номер… На двоих.

― Устроим девичник?

― Мы девицы-демоницы любим иногда поесть, ― неожиданно по-детски хихикнул голос Саймона.

Ламар так искренне рассмеялась, что на неё обратил внимание молодой мужчина у лифта. Француженке даже пришлось сделать извиняющийся жест, чтобы избежать лишних объяснений. Оставшееся время поездки до рыцарского замка Лаво дамы молча слушали музыку.

Едва красный спорткар вкатился под арку на внутреннею площадь замка, как у входа на главную лестницу показался немолодой, но подтянутый мужчина в элегантном, серого цвета костюме, несмотря на жаркое солнце конца мая.

― Добро пожаловать, очаровательная Лаура, ― мужчина помог даме выйти из машины и поддерживал под локоток, пока она поднималась по ступенькам мраморной лестницы, видавшей за свой долгий век среди гостей множество известных лиц, включая членов монарших семей.

― Благодарю, Раф, ― Ламар одарила очаровательной улыбкой управляющего замком, ― каждый раз бывая у вас в гостях, я чувствую себя королевой.

― Признаться, ― обладатель приятного баритона и строгой причёски с сединой сделал вид, что смущается, произнося комплемент, ― для многих вы именно таковой и являетесь… Прошу в галерею. Вечером в беседке уже жарко, а толстые стены замка еще не прогрелись, и тут намного комфортнее.

― Галерея, где собирались рыцари круглого стола? ― улыбнулась француженка.

― И юные прелестницы… ― подыграл гостье Раф.

― О, они всегда отвлекают серьёзных мужчин от их важных дел.

― Открою секрет, мадмуазель, что не у всех мужчин этого замка есть дела важнее, чем находится радом с красавицей… Прошу сюда.

На третьем этаже, за массивной дверью располагалась галерея, которая могла бы принять и сотню гостей. По периметру, словно влитые в массивные стены замка, красовались портреты старинной работы. Чья-то заботливая рука подбирала их так, чтобы они создавали приятную и даже дружескую атмосферу. Ни помпезных поз, призывающий на бой, ни дорогих украшений, ни символов власти на портретах не было. Спокойные задумчивые лица, добрые взгляды располагали к приятной беседе. Высокие узкие окна бойниц напоминали, что это все-таки рыцарский замок, но с третьего этажа открывался замечательный вид на окрестности. Посредине действительно стоял огромный стол с тринадцатью резными высокими стульями по окружности.

Один из них занимал невысокий, весьма плотный мужчина. Он не сразу оторвал свой взгляд от расставленных перед ним тарелок, с различными яствами, а когда понял, что на него внимательно смотрит вошедшая молодая женщина, спохватился, и неловко смахнул рукавом крошки со рта, как это делают подростки, которых строгая матушка застала у буфета со сладостями. На его полном лице промелькнула улыбка с извинением и он, не вставая, широким жестом пригласил гостью к столу, где напротив него, управляющий уже отодвинул стул с высокой спинкой, чтобы даме было удобнее занять его.

― Благодарю, ― смиренно произнесла она, опустив глазки и сделав вид, что не заметила, как толстячок рукавом своего яркого расшитого костюма, более походившего на домашний халат, зацепил горку салата в красивой, раскрашенной яркими рисунками тарелке. Горошенка весело подпрыгнув покатилась по отполированному инкрустированному столу, но Рафаэль вовремя поймал озорницу и ловким движением незаметно сунул в свой карман, словно поправил невидимую скатерть.

― Рада приветствовать вас, Светлейший, ― Ламар заглянула в небольшие глазки Магистра Ордена «Сынов Света».

― Взаимно, дитя моё, ― он привычно перекрестил гостью, одарив святой благодатью.

― Надеюсь, простите, грешную, что отрываю от дел праведных.

― Полноте, голубушка. Без церемоний. Раф сегодня решил нас побаловать своими чудесными деликатесами, кои томились вместе со мной в ожидании. Прошу… Раф, ты, надеюсь, поухаживаешь за дамой…

Словно командующий войсками перед битвой, Магистр окинул строгим взглядом большой круглый стол, оценивая готовность вступить в смертельную схватку.

― У нас сегодня Фламандское меню, так что начнём с фламандского красного эля… Позволю себе заметить, Лаура, его выдерживали в дубовых бочках, поэтому кроме фруктовых ноток вы почувствуете винный привкус… Улавливаете?! И сразу киббелинги. Это кусочки свежайшей трески в хрустящей панировке созданы именно для красного эля… И, признаюсь, автор знал толк в таких композициях… Не стесняйтесь макнуть в чесночный соус, позже специальный десерт компенсирует все запахи. Обмакивайте смелее. Это же песня… С припевом. А? Каково! Не-ет. Кто не пробовал это с красным элем, тот не видел заката у нас на дюнах.

― Светлейший, да вы просто поэт. ― беззвучно похлопала в ладоши гостья.

― Оттеним эту прелесть монастырским «Трипелем». Это светлый эль с пряным ароматом. Извольте не путать и марьяжем к нему гуляш «а ля фламанд». А? Это нежная говядина, тушёная в темном пиве… Лаура, не отставайте. Тут важен ритм. Чувствуете?! Начался прилив на пологих отмелях северного моря.

― Божественно, Светлейший!

― Раф, держать строй. Нас ждёт «стампот»… Брокколи, шпинат, лучок, морковочка и непременно горошек.

Тут гостья не смогла сдержать сдавленный смех, вспомнив горошину в кармане у Рафаэля, и сделала пару добрых глотков эля.

Командор Северной Крепости, воспринял это, как бросок вперед, и тут же скомандовал флангам не отставать.

― Раф, «геневер»! Возможно, для новичков не всё понятно сразу, поэтому уточню, это молодой джин с можжевеловыми нотками.

Оратор блаженно прикрыл глазки, демонстрируя, что тут спешить нельзя, и только мелкими глоточками насладиться шедевром.

Впрочем, управляющий едва успевал отслеживать партитуру набиравшей темп кантаты, чтобы не сбиться с ритма. Однако, командора было не остановить.

― А вот здесь нам не обойтись без «коньджун»! Дружище, поставь поближе к даме это волшебное рагу из кролика. Он должен томиться в непростой компании трав и специй, но обязательно со сливами. Тогда вкус будет незабываемым. Не забудь про соус с ягодами и мёдом. Вот где открывается второе дыхание.

― Пощады! Прошу пощады! ― в молитвенном жесте сложив ладони, почти простонала гостья, но это только подзадоривало командора.

― Держать строй! Живыми мы им не дадимся, ― словно шпагой размахивал длинной старинной вилкой с двумя зубцами командор.

― Светлейший, а если кто уже ранен?

― Раф, где наше чудодейственное лекарство?

― Шардоне виноградника Кот-де-Самбр-э-Мёз?

Управляющий чуть наклонил голову, вопросительно глядя на командора, но тот даже не заметил сомнения и воскликнул, вскинув пухлую руку с бокалом, словно шпагу.

― Держать строй! Наши флаги развиваются на их башнях.

― Ну, слава богу, ― обрадовалась француженка, но рано.

― Рафаэль, льежский салат. Только смотри, чтобы он был теплым.

Управляющий щёлкнул каблуками и помчался на кухню, но бой не затихал. Магистр сам вскочил и, обежав круглый стол устремился к даме с восторженными криками.

― Телячьи крокеты, моя дорогая! Сочные внутри и хрустящие снаружи… Они подобны рыцарским доспехам.

Тут подоспел Льежский салат… он был действительно тёплым, потому часто бывал на застольях основным блюдом. Однако, как сказал нефламандский поэт — «Рука бойца колоть устала».

Встретив умоляющий взгляд мадмуазель Ламар, командор решил сжалиться над сдавшимися и сошедшими с дистанции.

― Хорошо. Тогда лимбургский пирог и кофе.

В зал бесшумно вбежала ватага поваров и поварят. Они мигом убрали посуду со стола и до блеска его протёрли. Следом появились овальные тарелки с аккуратно нарезанными кусочками пирога. Мягкое дрожжевое тесто, сочная фруктовая начинка с хрустящей оранжевой корочкой в обрамлении разноцветных шариков мороженного и кофейные чашечки с эспрессо и капучино с непременным добавлением бельгийского шоколада.

Тут даже ослабевшие бойцы, при веде такой сказочной красоты, почувствовали прилив сил. Второе дыхание бывает эффективным, только если его постоянно тренировать, и некоторые достигали в том совершенства.

В наступившей тишине после выигранной битвы немногие, оставшиеся в строю, ощущали блаженное состояние возвращения к жизни. Незыблемые метровые стены крепости, старинный интерьер, сработанный мастерами прошлого на века, высокие потолки, а главное, расположение круглого стола в том месте необъятного зала, где задуманное мастерами прошлого, воплощались по законам акустики. Говорящие могли абсолютно не напрягаться, и даже говорить шёпотом, чтобы их слышали все, сидящие по периметру рыцарского стола. В любом другом месте никто не смог бы разобрать и слова.

― Скажите, Лаура, моя просьба выполнена?

Гостья подняла удивлённый взгляд на командора. Это не был голос из ментала, она видела что движение губ совпадает с произнесёнными словами. Хитрец Магистр для кого-то устроил представление, а теперь перешёл к теме, ради которой она приехала. При этом он был на виду у любопытных, размякший, самодовольный и беспомощный… О! Такого актера француженка видела впервые. Чтобы проверить подозрение, Ламар прикрылась Лондонским туманом, чтобы отсечь непрошенных гостей из ментала. Однако, она четко слышала, как толстячок пожевал губами и причмокнул. Он явно играл на публику. Скрывая суть их разговора.

― Да, Светлейший, ― приняв правила его игры, едва прошептала мадемуазель.

― Перед вами под столешницей приклеена кредитка на предъявителя. Оговорённая сумма удвоена. Это ваш гонорар и предоплата за такой же заказ… Вопросы?

Глава V
Россия. Москва

Орлова едва дождалась восьми утра, чтобы позвонить старому знакомому. Диггер Сергей был, как теперь принято говорить, экспертом подземелий столицы. Их связывала давняя дружба, с той первой встречи, когда они с Иваном искали его пропавшую жену Лизу, и решились пройти с группой новичков по подземному руслу Неглинки до местечка, называемого диггерами «Алтарь Кремлёвского Духа».

Их проводник, Сергей, забавный и опытный диггер водил экскурсии по подземелью столицы, которое, как оказалось, ничем не уступало парижским или римским катакомбам. Все звали бывалого диггера Серый волк, хотя он не был зубастым или жестоким, но крепкий порядок уважал. И не зря.

Так случилось, что и Орлова помогла как-то столичному диггеру, с тех пор они были друзьями, хотя в гости друг к другу не ходили, а вот откликнуться на просьбу считали своим долгом. На это очень рассчитывала стройная молодая дама за рулём своего «шустрика», топтавшегося в потоке машин, который был непременным участником для многих спешащих на работу.

― Серёжа, это Орлова. Извини, если разбудила.

― Карлсон!

Радостно отозвался сонный голос у Вари в наушнике. Это означало, что Серый волк узнал худышку, для которой всегда было сложно подобрать старый армейский комплект химзащиты или, как говорили диггеры, «химку», чтобы смело идти по колено в грязи, втискиваясь в узкие лазы или пробираться под нависающими конструкциями.

― Нужно совета «Кремлёвского Духа» или появился новый след Либереи?

― Ты почти угадал… ― хихикнула Варя, от того, что Сергей всегда откликался на её просьбы без вопросов и условий, как будто давно ждал и, наконец, дождался.

― Удивлюсь, если будет иначе, и Карлсон предложит сходить в кино.

― Тогда не удивляйся, ― худышка не стала тянуть время, и сразу назначила встречу, ― сможешь после семи встретиться где-нибудь у метро «Ховрино»?

― Добро. Как приеду отзвонюсь.

Весь остальной день Варя работала с каким-то упорством, повторяя, что она успеет закончить все дела и встретится с Серым волком. В свободные минуты внимательно просмотрела официальные сообщения в прессе и серьёзных интернет-изданиях об Императорском Доме Романовых. Всё, сказанное Йозефом подтвердилось.

В 2000 году пятерых расстрелянных Романовых канонизировали. Возможно, среди верующих это было актом уважения, но у других русских оставался один вопрос, как можно признать святым монарха, который струсил и отрёкся от престола в сложное для огромного государства время, хотя давал присягу на верность Отечеству… Он не стал центром, объединившим нацию, не обратился к народу, к честным и преданным России офицерам и гражданам. Такие, как Минин и Пожарский, всегда были, и вставали грудью за Отечество. Вот кого надо канонизировать, а не тех, кто сбежал, бросив Россию под ноги проходимцев. Самодержец это символ страны, и не только в мирное время. Впрочем, кому-то ближе великомученики, покорившиеся и несчастные, а не погибшие в борьбе.

Варя никогда никого не переубеждала, но за свои взгляды могла постоять. У каждого своя судьба. Любительницу истории не тронули сообщения о том, что в 1992 году в великокняжеской усыпальнице был захоронен правнук Александра II, позже были перезахоронены останки некоторых других Романовых. Сбежавших из России в смутное время. Это наша история. Хотя её всегда переписывают.

Ещё больше вопросов возникло у Орловой к родившемуся в 1981 году в Испании Георгию Романову, приходящемуся троюродным племянником Николаю II, чей титул наследника и цесаревича оспаривается прочими княжескими семействами. Однако, Георгий Романов уже принял присягу на верность Отечеству. Только почему-то в Иерусалиме. Впрочем, среди современных событий, стремительно сменяющих друг друга в современном медийном пространстве, сей факт давно забылся, а шкатулка императора Павла I Орлову очень заинтересовала. Выпросив у директора библиотеки, где она работала не первый год, выходной на пятницу, Варя с нетерпением ждала встречи с диггером.

Его старенький «Фольцваген» уже стоял у назначенной станции метро, когда новенькая «Риа Пикатто» мягко припарковалась рядом. Водитель не успел из неё выйти, как из поджидавшей машины, с двумя стаканчиками кофе подоспел крепенький мужичок лет сорока. Он по-хозяйски протянул даме оба стаканчика, и сам сел рядом на пассажирское сидение.

― Со свиданьицем, ― диггер в шутку чокнулся с библиотекарем. ― извини, на шампанское у мня не наберётся, а кофе только взял.

― Рассчитал, когда я приеду?

― Нет. Ты же сказала, что у тебя красная машинка, вот я её еще на повороте заметил, когда ты только подкатила к очереди под стрелку направо. Обычно такие машинки покупают богатенькие, а у метро им не интересно парковаться.

― Только у супермаркетов?

― Нет. У дорогих бутиков, на охраняемой стоянке.

― То есть мне теперь можно у магазина в третьем ряду становиться.

― Запросто, ― он демонстративно чокнулся стаканчиками-непроливашками, ― если что, скажешь — Серый волк разрешил.

― Тогда еще вопрос, ― Варя умоляюще посмотрела на диггера.

― Прямо сейчас закидываемся через бомбарик и шлёпаем откапывать библиотеку Ивана Грозного… ― улыбнулся диггер. ― Знаешь, я так и понял по твоему звонку, поэтому пара химок, сапоги и фонарики с батарейками в багажнике.

― Серёж… Почти всё так… Только в Питере.

Он так искренне рассмеялся, что стало понятно — к чему-то подобному был готов.

― Карлсон, ты не меняешься! А мы знакомы уже лет пятнадцать…

― Едем?!

― Варюха, не расплескай кофе. Горячий.

― Только прямо сейчас. У меня завтра выходной. Нужно утром быть в Питере, чтобы зайти к адвокату в пятницу, в субботу и воскресенье у них выходной. Я по интернету посмотрела и с дамой договорилась…

― И всё это без моего разрешения?! ― диггер аккуратно передал Орловой свой стаканчик кофе, потом по-деловому хлопнул в ладоши и яростно потер их друг о дружку, добавив:

― Только чур, я за рулём, девочкам ещё рановато… Да, ещё звякну Князю…

― Надеюсь, не «Князю Тьмы»? ― шутя спросила Орлова.

― Нет. Это Андрей Боголюбский, а среди диггеров он просто Князь… Мы с ним как-то корешились одно лето во Владимире. Там у настоящего князя Боголюбского был замок. Накопали много интересного. Наш человек. Если он в Питере можно обратиться. Уверен, что поможет.

Сергей набрал номер. Ответили не сразу. Но двое в машине ждали не зря.

― Князь, это Серый волк. Можешь говорить?.. Подожду…

Диггер знаками стал показывать, что его кореш то ли по горло в грязи, то ли очень занят. Пауза затянулась на несколько минут.

― Да-да! Тут лучше слышно… Я коротко. Буду завтра в Питере. Есть тема. Перетрём? Лады. После обеда наберу… Ладно… Не промочи ноги, а то кашлять будешь… Давай!

Варя радостно прижала оба стаканчика к себе и молча закивала. Это бывает очень приятно, когда в жизни есть такие друзья…

― А твой «Фольцваген»?

― Он большой мальчик. Не привыкать. Место открытое, камеры вокруг метро. Навряд ли кто-то позарится… Я только химки в твой багажник положу.

― Места хватит… А Наташе позвонить?

― Дык, она сама утром спросила — Серя мышка звонила? То-то ты обрадовался… Она все сразу поняла. Так что попозже отзвонюсь. Не переживай.

Когда «шустрик» выехал на платную трассу М11 «Нева», движение было спокойное. Без суеты и пробок. Это вечер пятницы традиционно плотный, а в четверг все ещё на работе и только мечтают вырваться на дачи из душной столицы.

По дороге Орлова позвонила подруге, где обычно останавливалась, когда приезжала в Питер:

― Маш, привет.

― Варюха! Вот не зря Коля вчера звонил и спрашивал, не собираешься ли ты заехать. Давненько не была… Будем рады встретиться. Куда-нибудь на выходные поедем, погода отличная.

― Маш. Я только не одна…

― О! Что-то новенькое с Серой мышкой.

― Нет. Ты меня не так поняла. Со мной Серый волк… то есть, Сережа. Диггер.

― Слушай, а Серый волк тебе в пару подойдёт… ― рассмеялась Мария Михайловна, директор компании «Флорентино». ― Но пусть только попробует обидеть нашу Серую Мышку… Будет иметь дело с десантниками.

― Кстати о десантниках… Машуль, возможно, мне понадобится поддержка… Узнай у Николая на счет пятницы… Сможет освободится на службе?

― Будем штурмовать Зимний вчетвером, или позовём ещё Бармалея?

― Нет. Думаю это лишнее…

― Принято… Взвод морских десантников с легким стрелковым вооружением… Но резерв подготовим.

― Машка… Я серьёзно…

― Варюха, не переживай.

― Мы с Серёжей только из Москвы выехали. Пока дорога более-менее свободна, но если что, перезвоню.

― Без вопросов… Если навигатора у вас в машине нет, могу встретить вас на своей «пчёлке» у въезда на КАД. Адрес помнишь? Тогда жду звонка.

― Мне как-то неудобно, приедем поздно, а у тебя пятница рабочий день.

― У директора эта пятница выходной… И без возражений.

Какое-то время «шустрик» проталкивался среди разнокалиберных машин на простор. Потом, почувствовав свободу и хорошее покрытие, его двигатель ровно заурчал, и Варя решила вздремнуть.

Прикрыв машину «Колоколом Будды», чтобы никто из ментала её не видел, любительница истории смотрела свои любимые сны. Это было счастливое детство в Геленджике. Любимая дочка у любящих родителей. Маленький курортный город, где не нужно тратить много времени на дорогу в школу или на работу, да и море рядом, где купались с мая по октябрь. Среди взрослых в городке были и «моржи», но детвора предпочитала развлечение в воде, а не воспитание воли. Для этого подростки использовали различные погружения среди скал на время или расстояние. Тут Варя могла дать фору любому пацану их двора. Худенькая, ловкая, волевая, она всегда побеждала в каких-то спорах на «слабо».

Правда, потом многое изменилось. Отец ушёл в другую семью, мать замкнулась, а подросток всё больше стал рассчитывать в жизни только на себя. Случайно или нет, в то время девчушка впервые встретила Александра, с которым можно было поговорить на любые «взрослые» темы. Поскольку с девочками пацанке было не интересно, а с мальчишками она всё время спорила и боролась за независимость, друзей у неё не было. Спросить гордость не позволяла, да особенно и не было у кого. Варька сама много читала, рисовала и мастерила. В классики с девочками во дворе не играла, а у пацанов в «ножички» выигрывала легко, ныряла глубже, плавала быстрее.

Появление Александра изменило многое. Тогда варя еще не подозревала о существовании иного мира и его возможностях. Перечитала дома все книги по истории, которыми увлекались родители, особенно о Египте. Многие сложные имена, легенды или поступки египтян были непонятны, но появление Александра открыло для Варьки древний мир с такой интересной стороны, что она сама подготовилась и легко поступила на исторический факультет МГУ. Правда, Александр рассказывал иногда такие интересные истории о фараонах, что её ответ на семинарском занятии или экзамене приводил в недоумение и полный восторг профессоров. А на все вопросы, откуда это известно первокурснице, легко отвечала, что у родителей в книжках прочла.

Лишь лет в десять — двенадцать Орлова поняла, что не все могут видеть, да ещё и говорить с Александром. Долгие годы это была её самая большая тайна. Впрочем, и теперь о нём знают только те, кто видит ауру и может сам общаться с душами давно покинувшими этот бренный мир. Наверное потому, случилось так, что у Варвары были замечательные друзья в других городах, других странах и других мирах, а своего дома или семьи не было, только съёмные квартиры или дома…

― Эй, соня, ― разбудил «Серую Мышку» голос диггера, ― едем по Садовой, смотри, где тут твоя подруга живет?

Маша встречала гостей у двери своей квартиры. Она всё также была красива и умела это преподнести. Диггер даже растерялся, неожиданно столкнувшись с женщиной, созданной не просто покорять, а властвовать. Рядом с Марией Михайловной Орлова была действительно Серой Мышкой, но острой на язычок.

― Поворотник включи, ― хихикнула она, по-дружески чуть подтолкнув вперед, застывшего на последней ступеньке диггера.

― Варюха! ― кинулись обнимать худышку по очереди Маша и Николай.

Оба рослые, статные, всегда привлекали к себе внимание особенно, когда появлялись вместе. Варя тоже отметила про себя, что друзья стали даже чем-то похожи друг на груда. Манерой говорить, или жестами… Их судьбы шли рядом, но не вместе.

― Ребят, давайте к столу, ― пригласила гостей Маша.

― Но если это цыплёнок опять только будет клевать по зернышку, ― покачал головой Николай, ― завтра приведу под конвоем в «Бабушкины пироги», и там у Бармалея не открутится.

― Ладно, ― с извиняющейся улыбкой пролепетала худышка, ― буду по два зёрнышка… Только отставить пироги.

― Я, между прочим, ― не унимался Николай, ― дважды по магазинам бегал во-от с таким списком, а потом всё принесённое в обеих руках, резал, шинковал, на терке измельчал… и пробовал. Варька, я с тебя глаз не спущу!

― Хорошо, что не с лестницы, ― оба смеялись, вспоминая старые добрые времена, когда вместе они побывали в разных странах и только юмор помогал оставаться самими собой в сложных ситуациях.

― Кстати, ― неожиданно подключился к обмену мнениями диггер, ― я с другого края буду контролировать, чтобы под стол ничего не прятала, а то мне приходится хранить «химку», которую с трудом подобрал лет пятнадцать назад.

― «Химку»? ― переглянулись Маша с Николаем.

― Наследство СССР для химзащиты, ― с растерянной улыбкой пояснил Сергей, ― у Серой Мышки уникальный размерчик.

― Варь, вы куда собрались-то? ― насторожилась хозяйка квартиры.

Любительница истории сделала незаметное движение правой рукой и прошептала мантру, поставив над комнатой «Каирскую ночь» для защиты от любопытных.

― Серёжа поможет отыскать в подземном лабиринте один тайник, содержимое которого меня очень интересует.

― Понимаю, что Варька может не задумываясь полезть в какую-нибудь чёрную нору, ― серьёзно глянула на госта Маша, ― но вы-то, Серёжа, должны себе отдавать отчет. Что Питер не Москва. Он стоит на каком-то старинном городище. О чём ходят много легенд и выдумок. Толком никто не разобрался. Официальные лица только отнекиваются, но есть любопытные, вроде нашей любительницы истории, которые рискуют своими жизнями в этих катакомбах… Я так понимаю, что у вас ни знаний, ни карт нет. А в городе были случаи, кода метро заливало и когда троллейбус с пассажирами провалился посреди дороги в какую-то дыру… Краном поднимали… А сколько слухов было…

― А у нас в провожатых Князь. Он там все закоулочки знает. Да они на пару с Серым волком там с закрытыми глазами пройдут.

― Ну, главное, чтобы вышли, ― серьёзно добавил Николай.

― Так, на всякий пожарный, ― тут же откликнулась Орлова, ― у нас есть десантные войска. Они всегда выручат…

Они ещё долго сидели за столом, обмениваясь шутками, но трое знали, что разговоры никогда не остановят любительницу истории, если та что-то задумала. Оставалось одно, — помочь этой худышке. Ведь она непременно окажется в самом опасном месте… Судьба.

Под утро Орлову разбудил холодок чьего-то касания. Она даже подумала отмахнуться чем-нибудь потяжелее, но интуиция подсказывала, что это свои. Пришлось приоткрыть «Каирскую Ночь».

― Ва-ар… Ва-ар… Вот соня!

― Назови своё имя, строго произнесла в ментале любительница истории.

— Жакотта Дерозье родившаяся на Гаити в 1638 году у Габриэля Дерозье и гаитянки Сой…

— Заходи, — Варя прочла мантру и сделала привычный жест рукой.

Перед худышкой в скромном халатике возник фантом двадцатилетней красавицы с пышной копной рыжих волос, выбивавшихся из-под широкой шляпы с пером, длинная синяя юбка была заправлена в ботфорты мягких сапог, делающие ноги потрясающе длинными и стройными. Лицо открытое, уверенное со спокойным взглядом колдовских зелёных глаз. Левая ладонь лежала на эфесе шпаги, оголённые по локоть руки украшены красной и синей татуировками с морскими драконами.

— Едва нашла тебя, Читающая Во Тьме, — фантом огляделся, не убирая руку с эфеса шпаги. — Что вдруг заставило Проводника Бродячих Душ покинуть тот дом с красивым видом на реку?

— Надежда, — коротко ответила худышка.

— Я, конечно не вправе задавать тебе вопросы, и надеюсь не нарушила твои личные границы. Но. В конце прошлого лета, по календарю твоего времени, я обещала друзьям, что всё время буду поблизости.

— Тот дом, с окном во всю стену и красивая машина, который я приняла в подарок от тебя, мне очень понравились и пригодились… Прими мою благодарность Жако.

— Вар, я не хотела тебе напоминать о подарке… Извини, получилось бестактно… Подумала, что он не понравился, и поэтому ты так неожиданно покинула его.

— Жако, не буду ходить вокруг да около, как говорят в моей стране. Появилась возможность прочитать Восьмую Книгу Мудрости. Времени на раздумье и подготовку нет. Обратилась к друзьям на помощью…. И буду рада, если ты присоединишься. Твоя помощь была бы очень кстати.

— Шпага Жако Из Мёртвых к твоим услугам! — глядя прямо в глаза худышки, произнёс фантом и мгновенно выхватив свою шпагу их ножен очертил ей вертикальную и горизонтальную восьмёрки. Клинок только успел молнией сверкнуть в уличном свете, пробивавшимся между неполностью задёрнутых штор. Затем вернулся назад в ножны, словно не покидал их.

— Признаться, впервые вижу такое, — улыбнулась любительница истории, — не остаётся сомнений, что такую красотку и фехтовальщика команда брига «Счастливчик» единогласно выбрала капитаном.

Большие колдовские глаза фантома излучали зеленоватое свечение, и это было так обворожительно, что Орлова, восхищённо прошептала:

— Ты настоящая королева пиратов…

— Королева без королевства? Так не бывает… Да и зачем оно мне? Я Бродячая Душа. Мне достаточно «Счастливчика» и того времени, когда можно было с надёжной командой в одиночку отлавливать гружёные золотом галеоны, под конвоем «Серебряного флота».

— Ты говоришь о колониальном испанском флоте сокровищ, — уточнила любительница истории, — по крайней мере, я помню, что в книгах читала именно такое название.

— Извини, не блистала образованием. Испанцы грабили страны Нового Света и перевозили ценности в Севилью и Кадис на своих конвоях. Это десяток-два грузовых галеона типа «наос» и несколько боевых галеонов с хорошим парусным и пушечным вооружением… Это мой мир, где я хотела бы вновь встретить Мореля.

— Уверена, что твой Морель объявится. В каком облике не знаю. Сильного демона, как Винмор, просто так в Хельхейм не выбить из плотного плата. Хотя, не знаю способностей Леорании, тут нужно поискать информацию.

— Где ж её найти.

— Черная энергия всё хранит в себе. Нужно только знать что и где искать.

— И каждый может найти?

— Нет, конечно. Только тот, кто способен управлять черной энергией… Впрочем, есть другой вариант. Ты, как Бродячая Душа, можешь передать мне свое родовое колечко и по договору со смертным в день, когда дата совпадает с числом жизни кандидата, поменяться с ним судьбами. А демон из Хельхейма может передать свои тринадцать колец контактёру и после тринадцатого кольца поменяется с ним судьбами. Так оба окажетесь в плотном плате.

— А вместе перейти в то время. Когда мы были молоды и счастливы?

— О переходах всё знает Книга Перемен, но пока я даже не знаю, где её искать… А вот Книга Предсказаний появилась на горизонте.

Орлова умолкла, внимательно сканируя периметр. Ей часто приходилось контролировать ситуацию, врагов и соглядатаев у сильных личностей всегда было много.

— Поэтому ты сорвалась из той квартиры в этот город на болоте.

Любительница истории едва кивнула в ответ, потом с интересом спросила:

— Почему ты решила, что город на болоте?

— Разная вода по-разному пахнет. Когда ходить по разным рекам, морям, океанам, лагунам, проливам, можно с закрытыми глазами точно описать место, где сейчас твой корабль или в какое течение попал. В океане тоже есть реки и они по-разному пахнут.

— Как интересно! — всплеснула руками «Серая мышка».

— Тут пахнет старыми реками и старым болотом. Они возникли после какого-то серьёзного катаклизма. Русла подземных рек изменились или были засыпаны оползнями и завалами, потому наверняка есть подземелья где когда-то протекали реки.

— Точно. Я была в таком подземелье в Москве.

— Они везде есть. Даже в горах.

— Тогда ты не случайно оказалась сегодня в этом доме, — улыбнулась Орлова. — Завтра мне очень пригодились бы твои навыки. Поможешь?

Глава VI
Англия. Лестер

Кафедральный собор в старинном городе Лестер, когда-то был резиденцией первого католического епископа в Англии, но после отлучения от церкви непокорного короля Генриха VIII, решившего пойти против Папского запрета и развестись с Екатериной Арагонской, ради венчания с Анной Болейн, собор Святого Мартина не потерял прихожан, спокойно перейдя в лоно протестантской веры. Хотя некое безвременье, волнений в стране было, но тут появился Святой Орден «Сынов Света», который заполнил некую пустоту и удачно вписался в противоречия претендентов на трон. С тех давних пор монахи, посвятившие свою жизнь служению святого дела торжества Света над тьмой во всём мире, прочно обосновались в соборе Святого Мартина, где прелат Робин читал замечательные проповеди. А в свободное от сих богоугодных дел, был Инквизитором и членом Тайного Совета братства «Сынов Света», считая своей резиденцией скрытую часть собора несколькими этажами ниже главного зала.

Этот Орден не участвовал в Крестовых походах, его рыцари не бились на мечах с неверными за Святую землю, а несли свой крест тихо и мирно. Было время, когда в приемной, около секретаря прелата собора толпилась немало знатного народа Лестера дабы удостоиться чести быть принятым самим Инквизитором и припасть к его руке с блаженным поцелуем. Секретарь аккуратно вел бухгалтерию пожертвований членов Попечительского Совета Ордена и остальных желающих. Средства шли на строительство и поддержку монастырей Ордена по всему свету, в которых содержались и обучались дети с уникальными способностями, для развития которых, были разработаны тайные методики. Шли годы, послушники росли и некоторые их них достигали градаций гловер, т.е. разведчик, флэшер, т.е. боец, и лайтер, т.е. мастер ментального удара. Что это и как воздействует на человека нигде не обсуждалось, а просто было, о чем знали очень немногие. Зато Орден имел большое влияние и в обществе, и в решении некоторых вопросов политики.

Однако, всё меняется в нашем мире. Череда странных совпадений за несколько лет существенно поменяла и сам Орден, и его сынов. Тишина царила в приёмной секретаря, прелат чаще был занят проповедями, а в нижних этажах собора почти не звучали голоса. Магистр Ордена перенёс свою резиденцию из Лестера в замок Лаво около городка Намюр, что в Бельгии. Туда же перенесли библиотеку редких рукописей, которые собирал веками весь Орден, и оскудевшие доходы Ордена.

Впрочем, по примеру предков Орден «Сынов Света», оставив название, стал заниматься откровенной чертовщиной. Проект под названием «контактер» описывал в деталях как искать в потустороннем мире души бывших воинов и возвращал их в этот бренный мир. Причём дело было поставлено на поток, поскольку вновь появившиеся воины Света снова отправлялись к праотцам. Прежде неосторожно сказанное слово о подобном считалось ересью, и каралось соответственно. Теперь Инквизитор и Магистр наперегонки ищут в потустороннем мире борцов за Светлое Дело в этом мире.

Так, ближе к обеду, Инквизитор, освободившись от очередной проповеди, отправился по винтовой лестнице на пару этажей вниз. Его осторожные шаги гулким эхом пробегали вверх до солидных перекрытий и, отразившись, спешили вниз. Это создавало звуковой эффект множества шагов, марширующих почти в ногу. Брату Робину нравилось ощущать себя таким многоликим, каждый шаг которого словно впечатывался в старинные стены.

Открыв карточкой проксимити массивную стальную дверь на самом нижнем этаже северного предела Святого Мартина, брат Робин оказался в центре обработки информации, оборудованном по последнему слову техники. Компьютеры и серверы последних модификаций известных производителей, дублированные оптоволоконные каналы связи, терабайтные хранилища цифровой информации, кластер искусственного интеллекта, работающий со своим дата центром и удалённым дублирующим хранилищем.

― Храни Господь Святой Орден, ― чётко прозвучало приветствие дежурного, на которое Инквизитор сдержанно кивнул.

― Храни Господь Святой Орден, ― подхватил хор двух десятков голосов, вскочивших со своих рабочих мест послушников…

Брат Робин был рад такой твёрдой дисциплине, и осенил всех крестным знамением. Затем, не оборачиваясь к начальнику аналитического отдела тихо, но властно произнёс:

― Брат Джейсон, кратко сообщите итоги сегодняшнего дня.

― Подтверждён сильный энергетический всплеск на юге русской столицы, зафиксированный в среду около полуночи по местному времени.

― Анализ показал пятый уровень силы по шкале Константина.

― И что могло быть причиной?

― Энергетический удар уровня «Лабрис Одина», ваша Светлость.

― Возможно, это была обычная молния. Весной грозы рядовое явление.

― На такой запрос нашему Искусственному Интеллекту, названного «Одиссей», мы получили отрицательный ответ.

― Аргументы?

― В среду был ясный солнечный день. Грозовой фронт проходил в тысяче километров. Траектория удара была на восемьдесят процентов горизонтальной.

― Шаровая молния?

― Проверяли и этот вариант, ваша Светлость. Ответ отрицательный, поскольку никаких разрушений не зафиксировано… За исключением выхода из строя включённых электроприборов. Это по сообщению местной информационной службы. Анализ спутниковых снимков того же района дал аналогичное заключение.

― Что же это было?

― К обработке подключена сторонняя информационная система. Результат вам доложу лично, ваша Светлость.

― А у вас какое предположение, Джейсон? Чья-то удачная охота? Один выстрел снайпера… Дуэль двух мастеров пятого уровня силы?

― Ищем, ваша Светлость…

― Джейсон, мне нужен точный ответ… Я мог бы послать в этот район наблюдательного гловера с заданием на сотню евро. А два десятка айтишников и дата центр за три сотни миллионов второй день гадает. Может быть, проще поменять руководство, которое даёт расплывчатые вопросы искусственному интеллекту?

По интонации Инквизитора, комптур аналитического отдела знал, что в данной ситуации лучше промолчать. Так же молча брат Робин стал прохаживаться между рядами послушников, старательно колотящих по клавишам и не отрывающих взгляд от экранов своих мониторов.

― Скажите, брат… ― член Тайного Совета Ордена остановился около айтишника в углу комнаты.

― Самуэль, ваша Светлость.

― Самуэль… Сколько вам понадобится времени, чтобы написать математическую модель для «Одиссея», с помощью которой мы смогли бы увидеть на этом экране в виде картинки или мультфильма тот случай в среду ночью в русской столице?

― Часов пять-шесть, Ваша Светлость.

― Тогда отложите пока текущие дела и займитесь интересующим меня вопросом. Вечером зайду проверить…

Без лишних слов Инквизитор пошёл к переговорной и жестом подозвал комптура аналитического отдела. Расположившись в удобном кресле, без лишних слов продолжил разговор.

― Джейсон, мне приходится оплачивать расходы на электроэнергию, как для фабрики в пригороде Лестера. Только фабрика выпускает продукцию, а наш центр обработки информации ничего не выпускает. Как быть? Брать подработку на прогноз погоды или цены на нефть?

― Мы справимся, ваша Светлость. ― неожиданно твёрдо ответил комптур аналитического отдела.

― Меня радует ваш оптимизм… Вечером мы его проверим. А пока давайте вместе обсудим следующий шаг.

Джейсон спокойно ждал нового вопроса, понимая, что рискует головой, но всё же не суетился, всем своим видом стараясь дать понять, что лучше никого не найти.

― Итак. По моим данным самым результативным в поиске информации о русском мастере после его очередной расправы над Полем Кателем и тремя лайтерами… Прости мя, грешного, Господи… возвращённых в строй с того света… Оказался наш ненаглядный Магистр.

Инквизитор умышленно делал паузы, чтобы прислушаться, не грянуло ли неминуемое наказание за такое богохульство. Последнее время ему вспоминались описания допросов тамплиеров в 1307 году и последующие казни вероотступников на костре. Однако, ничего подобного не произошло, и брат Робин продолжил.

― Заметим, что сегодня Попечительский Совет Ордена сконцентрировал свою помощь на, казалось бы, самом недалёком члене Триумвирата, который был избран Магистром на переходный период, поскольку три противоборствующие группировки Ордена не смогли договориться. Отведённые по Уставу три года прошли, но Августин не вернул Кольцо Силы хранителю в моём лице. Все вдруг забыли вековые правила и традиции, по которым жил и боролся Орден?

― Ваша Светлость, ― осмелился поделиться своими мыслями комптур аналитического отдела, уловив в речи прелата нотки взывающего о помощи, ― создавшаяся ситуация волнует многих, но братья всегда воспитывались в духе покорности, исполнительности и аскетизма… Для некоторых мифический русский мастер ментального удара, которого по традиции обвиняют во всех смертных грехах, просто ширма…

Джейсон не решился продолжить фразу, из которой напрашивались весьма смелые выводы. Он потупил взгляд, передавая право закончить свою мысль собеседнику. Впрочем, Магистра было не так просто обвести вокруг пальца, но он оценил ход новичка, словно на шахматной доске, и продолжил свою линию, словно не поняв намёка.

― Мой источник сообщает, что пара гловеров Августина — Мелиса Жерандо и Сюзанна Теру выследили русского на паруснике и даже были с ним на каком-то острове… Вопрос, какова цель его поездки и достигнутый результат… Зато точно известно, что Мелиса Жерандо снова в небезызвестной клинике Чиппенхаум. Наш гловер Екатерина сообщает из этой клиники, что Жерандо доставила туда некая подруга, мутно обосновав несчастный случай странным падением на аттракционе… Кроме того, пара гловеров Остина из Восточной крепости тоже отдыхают с аналогичным диагнозом, но в другой клинике, что неподалёку от Дублина. Просто эпидемия…

― Ваша Светлость, информация по этим гловерам подтвердилась. Что касается парусника, на котором Жерандо с подругой были на островах, то это мог быть только один парусник, попавший в странную историю.

― Интересно, ― брат робин даже чуть подался вперёд.

― Могу только с уверенностью сказать, что «Одиссей» отметил аномальное цунами на традиционном маршруте парусников из Европы на Карибские острова. Прошлой осенью в том районе традиционно были шторма и сильный ветер, но цунами, которое оценивалось на спутниковых снимках, как стометровое, бесследно исчезло, как и появилось…

― Джейсон, — строго произнёс Инквизитор, ― меня интересует не столько информация, сколько её анализ и точные выводы. Для этого у вас в руках мощный инструмент в виде искусственного интеллекта. Если вы не в состоянии дать ответ, научитесь хотя бы задавать «Одиссею» правильные вопросы… Если по-вашему, есть связь между цунами и тем, что гловеры Ордена оказались в дурке, обоснуйте, а не собирайте слухи по всему свету… Коротко и чётко — кто, что и почему.

Собеседник, получив подзатыльник, только обиженно кивнул, а брат Робин, как ни в чём не бывало, продолжил.

― Перейдём к прогнозам, которые «Одиссей» сообщает по всей накопившейся информации за текущий период.

― Он уверенно заявляет, что одна из сторон… ― комптур поискал более мягкое слово вместо того, что выдал интеллектуальный помощник, ― обсуждений ситуации в Ордене прибегнет к возвращению двух сильных лайтеров братства, что существенно усилит позиции этой стороны в …. Дебатах.

― Так-так-так… ― Инквизитор чуть наклонил голову влево и внимательно посмотрел на собеседника. ― Кому-то ещё известны эти прогнозы?

― Нет, Ваша Светлость. Только мне.

― Хорошо… Тогда было бы логично задать следующий вопрос… Что предпримут эти двое бойцов?

― Сначала вдвоём отомстят предателям или пособникам, из-за которых им пришлось покинуть сей бренный мир, а потом схлестнутся между собой в борьбе за власть в Ордене.

― Хотите сказать, ― хмыкнул Инквизитор, ― что воскресшие лайтеры… Прости мя, господи, за ересь… Сохранили все знания и навыки бойца седьмого уровня силы?

― «Одиссей» однозначно и твёрдо отвечает, что это реально.

― Так-Так-Так…

Брат Робин ненадолго задумался, вспоминая события четырёхлетней давности, когда он ловко инициировал внеочередную ассамблею Тайного Совета Ордена, на которой рассматривался вопрос о рискованном эксперименте Саймона, как Магистра Ордена, повлекший к непредсказуемым последствиям. Брат Робин тонко сыграл на зависти к лингвисту, использовавшим свои способности, а не многолетнюю службу чтобы завладеть Кольцом Силы.

Ювелирная игра в Триумвирате и Тайном Совете была только катализатором громкого процесса, лишившего Саймона не только звания Магистра, но и жизни. Громче всех выступал с обвинениями Августин, считавшийся слабаком, но за ним потянулись другие, причём из числа протеже и даже друзей обвиняемого. Инквизитор тихонько сидел в сторонке и помалкивал, глядя, как вершится задуманная им многоходовая комбинация. Главным было тайное голосование, которое потом всё-таки попало в отчёт. Брат Робин, лишь забыл упомянуть себя в том отчёте, видя, что результат достигнут. Известный интриган знал, что и где говорить, чтобы не оставлять следов на бумаге. Тут у прелата собора Святого Мартина мелькнула мыслишка и он спросил:

― У «Одиссея» есть доступ к архиву и библиотеке Ордена?

― Только к архиву, Ваша Светлость. Вся библиотека Магистра была перевезена из Лестера в Северную Крепость четыре года назад.

― А записи по проекту «Контактёр»?

― В архиве таких документов нет. Если проект составлялся лично кем-то из тогдашних Магистров Ордена, то он остался в библиотеке Магистра, значит, тоже был перемещён в замок рыцаря Лаво.

― Понятно… ― оживился брат Робин, ― вот почему так смело действует Августин… В архиве Ордена остаётся стенограмм ассамблеи Тайного Совета Ордена, а результат голосования может храниться и там и там. Зависит от ситуации. Если принималось решение важных событий на уровне жизни и смерти, на ассамблее проголосуют, где хранить. Это некий барьер для последующих преследований или личной мести, что в любом случае навредит Ордену. Поэтому, подобная конфиденциальная информация по Уставу Ордена может храниться только в личной библиотеке главы Ордена…

― Что это меняет? ― Ваша Светлость.

― Если среди обращённых лайтеров Ордена есть Саймон, он попытается прочесть отчёты по той ассамблеи Тайного совета, где лишился власти и жизни… Он непременно явится в Лестер.

― Будучи в здравии, Саймон не знал где отчёты по голосованию? ― искренне удивился комптур аналитического отдела.

― Скорее всего, избранный тогда Магистром Августин, настоял, чтобы голосование остались в личной библиотеке его Святейшества, поскольку был инициатором разбирательства и выгодоприобретателем…

В совещательной комнате повисла напряжённая тишина. Инквизитор вопросительно посмотрел на комптура, и тот понял, что нужно принимать решение, с кем он. Здесь и сейчас.

― Думаю, что есть вариант, как намекнуть «Одиссею» на то, где найти интересную информацию… Не изготовляя никаких фальшивок.

― Интересно…

― В описи документов архива я не встречал записи о том, что результаты голосования на важной ассамблеи Тайного Совета Ордена переданы в личную библиотеку Магистра и где она находится… Добавить такую запись у комптура есть право. Порядок нужно поддерживать.

― А почему после четырех лет неведения, «Одиссей» вдруг заинтересуется этой записью?

― О! Он очень любопытен… Достаточно в каком-нибудь вопросе по совершенно другому поводу, намекнуть о просмотре описи архива, он поймёт, что не знает важной информации. Будет искать и найдёт.

― Скажите, Джейсон, а как возвращённый с того света Саймон… Прости мя, грешного, Господи, за такую ересь… сможет проникнуть в наш информационный центр, да ещё и воспользоваться услугами «Одиссея»?

― Ваша Светлость, создание информационный системы порождает защиту и хакеров. Это можно сравнить с оружием и защитой от него. Новые технологии, новые свойства, новые методы всё время в борьбе друг с другом. Независимо от того, кто и что придумал, через некоторое время сломают.

― Как новые дроны и борьба с ними… ― предположил Инквизитор.

― Конечно.

― Тогда вопрос от дилетанта, ― краешки бесцветных губ старика чуть дрогнули, изображая улыбку, ― С хакерами понятно, а кто придумывает новую защиту системы?

― Компания производитель. Она заинтересована в продажах своего продукта и в качестве рекламы, публикует благодарности известных клиентов, а чтобы они были положительны, вовремя присылает заплатки или обновления, учитывающие новые риски.

― И если таковых нет, можно и самим подбросить, ― подслеповатые глаза озорно блеснули. ― Скажите, Джейсон, а хакер может наследить в системе… Ну, если ничего не ломал, а только подглядел?

― Да-а… ― и осторожно добавил, ― Вам, Ваша Светлость нужно в айти свой опыт внедрять.

― Ничего нового тут нет, ― равнодушно проскрипел слабый голос, и комптур понял, что собеседник устал или сделал только вид.

― А мы можем между собой договорится, чтобы пока заплатки не ставить… Под мою ответственность… И как только любопытный хакер заглянет, меня проинформировать, а защиту восстановить.

Руководитель информационного центра сдержанно кивнул. Иногда он понимал, как и кто ведёт внутреннюю игру в Ордене, и не переставал удивляться её поворотам.

Глава VII
Россия. Питер

Пятница для многих городов, особенно весной, всегда суетливый день. Особенно из мегаполисов после шести вечера вереницы машин рвутся на дачи, озёра или близлежащие городки, где проживает основная масса сотрудников различных офисов. Все спешат, толкаются и топчутся в поисках лазейки, чтобы побыстрее оказаться на свободе — от забот, будничной суеты и самодурства начальства. Эти потоки чем-то напоминают великие переселения много веков назад, когда катаклизмы в виде землетрясений, многолетних засух или суровых зим заставляли сниматься с обжитых мест многочисленные племена, сметающие на своём пути все препятствия, подобно горной лавине.

Никто не обратил внимания на красную «Риа Пикатто», у дома 12Б на Инженерной, из которой вышли трое с большими сумками, да оно и понятно, все стремятся захватить на дачу побольше вещей, чтобы выходные забыть о магазинах, а всё необходимое находить на расстоянии вытянутой руки. Впрочем, троица почему-то оставила новенькую машинку во дворе, где был шиномонтаж и часто, в ожидании своей очереди, томились посторонние.

Дверь в квартирку номер 7 была действительно в цокольном этаже с малюсеньким окошком на уровне коленок прохожих, поэтому вошедшим в парадную дверь пришлось спуститься на несколько ступенек вниз. Судя по высоким потолкам, просторной мраморной лестницой и входной дверью, украшенной резьбой и литой медной ручкой, вошедший понимал, что когда-то этот, богато украшенной архитектурными изысками дом, был построен по заказу состоятельного человека в центре Питера. И в таком доме непременно была коморка дворника. Он знал всех жильцов в лицо, их привычки и особенности. Поэтому в пятницу, как положено, закрывал на ключ ворота во двор, но не ложился спать, пока не вернутся гуляки, которые с барского плеча подарят пару целковых, чтобы позднее возвращение прошло тихо и незаметно.

Примерно такое желание было у троицы из красной машины. Впрочем, они самостоятельно открыли обшарпанную дверь с номером 7 своим ключом и с интересом огляделись. Интерьер был знатный. Небольшой топчанчик у стены, рукомойник и тумбочка со старенькой электроплиткой, остальное не поддавалось точному описанию, поскольку сохранилось, не иначе, как с петровских времён.

Для небольшой касты любителей старины такие захламлённые квартиры просто Клондайк. За небольшую цену они договариваются с новым хозяином, не желающим возиться с барахлом, всё забрать и вывезти на свалку, предварительно перебрав и просмотрев каждую запылённую вещичку. Кого-то ждёт удача и отыщется старинный позолоченный канделябр, серебряное колечко с камушком, а то и старинная книга, которая в антикварном салоне будет красоваться рядом с шестизначной ценой.

― Князь, потом покопаешься, ― одернул столичный диггер своего питерского коллегу, ― это никуда не денется.

Оба вопросительно глянули на худышку, которая пыталась вытащить химку из большой сумки. Она только отмахнулась, виновато извиняясь.

― Ребят, ну я не наследница, мне только ключ в том альбоме доверили, а двое флотских, которые вступят в права наследования, как сегодня строго сказал адвокат, точно не будут претендовать на это… ― Варя не решилась сказать самое подходящее слово, но, подумав, добавила, ― имущество.

Диггеры принялись за привычное дело. Обследовав коморку нашли в покосившемся стенном шкафу солидную металлическую дверь. Тут их глаза заблестели. Движения стали чёткими, фразы короткими, а химки легли на фигуры, как влитые, и только Карлсон никак не мог обойтись без посторонней помощи. Пока Сергей, как более опытный в экипировке любителя истории, проявлял чудеса находчивости, Князь отыскал солидных размеров ключ от стальной двери и молоток, с которым часто ходят в горы геологи.

С улицы послышался глухой хлопок. Столичные гости переглянулись.

― Пушка Петропавловки… ― пояснил Князь, ― Полдень, друзья мои. Это знак.

Он не пояснил какой, но двое улыбнулись, приняв его за счастливый. А Князь по-хозяйски ловко открыл солидную стальную дверь в стенном шкафу, которая покорно открылась, не проронив ни звука. Широким жестом приглашая приезжих спускаться по лестнице, прикрыл за собой дверцы стенного шкафа и на ключ закрыл стальную дверь. Не оборачиваясь, просто пояснил:

― Не оставляй вход открытым. Надует.

― Позвольте маленькую вводную от любительницы истории, ― смущённо пролепетала Варя. ― Мы должны направиться влево, когда выйдем в тоннель. Пройти минут пятнадцать — двадцать до рисунка на стене справа «Спартак чемпион». Пройти от него еще двадцать метров и слева, в пятом ряду снизу, найти подвижный кирпич. Он открывает проход в коридор под Михайловским замком. Меня предупредили, что проход узкий и протискиваться нужно быстро, потому что он повторно открывается только часа через два. И ещё разговаривать там нельзя, потому, что сверху уложен материал, хорошо проводящий звук в комнату подземелья. Там может сидеть дежурный и нас засечь.

― Вы собрались в Михайловский замок? ― удивился Князь. ― Там «стрёмно». Я много раз пробовал пробиться, кое-что помню, но каких-то интересных находок не было. Но если есть такая инструкция, грех упускать. Что касается ловушек, то в подземелье их много. Особенно под историческим центром. Например, об этой двери в тоннель впервые слышу…

Они спустились по винтовой лестнице метров на двадцать. Резиновые сапоги ступали мягко и не скользили. Глаза постепенно привыкли к темноте, а свет от фонариков узкими лучами освещали только пятачок, куда и следовало ставить ногу. Впереди уверено шёл Князь, явно не торопясь, чтобы гости привыкли. У второй двери, на выходе с винтовой лестницы, Князь остановился и сделал знак помолчать. Все прислушались.

Вдруг Варя почувствовала легко касание ауры. Она насторожилась и чуть приоткрыла защиту «Каирской ночи».

― Вар, ну как тебя сюда занесло! ― прозвучало в её сознании.

― Назови своё имя.

— Жако… Жакотта Дерозье родившаяся на Гаити в 1638 году.

— Заходи, — Варя прошептала мантру и сделала привычный жест правой рукой.

В темноте ярко проявился фантом красотки в ботфортах и широкополой шляпе. Она стояла на пару ступенек выше, обхватив левой ладонью эфес шпаги.

— Что за мужички с тобой? — пиратка всматривалась в ауры диггеров. — Смертные, да и росточка не великого.

— Это диггеры, они гренадёрами не бывают.

— Отчего же?

— Чтобы пролазить там, где гренадёр застрянет.

— И этим можно гордиться?

— Нет, — одёрнула её Варя, — работа такая.

— Тогда позволь спросить, Читающая Во Тьме, вот с этими «шпингалетами» будешь штурмовать «Ме..Ми..» Ну, как там этот замок?

— Михайловский.

— Санта Майкл? — переспросил фантом.

— Жако, я рада, что ты пришла, но давай потом поговорим.

— Карлсон, ну ты идёшь, — дёрнул за химку Серый волк.

— Что за фамильярность! — вспылила пиратка и её фантом молниеносно сделал резкое движение шпагой.

— Ах, ты ж… Зацепился за что-то… — ойкнул Сергей.

— Осторожно! — откликнулась худышка, — тут гвозди ржавые, я тоже оцарапалась.

— Бди! — коротко резюмировал Князь, — чего тут только нет.

— Этот ещё будет мне указывать!, — возмутился рослый фантом, но Орлова успела на неё цыкнуть.

— Вроде спокойно снаружи, — обернулся к гостям местный проводник, — пошли, бродяги. Только не отставать и не торопиться. Партизанским шагом. Куда я ступил, вы следом.

Он открыл тем же ключом вторую дверь и, пропустив москвичей вперёд, осторожно закрыл. Подсвечивая себе под ноги, первым неторопливо пошёл в левую сторону по тоннелю, с почти ровными стенами, вылизанными за тысячелетия потоками подземной реки. Прислушиваясь и время от времени оглядываясь по сторонам. Андрей уверенно вёл за собой гостей.

Варя шла второй, стараясь аккуратно повторять шаги проводника. Позади неё недовольно сопел Серый волк. Он не привык быть позади и это его угнетало. Чтобы как-то участвовать в процессе он первым нарушил молчание:

― Князь, знакомое место?

― Не особо. Я тут редко бываю. Обычно ходим рукавом где-то левее, под Садовой… Там почище и меньше тупиков, а тут всякое попадается. Так что не зевайте.

Тоннель стал поворачивать вправо. Все остановились, освещая сужающийся ход впереди. Тонкие лучи трёх диггерских фонариков скользили по неровным стенам.

― Ух, ты! ― непроизвольно вырвалось у Орловой, ― вот это стена…

Действительно, было неожиданно столкнуться в подземелье города, который царь Пётр решил построить на болоте.

― Похоже, мы к Старому форту свернули, ― спокойно пояснил Князь, подсвечивая себе, как указкой, фонариком.

― Грубо обработанный гранит, ― подошёл к стене Серый волк и, сняв перчатку провёл рукой по каменной стене.

― Позволю себе заметить, ― тактично высказалась любительница истории, ― помню что при Петре I основным строительным камнем был, так называемый «Путиловский». Его добывали в каменоломне Путиловской горы, а в посёлок Путилово Петр I приказал привезти мастеров камнерезов со все России.

― Нет, ребят, ― ладонь Сергея ощупывала камень в разных местах, ― это гранит.

― Ну, как же, ― не сдавалась Орлова, ― точно помню, что читала Указ Петра I о запрете строительства любых каменных зданий, даже церквей. Пока строили Питер, все корабли и телеги, прибывавшие в город, должны были везти камень, или платить штраф… Только какая телега такие глыбы выдержит… Из них впору пирамиды строить.

―Народ, не спорьте. Старый форт построен задолго до Петра Алексеевича. Учёные мужи до сих пор спорят, но никаких рукописных свидетельств нет… Значит и не было…

― Скорее всего это только фундамент, заложенный глубоко в рыхлом грунте до какой-нибудь скалы, ― высказал предположение Серый волк, ― потом катаклизмы или война его разрушили, а фундамент остался.

― Верно, Серый, ― улыбнулся Князь, ― по нему набережная проходит. Гранит стали позже везти из Карелии и Финляндии для облицовки и памятников… Из Италии тащили мрамор… В строительстве ещё использовали туф из окрестности реки Пудость в Гатчине.

― Значит, эти гранитные глыбы… ― хотела возмутиться худышка.

― Были тут всегда, ― прервал её с грустной усмешкой Князь. ― Вперед, бродяги. Переходим вправо. Впереди ручей, его удобнее обходить справа.

― Андрей, расскажите что было тут до Питера, ― с мольбой в голосе попросила любительница истории.

― У шведов тут было две крепости. Ландскрона на Охтинском мысу, но её наши Новгородцы сравняли с землёй, чтобы шведы не лезли на Ладогу… И Ниеншанц на противоположном берегу Охты. На том фундаменте сейчас гостиница «Охтинская»… При строительных работах часто находят древние поселения и могильники. Тут их немало, но это к мистикам.

― Точно, Вар! ― неожиданно прозвучало в сознании худышки, ― тут всякой нечисти толпы… Посмотри ещё на этого парня, что про крепости говорил… Угу, этот… Запомню его ауру.

― Скажите, Андрей, ― привлекла его внимание вопросом любительница истории, ― известно, откуда появилось Название реки Нева?

― Ну, твоя спутница Серый, не перестаёт меня удивлять… Кстати, этот вопрос до сих пор дискутируется. Финская версия, это «болотистая река». Шведская — использовалась в торговом союзе Ганза, как «новая река». Мне ближе праиндоевропейская версия, связанная с прорывом вод Ладожского озера в Финский залив в связи с потеплением, название «Нево» — как новая, есть в «Повести о житии Александра Невского».

― Слушай, Вар, ― не унималась пиратка, ― с виду неказистый мужичок, но умный… Наверное в приходскую школу ходил и всё запомнил.

― Наверное… ― улыбнулась Орлова.

Трое скоро подошли к ручью, наискосок пересекающему тоннель. Их проводник сначала сам перешёл его вброд, потом помог гостям. Дно было твёрдым, а уровень по колено. Замыкающим шёл Сергей, и что-то замешкался посредине.

― Серый, проблемы? ― проводник посветил своим фонариком на темную химку в ручье. Вместо ответа в руке без перчатки что-то сверкнуло.

― Смотри, монета… Гурт гладкий, а на аверсе, вокруг двуглавого орла, странная надпись — Ц.И.К.Я. В. Р. С. Что это?

― Да ты счастливчик, Серый волк… Редко, но такие монетки находят. У тебя петровская гривна. Надпись это первые буквы титула. «Царь И Князь Пётр Ялексеевич Всея Руси Самодержец»… Спрячь подальше… У нумизматов гривна торгуется от ста пятидесяти тысяч до трехсот. Ну, зависит от состояния монеты… Так что смотри под ноги.

― Не мелочись, Вар, ― недовольно фыркнул фантом, ― у нас с тобой сундучок золотых.

― У тебя, Жако, ― произнесла в ментале Варя.

― Да, мы в любой момент можем оттуда по большому кошельку взять. Тот кэп, Симас, честный парень.

― Нет, Жакотта Дерозье, на те монетки мы лучше новый «Счастливчик» построим. Снова станешь кэпом…

Варя осеклась, взглянув на фантома. Её глаза наполнились слезами и так сильно фосфоресцировали в темноте, что над ручьём посветлело.

― Перестань, Жако… ― она даже хотела обнять пиратку, забыв, что это только фатом и худышка этой статной красавице со шпагой до плеча не достаёт.

― Серый, ― не оборачиваясь бросил на ходу местный проводник, ― спрячь, не отсвечивай. В подземелье кто только не шастает… Кстати, вот и ваша метка.

И действительно, справа на стене, луч фонарика диггера выхватил из тьмы нарисованный красками из баллончика лозунг «Спартак чемпион». Князь хотел что-то уточнить у Орловой, но она жестом показала, помалкивать, и сама перешла к противоположной стене, выложенной кирпичом. Отсчитав какое-то, известное ей количество шагов, и став на коленки, ползала то вперёд, то назад, пока не отыскала ничем не приметный кирпич, немного повыше пола.

Двое диггеров безропотно следовали за худышкой, доверяя её знаниям. Наконец, она встала и жестом попросила ребят наклониться. Потом прижала их головы и тихо прошептала:

― Здесь кирпич, который толкает рычаг, открывающий узкий лаз в другой коридор. Нам туда. Но. Он рассчитан на одного мужчину средней комплекции… А нас двое с половиной… Нужно протиснуться, прижавшись друг к другу, иначе оставшемуся придётся ждать пару часов… Поскольку здесь есть вода, то для автомата, открывающего лаз, вода должна наполнить какой-то объём, так делали инженеры Египта. За ними такие автоматы повторяли другие.

Оба мужичка кивнули. Им было не в первой сталкиваться с такой ситуацией, что нужно протискиваться в узкую щель. Варя встала впереди, показав Серому волку кирпич, который нужно плавно вдавить внутрь. Сергей перекрестил всех и мягко вдавил ничем не примечательный кирпич в пятом ряду от пола.

Механизм работал бесшумно. Первой проскочила Варя, за ней — Андрей. Часть кирпичной стены медленно стала возвращаться на свое прежнее место, когда Сергея рывком затащили в проём. Трое облегчённо вздохнули, глядя, как стена вновь стала абсолютно цельной. В лихорадочной спешке они не обратили внимания на то, что стояли по щиколотку в луже

― Ну, теперь все в сборе, ― неожиданно прозвучал позади нагловатый мужской голос.

Глава VIII
Бельгия. Брюссель

Весной в Брюсселе расцветает не только природа, но и различные фестивали, праздники и выставки. Одна из многочисленных и красочных проходит в парке старого замка Гроот-Бейгарден. Тут обычно бывают любители луковичных растений, их ждут более миллиона различных тюльпанов, нарциссов и гиацинтов. В открывающихся для посетителей только весной Королевские оранжереи Лакена демонстрируют поклонникам экзотики, как цветут пальмы, а фанатов цветущей сакуры следует искать в районе Схарбек, где царствует единственный фото и видео — сюжет. Крупным планом цветущая сакура а подальше парки, скульптуры, счастливые лица и реклама обуви, одежды, парфюмерии. Выбор большой и при желании везде можно побывать и прикупить что-нибудь. Не случайно апрель-май это наплыв туристов со всех уголков Европы. Красиво, элегантно, но недёшево, поэтому в основном туристы стильно и модно одеты, с хорошими манерами, причёсками, а различные службы обеспечивают порядок, хороший сервис и ненавязчивый шопинг.

Особняком стоит музыкальный фестиваль под названием Брюссельский джазовый марафон. Он собирает поклонников хорошего традиционного джаза. Концерты в рамках фестиваля разнообразны по направлениям и программам на открытых площадках со свободным доступом. Обязательный высокий профессионализм, который непременно включает импровизации и живую музыку. Шикарные голоса, известные исполнители, но главное — это публика.

Строгие мужские костюмы, элегантные женщины, неторопливая атмосфера для ценителей, без крикливой рекламы и дешёвого пива. Никто не будет шумно выражать свой восторг или недовольство, просто после очередного выступления слушателей прибавится или наоборот.

Причём среди любителей есть две большие группы. Зимой это более камерное звучание в концертных залах, ресторанах и кафе. Помимо концертов презентации альбомов, клипов, интервью корреспондентов, фото сессии в шикарных гостиницах. Весной все демократичнее, не нужно переплачивать за билеты на хорошие места, заботиться, чтобы одежка и макияж были идеальными или избегать вездесущих репортёров, для которых главное не джаз, а «горяченькие» новости и слухи.

― Лаура… ― услышала Ламар знакомый приглушённый голос Теру, ― что тебя сюда занесло?

― Тихо… ― шикнул на неё француженка.

Позади кто-то поёрзал в скрипучем плетёном кресле, выражая недовольство. Молодые дамы притихли, ожидая окончания композиции. Саксофонист легко импровизировал, прикрыв глаза и словно обнимая инструмент в каком-то сладострастном порыве. Однако, раскланявшись, недовольно глянул в сторону привлекательной француженки, которую оттеняла темноволосая итальянка. В его взгляде читался тот же вопрос, на который не успела ответить подруге мадмуазель Лаура.

Дамы только переглянулись, но не сдвинулись с места и просидели молча еще с четверть часа. Только после почти беззвучных одобрительных аплодисментов в перчатках, перед следующим исполнителем, они степенно покинули парковый павильон, аккуратно обходя кресла и слушателей.

― Лаура, я так и не поняла, зачем ты мне здесь назначила встречу? Прежде не замечала у тебя интереса к джазу или каких-то пластинок с записями.

― Сюзи, я на охоте, ― подруга прищурила глаз, словно стрелок, ― у меня заказ на солидного мужчину без вредных привычек.

― И сколько колечек уже передала?

― Двенадцать… Пора заканчивать, а мой банкир жаждет послушать перед обращением любимый джаз. Напоследок глоток свежего воздуха.

― Так он лирик…

― Ну, да… Вот я его тут и пасу, как бы не сбежал. Представляешь сорокалетний мужик, согласился на обмен судьбами только если я поклянусь сохранить его проигрыватель и коллекцию виниловых пластинок.

― Приходится с видом знатока участвовать в прослушивании и обсуждениях?

― А то!

― Слушай, у меня в школе был поклонник «Моден токинг»… Никогда не замечал, что меня воротит от этой слащавой музычки.

― Эх, где ты раньше была…

― Ну уж нет. Джаз бы меня доконал.

― Зато какие премиальные… ― хихикнула француженка. ― Что поделать, издержки профессии.

― А кто колечки дорогие раздаёт?

― Да, из ваших кто-то… Августин торопит, сегодня две последние встречи… Требования странные. Но все пункты выполнены. Осталось самая малость.

― Погоди. Как его мя?

― Мне ни к чему. У меня пара — чёрный и красный… Главное не перепутать, ― по-детски хихикнула Ламар.

― Не играй со мной, девочка, ― неожиданно жёстко прозвучало в сознании Лауры.

― Погоди, вот он.

К молодым привлекательным дамам неторопливо приблизился мужчина с уверенным взглядом и приятными манерами.

― Дорогой, позволь представить тебе мою подругу… Сюзанна Теру.

― Приятный сюрприз… ― он галантно чуть коснулся губами пальчиков левой руки Теру. ― Лаура не упоминала о вас… Я Вальтер Вебер, ― чуть смутившись добавил, ― «Вольный стрелок»…

― По женским сердцам? ― игриво глянула на незнакомца Теру.

― Нет, скорее по воронам, ― грустно улыбнулся «стрелок».

― А пойдёмте-ка в бар, друзья, ― неожиданно предложила Ламар, подхватив обоих под локоточки. ― Это рядом. Очень мило, и в такое время столики на веранде свободны.

― Обожаю Брюссель весной, ― радостно сообщила всем итальянка. ― Хорошо тут…

― Только чур, я плачу, ― подхватил предложение Вальтер.

― А потом постреляем в тире, ― не могла остановиться француженка, ― проверим, какой он «вольный стрелок».

Бар был расположен неподалёку в парке, и они пошли туда по зелёной лужайке, сняв обувь. Похоже, у всех всплыли воспоминания детства. Глаза заблестели, и они отчего-то улыбались. Столик, укрытый белоснежной скатертью, с краями которой заигрывал ветерок, располагал к хорошей беседе. Тосты следовали один за другим, и троим показалось, что они с детства знали друг друга, только давно не виделись.

Когда Ламар окликнула какого-то знакомого, «случайно» оказавшегося неподалёку, ему быстро нашёлся и стул, и приборы. Подоспели тосты за прекрасных дам. Леон, новый знакомец, представился как банковский работник, быстро вписался в компанию. Подмигнув ему, француженка положила на коленку сидящему рядом Вальтеру красную коробочку с колечком и взглядом показала на Леона. Тот понял, что час передачи последнего тринадцатого кольца демона настал. Причем это было так обыденно, что «вольный стрелок» не задумался и просто положил красную коробочку рядом с фужером Леона и тихо произнёс:

― Моё тринадцатое теперь твоё,

А душа моя возьмёт своё.

После этих слов ничего не произошло, не грянул гром и не сверкнули молнии. Просто порыв ветра чуть сильнее качнул края белоснежной скатерти. Фужер Леона качнулся и капля красного вина медленно скатилась на скатерть.

Вебер уже двенадцать раз видел эту незатейливую процедуру, и знал, что сейчас подсадной встрепенётся и будет пару минут рассматривать сидящих за столом и всё вокруг. Потом увидит бархатную коробочку, откроет её и наденет себе на палец кольцо. Впрочем, некоторые просто сразу прятали такую коробочку с содержимым в карман и уходили.

Тринадцатый парень по имени Леон, так же растерянно обвёл сидящих за столом. Заметив бархатную коробочку, достал колечко и надел на безымянный палец правой руки. Подмигнул Вальтеру и вернул тому коробочку. Бесцеремонно допил остатки вина из фужера и молча удалился.

Затем и Вебер неожиданно застыл на своем стуле, затем прищурился, молча рассматривая сидящих рядом. Когда его взгляд остановился на Теру, норвежец удивлённо приподнял брови и неуверенно произнёс:

― Саймон?

Итальянка настороженно кивнула, присматриваясь к ауре новоявленного в обличье Вальтера, потом стала медленно поворачивать голову то вправо, то влево, не отводя взгляда от его маковки, затем расплылась в улыбке и обратилось к нему со своим вопросом:

― Джерри?

Неожиданно оба рассмеялись и в один голос приказали, не глядя на Ламар:

― Ну-ка, плесни…

Француженка покорно наполнила до краёв их фужеры, и вроде бы совершенно незнакомые люди, опрокинули их до дна, выпив с какой-то жадностью.

― А ты шикарно выглядишь, красотка, ― норвежец подмигнул итальянке.

― А ты помолодел лет на двадцать и стал Вальтером, старина. Банкир…

Ламар почувствовала себя лишней на этой встрече, но, решив направить процесс в нужное русло, неожиданно предложила: